Навсегда?

Кейю раздражало всё: тиканье настенных часов, свет фар и рекламных транспарантов, пробивающийся через тонкую ткань штор, одиночество. Альберих приподнялся на руках и принял сидячее положение, боком навалившись на диванную спинку. Маломальское желание поспать улетучилось напрочь. Кейа вытащил из-под подушки телефон, открыл сделанную им фотографию, в очередной раз рассматривая Синьору, запечатлённую на ней. Он всё еще не мог поверить, что девчонки, тогда, в туалете, под крышей подразумевали именно её. Или не только его? Кейа нахмурился, тяжело выдохнув через нос. Сколько нервов, своих и чужих, стоила ему эта фотография? А она, вообще, стоила? Стоила ли она вранья Альбериха и обиды Рагвиндра? Нет не стоила. Одназначно не стоила. Парень разочарованно выдохнул, скривил губы. Нет, определённо эта фотография того не стоила, и перед красноволосым стоит как-то извиниться. Но лезть на амбразуру совсем не хотелось. Таким колючим и неприступным друг будет, как минимум, и сегодня, а возможно, даже и завтра. Кейю этот факт невероятно расстраивал. Да и, боже, у них у обоих рано или поздно кто-нибудь появится, и к этому нужно быть готовыми. Да, отдавать друга чужой бабе сложно, но не сейчас, так потом сделать это всё же придется. Все через это проходят, и они пройдут. Не может же вот такое их сосуществование продолжаться вечно… «А жаль». — вспыхнуло буквально на долю секунды в голове его и тот вспыхнул весь, нахмурился. Почему ему в голову приходят такие мысли? Кейа мотнул головой, фыркнул, проворчал себе под нос что-то, отмахиваясь от такой, казалось бы, невинной, но назойливой идеи, которая крутилась у него в голове как курица гриль на вертеле и уходить никуда не собиралась. Так и пролежал он до самого утра, пялясь в потолок и пытаясь прогнать навязчивую думу прочь из своей головы. Часам к пяти он уже не мог больше лежать на одном месте и, тяжело поднявшись на ноги, поволочился на кухню тяжёлым шагом. Кейа закрыл плотно кухонную дверь, поставив чайник кипятиться и осел на близстоящую табуретку, опёршись локтями о стол. Вновь в голове всплыла эта мысль, но парень уже не спешил прогонять её. Он заварил себе чай, сделал несколько бутербродов, два из которых на отдельную тарелку положил, отставив в сторону. Немцу оставил. Вообще, они всегда завтракали вместе. Дилюк заваривал свой странный, но уже успевший полюбиться Кейе фруктовый чай. А Альберих, в свою очередь, готовил самые простенькие бутерброды из того, что было в холодильнике. И Рагвиндр мог поклясться, что в жизни он ничего круче никогда не ел. Потом Кейа как можно тише постарался проникнуть в комнату Дилюка, дабы взять вещи. Он открыл шкаф, вытащил первое, что попало ему под руку и решил выйти поскорее, дабы не разбудить парня. Но в последний момент притормозил и аккуратно поправил одеяло, подтянув его немцу на плечи. А Дилюк не спал, притворялся и еле сдерживал улыбку, когда Кейа поправлял его одеяло. А когда Рагвиндр на кухню зашел, то у него вовсе сердце ёкнуло и он расплавился окончательно. А Альбериха-то дома уже и не было, смылся уже куда-то. Кейа же в это время бодрым шагом направлялся за близлежащие гаражи, на ходу выуживая из кармана пачку сигарет купленную пару месяцев назад, когда ему пришлось на пару дней вернуться домой, к родителям. В пачке не хватало буквально пары сигарет, — Он курил только тогда, когда ему становилось совсем хреново. Сейчас был именно такой случай. Творящееся в школе и обида Дилюка достаточно сильно потрепали ему нервы, и Кейа невероятно сильно хотел расслабиться и забыться. Да, физрук бы за такое его бы не похвалил… Альберих завернул за угол, порылся в кармане рюкзака, и, найдя там зажигалку, выдохнул облегчённо. Он чиркнул огнивом, подпалил кончик сигареты, жадно втянув в себя отравленный никотином дым. На первый урок Кейа, как обычно, опоздал. Он пришел почти под конец, плюхнувшись привычно на место рядом с Рагвиндром. Дилюк брови нахмурил, краем глаза на друга глянув. Немец принюхался, сощурившись недовольно. — Почему от тебя несёт табаком, Кейа? — шёпотом спросил Дилюк, максимально