Джек Тодд и методы циничного мышления

- Джек, ты знаешь, что такое безумие? - Повторение одних и тех же действий в надежде на иной результат – особо не задумываясь ответил я. - Интересная формулировка. Но я спрашивала про более конкретные формы, в библиотеке Хогвартса нет книг по клинической психиатрии, а сама я не очень помню. – Гермиона потупила взгляд. - Что-то случилось? - Наверное. Скажи, если человек слышит голоса, есть какие-то шансы на то, что это не шизофрения? - Наверное. Мозги у людей очень сложно устроены. – я пожал плечами – Может, посоветуешься с Марволо или Реджиной? Ну, или хотя бы мадам Помфри? - Да это не у меня! И мы обязательно расскажем всё Марволо, просто… Ну, понимаешь, мне его жалко. - Марволо? - Поттера. Я понимаю, что справедливости нет, и сильные мира сего только потому и сильные, что могут сделать всё что хотят, но… Мне будет немного гадко, если потом выяснится, что из-за моих действий кто-то сошёл с ума. - Всё имеет свою цену, и переворот в сознании целого народа стоит больше чем одну жизнь. Но ты права, мне тоже будет не по себе… Так что, насколько у Поттера всё плохо? - Он рассказал Рону Уизли, что слышит голоса, которые говорят, что нужно убивать. - Оу. Это… Плохо. Светлый лорд не должен никого убивать. Нужно как можно скорее начать лечение, говорят, сейчас в моде галоперидол, попросим Реддла его достать. - Это вы меня достали уже! Что вам, наркоты магловской захотелось? – призрак неожиданно появился рядом с нами. - Ты же подслушивал от начала и до конца, не делай вид, что не понимаешь. – с укором посмотрел я на Реддла. - Я подслушивал с того момента, как вы зашли в комнату, а до того – это не в моих силах. И если вы думаете, что я стану добывать вам какие-то магловские таблетки, не посоветовавшись с Томом, то вы в целом правы, но тут случай особый. - То есть гипотетически мы можем добыть пару пакетов ЛСД? – удивилась Гермиона. - Только не говори потом, как тебе гадко осознавать, что от твоих действий кто-то сошёл с ума. И шестьдесят процентов мне. – Реддл скрестил руки на груди. - Гипотетически! Я не собиралась делать это на самом деле! Тем более за сорок процентов. - Так, вообще-то, в тайной комнате даже алкоголь младшим курсам запрещён, а вы кислоту продавать хотите? Реддл, если ты посмеешь выкинуть что-то подобное, я добавлю соответствующий пункт в правила, и лишу тебя доли дохода на весь учебный год! - Так на чём это я остановился? Ах да, особый случай. Короче, молодёжь, вы смотрели Газовый свет? - Газовый свет? Это как? – не понял я. - В Английских замках есть специальные подсвечники, вмонтированные в стены. – начала Гермиона – Установленные в них свечи должны освещать всю комнату. Но свечи сейчас почти не производят, и это вообще не слишком удобно, поэтому в начале двадцатого века вместо подсвечников в стенах сделали трубки и пустили по ним газ. Теперь вместо свечек комнату освещают газовые фитильки, то есть, газовый свет. - А ещё газовый свет позволяет любому маглу почувствовать себя волшебником, если знать, как его применять. В своё время история о газовом свете вдохновила меня на создание Волан-де-Морта, знаете ли. - Позволяет маглу почувствовать себя магом? Это что, какой-то психотропный газ, который не полностью сгорает? Опять ты про наркотики? - Никаких наркотиков, только чистый обман. Представь себе дом, Джек. Большой, современный, но роскошный, ведь он был построен по заказу старого аристократа, привыкшего к вычурному убранству. Дом находится на большом земельном участке, который очень удачно расположен, ещё каких-то двадцать лет назад там был пустырь, а теперь вокруг вырастают небоскрёбы… И вот, хозяин дома умирает. Сам, он ведь был очень стар. Дом по наследству переходит к внучке аристократа, или его кузине, словом, юной незамужней красавице. А дворецкий смотрит на всё это и говорит: «Да какого хрена, почему она, а не я?» - О, это же сюжет того фильма! – догадалась Гермиона. - Ну да, я же говорю, что