Исчезающий

Джерард тридцать раз себе поклялся не рассказывать про это безумие своему брату, но три часа ночи и сам факт переписки уж очень распологал к себе. Да, он может попросту зайти в соседнюю дверь и изливать душу словами, но так как-то... Словно точно с катушек съехал. Переписке даже верить легче, так что он, ведомый мерзким ознобом и холодным пóтом после кошмара, вывалил всё на духу бедному Майки, что тихо прихуевал в своей комнате, читая, что же там настрачивает старший. Утром же Джерард с натянутой улыбкой отмахнулся, мол, не переживай и не обращай внимания, а ночью снова писал о кошмарах, ибо днём Фрэнк существовал и даже долго, но не сейчас. Да, Майки спит, но ему нужно вывалить этот груз хотя бы просто для галочки, как бы это не было эгоистично. С утра он не успел удалить сообщения, но всё так же отмахнулся. Ты чего, Майки, это просто кошмары, не парься. И так было на следующий день. И в день после следующего тоже, когда Фрэнка весь день не было, что старший Уэй даже беспокойно грыз ногти, глядя в доску, на которой всё пишут и пишут этим скрипучим мелом, а мысли так заняты этим, блин, замечательным придурком, что ни одной буквы не разобрать, что пишет учитель. Ещё рано записывать самого себя к психиатру? — Что с ним? — Линдси на перемене ловит Майки в коридоре и даже не нужно пояснять, о ком всё таки речь. — Бессоница, — Уэй медленно выдыхает, хмурится и трёт переносицу большим и указательным пальцем, облокачиваясь плечом о дверцу собственного шкафчика, — Ты же в курсе про того, ну... Фрэнка? — Несуществующий новенький? — девушка словно незаинтересованно разглядывает свои ногти, но всё же кусает губы в задумчивой паузе, — Наслышана. А бессоница от чего? Понимает, что крыша-то протекает? — Кошмары ему снятся, — поясняет Майки, натягивая улыбку, когда мимо проходит тот самый кудрявый парень из школьного оркестра. Правда, как только его силуэт растворяется в коридоре, он тут же вновь опускает уголки губ, не в силах делать вид, что всё в порядке, — И наверняка из-за этих странностей. Джерард вышел из уборной, растирая мокрые щёки, что весьма небрежно вытер после умывания ледяной водой. Тяжело оставаться в сознании и не уснуть за партой, когда спишь по, если повезёт, четыре часа за ночь. — Что обсуждаете? — Джи тут же притворно и, надо признать, обаятельно улыбается, подойдя к своей подруге и брату, — Сплетничаете про этого... Как его... Рэя Торо? — Вовсе нет, — бурчит Майки и тут же отворачивается, кажется, слегка краснея, — Мы обсуждаем, как всё пропадает из твоей, ну, реальности, Фрэнк. Он и сам нервный какой-то. — Он сегодня был? — Джерард тут же замотал головой, отвернувшись, — Где? — Так, тихо, ковбой, — Линдси кладёт ладонь другу на плечо, — Не привлекай к себе внимания, все и так думают, что ты торчишь. Да, он с самой первой перемены говорил, что всё не так, как надо. Что-то затирал странное, словно его быть не должно... Или ты должен быть... Не помню, вы оба ведёте себя странно. Нам бы с тобой поговорить нормально, а не ночами в одну сторону переписываться, не думаешь? — Мне нужно его найти, — Джи всё плавает взглядом по головам мимо проходящих пытаясь мысленно выцепить нужную макушку, — Нужно, очень нужно... — Джерард, — Майки обеспокоенно смотрит на брата, хмурит брови и скрещивает руки на груди, — Что такое? Почему так срочно? — Я не знаю! Уэй даже не договаривает и отрывается, ходит по коридору, даже после звонка мечется из одной