Гвардеец

Справа от входных ворот стоял сарай. Миновав железные ворота и пройдя по тропинке сквозь высокую траву, в него вошла низкорослая девушка, завёрнутая в потрёпанный, местами подшитый, но ухоженный серый плащ с поднятым капюшоном. Внутри горела тусклая лампочка, под светом которой за деревянном столом стоял мужчина. В его руках была потёртая наждачная бумага, с которой он вертелся над ржавым лезвием от косы. Услышав, как входная дверь со скрипом открылась, он недоумевающе обернулся. К этому моменту, вошедшая сняла капюшон. Она разгладила короткие серебристые волосы и что-то пробубнила. — Ричард, тебе письмо… Не читала, оставлю на столе в коридоре… А что ты делаешь? — спросила вошедшая. — Рылся в сарае и нашёл косу… Думаю подлатать и покосить траву во дворе. — вернувшись к косе, заявил Ричард. Девушка вздохнула, протерла глаза маленькими руками и под конец заявила. — У тебя такая трудная работа… Лучше бы отдохнул. — Ага… — отмахнулся Ричард. — Иди в дом. Она так и поступила, накинув на голову капюшон и закрыв за собой железные двери. Пройдя по тропке через заросший двор, она оказалась перед дверьми, ведущими в небольшую бетонную коробку, местами обнесённую шифером и деревянными балками. Она ступила на гнилую доску порога, немного взвизгнула, когда тот прогнулся под её лёгким весом и показательно заскрипел и наконец схватилась за железную ручку двери. С усилием потянув её на себя, девушка вошла внутрь дома. Оставив небольшую щеколду на дверях открытой, она оказалась внутри. Сняв с тела плащ, она расстегнула все пуговицы верхней части рабочего комбинезона и глубоко вдохнув грудью, рухнула на скамейку возле вешалки. На столе напротив стоял низкий стол, на котором лежало пару ручек, карандашей и листов бумаги. Среди всего этого красовалось запечатанный конверт на сургуче которого красовалась сложно различимая аквила. От желания узнать что-то это за письмо, девушка быстро переоделась в домашний сарафан. Сделав три шага вправо, она попала в главный зал и кухню. Обойдя деревянную скамейку, стоящую напротив тумбочки с радио, она ступила на холодный камень и открыла маленький холодильник. Вытащив оттуда два небольших серых пластиковых пакетов, она отложила их в сторону. Налив в большую чугунную кастрюлю воду из пятилитровой пластиковой бутылки, она подняла левую руку в сторону навесных тумб. Нащупав почти пустую пачку спичек, она зажгла печь и поставила на неё кастрюлю. У неё действительно получилось отвлечься. Но в момент ожидания не прошло и десяти минут, как мысль о конверте не появилась вновь. Вскоре, вода в кастрюле закипела, и девушка, закинув внутрь два пакета, закрыв кастрюлю крышкой, наконец стала свободной на пятнадцать минут. И когда она уже стояла над конвертом в коридоре, снаружи послышался ужасно-громкий удар. Девушка отвлеклась и подбежала к дверям. Открыв засов, она приоткрыла двери на улицу, и внутрь ударил прохладный ветер и сырость. На зените, затмив солнце, стояла чёрная, словно уголь, туча. Затем, по округе снова прогремел громовой раскат. Лицо девушки озарилось страшно-жёлтым светом и где-то за соседними домами рухнуло огромное дерево. Девушка проводила его макушку взглядом и перевела свой взгляд на сарай. В это время, Ричард уже подбежал к порогу и, затмив собой взгляд девушки, пролез внутрь и закрыл дверь на засов. Отойдя в сторону и стряхнув с одежды капли, он ощутил на себе заинтересованный взгляд. — Дора? — уставившись на свою сестру в ответ, спросил наконец Ричард. — Тебе письмо там… — застенчиво пробубнила Дора. Ричард вздохнул и большими шагами добрался до стола с злосчастным письмом. Посмотрев на него, Ричарда слегка пробил пот. «Администратум» — красовалось на нём, что и стало причиной беспокойства. Ричард, в поисках успокоения, стал прокручивать в своей голове всё, что помнил о прошедших сменах на службе. Но он не брал ни взяток, и почти не пользовался своим положением и полномочиями сотрудника «Сил Планетарной Обороны Каурета Секундуса»… Почти… Не мог же сумасшедший бездомный, к которому Ричард был не равнодушен, после инцидента с его единственной любимой сестрой, обратиться хоть куда-то, кроме как к своему сумасшедшему второму «я». Ричард ко всему вспомнил о тех событиях и ему стало ещё хуже. — «А может это что-то хорошее?» подумал мужчина… — Ты будешь его открывать? — недоверчиво переспросила Дора. Ричард проглотил горький ком и тихо просопел — Да… Сейчас. — Он снял сургуч с бумаги и развернул конверт. В его руку легла ещё одна бумага… Мягкая и гладкая… — Что это? — посмотрев на бумажку, спросила девушка. Ричард снова проглотил горький ком. — Это повестка.