Нам судьба ещё подарит гербарий.

Никогда, у Разумовского никогда не получалось не послушать Волкова. Кроме единичного случая лет в 16, когда тот полез в драку. Настоящую причину Олег так и не узнал. Да и это было не столь важно при мысли, что Серёжа может пострадать. Картина, как сидя на коленях перед рыжим, Олег обрабатывал кровоточащие костяшки рук своему другу до сих пор застряла в их памяти, словно что-то очень яркое. Но явно не самое, что было у них.

***

Всё же Олег уговорил (а может и заставил, кто знает?)  Разумовского лечь спать. Но при условии, что тот ляжет вместе с ним. Дойдя до кровати, Серёжа вроде бы успокоился, но, как минимум, перестал так сильно трястись. Радовало то, что раздеться у него получилось легко и быстро, но явно не спокойно. —Олег, ну пожалуйста!.. —Серёж, брось ты, возьми чистую. Я в этой футболке два дня хожу.. —Ну пожа-алуйста, - Чёрт, снова в применение пошёл "щенячий взгляд", перед которым Олегу никогда не хватало сил устоять. С тяжёлым вздохом он стянул с себя безразмерную тёмную футболку, протягивая вперёд. А у Разума глаза горели, как у ребёнка, казалось, что он вот-вот начнёт скакать по комнате от неимоверного счастья, пока натягивал ткань на себя. —..стой. А где моя футболка, которую я привёз из Москвы!? Серый, я не понял. Да и понимать было нечего. От тихих визгов не осталось и следа, пока Серёжа всеми силами пытался ускользнуть в кровать. Но не успел. С искренней улыбкой Олег легко подхватил этого наглого вора за талию, переворачивая на кровать и тут же падая рядом. —Иди сюда, - крепкая рука сжала бедро бледнокожего парня, притягивая ближе. Сергей не стал сопротивляться и даже не думал об этом. Как давно он мечтал о тактильности, объятиях, поцелуях. Он – тот самый детдомовский паренёк, который толком не имел друзей – сейчас наслаждается всё так же единственным любимым и близким человеком в его жизни. Ему хочется кричать. Ему хочется говорить слова любви. Хочется расцеловать лежащего рядом парня с ног до головы. Но усталость и чувство безопасности резко даёт о себе знать и он быстро проваливается в сон под тихое сопение рядом.

***

Разумовский проснулся один в кромешной тьме и явно один в кровати, ведь не нащупал ничего рядом с собой. Мысли лезли в голову, перемешиваясь друг с другом, но сил думать ещё не было. Он тихо поднялся с кровати, перевешивая ноги на пол и оглянулся кругом. И правда один. Он поспешил подняться, поправляя футболку, и вышел, с каждым шагом все ярче чувствуя сладкий запах. Улыбка поспешно расползлась по лицу Сергея, увидев Олега, который стоял возле плиты с сосредоточенным видом и бубнил что-то себе под нос. —Что делаешь? - прозвучали слова, после того, как Олег почувствовал на своей груди руки и всё сильнее прижимающегося к его спине Серёжу. —Ясно, сюрприз не удался..сырники. С чем будешь? Есть сгущёнка и шоколадная паста. У тебя холодильник вообще пустой, ужас. —Удался ещё как. Со сгущёнкой. Ты рано встал?.. - парень прочистил горло, пытаясь избавиться от утренней хрипотцы в голосе, пока Волков разворачивался в его объятиях лицом к лицу. —Какого хрена, Разумовский? Ты снова босиком? - не получив ответа, Олег почувствовал холодные ступни на своих ногах. Вес Серого почти что не чувствовался, да и мужчина загляделся на жалобный взгляд рыжика. Томно выдохнув, тёплые руки зажали худощавое тело словно в тиски и нос уткнулся в мягкие волосы, зарываясь глубже. —Это правда, Олеж? - голос прозвучал почти не слышно и его бы не услышал Волков, если бы был посторонний шум в комнате. —Смотря, о чем ты? —Ну..ты вчера сказал.. —Самая чистая правда. Самое правдивое за всю мою жизнь, - голос прозвучал с тихой усмешкой, но она была от удовольствия, а не в попытке поиздеваться. —Люблю тебя, Волче.. Ответного признания не последовало, но все было понятно, когда руки сжали Разумовского сильнее и Олег со свистом вдохнул сладкий запах ещё не выветрившегося из волос парфюма. Олег и не любил выражать свои чувства в словах. Он всегда делал, помогал, любил действиями. —Иди садись, сейчас кофе сделаю, - он разжал руки, неохотно выпуская из своих объятий. Через пару минут на столе стоял скромный завтрак, однако Серёжа уплетал всё за обе щёки, словно не ел неделями, из-за чего Волков просто не мог отвести взгляд.