Свои и чужие

М-21 толкнул дверь убежища, не надеясь увидеть мальчишку — в конце концов, его не было больше суток, вряд ли Регис потерял бы такую возможность удрать. Кажется, он в жизни столько не бегал, петляя, заметая следы, пересчитав все недостройки в соседних городах. На какое-то время это запутает тех, кто за ним гнался. А потом… Потом Союз привлечет других модифицированных агентов, и… Он надеялся, что к тому времени они покончат со всем этим. Но если мальчишка удрал… Его сбил с ног толчок в грудь. М-21 упал, перекатился, подминая под себя напавшего, и увидел огромные красные глазища. — Регис? Это ты так меня встречаешь? Мальчишка сглотнул и моргнул. В уголках глаз дрожала влага. — Я испугался… — ТСЧ, странный способ избежать нападения… — … что ты не вернешься! М-21 поднялся, вздернул на ноги Региса. Он тут же отвернулся. Судя по звукам —пытался сдержать шмыганье носом. — Я вернулся, — сообщил М-21. Мальчишка фыркнул, признавая очевидное. — Ты сделал то, что… он просил? — спросил Регис, соорудив на лице что-то похожее на презрительную мину. Правда, при покрасневших щеках и слипшихся ресницах выглядела она неубедительно. — Да. — И теперь… — Если Кромбель не надует нас снова, мы снимем с тебя эту штуку. — А как мы его найдем? — Думаю, это он найдет нас. М-21 снял шинель и свернул ее комом. Насколько ему не хотелось бы избавиться от нее, без формы он даже на базу не попал бы. Неизвестно, когда она понадобится снова. Рука наткнулась на что-то твердое. Блокнот. Он и забыл про него! М-21 достал книжицу, пролистал и бросил на стол. — Что это? — выдохнул мальчишка. — Нашел у доктора Кромбеля. — Откуда у доктора Кромбеля записи на языке Лукидонии? — Что? — Там записи на языке ноблесс. Откуда они у человека? — Если судить по почерку — он сам их написал. Ты понимаешь, что там? Регис уничижительно посмотрел на него. ТСЧ, да не имел он в виду, что мальчишка читать не умеет! — Я посмотрю позже, — сказал Регис, задрав нос. М-21 готов был поспорить, что ему любопытно, но вредность не позволяет показать интерес. М-21 сел и потер лицо ладонями. — Тебя не было непозволительно долго! — Я… влип в историю. Мальчишка искривил бровь. — Я попытался найти имена. Но кое-кто нашел меня. — За тобой… гнались? М-21 кивнул. — Нам нужно уходить? — Нет, я оторвался. А если до сих пор сюда никто не явился — значит, об этом убежище неизвестно Союзу. Регис выдохнул с очевидным облегчением. — Пересидим здесь немного, пока обстановка… не прояснится. Регис снисходительно кивнул, как будто он спрашивал у мальчишки разрешение. Что ж, запас рамена тут достаточный, а новости он услышит. М-21 достал приемник, настроенный на частоту Союза. Сквозь шипение помех послушал про попытку взлома серверов местной базы «неизвестным злоумышленником». Хмыкнул. Вот значит, как? Что ж, значит, у них есть шанс выпутаться из этой истории… И что потом? М-21 посмотрел на ноблесс. Мальчишка нарочито отводил взгляд от его находки, всем видом демонстрируя, что ему совсем не интересно. — Может, посмотришь, что там? — Пф! — Почему мы должны совать нос в чужие дела? — спросил Регис, испытывая непреодолимое желание взять книжицу в руки. — Потому что Кромбель сам нас в это впутал. Регис прикусил губу. Раз уж М-21 так считает… Он покрутил в руках блокнот. — Что? Здесь что-то есть! Задняя обложка оказалась ощутимо толще передней. Тайник? Регис пробежал пальцами по срезу. Так и есть, тонкая щель между двумя пластинами. Он ощупал еще раз внимательно... М-21 смотрел через плечо и, кажется, даже не дышал. Щелкнула едва заметная застежка. Тайник оказался футляром для снимка. Регис повернул книгу на раскрытых ладонях, чтобы свет попал под определенным углом. Семейный портрет в интерьере. Тяжелые портьеры, кресло с высокой обитой тканью спинкой. Регису показалось, что он вернулся домой — такие же элегантные линии, как в поместье. — Это что, фотография? — спросил М-21. — Дагерротип. М-21 хмыкнул, но не стал комментировать его познания. Вместо этого спросил: — Что там? Регис понял, что с высоты своего взгляда М-21 не может разглядеть изображение. — Это доктор Кромбель? — Невозможно, — отчеканил Регис. — Дагерротипы перестали делать больше ста пятидесяти лет назад! — А ты откуда знаешь? — Помню. Он действительно помнил — чинные рассаживания, терпеливое ожидание, чтобы все успели принять приличествующую позу и выражение лица, вспышку, от которой хотелось зажмуриться, но приходилось держать глаза открытыми, чтобы не испортить изображение. Собственное удивление, когда