вдохновлялся этой историей. Так вот, фильм называется «Газовый свет», потому что повествует о том, как дворецкий управляет системой газового освещения, заставляет её мигать, действовать хозяйке на нервы, а когда она спрашивает, что происходит, он начинает рассказывать истории о призраках, проклятьях и прочей мистике. Наивная юная девушка во всё это верит, и ищет способы борьбы с потусторонними силами, но оказывается перед ними бессильна. Тогда дворецкий подсказывает ей выход: нужно просто продать дом, и переехать куда-то ещё. Концовка, разумеется, бездарно слита, ведь рядом оказывается храбрый полицейский, который выводит дворецкого на чистую воду и женится на простушке, но мораль фильма получается интересной: усилия прилагал один, а приз забрал другой, и даже больше, чем мог бы взять автор оригинального замысла, ведь дворецкому с хозяйкой вообще ничего не светило, у них разница в возрасте тридцать лет… - Неплохой трюк, но при чём тут наш особый случай? - Так вы о голосах говорили. Я знаю несколько способов заставить человека слышать голоса, но не в голове, а вполне физически, в ушах. При этом все вокруг, да и он сам, будут думать, что он сошёл с ума. В честь фильма, такие фокусы называются «газовым светом», или газлайтингом. - И кто может газлайтить Поттера кроме нас? – я нахмурился. - Лирой. – Реддл нахмурился, глядя куда-то в потолок. - Он позёр, это совершенно не его стиль. – возразила Гермиона. - Да. Его стиль — это ворваться на базу врага и устроить там бойню. – Реддл вскинул руку, и туда, куда он смотрел полетело облако тьмы. В тайной комнате находилось с десяток гостей, они смотрели поединок между пятикурсниками со Слизерина и Рейвенкло, потягивая пиво. Реддл всё же сделал из картошки чипсы, и сегодня как раз запустил их в продажу, к неописуемой радости всех любителей пенного. Завтра ожидался наплыв народу и множество боёв, но Реддл, выпустив облако, вдруг прервал поединок и закричал: - Все вон! Убирайтесь отсюда, и никогда больше не приходите! Живее, всех, кто не уберётся за десять секунд я прокляну! - Что ты творишь? - Гермиона, ты тоже беги. Джек, найди страницы из дневника и забери их! – призрак продолжал отдавать приказы. - Да уж, я их найду! И запрещу тебе всё тут ломать! - Дурак! Тебе тоже нужно спасаться! Последние гости сбежали, да и Гермиона стояла у выхода. В этот момент из угла, где находилось тёмное облако, что-то высунулось. Я побежал в противоположный угол, где и была спрятана управляющая комнатой плита. Реддл появился рядом, и начал пояснять ситуацию: - Это бирманская остроухая, помесь змеи и китайского дракона. Василисков не существует, но если и есть что-то похожее по возможностям, то это оно. Я достал странички и осмотрелся. С потолка к полу тянулось чешуйчатое тело, а голова намотала на себя созданную Реддлом тьму. Змея ничего не видела, но ползла точно ко мне. Они ориентируются на шум и запах, и лишь в третью очередь – по зрению, но маг почему-то решил, что важнее всего ослепить её. - Осторожно! – крикнул Реддл. Змея приподнялась и совершила резкий рывок ко мне. Тут пригодились мои тренировки с ивой. Я уже неделю уворачивался от её веток, и даже зашёл на два шага под крону, но без боевой магии до ствола точно не добраться. Приобретённые рефлексы помогли мне увернуться от толстенной змеи, и она стала окружать меня своим телом. - Страницы береги! – напутствовал меня Реддл – Прыгай! Я наложил на себя левитацию и подпрыгнул за секунду до того, как кольцо вокруг меня схлопнулось в смертельный захват. Голова змеи, окутанная тьмой, немного неуклюже атаковала меня, попытавшись укусить, но вместо этого я опёрся ногой на её нос и оттолкнулся. Всё же, ослепление сказалось на точности движений змеи. - Быстрее! Он приближается, а тьма не вечна! Отпрыгнул я по направлению к выходу, но этого не хватило. Двигаясь чуть под углом, я старался не выпускать змею из поля зрения, и снова прыгнул в ответ на её рывок. Она улетела в дальний угол, а я начал