стороны в другую, пока взгляд его суженных зрачков словно пытается стены просканнировать. К слову, безуспешно. — Хей, красная шапочка, — Фрэнк стоит в опустошённом коридоре, неловко улыбается и прячет руки в карманы широких джинс, — Кого-то потерял? Он даже растерянно хлопает ресницами и вздрагивает, когда Джерард накидывается на него с объятиями. Эту непреодолимую тягу описать сложно, но Уэй точно знал, что только этот крошечный придурок поймёт его, как никто другой. — Ну-ну, Джи, всё хорошо... — Айеро смеётся и гладит друга по спине, даже чуть раскачивая его из стороны в сторону, — У меня тоже эти дни были странными. Словно все вокруг... Ненастоящие, даже ты. Я так рад, что... Ты это ты сейчас. Такой же беспокойный и сумасшедший. — А я как рад, твою же мать, как же я рад... — Джерард сгребает ткань чужой футболки, цепляется за неё пальцами и глубоко вдыхает этот аромат пота, дешёвого одеколона и, кажется, домашней еды. Честно, эту встречу можно сравнить со спасением утопающего, потому что именно так себя он и чувствовал все эти дни, — Мне столько тебе нужно рассказать! У меня кошмары не прекращаются, я почти не сплю и чувствую себя таким измотанным, словно... — Хей, Джи, — Фрэнк чуть отстраняется и, мягко улыбнувшись, берёт чужое лицо в свои тёплые, удивительно мягкие для гитариста ладони, — Может, ну его нахуй? Уроки эти. Пойдём, подышим свежим воздухом, покурим, купим мороженое... Уэй, подавливая противнейший ком в горле, закивал, как болванчик. Да. Да-да-да! Хочется сбежать от реальности, такой пугающей и странной, да даже сны его подводят, так что он с радостью уходит вместе с этим таким же отбитым, как и он, новеньким, навстречу приключениям. Ну, если приключениями можно назвать курение на бордюре парковки Воллмарта. — Давай ты у меня сегодня останешься, — Джерард это выдаёт так неожиданно для себя, что аж краснеет от шокированного взгляда одноклассника, — Ну, то есть... Не знаю, вот сейчас ты у меня есть в друзьях в фейсбуке, понимаешь? А ночью, когда я просыпаюсь от кошмаров, тебя нет... Вновь не существуешь. И, я подумал, может... — Думаешь, поможет? — Фрэнк задумчиво выдыхает дым и смотрит, как подростки из средней школы катаются в тележке по всей парковке и громко визжат от драйва такой поездки. Хах. — Знаешь, я не против. Я сам себя чувствую крайне паршиво, словно даже моя собственная мать ненастоящая, как в том мультике со стрёмной мамашей с глазами-пуговицами. — Каролина в стране кошмаров? — Джерард звонко смеётся, закашлявшись от дыма, что вдохнул слишком резко. На парковке было абсолютно безлюдно, так что его кашель был слышен как пушечный выстрел, — Да уж, в некотором роде, так и есть. Уэй сейчас мысленно молил Бога, что б Фрэнк не исчез никуда до вечера. Чёрт, он ведь закоренелый атеист, а теперь сидит и просит какого-то невидимого дядю, что б ему хотя бы одну ночь не было так удручающе плохо. То ли молитва сработала, то ли Вселенная услышала эту просьбу, но уже в одиннадцать вечера они оба сидели в кровати и подпирали спинами стену, смотря фильм на ноутбуке. — Мальчики, я пошла спать! Не шумите особо! — Хорошо, мам! — как только дверь закрывается, Джерард не выдерживает и хохочет, — Боже, этот тренер такой крутой! — Костюм у него охренительный, — Фрэнк ухмыляется, потирая кончик носа, — Но Микки тут самый мужик. А его жена? Да я даже гетеросексуалюсь с неё! — Погоди, — Джи тут же закусывает губу и смотрит на одноклассника несколько