родителям преподносили снимок в серебряном футляре, недоверие каджу-нима к человеческому изобретению, но, тем не менее, тщательно хранимые им дагерротипы сына и невестки… — Но почему он так чертовски похож на Кромбеля? Регис присмотрелся. Мужчина на снимке действительно походил на доктора Кромбеля. Если сделать скидку на возраст, и на качество изображения — он мог бы сказать, что это и есть доктор Кромбель. Но мужчина на снимке казался моложе нынешнего всего на десять человеческих лет, а если учесть возраст дагерротипа… — Это невозможно, — не слишком уверенно повторил он. — А это кто, интересно? Женщина, ничем не примечательная, хотя возможно ее красоту стерло качество снимка. И мальчик лет десяти, стоящий рядом с креслом. В костюме той эпохи, с серьезным выражением лица, с таким знакомым прищуром… Регис мог бы поклясться, что глаза у человеческого ребенка серые, не потому, что изображение черно-белое, а… — Семья? — Значит, это точно не Кромбель! У такого мерзавца не может быть семьи! — Может, это его дед? — Дай посмотреть! — Но я еще… — Дай! Регис протянул ему развернутый футляр. — Только осторожно, они очень хруп… Палец соскользнул по срезу страниц, пришлось схватить второй рукой, чтобы не уронить. И Регис услышал тонкий хруст. — Ой… Стекло, защищающее дагерротип треснуло, и на глазах снимок стал покрываться безобразными пятнами там, где от воздуха отслоилась амальгама. Крупинки цеплялись одна за другую, разрушая изображение… — ТСЧ! — Я не специально… Регис положил блокнот на стол и отступил на шаг, подавив желание спрятать руки за спину. — Это всего лишь душещипательная картинка, — сказал М-21. — Может, внутри что-то посерьезнее? — Ты хочешь, чтобы я прочитал? М-21 нетерпеливо кивнул. Похоже, потеря снимка его совсем не расстроила. А он бы посмотрел еще раз, чтобы убедиться, что ему не показалось! Регис взял блокнот, раскрыл тайник. Нет, бесполезно, теперь уже и не скажешь, что там был снимок — просто причудливо изукрашенный форзац. Он открыл первые записи. Вчитался. Перелистнул несколько страниц… — Ну, что там? — Я… Он странно пишет, — Регис скривился. — Как будто записывает слова из других языков нашими буквами. И не всегда верно. Или… я не все понимаю. Мне не хватает знания терминов и… — Меня не интересуют подробности его гнусных экспериментов! — … и знания языков. — Мне нужны имена! Там есть имена? — Пока не встретил. Он пишет, что у него есть группа подопытных. Двадцать человек. — Двадцать? — Да, двадцать, — Регис покатал на языке непривычное сочетание букв. — Кажется, это русский. Он проводит на них эксперименты, и все успешные потом повторяет на «нем», но этого мало для «него». — Его? — спросил М-21, взъерошивая волосы. — Там есть хоть какие-то имена? Регис покачал головой. Кажется, именно имена здесь специально обходили, ограничиваясь номерами. Он пролистал книжицу еще раз, чтобы убедиться. — Нет, везде только «он». — Читай дальше! — Пишет, что решил расширить группу до ста образцов… и включить «его» в сотню. И что эксперимент идет лучше, у «него» появились способности, превышающие человеческие. — ТСЧ, очередной монстр Союза, ради которого страдали такие, как мы! — М-21 сжал кулак. — Но их все равно мало. Чтобы «он» выжил не хватает… — Регис запнулся, пытаясь разобрать буквы, сложенные в непривычные сочетания, — «стабилизирующего элемента». Он что, пытается кого-то спасти? — Свои амбиции, — вспылил М-21, — и своего монстра. В Союзе говорили, что он создает химер. Наверное, это первая. Регис покосился на М-21 через плечо. Перевернул страницу. Нахмурился. Перечитал снова. Да, ему не показалось! — Он решил использовать кровь ноблесс. — Откуда бы он ее взял? Регис кивнул. Сглотнул. — У него появился союзник. И они устроили охоту на ноблесс. «У вас потрясающее фамильное сходство…» «Раз в сто лет ноблесс попадают в одну и ту же ловушку…» Регис испытал желание закрыть книжицу и не читать дальше. Потому что подозревал, что там записано… Но М-21 заглядывал через плечо с ненавистью, от которой становилось жарко, силясь разглядеть что-то в неизвестных ему буквах, и Регис продолжил: — Пишет, что у них ничего не вышло, потому что после смерти ноблесс не удалось сохранить тела, — Регис сглотнул, понимая: — Он пишет про моего отца и отца Сейры. — Что? Ты же говорил, что они погибли сто лет назад! Регис кивнул. Выходит, этой вещице больше ста лет и на дагерротипе все-таки Кромбель? — И что? — Он нашел кровь ноблесс. Союзник «предоставил». И на некоторых подопытных у него получилось. Только с