подниматься по лестнице, ведущей наружу. В этот момент в комнату с потолка кто-то спрыгнул, и змея стала двигаться быстрее. Я оглянулся, стоя у самой двери, и увидел морду бирманской остроухой во всей красе. Глаза были похожи на драгоценные камни, они притягивали взгляд, и не позволяли от себя оторваться. Я попытался зажмуриться, но ничего не вышло. - Игра окончена, Марволо. Ты проиграл. – сказал Лирой, залезая на змею. По её телу, занявшему почти весь проход, он пошёл ко мне. - Бедный Джек Тодд, Томми возлагал на тебя такие надежды… А ты взял и пропал без вести, какая жалость. Ну что же ты стоишь и не убегаешь? Эти камни так и манят к себе, верно? Даже британская империя не может сопротивляться их зову, потому я и отправился в Бирму. Там мы познакомились с этой милашкой. – он слез в метре от меня, и потрепал змею по носу, не оборачиваясь. Внезапно, дверь открылась, и из неё высунулась рука. Она схватила меня за плечо и повалила на пол, а потом потянула дальше. Лирой побежал следом, но дверь успела закрыться прежде, чем он выбежал в заброшенный туалет. - Ты знаешь, что такое джентельменская игра? Это когда джентльмен начинает проигрывать, он меняет правила. – вздохнул Марволо, стоя надо мной. Я не мог пошевелиться. Казалось, что у этого туалета, как у обеденного зала, живое небо. Но оно покрыто не облаками и звёздами, а алмазами и сапфирами. - Не переживай, я всё предусмотрел. Когда Лирой напал на меня, я не стал принимать бой, а сбежал в теплицу мадам Стебль. Мандрагора, из которой делается зелье разрушения чар, должна быть свежей и взрослой, так что теперь у нас годовой запас этого зелья. И… готово. Небо в алмазах померкло, и я снова увидел грязный потолок, местами затянутый паутиной. Вдох дался с болью в груди, а затем я смог подвигать ногами. - Что это было? - Драгоценная болезнь. Под взглядом глаз бирманской остроухой всё живое начинает превращаться в драгоценные камни, правда, открывают глаза эти змеи редко. Но если бы она тебя проглотила, ты бы стал здоровенным алмазом, всего-то дет за двадцать. Поговаривают, что у созданных таким образом камней есть слабые магические свойства. Как убьём её – обязательно проверим эту легенду. - И как мы её убьём? – прохрипел я. - Ну, у меня в команде целых два подростка. Уж придумаем, как задушить змея, смекаешь? Я улыбнулся сквозь боль. Ну да, опыт Марволо и мой с Драко энтузиазм… Змей будет задушен! *** В противостоянии двух равных мастеров проигрывает тот, кто первым совершит ошибку. В стратегическом смысле Лирой уже проиграл, ведь Дамблдор в курсе, что за тварь он притащил в школу, и не оставит это без последствий. Правда, выгнать ставленника попечительского комитета не так-то просто, даже если он начинает выкидывать что-то подобное. Плюс, оружие такого масштаба, как монстр высшего ранга, это оружие стратегическое. Оно сильно, когда находится в резерве, но как только оно брошено в бой, остаётся два варианта: или выигранный бой решит исход войны, или стратегическое преимущество исчезнет. Вводя в игру змею, Лирой наверняка рассчитывал на большее. Он лишил нас тайной комнаты, но штаб — это не стены, это люди. Ему не удалось убить ни Марволо, ни меня, ни даже Гермиону. О вреде Драко не могло быть и речи. Кстати, Малфою-младшему не понравились методы папашиного агента, настолько, что он в открытую написал о своём недовольстве домой, в рычащем конверте. Это такое письмо, которое после доставки «взрывается», то есть зачитывает грозным голосом текст послания. Недавно такой прислали Рону Уизли и это было странно, стыдно, но забавно. И больше всего Драко напрягало то, что могла пострадать Гермиона. Он видел, что случилось со мной, и представлял её на моём месте. Да, я отделался одним днём в лазарете и выволочкой от декана Хаффлпаффа, но всё могло закончиться куда хуже. Ну и главный источник дохода я потерял, а ещё у Реддла депрессия началась, так что дневник, вновь ставший цельным, соглашался выполнять домашние задания