к уху Кейи приблизившись, обдав то горячим дыханием. Альберих дрогнул, сглотнул тяжело, и промолчал. — Повторяю вопрос, Кейа, — на этих словах синеволосый отвернулся, лицо в кулаке спрятав и молясь про себя, чтобы Рагвиндр его румянца не увидел. — Ты снова курил? Кейа лишь едва заметно кивнул, не убирая руки от лица. Дилюк же потупился немного, отстранившись чуть-чуть от товарища. — Это из-за… из-за меня? — он сейчас выглядел виноватым, будто нашкодивший кот. Кейа головой мотнул молча, мол, нет. Но Рагвиндр-то видит. — Я не хотел, извини меня. — немец смягчился, едва заметно улыбнувшись и забавно сморщил лоб.<br> --Да всё в порядке, — Кейа махнул рукой, откинувшись на спинку стула облегчённо. Дилюк бровь привычно изогнул, вглядываясь в лицо Альбериха, что едва тронуто было румянцем. — Точно? — настороженно спросил Рагвиндр. — Да, — Кейа улыбнулся, глаза небесные полуприкрыв. Дилюк ему руку протянул, он ее тут же пожал. — Мир? — Мир. — на выдохе сказал немец. Рукопожатие у ребят затянулось. Первым очнулся Кейа, смущённо свою руку от руки товарища отцепив. — Спасибо за завтрак, кстати. — Дилюк улыбнулся открыто, не сводя взгляда с Кейи. Тот в ответ лыбиться продолжал, так же неотрывно смотря на друга. — Молодые люди! — прервал идиллию голос учительницы. — Я вам не мешаю? — Немного, — хохотнул Кейа, руку за голову закинув и устроив ладонь у себя на шее. Дилюк его ногой под партой пихнул, хотя у самого щёки надулись, когда он смешок сдержать пытался. Кейа в ответ его пихнул, при этом сохраняя спокойствие и уверенность. --Вот если бы чу-уть потише, то было бы — во! — Кейа вытянул вперед свободную руку, оттопырив большой палец. — Альберих! — взорвалась учительница. --Дилюк, сделай с этим что-нибудь! У меня ни сил, ни нервов уже нет никаких! — взмолилась женщина. —Хорошо. — Дилюк друга ощутимо в бок пихнул локтем, состроив серьезное выражение лица. — Простите нас, пожалуйста. Такого больше не повторится. — По крайней мере, на этом уроке. — усмехнулся самодовольно Кейа,поднимаясь со своего места. И прежде, чем женщина успела что-либо возразить, прозвенел звонок. Дилюк вслед за ним поднялся и вещи с парты быстро в портфель сгрёб. — Пошли выйдем, нам с тобой нужно серьёзно поговорить. — на выходе из класса вбросил Альберих, отчего Старшина даже оторопел немного. Последний раз он эту фразу слышал от отца пару лет назад, и ничего хорошего она не предвещала. Он лишь только и смог, что кивнуть другу в ответ и идти за ним. Они вышли из здания школы через запасной выход, чтобы их не заметили и устроились в закутке школьного двора. — Короче, извиняться должен был сегодня я, — Кейа посмотрел на Дилюка смущённо. Тот брови недоумённо сдвинул, чуть голову склонив. --Что ты имеешь Альберих? М?- Кейа поморщился от такого обращения, выудив из кармана пачку и посмотрел на Дилюка раскаянно, выуживая оттуда сигарету. Старшина, мягко говоря, охерел, но останавливать друга не стал. Он отраву зубами стиснул, чиркнув у кончика сигареты зажигалкой. Кейа сделал затяжку, и, облегчённо выдохнув, посмотрел вновь на Рагвиндра. — Вчера я не был ни на какой встрече, — Кейа вновь затянулся, дым через нос выпустив. Дилюк поднапрягся, спину выпрямил, подбородок чуть вскинув. Внутри него боролись радость и тревога. — Я проследил за нашим местным наркокартелем. Парень аж воздухом подавился. — И, блять, лучше посмотри. Я даже слова в кучу собрать не смогу. — он Дилюка гаджет свой протянул, перед этим предусмотрительно нужную фотографию открыв. Руки его подрагивали. Немец взял телефон в руки, рассматривая человека на фото. — Зачем мне фотка нашего завуча? — Она ребятам дурь поставляет, Люк. — выплюнул зло Коля, отточенным движением стряхнув пепел и вновь затягиваясь. — Понимаешь? —Что за… — немец затих ненадолго, взгляд на носки вычищенных туфель опустив. — Дай-ка и мне закурить, пожалуйста.. Возвращались в здание школы они уже молча. Предпоследний урок принёс ребята новые потрясенья. Это был обычный урок истории, которую вела их завуч, и начинался он весьма обыденно. Все мирно записывали то, что диктовал преподаватель