побочными эффектами. Они превратились в мутантов. — В таких, которые… — Да, обладающих жаждой крови и умеющих создавать зомби. — Значит, он знал? — О чем? — О способностях М-24, — буркнул М-21 явно не желая вдаваться в подробности. Регис пожал плечами. — Но он пишет, что с «ним» ничего не вышло и началось отторжение. Пишет, что ему приходится спешить, и «он» не проживет долго без «стабилизатора». — Уж не для себя ли он это делал? — спросил М-21. Регис покачал головой. Судя по подозрениям, которые только усиливались по мере чтения, он правильно догадался. — Они поймали оборотня. — Что? Оборотни существуют? Регис кивнул. — Он пишет, что не может себе позволить ошибиться и больше неудачных экспериментов «он» не переживет. И поэтому первый эксперимент с «материалами» от оборотня он поставит на себе. Ведь у них с «ним» родственная ДНК. — ТСЧ, клонов он клепал, что ли? — Пишет, что союзник помог ему оставаться в сознании и контролировать эксперимент на себе. — Он сумасшедший, но не трус… — Но пока он был в лаборатории, у «него» остановилось сердце. — Ха, приятно слышать, что этот сукин сын хоть в чем-то ошибся! — позлорадствовал М-21. — И что там дальше? — И все. Записи закончились, — Регис покрутил в руках блокнот, надеясь еще на какой-нибудь сюрприз. — ТСЧ, бесполезный хлам! М-21 отвернулся, словно хотел скрыть досаду. — И что мы… будем делать дальше? — Дождемся Кромбеля, снимем ошейник… — А потом? — Если я правильно понимаю, тебя найдут, как только восстановятся твои способности? Регис прикусил губу и кивнул. Сейра наверняка с ног сбилась, разыскивая его, и, скорее всего, уже была вынуждена доложить каджу-ниму. И если глава его клана тоже включился в поиски… — Значит, в этот момент мне нужно быть подальше от тебя. Регис подавил возглас. М-21 прав, каджу-ним не потерпит модифицированного рядом со своим внуком. А если он узнает, что ради эксперимента над этим человеком умер его сын… Но ведь М-21 не виновен! Засаду на его отца организовал не он, и он не мог в ней участвовать! Все это время он… — И мы больше… не увидимся? М-21 посмотрел на него из-под челки. — Тогда я хотел бы… — Регис почувствовал, что не сможет произнести ни слова. Постыдное желание, помноженное на чувство вины, приправленное отчаянием от неспособности воззвать к семейной чести, скручивалось комом в горле и мешало сказать о себе вслух. И он просто шагнул к М-21. Положил ладонь на грудь. Скользнул пальцами под пуговицы рубашки. Приподнялся на носках и коснулся губами его губ. Потрогал, запоминая их твердость, изгибы и выпуклость шрама, провел языком, осторожно толкнулся между губами. М-21 выдохнул ему в губы и ответил на поцелуй так, что сорвалось дыхание, ноги стали ватными, и слабостью подогнуло колени. Кажется, он мог бы жить этим моментом целую вечность… Регис провел ладонью по лицу М-21, запоминая изгибы шрама, запустил пальцы в волосы, притянул ниже, чтобы не балансировать на вытянутых носках. М-21 придержал его за спину, прижал к себе. Регис почувствовал его возбуждение — без помощи ментального контроля, просто через несколько слоев одежды. Значит он… все понял правильно? Но… — Я… Говорить в целующие губы казалось неуместным, но он хотел… М-21 отстранился. Регис понял, что стоит на ногах только благодаря его поддержке. — Это все, чего ты хотел? — спросил М-21, прочистив горло. Тяжелое дыхание скрадывало слова, но Регис понял бы его и без слов. Он покачал головой. — Я бы хотел… оставить очень важное воспоминание о тебе. — Воспоминание? — Мне кажется я… Как объяснить? Нужно ли вообще что-то объяснять, если М-21 смотрит с недоумением, как будто они говорят на разных языках? — Это… особое чувство. Я никогда не испытывал ничего подобного… — И что ты… чувствуешь? Регис почувствовал, что краснеет. Но раз уж он начал говорить… — Волнение. У меня… бьется сердце, и дрожат руки, и… я не знаю, как подобрать слова. Это совсем не похоже на меня… Ты понимаешь? — Нет. Соврал. Чтобы увидеть, как Регис закрывает глаза и прикусывает губу, принимая его ложь за чистую монету. Ведь благородная честь не позволяет думать, что его могут обмануть. Что он прекрасно понимает, что чувствует мальчишка, и даже знает, как называется это чувство, но все еще не может произнести это даже мысленно. Что он звереет от мысли, что когда-нибудь этот лакомый кусок достанется кому-то более подходящему по статусу — той же Сейре, или кто у них там останется из ноблесс, учитывая их склонность попадать в ловушки. Хорошо, что он не доживет до этого — с его склонностью