рассеянно, — Так ты гей? — Ну... Не знаю. Наверное, неуверенный бисексуал, — Айеро смеётся, потирая затылок. Заметив, что Джерард смотрит на него с такими глазищами, он всё же глянул на него в ответ и совсем растерялся, — Ты имеешь что-то против? — Вовсе нет! Просто... — Уэй задумчиво перекатывает язык во рту, а затем продолжает смотреть фильм, — Ладно, забей. — Чувак, то, что мы будем спать в одной кровати, не означает, что я буду до тебя домогаться, — Фрэнк тоже решил расслабиться и продолжать смотреть бойню супер-утончённых красивых мужиков, — Пусть ты и симпатичный. — Хах, спасибо! Ты тоже, — Джерард это ляпнул, не подумав, но теперь он с завидной скоростью краснеет до кончиков ушей. Да уж, главный ловелас школы, а теперь грызёт щёку изнутри, чувствуя себя как полный идиот. Благо Фрэнк это понял и лишь усмехнулся, продолжая молча смотреть фильм, лишь комментируя происходящее и только его. И всё бы было отлично, не спи они в одной кровати. Айеро выглядел до одури безмятежным, листал какой-то там "тик-ток" и смеялся с коротких видео почти до умилительного хрюканья, а Джерард всё лежал на боку и смотрел на этого очаровательного засранца. Два бисексуала в одной кровати, да что может пойти так? — Фу-ух, всё, — Фрэнк, когда на долгом выдохе утихомирил свой смех, отложил телефон на тумбу и дёрнул за ниточку ночника, погружая комнату в полумрак, — Спокойной ночи, сумасшедший. Удачи тебе там выспаться, ага. — Спасибо, — Джерард чуть улыбается, пусть и одноклассник этого не видит: уже распластался звездой и закрыл глаза, — Доброй ночи. Через полчаса Фрэнки сопел и иногда даже мямлил во сне, а Уэю всё не спалось - сна не было ни в одном глазу. Почему-то он чувствовал себя... Виноватым? Да, именно виноватым, а в чём именно, понять не мог. Наверное, он просто всех достал, особенно бедного Майки, который и сам хрен пойми куда свалил ночевать, завтра же выходной. Конечно, есть один вариант... — Я?.. А может ты? Фрэнк. Разговаривает. Во сне. Джи даже сдержал порыв сесть, ведь он никогда не видел, что бы люди говорили во сне. Ещё и так более-менее чётко! Любопытство тут же отогнало всю былую сонливость, заставляя напрячь слух. — Что ты? — Уэй решил подыграть, да и вдруг он его слышит? — Я? Н-не знаю, — Фрэнка едва слышно, ибо он сопит по большей части, но Джерарда это умиляло почти до восторженного писка, — Мороженое с картошкой фри... Джи зажимает рот ладонью, дабы не расхохотаться. — Не смешно! — Айеро недовольно жмурится во сне и, Джерард мог поклясться, это было уморительно. — Часы сломались, — продолжает спящий, перевернувшись на бок, прямиком лицом к Уэю. У него такая забавная складочка между бровей, когда он хмурится, — Не идут... — Починим, — уверенно шепчет Джерард и улыбается так, аж скулы болят. — Не починим, — отвечает Фрэнк более устало и тихо, словно переходит обратно в фазу нормального сна, — У меня нет часов... Джи даже расстроился, когда этот спектакль закончился, ведь ему, как он внезапно осознал, страшно спать, но всё же усталость от переживаний и дикий недосып сделали своё и подростка практически вырубило - резко и беспощадно. Он проснулся за полчаса до утра и даже не от кошмаров. Ему попросту было адски жарко. Мало того что одеяло от пят до носа, так ещё и... Фрэнк! Он наглым образом спит на нём! Ну, точнее, уложил голову на грудь, а всё тело по диагонали пересекало кровать, но всё же... Всё же это лучше, чем просыпаться от ужаса в холодном поту.