и изредка перешёптывались между собой. А потом посреди урока в класс постучали. В дверном проёме показался высокий мужчина в полицейской форме. Он едва слышно говорил о чём-то с преподавателем и передал ему в руки небольшую бумагу с печатью. —Ху Тао, Тарталья, Люмин, Венти встаньте, пожалуйста. — дрожащим голосом попросила Синьора. Названные переглянулись между собой, поднялись на ноги, опустив глаза в пол. Класс тут же загудел, все начали шептаться, озираясь на вставших одноклассников. — На выход. — скомандовал полицейский. Грубый и твёрдый тон властителя закона невероятно контрастировал с тихим голоском учителя истории. На выходе каждый получил персональные наручники и личного сопровождающего в лице оперуполномоченного.Все находился в лёгком шоке, и только Дилюк сохранял привычное самообладание. — Кейа, он не удивился, — шепнул в самое ухо другу Рагвиндр, от чего тот вздрогнул крупно. — В смысле? — до Кейи не доходило. — Она играла, — пытался объяснить немец, — Она не был удивлена. — продолжал шептать горячо Дилюе. — Она знала обо всём, слышишь? Она знала, что их заберут. — Как ты понял это? — Она слишком плохой актёр, у неё лицо не поменялось вовсе, — пытался объяснить Клаус. — У неё ни один мускул не дрогнул, да и голос фальшь выдавал. Просто все в шоке сидят, не видят этого даже. Кейа молчал, пытаясь обработать услышанное. — Что нам делать теперь? — подал он голос чуть погодя. — Я не знаю. — честно ответил немец, пожав плечами. — Давай проследим за ней? — предложил Альберих, стиснув рукав ягерского пиджака пальцами. Рагвиндр губу прикусил, нахмурившись. Задумался. Кейа же так его руку и не отпустил. — Эй, сладкая парочка, я вам не мешаю? — ухмыльнулась завуч, прищурившись и наблюдая за этими двумя. Но уловив взгляд Кейи, устремлённый на него, учитель осёкся. Ученик смотрел на него полным ненависти взглядом, буквально прожигая в Синьоре дыру. Учитель шаг назад неосознанно сделал, сглотнув, что было видно по дрогнувшему кадыку. — Немного, — надменно произнёс Кейа, стиснув ткань пиджака сильнее. Дилюк опомнился, на Альбериха шокировано взглянув. — Ты что делаешь? — шёпотом спросил Дилюк, едва шевеля губами. — Альберих! — учитель руки на груди сложил, нахмурив свои брови. Дилюк поморщился, лицо рукой закрыв и вздохнув тяжело. Опять Кейа нарвался. --Семнадцать лет уже Альберих. — фыркнул Кейа, скривив уголок губ. — В кабинет директора, живо.<br> — Да хоть мёртво. — тот&nbsp; поднявшись с грохотом со своего места и гордо выпятив грудь вперёд, прошёл в сторону выхода из класса. Он остановился на миг напротив учителя, посмотрел на него испепеляюще, отчего тот отшатнулся. Парнишка его явно настораживал и пугал. Рагвиндр внимательным взглядом друга проводил, затем на учителя его перевёл. А он-то испугался Кейю, только, почему? Неужели, заметил тогда, когда он следил за ними? Дилюк шумно выдохнул, оттолкнувшись ногой от пола и отодвинув ею стул от парты. Немец надеялся, что его мысли являются ошибочными, и учитель просто боится Кейю самого по себе. Он же среди учителей безбашенным слывёт, наголову отбитым. Только физрук их был уверен в обратном. Кейа же спокойно дверь распахнул в кабинет директора, широко так, вальяжно, не постучавшись даже. А потом обмер. &nbsp;— Да, Баал Синьора вчера предупредила об этом. Да, да, всё нормально, их уже упаковали. Всех четырёх. — директор не услышал его, он вёл разговор по телефону, глядя в окно. Кейа тут же дверь прикрыл, телефон дрожащими руками из кармана выуживая и находу диктофон включая. Прислушался, телефон ближе к щели поднёс, в эту же самую щель за мужчиной наблюдая. — Я думаю, что смогу найти новые расходники дня через три. У меня как раз на примете есть парочка ребят… Да, господин Альбедо, я постараюсь сделать это как можно быстрее. Новую партию ждать завтра? — пауза. — Отлично, отлично. Дети у меня в кабинете плакались, мол, у нас же такая (!) крыша! Как вы так просто можете отдать нас? — передразнил он детские голоса и усмехнулся противно, сунув руку в карман строгих брюк. — Да, да, всего доброго…-- Кейа тут же отпрянул от дверей, телефон в карман кофты сунул, диктофона не выключая.