попадать в неприятности! И не увидит, как повзрослеет Регис настолько, чтобы разобраться в своих чувствах. А сейчас нужно сделать шаг назад, чтобы близость мальчишки не кружила голову, не вызывала желания сгрести в охапку и мчаться со своей добычей на край мира, где их никто не найдет, даже если будут искать совместными усилиями Лукидонии и Союза! ТСЧ! — Тогда я не буду тебе ничего объяснять, — чопорно сказал Регис. — Просто… И вместо того, чтобы благоразумно отойти, шагнул вперед. Обвил руками шею так крепко, что М-21 наклонился неожиданно для себя, прильнул всем телом, так, что пришлось придержать мальчишку за спину, чтобы они оба не рухнули, и поцеловал снова. Да что он вытворяет, этот мальчишка? Что он делает с ним, что пульс начинает грохотать в ушах, сердце бьется так, как будто хочет упасть в ладони мальчишке, а кожа горит от жажды прикосновений? Регис запустил руки под воротник его рубашки, кажется, отлетела пуговица, потому что дышать вдруг стало легче, и он полной грудью вдохнул запах мальчишки. Сознание повело, взгляд ослепила серебряная вспышка. Вдох, еще вдох… Приступ дезориентации схлынул, рывком возвращая его в сознание. Наверняка мальчишка не планировал ничего подобного. Он и сам не ожидал, что от поцелуя на бешеный ритм сорвется сердце, мир взорвется красками и запахами, среди которых запах мальчишки окажется самым вожделенным. Поплывет перед глазами, затягивая взгляд серебряной пеленой, и сквозь кожу прорвутся когти. Он и не подозревал, что может потерять контроль над обретенной с таким трудом трансформацией, и не только — судя по произошедшему, он и себя не очень-то контролировал. Рубашка Региса разлетелась лоскутами, да и его собственная не осталась цела — он прижимался голым торсом к обнаженному мальчишке. Он осознал вдруг все разом — и когти, впившиеся в топчан чуть выше плеч Региса, и его разведенные ноги и то, что он вбивается в мальчишку раскаленным от возбуждения членом. А еще то, что Регис стонет и дрожит не от попытки вырваться и не от боли, а от того, что пульсирует и сокращается зажатый между их телами член. М-21 отстраняется и смотрит, как Регис кончает себе на живот, и сглатывает слюну от желания слизать капли одуряюще пахнущей спермы, но Регис тянет руки, обхватывает его за шею и прижимает к себе, двигает бедрами, подгоняя, и он вжимает мальчишку в жесткий матрас и несколькими рывками доводит себя до разрядки. Падает на мальчишку и чувствует, как окончательно проясняется в голове. Но никакого желания разбираться в том, что произошло, он не испытывает, а испытывает всеобъемлющее желание вырубиться, как будто трансформация и нападение на мальчишку высосали из него все силы. Но Регис не дал ему такой возможности. Завозился, собирая одежду, спрятался в нее и натянул «подобающее» выражение лица, которое совершенно не вязалось с растрепанной прической и отсутствующей рубашкой. — Мы должны что-то делать! — Я думаю, нужно немного подождать, и доктор Кромбель сам нас найдет. Нужно отойти подальше. — Зачем? — Я не готов… приглашать сюда гостей. Наверняка, Кромбель знает об этом убежище, как и обо всех их бесполезных попытках уйти из-под его контроля. Но М-21хотел сохранить хотя бы видимость независимости. И потом, куда-то же ему надо будет возвращаться потом, когда за мальчишкой явятся его благородные родственнички… И это, скорее всего, случится в кратчайшие сроки... хорошо бы успеть унести ноги, не дожидаясь благодарности за содеянное. «Содеянное» отражалось на лице мальчишки, стоило тому поднять взгляд. Краснели щеки, уши, кончик носа, Регис начинал прикусывать губу и сглатывать, провоцируя его повторить все медленно и вдумчиво, не борясь с внезапно появившейся силой и полностью контролируя себя. — И как мне идти? Я не могу выйти на улицу без рубашки! — Наденешь мою! — Твоя тоже разорвана! — А не надо было меня провоцировать! — Я не провоцировал! — А что это было? Что за ноблессячьи штучки?! — Я здесь не при чем! Это… — Хочешь сказать, у меня сорвало крышу не потому что кое-кто полез целоваться напоследок? Регис покраснел так, что даже на кончике носа появился румянец. — Я не… — Давай проверим еще раз? Казалось бы, дальше краснеть некуда, но у Региса получилось. М-21 посмотрел на пунцового мальчишку, от волнения запахшего еще ярче и понял, что вот-вот повторит и без его согласия. — Прекрати! — выпалил Регис. — Что? — Меня смущать! — А ты прекрати меня провоцировать! Ну и как теперь выходить из убежища, в самом деле? М-21 с усилием втянул когти. Ну, хотя бы это ему