Больше, чем свидетель

      + + +       — Спрашиваю еще раз, где вы были пятнадцатого мая с семи до девяти вечера? — Попов очень пристально вглядывался в лицо подозреваемого, нервы и терпение у него начинали потихоньку сдавать.       Он третий час пытался добиться хоть какого-то внятного ответа от сидевшего напротив мужика, но все тщетно. Тот только мямлил что-то невнятное, ссылаясь на провалы в памяти. Арсений чувствовал, как близок к должностному преступлению в виде рукоприкладства. — Товарищ капитан! — дверь в кабинет резко открылась. — Свидетель наконец-то объявился. — Да ладно?! Не прошло и ста лет, — облегченно выдохнул Попов, — этого отведите в камеру. Пусть дальше вспоминает. Дежурный отдал честь и вывел под белые рученьки подозреваемого. Арс внимательно смотрел на открытую настежь дверь, пока в проеме робко не показалась светло-русая макушка. — Можно? — неуверенно спросил парень, переминаясь с ноги на ногу. — Вы Шастун Антон Андреевич? — по инерции спросил Попов. — Да, товарищ капитан, — молодой человек шагнул в кабинет, прикрывая за собой дверь. — Присаживайтесь, — свидетель оказался намного выше, чем Арсению показалось вначале, — ваша дата рождения? — Девятнадцатое апреля тысяча девятьсот девяностого года. — Девяностого? — удивленный взгляд капитан не скрывал; на вид Шастуну было не более двадцати, — Может двухтысячный? — Нет, девяностый! У меня уже проверяли паспорт внизу, — парень возмущенно поджал губы, судя по всему, проблемы с возрастом у него возникали неоднократно. — Хорошо, так и запишем, — Попов быстро, подобрался взывая к своему профессионализму, — Что ж, меня зовут Арсений Сергеевич, начнем нашу беседу.       + + +       Антон рассказывал немного сбивчиво, но выдерживал почти театральные паузы. Для себя Арс предположил, что вполне возможно, он вел какие-то мероприятия на полставки. Парень явно пытался вспомнить все детали произошедшего, боясь ляпнуть что-то не то. Попов по рабочей привычке подметил все: то, как Шастун облизывал губы, когда нервничал, как теребил многочисленные кольца и нервно подергивал правой ногой. Особенно капитан приметил, как поправлял все время падающую на глаза челку. «На красивые зеленые глаза», — отметил про себя мужчина. — Смотрите, Антон Андреевич, я сейчас покажу вам несколько фотографий, кого из них вы видели на месте происшествия, — Арсений достал из картонной папки пять фото и положил их перед парнем на стол. — Вот этот человек, — Шастун указал без всяких сомнений на подозреваемого. — Вы уверены? — Конечно! Я что, дурак что ли? — Арс непроизвольно улыбнулся одними уголками губ от столь искреннего возмущения Антона. — Это он запустил бутылку недопитого вина в потерпевшего. Я хорошо его запомнил, потому что из-за него мои новые белые кроссовки стали похожи на больного краснухой, сука! Тут Попов уже не сдержался от тихих смешков. Как почти в тридцать лет при двухметровом росте можно оставаться таким искренне непосредственным. Парень тут же потупил взгляд, смутившись от проявленной излишней эмоциональности. — Простите. — Все в порядке, я вас понял. Значит так, вот вам протокол, ознакомьтесь с ним, напишите: «с моих слов записано верно», ниже дата и подпись с расшифровкой.       Арсений положил перед Шастуном лист со своим не очень разборчивым почерком. Он потянулся за ручкой в стакан, чтобы предложить ее парню, когда почувствовал, что чужие пальцы накрыли его. Антон читал, документ, поэтому не глядя протянул руку до подставки.       «Ладонь большая, запястья тонкие, кожа чуть влажная от волнения», — капитан не задумываясь оценил все это, подняв на парня глаза. Тот был в таком замешательстве, что потребовалось секунд десять, чтобы он отдернул свою руку. — Простите, я случайно. Я просто хотел ручку взять. — Пожалуйста, — Попов отодвинулся от стола, давая Шасту свободу действий.       «Интересный, конечно парень. Откуда он такой взялся?» — Арс встречался с разными людьми и по работе, и по личным нуждам, но впервые встретил человека, который не вписывался в его устойчивую систему координат.       + + +       С того дня прошло чуть больше недели, которые Арсений провел в раздрае. Бумажная волокита тянулась за ним с начала месяца, но он упорно откладывал все отчеты «на потом». Однако, получив втык от начальства сегодня утром за несданные в архив документы, скрепя сердце Попов сел за письменный стол, четко решив встать из-за него только после того, как все будет выполнено.       «Господи, когда я уже выброшу эту гребанную коробку с прокрастинацией к чертовой матери!» — матерясь про себя, Арс перебирал папки с делами одну за другой, пока его взгляд не наткнулся на расследование, закрытое в самом начале оперативных мероприятий. — Шастун Антон Андреевич, значит. Капитан хорошо запомнил этого парня, ведь, что греха таить, тот ему понравился. Надо сказать, что изначально Шастун не был в его вкусе, но, тем не менее, он чем-то зацепил Арса.       «Может, стоит попробовать, ведь, собственно, я ничего не теряю, — подхватывая телефон левой рукой, Арсений набрал номер, указанный, как контактный; в трубке послышались длинные гудки. — Алло, — голос на том конце провода звучал немного сонно; вполне возможно, человек спал, ведь нормальные люди иногда отдыхают, в отличие от оперов. — Добрый вечер, Антон Андреевич, вас беспокоит Арсений Сергеевич. — Да, я вас узнал, товарищ капитан, — тембр у парня тут же изменился, стал серьезным и собранным, а весь флер разнеженности пропал в одночасье. — Не могли бы мы встретиться, скажем, завтра? — Мне нужно подъехать к вам в отделение? — Нет, лучше в непринуждённой обстановке, — Арс решил не ходить вокруг да около, — хотелось бы с вами пообщаться. Часа в три на углу парка вам будет удобно? — Да, вполне, — в словах Шастуна чувствовалась некая неуверенность, но он всеми силами старался этого не показывать. -Хорошо, тогда до встречи, Антон.