Альберих выпрямился, постучался, затем заглянул внутрь. — Можно, Иль Дотторе? — О, Кейа! Ты у меня с прошлой среды не был. Заходи, пожалуйста, садись. — усмехнулся мужчина, улыбнувшись добродушно. — Что на этот раз? Кейа прошёл к стулу у директорского стола, сел на него, развалившись вальяжно. — Да мисс Синьора шуток просто не понимает, — махнул рукой Кейа, пытаясь выглядеть максимально непринуждённо. — Ну, такая вот она у нас, что ж с ней поделаешь. Да и ты, Кейа, часто палку перегибаешь. — мужчина прищурился, за парнишкой наблюдая. — Разве я не прав? — Да не! — отмахнулся Кейа, чуть поёрзав на стуле с мягкой обивкой. — Слушай, Альберих, у меня тут для тебя вариант один с работой есть… Интересует? --Нет, Иль Дотторе, спасибо! У меня сейчас проблем с деньгами нет, —Кейа развалился на стуле, закинув руку за голову, улыбаясь самодовольно. Вёл себя как обычно, в общем-то. С директором, они, на самом деле, давно в ладах были. Альберих разбавлял его серые рабочие будни своими выходками, и именно поэтому он с таким аттестатом и попал в десятый класс. — Ну, как знаешь. — пожал плечами мужчина, и, с нажимом,продолжая свою речь. — Второй раз предлагать не буду. —Да и не надо, — ухмыльнулся Кейа. — Я словами просто так не разбрасываюсь. — Ну смотри, ладно. — Я могу идти? — он бровь одну вскинул, сев, наконец, прямо и руками нетерпеливо по коленям барабаня. — Иди, только Синьору не трави больше. — директор улыбнулся, кивнув. — Ладно? — Замётано! — Кейа цокнул языком и подмигнул, поднявшись на ноги. — Всего доброго, Иль Дотторе. — бросил у дверей Кейа, ретировавшись. — Доброго, Альберих, доброго… — вслед ему протянул запоздало директор, рукой лицо закрыв и выдохнув устало. Один из самых шикарных вариантов на роль расходного материала только что улизнул от него, как песок сквозь пальцы. Кейа на перемене Старшину вновь на улицу потащил, в тот же закуток, выкуривая на пару с ним третью за день сигарету. Они слушали через наушники Дилюка записанный Жаворнком разговор директора и неизвестного им лица. — Подожди-ка… Баал, Альбедо… — Дилюк посмотрел на Кейю растерянно. — Это из местного МВД, генерал и майор, отец о них рассказывал, ему по службе приходилось пересекаться. Скользкие, говорил, ребята, неприятные. — Рагвиндр пепел аккуратно стряхнул, затянувшись после. — Так они это всё дело крышуют, получается? О них девчонки говорили тогда? Кейа кивнул, помрачнев совсем. Плохо дело, очень плохо. — Может, мне нужно было согласиться, а, Люк..? — Кейа посмотрел на него устало.— А потом сесть лет на десять? Ты в своём уме, Кейа? — огрызнулся на него Дилюк, нахмурившись. — Не неси чушь, окей? — Просто…так было бы легче. — А я потом, без тебя, что делать буду? Ты обо мне подумал, а? —Дилюк с отвращением бычок на землю кинул, носком ботинка его затушив. — У меня кроме тебя нет никого, так что, не делай глупостей, ладно? Я не хочу бегать к тебе с передачками в СИЗО. Понял меня? — Так точно, понял вас.-Кейа вымученно улыбнулся, докуривая свою сигарету, глазами Дилюка сверля. А никто ведь и не подумал бы, что этот примерный парень, отличник и чистюля имеет нездоровую страсть к табаку и всему, что с ним связано. — Так что делать с тобой будем, Кобра? — Держать на прицеле дверь в кабинет Дотторе, а потом следить за теми, кто задерживался там на неприлично долгое время. — пожал плечами Дилюк, поправляя пиджак. — И с Синьоры глаз не спускать. — А ты можешь подключиться к школьным камерам? — вдруг осенило Кейю. — Я что, похож на человека, прошедшего набор в «Цикаду»*? — закатил глаза в ответ Дилюк, руки на груди сложив. — Но попробовать можно. — он растянулся в привычной ухмылке, глаза щуря. — Те вебки, которые под потолками висят, транслируют запись куда-то. Я думаю, если хорошо постараться, то к ним подключиться, в принципе, можно. —он хлопнул друга по плечу. — Пошли, Жаворонок мой, там звонок уже скоро будет. Нам пора. — немец в сторону школы уверенным шагом пошёл. Кейа кивнул молча, улыбаясь от обращения к нему и следом за Дилюком поволочился.