все еще удается! В конце концов, М-21 натянул свитер в бело-серую полоску, а Регис надел пиджак. Если застегнуть все пуговицы — не так уж и заметно, что одежда непозволительно натянута на голое тело. Если удастся снять ошейник, этот вопрос перестанет его волновать и он, наконец, вернет вид, подобающий своему статусу! И свои способности! Хорошо бы вместе с этим вернулась способность думать… И, желательно, не о том, что между ними произошло! Регис покосился на М-21. Для кого доктору Кромбелю могла понадобиться кровь ноблесс? И то, что он взял от оборотня? Не для того ли, кто выжил? Единственный из ста. И он видел — полосы проступившей на скулах шерсти, серебро, заливающее глаза, когти, впившиеся в топчан так, что затрещало дерево… Какой «стабилизирующий элемент» достался ему от оборотня? Регис прислушался. Ритм, не похожий на биение человеческого пульса. Сердце? Поему он не обращал на это внимания раньше? Потому что не прислушивался, считая ниже своего достоинства интересоваться модифицированным человеком? Регис прикусил губу. — Пошли, пока Кромбель не явился сюда, — отвлек его М-21. — Ты так уверен, что он уже близко? М-21 хмыкнул. — Подождем здесь, — сказал М-21, присаживаясь на перекладину шлагбаума. — Почему здесь? — Это место ничем не хуже других. — И не лучше… Оно вообще ничем не отличается от пройденных ими! Разве что тем, что пока они сюда шли — Регис успел устать. — Оно достаточно далеко, чтобы не привлекать внимание к убежищу, если придется прятаться. — Опять? М-21 пожал плечами. — И сколько нам тут ждать? — Мне кажется, уже недолго, — сказал М-21 и встал. Регис прислушался. И едва различил гул вертолета. — Я же говорил, он сам нас найдет, — криво усмехнулся М-21. — М-21. — Доктор Кромбель. Не могу сказать, что рад вас видеть, но… — Я слышал, ты был на базе. М-21 кивнул. — Что ж, я готов выполнить свою часть сделки. Ты… — У меня кое-что есть, — сказал М-21. И показал дневник. — Не ожидал, что кто-то найдет эту безделицу. — Там была фотография, — Регис подался вперед, надеясь привлечь внимание. — Регис, не время, — сказал М-21, став раздражающе похожим на Сейру. — Фотография? — Дагерротип, — кивнул Регис. Он должен выяснить! — Вот как? — доктор Кромбель посмотрел на него сверху вниз — как на незначительную помеху. Регис сжал кулаки. — Там был мальчик. Это?.. — больше он не успел сказать. Регис почувствовал силу, сдавливающую виски. Против его воли начали всплывать воспоминания о возвращении М-21 с базы, попытках рассмотреть дагерротип и разобрать записи об экспериментах. — Что вы делаете?! Это бесчестно! — Регис отшатнулся, не в состоянии поверить, что вот так легко… — Зато очень действенно. Значит, фотография уничтожена? — Откуда вы?.. — М-21 шагнул вперед и заслонил его от взгляда доктора Кромбеля. — Он читал мои мысли! — выпалил Регис в спину М-21. — Этот снимок… — спросил М-21, — имел какую-то ценность? — Нет, это всего лишь, — доктор Кромбель пощелкал пальцами, как будто подбирал слова, — дань сентиментальности. Регис видел ученого через плечо М-21. И почему ему кажется, что доктор просто издевается, видя их насквозь? — Выходит, я прав?.. — он выступил вперед, надеясь разглядеть подтверждение своим догадкам. — Теперь это только твои домыслы. Он тебе никогда не поверит, — ухмыльнулся Кромбель. Ученый явно чувствовал себя на высоте. Неужели из-за того, что так легко вторгся в его память? — Но у вас… потрясающее фамильное сходство! — С моим предком? Да, мне говорили, — снисходительно кинул Кромбель. Но ведь это ложь! Регис чувствовал, что прав, и что человек даже не пытается оправдаться. Он просто ни во что ни ставит своих собеседников! — Но… — Регис понял, что на него уже не обращают внимания. Выпотрошенная память осыпалась разрозненными осколками, среди них было и то, чем закончилась его попытка объясниться с М-21… Это унизительно! Если бы он мог противостоять чтению мыслей, он никогда бы не позволил!.. — Что ж, можно сказать, свою часть сделки ты выполнил, я готов выполнить свою, — обратился доктор Кромбель к М-21. — Как договаривались — одна услуга, один товар. Регис прикусил губу. Договаривались? Значит, М-21 не все ему рассказал? — Что ты выберешь? Ключ или информацию? — продолжил ученый. В его руке появилась флеш-карта. — На этом носителе вся информация по М-серии. Имена, возраст, место рождения… Уникальная информация, которой нет больше нигде. Что? М-21 делал выбор между его свободой и?.. Выходит, все обман? Регис попятился. М-21 покосился на него, играя желваками. Этот