через раз. Дошло до того, что свои эссе я начал писать собственноручно, а его напрягал только по тем вещам, которые не мог сделать сам. Марволо поселил у входа в тайную комнату сигнального призрака, и теперь, если Лирой попробует её у нас перехватить, то будет сражение с участием Дамблдора и его феникса, а это не тот бой, который можно с уверенностью выиграть. На этом Лирой затаился, пытаясь вернуть себе утраченное стратегическое преимущество. Сеанс газлайтинга и правда случился с Поттером во время того, как он отрабатывал наказание у Лироя. Марволо решил использовать ошибку противника на полную, и заставить сделать тот самый шаг, ради которого он нападал на тайную комнату. На время ожидания он расширил свою каморку в кабинете магловедения и стал проводить с нами тренировочные поединки «в полный контакт». Сыграл не только мой интерес к боевой магии, но и то, что нас запросто могли убить. Поэтому тренировали мы в основном защиту. Драко эту инициативу горячо поддержал, потому что хотел чтобы Гермиона могла постоять за себя. Это его защищает тень лорда Малфоя, а она одна во всей магической Британии, а значит, под угрозой. И то, что происходит сейчас это мелочи на фоне того, что случится, когда тайна их отношений раскроется, и некоторые горячие ведьмочки подумают, что грязнокровка может стать следующей леди Малфой. Тут-то на Гермиону напрыгнут со всех сторон, без преувеличения. Так мы все освоили щитовые чары, а также чары обратной левитации, чтобы крепче стоять на ногах, закрываясь щитом. Если обычная левитация понижала вес тела, то обратная его увеличивала. Это также можно использовать в нападении: если щит весом около двухсот килограмм на тебя навалится, то на это придётся как-то реагировать. В дуэлях же это и вовсе читерская тактика: используя только эти два заклинания, можно достаточно быстро столкнуть оппонента с помоста, главное не дать ему проскочить над щитом на левитации. Ну так небольшую обратную левитацию и на противника наложить можно. Не прекратились и мои тренировки с ивой, только теперь я был вынужден чередовать время с Гермионой. Всё было относительно спокойно, но Драко жаждал действия. Ему бы следовало побольше сил прилагать к тренировкам, а он вместо этого ходил по замку и пытался понять, как Лирой заставляет Поттера слышать голоса. С другой стороны, у него было что-то вроде охраны, Кребб и Гойл, два дуболома с волшебными палочками. Когда Лирой наконец решился сделать ход, Драко узнал об этом первым. Декорации были подготовлены заранее: где-то на третьем этаже появилась надпись: «Тайная комната снова открыта. Под надписью кто-то повесил мисс Норрис, кошку Филча, явно познакомившуюся с бирманской остроухой змеёй. Её тело было покрыто минеральной плёнкой, глаза вытаращены, а хвост изогнут крючком. Но хуже всего был тот факт, что Поттер сейчас находился на юбилее смерти Почти-Безголового-Ника, а это действительно смертельное, по уровню скуки, мероприятие. Даже великий герой не продержится на нём долго, а ведь с ним ещё Рон и Гермиона, которую Драко уже много раз отговаривал от участия в этом празднике призраков. Собственно, надежда на встречу с ней и привела Драко в этот коридор, и приближающиеся шаги не заставили себя ждать. Драко побежал прочь, чтобы не попасться Поттеру на глаза, и услышал ещё больше шагов. Из-за поворота шла целая толпа народу. И тут Драко поступил как настоящий герой. Он завернул за угол, сбавил скорость и слился с толпой. Идти против неё он не стал, а двинулся вместе со всеми к инсталляции нашего безумного художника. Поттер и остальные уже стояли рядом с кошкой и офигевали от произошедшего. Гермиона была как мешком пришибленная, ведь она понимала, что случилось с мисс Норис, и что это могло произойти с ней. Понимал и Драко. Тем не менее, он сделал всё даже лучше, чем мог бы распланировать Марволо! Он вышел вперёд и сказал: - Трепещите, враги наследника! Сначала кошка – следующими будут те, в чьих жилах течёт нечистая кровь!