Больше, чем свидетель

      + + +       На часах стрелки перевалили за отметку «три». Шел четвертый час ночи, а Шаст до сих пор не мог заснуть, в голове назойливо крутилась мысль о предстоящем свидании.       «Ебал я в рот эту хуету! Какое, нахуй, свидание! Он просто офицер полиции, который попросил о встрече, пусть и в неформальной обстановке. Мало ли, какие у него для этого причины. Не более! Чего ты себе уже напридумывал, Шастун!»       Парень активно пытался убедить сам себя в этом, взывая к разуму, но все попытки оказывались тщетными, в голову лезло что попало. Вариться в собственном дерьме Антону становилось невыносимо. На ум пришло решение — срочно позвонить Димке. Остатки здравого смысла у парня еще остались, поэтому он написал смс, чтобы своим поздним звонком не разбудить всю семью Позова.       «Мне срочно нужна твоя помощь!» Входящий вызов не заставил себя долго ждать, на экране замигал звонок от друга. — Сударь, вы еще не спите или я вас разбудил? — Ты ебанат, Шаст? Конечно разбудил. Ты время вообще видел? — по недовольному бубнежу Димы Антон бы это понял и без уточнений. — И как, сильно бужу? Или вы потерпите? — Идите нахуй, сударь! — в динамике послышался щелчок зажигалки Zippo, которую Поз часто использовал дома. — Говори, давай, что тебе надо? — Помнишь, я рассказывал, что меня вызывали в участок, как свидетеля? — Шастун последовал примеру товарища и тоже решил выкурить сигаретку, успокоить нервишки; дымил он обычно на крохотном балконе. — Помню, конечно. И что, тебя уже успели перевести в разряд подозреваемых? Что ты уже успел натворить? — Димон, блядь! Ты просто настоящий друг, — Антон от возмущения даже дымом поперхнулся, — ничего я не делал, просто сегодня мне позвонил товарищ капитан… — Это тот симпатичный опер с голубыми глазами? — Позов, блядь! — Что? Ты же мне сам сказал, — Дима знал о своем друге многое, в том числе и о его бисексуальности; Шасту было приятно, как общество девушек, так и парней. — Это ничего не значит, я просто сказал! — Ну-ну, — Дима слушал Антона не перебивая, хотя внутренний душнила требовал вставить свои пять копеек. — Короче, он позвонил мне и предложил завтра вечером встретиться в парке. — Ммм, свидание, значит? Ясно, понятно. — Это никакое не свидание! — Антон вскочил на месте, едва не задев головой полку. — Арсений Сергеевич наверняка хочет обсудить что-то связанное с делом! — Тох, ты меня убеждаешь в этом или себя? А то я… — резкое шуршание в трубке прервало мужчину на полуслове, на заднем фоне послышалась едва различимая речь еще одного человека. — Я кого-то из твоих домашних разбудил? — Шастун очень не любил чужой покой, поэтому сейчас уже начинал корить себя. — Нет, все нормально. Савина встала в туалет, спросила, чего папа не спит. Так, короче, пошли-ка спать. Завтра сходишь на встречу и все узнаешь, просто там рабочий разговор или ваши касания руки и «глаза в глаза» что-то да значат. — Позов, сука! — Антон вскрикнул так громко, что сам закрыл себе рот ладонью; парень позвонил другу для поддержки, а тот закопал его с потрохами еще глубже. — Все, Тох, не паникуй раньше времени. Весна придет, увидим кто, где срал. Спокойной ночи.       «Какая, нахуй, она теперь спокойная!»       + + +       Бессонная ночь дала о себе знать, Шаст проспал все будильники, которые только мог, теперь вместо нормальных сборов в размеренном ритме он собирался на встречу в режиме бешеного тушканчика. Чертыхнувшись пару раз и спотыкаюсь о разбросанные вещи, парень быстро натянул на себя постиранный с вечера джинсы. За обедом он от души пролил на них кофе и решил не откладывать их стирку в долгий ящик. По мнению самого Антона в этих штанах он смотрелся особенно хорошо. Какого же было его раздражение, когда джинсы оказались абсолютно сырыми.       «Вот дерьмо! Ну как так-то, блядь? Теперь придется искать что-то другое, а я и так уже опаздываю!»       Провозившись с десять минут в шкафу, в котором черт ногу сломит, Шастун надел на себя обтягивающие черные брюки и худи с надписью Coca-Cola.       «Да, уж, простенько оделся! Ничего не скажешь, Арсений Сергеевич точно подумает, что я на свидание пришел.»       Выругавшись на самого себя ещё раз, парень запрыгнул в кроссовки и выбежал прочь из квартиры. В лифте он пытался наспех пригладить торчащие в разные стороны волосы, но те неизменно завивались и ложились так, как им больше нравилось.       Удивительно, но на место Шаст прибыл вовремя, минута в минуту, как японская электричка. При беглом взгляде Антон никого не увидел, лишь сфокусировавшись, он заметил на лавочке знакомый силуэт. — Добрый день. Извините, Арсений Сергеевич, давно ждете? — парень нервничал изрядно. — Здравствуйте, Антон. Нет, всего ничего.       Попов протянул Шастуну руку для приветствия; парень немного помедлил, но все-таки пожал её в ответ. Антон знал, насколько сильно у него потеют ладошки от волнения, поэтому всеми силами старался избегать телесного контакта с малознакомыми людьми. Но, вопреки опасениям товарищ капитан никак не отреагировал на это, даже наоборот, улыбнулся слишком тепло, не торопясь отпускать руку Шаста. Капитан легко провел большим пальцем по гладкой коже, чуть задевая толстое кольцо и немного скатившийся с запястья тяжелый браслет. — Зови меня просто, Арсений.       + + +       Весь последующий вечер Арс расспрашивал Антона на совершенно отвлеченные темы: чем увлекался, какие фильмы смотрел, давно ли курил. Все это заставляло Шастуна думать о свидании. Отличительной чертой парня была прямолинейность, хотя, она часто и выходила ему боком. — Арсений Сергеевич, — начал Шаст, но тормознул на полуслове под немного укоризненным взглядом собеседника, — Арсений, скажи, почему ты попросил меня встрече? — Мне просто захотелось пообщаться с тобой, узнать поближе, — Попов отчасти понимал, что подобным заявлением может спугнуть Антона, но строить общение с самого начала на лжи он не собирался. На работе лицемерия ему хватило сполна, — Ты не против? — Вовсе нет, — губы Шастуна растянулись в искренней улыбке, открытой и доброй; у капитана даже немного защемило сердце от того, как все легко у этого парня. Наверняка у него нет стольких загонов на собственной жизни. Шаст был из тех, кто относился ко всему просто. Делает что хочет, говорит что думает, не парясь, как же его оценят другие. Возможно, именно этим он и привлек внимание Арса, ведь тому не хватало такой легкости. — Может зайдем в кофейню? Выпьем чай или кофе? — А можно молочный коктейль? — Антон стушевался, несколько стесняясь своих вкусов, что Попов нашел весьма очаровательным. — Конечно можно. Можно всё, что захочешь, Антош.