выбор настолько труден для него? — М-21? — напомнил о себе доктор Кромбель. Регис прикусил язык, чтобы не качнуть выбор в свою пользу. Грохнул выстрел. Регис почувствовал толчок в спину и сожаление о том, что не узнает, что выбрал М-21. А боли он не почувствовал. М-21 обернулся, чтобы увидеть, как безнадежно падает мальчишка. Второй выстрел выбил фонтанчик песка у ног Кромбеля. Доктор только переступил и досадливо поморщился. — Что ж, выбор сделали за тебя, — сказал Кромбель. — Ключ! — рявкнул М-21. — Ключ? Он уже без надобности, мальчишка лишен способностей, и выстрел… — Быстрее, ключ! — М-21 прыгнул вперед, в надежде вырвать ключ у Кромбеля. Тот вскочил на подножку вертолета и ухмыльнулся. — Ну что ж, ты сам выбрал, — и швырнул таблетку. М-21 поймал, перекатился, уходя из-под очередного выстрела, и нырнул к мальчишке. Сгреб его за шиворот и откатился. Вертолет Кромбеля набрал высоту. Где-то там был второй вертолет, с которого работал снайпер, и если… Вертолет доктора развернулся и дал залп. Громыхнуло вдалеке, стрельба прекратилась. — ТСЧ, открывайся! Обмякшее тело мальчишки оттягивало руки, таблетка скользила в испачканных кровью пальцах. Не может быть, чтобы!.. Пикнул, сработав, замок. Ошейник распался и стек в траву безобидной лентой. М-21 поднялся и рванул в сторону убежища, надеясь, что ему не показалось, что Регис начал дышать, свернувшись у него на руках. М-21 уложил мальчишку на кровать, задрал пиджак, чтобы увидеть, как регенерация выталкивает из-под лопатки пулю. Не разрывную, не трассирующую. Просто… Следящий маячок! ТСЧ! Он смахнул передатчик и припечатал его ботинком. Теперь и здесь не отсидеться! Мальчишка дернулся и приподнялся на руках. — Лежи, — сказал М-21, пытаясь прикинуть, сколько у них еще времени. — Ты… что-нибудь чувствуешь? Регис шумно сглотнул и медленно кивнул. — Ты нервничаешь… М-21 хмыкнул. И это все? — А что… было? — спросил Регис, усаживаясь. — Кромбель нам помог. Сбил вражеский вертолет. — П… почему он это сделал? — Вот и мне это интересно, — донеслось под грохот выбитой двери. М-21 развернулся, подставил локоть, чтобы отклонить обломки. — Вечно эти недоделанные образцы лезут в какие-то щели, а нам приходится их оттуда выковыривать! — М-21! Все-таки кое-что он знал и о вышестоящих агентах. Тех, до кого не дотягивались даже Мэри с Джейком. Штурмовое подразделение Союза, и его командир: — Кранц. — Глянь, командир, а он нас знает, — сквозь чавканье пробормотал толстяк. — Хаммер, — прокомментировал М-21. — Какого черта ты лыбишься? — А это, я так понимаю, Шарк? — Это еще что за неэлегантные неудачники? — встряхнулся Регис. — А где Такео и Тао? Это же Тао меня засек, да? — он попытался просчитать позицию, и по всему выходило, что у него нет шансов. Даже если из пятерых по его душу явилось всего трое. — Да ты сильно много знаешь, как я посмотрю! — оскалился Шарк. — М-21. Мы знаем, что ты работаешь на доктора Кромбеля, — сказал Кранц, которому ни к чему было нагнетать — он и так подавлял одним своим видом. — Предателя Кромбеля! — тут же поддал Шарк. — Твои действия расцениваются, как измена Союзу. — Значит, целое спецподразделение ДА-5 прислали, чтобы найти меня? Это лестно, — М-21 подобрался. Нет, он не справится, но хотя бы мальчишка сможет сбежать, тем более, ошейник уже не действует, и ноблесс сможет… — Замолчи! — Но сначала мы должны выяснить планы доктора Кромбеля. Поэтому у нас к тебе несколько вопросов. М-21 криво ухмыльнулся. — Думаете, я захочу на них отвечать? — Думаю, да. Ты украл кое-что у Союза. Говорят, тебе удалось поймать ноблесс и смыться с ним. Это он? — спросил Кранц, кивнув на Региса. Шарк встряхнул мальчишку. — Какой-то он мелкий! — Рост не имеет значения, — выдал мальчишка и задрал нос. — И не похож он на ноблесс! — Это он? — переспросил Кранц. — Мы обознались, это просто школьник, — сказал М-21. — Чтооо? — возопил мальчишка, выдавая его блеф, и без того шитый белыми нитками. — Меня не обманешь, — сказал Шарк. — Я пришел сюда по следу его крови. А она у ноблесс пахнет по-особенному! Шарк облизнулся. Региса перекосило. А М-21 почувствовал, как прорезаются когти. — Это обычный мальчишка, Такео чуть не убил его, — сдерживаясь, сказал М-21. — Ха, да если бы это был обычный пацан, от пули нашего снайпера его разнесло бы на куски! Что? Выходит… Доктор Кромбель отключил ошейник еще до того, как они закончили торговаться? — Значит, Такео промазал. — Ха, не смеши меня! — Почему ты защищаешь его? — Мне просто нужен был козырь! — сказал М-21 и услышал, как