Перевоспитание

Игоря вызвали в кабинет начальства посреди рабочего дня. Ему было не страшно, но неловко: он совсем не помнил, чтобы что-то натворил, по крайней мере, за последнюю неделю. Он задумчиво опустил голову, перебирая варианты возможных проколов. Игорь постучал в дверь, больше из вежливости, а не потому что собирался ждать разрешения войти. После стука он сразу же толкнул дверь и поднял глаза, чтобы найти в кабинете Прокопенко, но вместо одного лица в кабинете его ждали два, вернее, одно лицо и один лысый затылок. Прокопенко, заслышав шаги Игоря, поднял на него глаза, а затылок развернулся на Грома, и Игорь нахмурился. Второе лицо было ему незнакомо, но у Грома оно сразу вызвало неприязнь: оно было хитрым и зубастым. Незнакомец вскочил со стула и встал рядом, сложив руки за спиной. — Я, наверное, попозже зайду. — полувопросительно сказал Игорь, но Прокопенко жестом приказал ему остаться. Игорь медленно, недоверчиво, как будто принюхиваясь к гостю, подошёл к стулу, стоящему напротив стола начальства. Хитрая и зубастая рожа протянула Грому ладонь для рукопожатия, но Игорь намеренно ее проигнорировал и плюхнулся на освободившийся стул. Гром краем глаза заметил, как зубастая рожа раздраженно сжала вытянутую руку в кулак и неловко улыбнулась, а затем откашлялась и представилась, мол, меня зовут Евгений Стрелков, я из Москвы и ещё что-то, что Гром прослушал. От монотонности речи Стрелкова он отвёл глаза в левый нижний угол и задумался: «опять из Москвы своей прискакали. И что им там не сидится?». Евгений обошел кабинет по кругу и остановился за спиной Прокопенко. У Грома в глазах прояснилось, когда он заметил, что Стрелков смотрит прямо на него. — Короче говоря, помощь мне от Вас требуется. — сообщил Стрелков. — Какая помощь? — пробубнил Гром, следя глазами за Евгением, который после своей фразы начал второй обход кабинета. — Вы, дорогой мой, наверное, не в курсе, но в Москве надо мной стоит некий Хазин. — Стрелков, находящийся у Игоря за спиной, вдруг положил руки ему на плечи, и наклонился прямо к уху Грома. Игорь от неожиданности отстранился в сторону, — О таком наслышаны? — уточнил Евгений. Гром помотал головой. Стрелков продолжил: «Зря, вам бы познакомиться. Вы бы друг другу понравились: вы оба решать проблемы жестко и радикально любите, только он — баблом, а Вы — кулаками». Стрелков вернулся на исходную точку, и вежливо улыбнулся во все зубы, убрав руки за спину. Гром еле нашел в себе силы, чтобы не дать ему в рожу и не выбить ему все эти белёсые зубки прямо сейчас. Он сдержался, и только сжал кулаки, бросив нервный взгляд на Прокопенко. Тот ответил ему кивком, который означал: «дослушай сначала!». Евгений продолжил: — Так вот, у Хазина этого сыночек есть, единственный наследник, но, к сожалению, совершенно непутевый. Ну знаете, как оно в Москве: клубы, девочки, алкоголь, наркотики. — после этого Стрелков сделал паузу, чтобы проверить, слушает ли его Игорь. Игорь слушал, смотря на него исподлобья. — В общем, — продолжил Стрелков, — мальчика этого Хазин хочет к нам пристроить, чтобы, так сказать, воспитать в нем будущего полицейского. А я, понимаете, с ним возиться не могу, у меня работы непочатый край. Игорь понял, к чему тот ведёт, и снова взглянул на Прокопенко вопросительным взглядом, который означал «ты во что меня впутал?». Прокопенко снова кивнул на Игоря. — Вы думаете, у меня своих дел нет, нянькой подрабатывать? — возмутился Гром, переводя взгляд на Стрелкова. Евгений театрально выпучил глаза и сказал: — А Вам и не нужно с ним нянчиться! Дайте ему дело какое-нибудь, не самое сложное, и пусть сидит, ковыряется. Неделя, может быть две, и пусть едет обратно в Москву папкины деньги тратить. Гром расправил плечи и подался вперёд, смотря Стрелкову прямо в глаза, и спросил: — А мне что за это будет? Стрелков улыбнулся, поняв, что рыбка на крючке и отвечает: — Что пожелаете: и премию Вам выписать можем, да и в майорах Вы что-то засиделись, Вам не кажется? Игорь задумался на секунду и решил уточнить: — А если не возьмусь? Стрелков заметно занервничал, понимая, что рыбка ещё может сорваться, и быстро ответил: — А если не возьмешься, полетишь отсюда за невыполнение приказов начальства. А мы мигом найдем другого, кто с удовольствием выполнит это задание за тебя. «Когда это он перешёл на «ты»?» — пронеслось в голове у Грома. Он тут же откинулся на спинку стула и снова задумался, опустив глаза в пол: «Получается, либо я беру этого мальца под свое крыло, либо меня увольняют». Прокопенко еле слышно постучал по столу ручкой. Игорь понял, что он так хочет привлечь его внимание, и поднял на него взгляд. Прокопенко кивнул, мол «выбирай скорее», а Гром пожал плечами: «разве у меня есть выбор?» Игорь не горел желанием сидеть с сыновьями богатеньких москвичей, но работу потерять он не хотел, ведь в ней вся его жизнь. Гром про себя размышлял: Стрелков вроде обещал ему повышение. Наверное, поэтому Прокопенко Игоря и выбрал среди остальных работников: он вечно твердит, что Грому пора двигаться дальше, что он это заслужил. Продвижение в должности — плюс. Из минусов — бытовые неудобства, например то, что Игорь постоянно будет привязан к сынку Хазина. Однако, Стрелков обещал, что это всего на одну-две недели. Это Игорь готов потерпеть. И если потерпит, сможет не только сохранить свою работу, но и вернуться к ней уже подполковником. Наконец, Гром перевел взгляд на Стрелкова и коротко сказал: — Согласен. Стрелков расплылся в улыбке, чувствуя, как ловко он вытянул эту рыбку, и как с его Московской спины упал огромный груз ответственности за сынишку начальника. Он поблагодарил Прокопенко и Грома, пожал им руки, и собирался уже выйти из кабинета, когда Гром вдруг вспомнил, что даже имени своего подопечного не узнал. Он вскинул брови и обратился к Стрелкову с вопросом, который застал Евгения одной ногой за дверью: — А как зовут-то сынишку? Стрелков оглянулся через плечо и бросил: — Петя Хазин, погуглишь! — и хлопнул дверью.