Регис втянул воздух. Неужели он не понимает, что эти враги не станут играть честно? — Что вас связывает, ну-ка? — Шарк дернул Региса за волосы, заставляя запрокинуть голову и приподняться на носках. М-21 сжал кулаки. — Пф, — выдохнул мальчишка. — Кранц, может, нас надули, и это не ноблесс, а реально сбежавший Кромбелевский образец? — чавкая, сказал Хаммер. У мальчишки, похоже, лопнуло терпение. — Я не позволю, чтобы такие неэлегантные неудачники насмехались надо мной! Глаза мальчишки заискрились. — Шарк! Что-то щелкнуло. — Может, мы тебе и поверим, а пока поноси это! Члены ДА-5 переглянулись со злорадным смехом. — Что? Опять? — выдохнул мальчишка. М-21 посмотрел. Его руки сковывали наручники. ТСЧ, они только избавились от ошейника и… — Эти браслеты лишают способностей таких, как ты! — Не думайте, что вам это поможет! — М-21, в твоих интересах рассказать нам о планах доктора Кромбеля. Тогда ты умрешь быстро. — А если нет? — То это будут самые отвратительные часы твоей короткой жизни! — расхохотался Шарк и ударил. М-21 сплюнул кровь. — Это все, на что ты способен? Я ожидал большего от самых крутых агентов Союза! Очередной удар заставил его подавиться фразой. М-21 отер кровь с подбородка. — У вас странные способы договариваться, так мы вряд ли найдем общий язык. — Подожди, сейчас ты захочешь сделать так, чтобы мы тебя поняли! Шарк ударил снова, М-21 рухнул в обломки мебели. Поднялся, упираясь в колени. Интересно, мальчишка успел послать сигнал своим? Если да, то он должен потянуть время! — Не понимаю, кто тебя учил вести переговоры! — Мы не ведем переговоров с предателями, — ответил Кранц. — Тогда какой смысл мне что-то вам выкладывать? — Смысл только в том, чтобы я закончил с тобой быстро! Шарк вошел в раж, не сдерживая удары. ТСЧ, так он долго не выдержит! Но он не может уступить на глазах у мальчишки! — Если я все равно умру, — сказал он, отплевываясь кровью, — то хотя бы посмеюсь над тем, что вы останетесь ни с чем! — М-21 — выпалил Регис, пытаясь рвануть к нему. Кранц перехватил его за воротник пиджака. — М-21? Я все еще жду, что ты расскажешь, что знаешь о планах доктора Кромбеля. — Вон там его планы, — показал М-21 за спину. — Что это? — Дневник. — Да тут какая-то абракадабра написана! — взвыл Шарк. — Ты что, хочешь подсунуть нам пропись с каракулями? — Да как ты… — выпалил мальчишка. — Это шифр доктора Кромбеля, — сказал М-21 быстро, пока Регис не испортил ему всю игру. — Шарк. Отдадим Тао, пусть разбирается. М-21 ударил из последних сил. Пусть это единственный удар, на который его хватит, но он начал чувствовать ауру Региса, а значит… Шарк отскочил. — Кранц, он меня поцарапал! Я его прибью! Удар в грудь вышиб воздух, переломал все ребра. Кровь пошла горлом, легкие обожгло от нехватки кислорода. Вот и все. Похоже, он не сделал ни того, ни другого. Не смог отыскать имена. Не смог увести Региса от Союза. ТСЧ! Регис стряхнул с рук наручники и уже открыл рот, чтобы выдать фразу о бесполезных поделках, ни сравнимых даже с ошейником доктора Кромбеля, как увидел бросок Шарка и падающего М-21. — М-21! — Шарк! — Эй, Кранц, пацан смог освободиться. — В вас нет ни капли элегантности, я не могу позволить, чтобы такие существа… — Регис начал собирать силу. — Выходит, это все-таки ноблесс? — Ваши сомнения смешны! — он ударил, надеясь стереть с лица земли Шарка. Но он всего лишь впечатался спиной в стену и закашлялся. — Кранц! Позволь мне принять… — Прекратить! — рявкнул Кранц и взмахнул рукой. Регис почувствовал, как рассыпается вся его сила, словно наткнувшись на монолитную преграду. Так вот настоящая мощь удачных образцов модификации? Тогда… — Кранц, ты не понимаешь, я должен принять «Д», и показать этому… — Забираем мальчишку, дневник и уходим. И, Шарк, прихвати М-21, может, он еще пригодится доктору Айрис для исследований! — Я не позволю вам уйти! — выпалил Регис. Кранц всего лишь отвесил ему возмутительный подзатыльник, а в голове загудело так, как ни бывало даже в моменты падений без усиленных способностей. Регис покачнулся. — Да, он прав. Вам не позволят уйти, — голос пронзил пыльную завесу. Следом в ней появился разрыв, и Регис увидел невозмутимое лицо. — С-Сейра? Что ты здесь делаешь? — Я услышала твой сигнал. — Еще ноблесс? — Девчонка? — Регис, что здесь происходит? — Еще не хватало какой-то девчонке диктовать нам условия! — сказал Хаммер. — Эти трое напали на нас, а М-21… М-21! Сейра обвела взглядом разгромленное убежище, посмотрела на М-21. — Все это затянулось. Хаммер, узнай у Такео, почему сюда попали посторонние, и у Тао, почему мы не знали об их приближении. Шарк, я же сказал… — Кранц, мне что, еще и тащить на себе этого… — Шарк! — Ты мешаешь мне пройти, — сказал Хаммер Сейре и попытался отмахнуться от нее. — Я же сказала, что не позволю вам уйти. Хаммер замахнулся всерьез, но его атака разбилась о щит Сейры. — Эй, Кранц, а девчонка-то посильнее будет! — Тем лучше, значит, мы предоставим доктору Айрис больше материала. Кранц вздернул его за воротник, заставляя неэлегантно брыкаться. Взрыв добавил больше сумятицы в происходящее, скрыв от взгляда Региса Сейру с ее противником. — Но… — Да что там еще? — Я не могу с ней справиться! — кажется, в голосе Хаммера прорезались истерические нотки. — Ее не берут мои бомбы! Кранц, позволь… — Я разрешаю использовать «Д». — Кранц, почему ему можн… Судя по гулу, Сейра достала косу Смерти. Ее противник заслуживает использования оружия духа? Громыхнуло так, что заложило уши. — Кранц, они нам крышу на голову уронят! — Хаммер? Хаммер! Сейра взмахом руки разогнала кружащуюся пыль. — С-Сейра? За ее спиной остался Хаммер, сидящий как-то так, что Регис сразу понял — это труп. — Кранц! — Разрешаю. Кранц отшвырнул его и запустил руку в карман. Регис рванул к М-21. — Сейра, прошу, помоги! — Регис упал на колени, пытаясь двумя руками заткнуть ужасную дыру, из которой все еще текла кровь. — Что здесь происходит? — Геджутель-ним? — Сейра? Регис! — Каджу-ним! — Регис! — Прошу, пожалуйста, помогите ему! — Что это за существо, и почему мой внук… — Он спас мне жизнь! — Я выслушаю вас позже! Сейчас я хочу услышать, что здесь происходит! — глава клана посмотрел на Кранца, кожа которого приобрела темный оттенок. — Ты, существо, променявшее свою человечность на силу, что ты делаешь рядом с моим внуком? — Ого, а этот старик посильнее будет. Кранц, давай нападем вместе, вдвоем мы сможем… — Заткнись, Шарк. — Чт… Шарк подавился. Регис поднял взгляд и увидел, как тело Шарка стремительно сжимается, словно плоть усыхает, лишаясь жизненной силы, которую поглощает Кранц. Что? — Эти идиоты не догадывались, что «Д» служит только для того, чтобы я мог принять их жизненную силу, — ухмыльнулся Кранц, сжимая кулак. — И их способности! Продолжением его руки из локтя выскользнуло лезвие. — Что за… мерзость, — прошептал Регис. — Что за нелепое существо! — грянул каджу-ним. — Вы не имеете права пятнать эту землю! Сокрушительный удар впечатал Кранца в стену. — Таких, как вы, необходимо уничтожить, как скверну, отравляющую воздух своим дыханием! Удар Геджутель-нима пришелся в несущую стену и перегородки все-таки сложились внутрь, скрывая от Региса останки Кранца. — А ты… почему ты прикасаешься к этому существу? Его кровь должна жечь твои руки, если ее пролил не ты! — Каджу-ним, я прошу, помогите М-21! — Чтооо? — Я смиренно прошу каджу-нима о помощи, потому что М-21 спас мне жизнь! — Значит, она достаточно никчемна, если для ее спасения понадобилась помощь модифицированного! — сказал Геджутель-ним и отвернулся, хлестнув полой плаща. — Геджутель-ним, я прошу удовлетворить просьбу Региса. — С-Сейра? Почему ты просишь за меня? — Твое исчезновение — и мой промах тоже. И я хотела бы отблагодарить того, кто взял на себя мой долг. — Что ж, Сейра, если ты тоже так считаешь… Доктор Кромбель очевидно наслаждался зрелищем на экране. Мэри покосилась на монитор. Ракурс сбит, как будто камера передает с пола, но сигнал отменного качества. Несколько ноблесс над распростертым на полу М-21, эмоциональный мальчишка, которого искали они с Джейком, ботинок погибшего бойца, кажется, его звали Хаммер. Откуда у доктора Кромбеля доступ к камерам ДА-5? — Сэр, вы позволите им… забрать М-21? — спросила Мэри. Он кивнул. — Но… — она едва не выдала желание мчаться туда, чтобы добить М-21. От ненависти сводило скулы, но может, это шанс, что ее месть свершится чужими руками? — Ноблесс способны помочь ему восстановиться. К тому же мне всегда хотелось познакомиться с достижениями их медицины, — улыбнулся доктор Кромбель, закуривая сигару. — Но ведь доступ в Лукидонию закрыт, как вы?.. — Мэри позволила себе дерзость усомниться. — Мне не нужно в Лукидонию. Однажды М-21 сам придет ко мне. — Почему вы так считаете? — Его маленький ноблесс оказался не так глуп, как могло показаться. Он сложил некоторые факты и сделал неожиданный вывод. Этот вопрос не даст М-21 отсиживаться под куполом Лукидонии. — Но почему вы так уверены, что ноблесс его не убьют? — Им не позволит их «Noblesse oblige». Их благородная честь.