Джек Тодд и методы циничного мышления

Я бросился к дереву, и оно хлестнуло меня веткой. Было больно, но всё же, это лишь одна тонкая веточка, поэтому я даже не сбился с шага. От следующего удара удалось уклониться прыжком, а затем я резко затормозил, пропуская перед собой толстенную ветвь. Ещё несколько прыжков, и я достиг ствола ивы. Ну, одного из стволов, ивы всегда растут довольно кучно. Залезть по ним не составило бы труда, но когда я окажусь в кроне, меня можно будет хлестать со всех сторон, и… Эм, а на кой чёрт я вообще сюда полез? Допустим я даже окажусь на крыше машины вместе с Поттером. После этого спасать нужно будет нас двоих. Я сделал шаг назад, задумчиво глядя вверх, и почувствовал, как что-то хватает меня за шею со спины. - Бросаться вперёд с криками «Окей, давайте сделаем это» могут лишь те, у кого достаточно силы. От помощника Томми я ожидал большего. – услышал я голос Лироя. Он держал меня на весу одной рукой, а второй принимал хлещущие ветви на щит. Вытащив меня из-под ивы, он развернулся, направил палочку на машину и громко сказал: - Вингардиум левиосса! Машина приподнялась на ветвях и поплыла вперёд. От нагрузки маг аж светился целиком, применяя простейшее заклинание, доступное даже первокурснику. Только мы практиковались на перьях, а особо одарённые могли левитировать большую часть своего веса. Машина была старой, прямиком из тех времён, когда железо стоило дешевле пластика, а автомобильные компании лишь недавно прекратили производство танков, но ручки-то ничего не забыли... Вместе с пассажирами, эта штука весила точно больше полутора тонн. Тем не менее, Лирою даже удалось приподнять машину, чтобы ветви вообще не могли её достать. Поттер упал на пузо и лежал, боясь пошевелиться. - Чего разлёгся? А ну живо дуй за подмогой! – бросил мне маг. Хотелось послать его куда следует, но в целом Лирой был во всём прав. Я сделал большую глупость, и должен был с самого начала позвать сюда профессоров. Даже будь у меня возможность кого-то спасти, это был бы только один человек. Надо полагать, что водителем этой колымаги был Рон, и как бы пофиг ни было на Уизли, он всё же живой человек. Если он погибнет настолько глупо, будет… смешно. Но грустно. Но смешно! Поднять переполох было не очень сложно, и обоих автолюбителей доставили в лазарет без особых травм. Ну, если не считать бед с башкой, но это с возрастом пройдёт, если только никто не затеет заговор против этих конкретных мальчишек… А, стоп, мы уже. Ну, не всем дано жить долго и счастливо. Марволо в спасении не участвовал. Его вообще не оказалось в школе, и я узнал, что он приедет сюда на поезде вместе с первокурсниками. Зачем так – он не сказал никому, даже Реддлу. Вечером он появился на приветственном пиру, а после привёл в тайную комнату какого-то мелкого пацана. В смысле, первокурсника. Не смотря на разницу всего в один год, он казался мне совсем маленьким, хотя среди сверстников его рост был обычным. Приколы взрослеющего тела, не иначе. Я вспомнил Реджину и улыбнулся. Ещё годик-другой, и лежание в кровати голенькими может закончиться не столь прозаично, как в прошлый раз. - Это Колин Квири. Он изъявил желание вступить в наш тайный клуб внутри тайной комнаты. - Это очень тайный клуб. – заметил Драко. - Да. Никто не знает, что когда здесь не проводятся бои, то есть, каждый четверг, здесь собираемся мы – фанаты Гарри Поттера! – наигранным заговорщицким шёпотом провозгласил Марволо. - Ух ты… – только и сумел выдавить мальчик. - Да. А ещё у нас есть папаротниковое зелье и шоколадные лягушки. – сказал я и угостил мелочь последней своей лягушкой. Надо будет ещё у Реддла взять. - Зелье? - Волшебный напиток! – подтвердил профессор. Гермиона прикрыла глаза рукой. - Ну, всё что произошло в Хогвартсе за прошлый год мы с тобой обсудили в поезде, а с ребятами – перед каникулами, так что сегодня пропустим по стаканчику и разойдёмся баиньки. Гермиона, ты же проводишь юного гриффиндорца в гостиную? - Конечно! – с улыбкой ответила девушка. Надеюсь, она его по пути не съест. Как я понимаю, это наш агент влияния, и всё, что мы не сможем делать напрямую, будет проворачивать он. Парень немного деревянный, и в незнакомой обстановке каменеет, но боюсь, Марволо был вынужден работать с тем, что есть. Поттер в текущем виде никому нахрен не нужен, о нём уже несколько лет ни единого упоминания в газетах – за исключением того, что пропалтил Дамблдор после завершения арки философского камня. И вот, уже один фанат. Жидко, но до того было вообще газообразно. - Жалко только… Сфотографировать не получилось. - У тебя впереди целый год, значит получится обязательно! – подбодрил его Марволо. Мы выпили по стаканчику и спровадили новенького с Гермионой. Драко порывался её проводить, но она сказала, что не хочет давать оснований для слухов. Малфой нехотя согласился. Когда мы остались в кругу посвящённых, профессор подтвердил мои догадки, и сказал, что на самом деле паренёк ещё хуже, чем кажется. Но ради высокой цели вполне может превозмочь себя, а значит… - Ещё больше спектакля. Спасибо, профессор. – Малфой только ядом с клыков не капал. - Ну, что поделать. Кстати, поздно уже, а завтра уроки. Давайте, проваливайте. - У меня ещё есть дела. – сказал я Драко, оставаясь на месте. Он пожал мне на прощание руку и удалился. - Я добрался до ствола гремучей ивы. - Лирой же у нас писатель. Письмо мне накатал, с описанием твоих подвигов. Если бы он про себя так писал, то мне бы даже понравилось… Но подростки не очень любят, когда их обозначают эпитетами вроде «малолетний дебил» и «вечный школьник». - Ну… Что было то было. Но результат достигнут, так или иначе. - Ива это не про результат, а про процесс. Если ты добрался до ствола в первый день, то повторяй это хотя бы месяц подряд, и только тогда можно будет двигаться дальше. И дело даже не в том, что ты использовал обман и случайность. Это как раз очень правильный поступок, нужно уметь извлекать пользу из того, что никак не зависит от тебя. Ива — это базовое упражнение на шаги, защиту и атаку. Ты умеешь ставить щит? - Нет. - А нападать? - Могу использовать оглушение и обезоруживание, плюс ещё один трюк, который придумал, но почти не испытывал. - Не богато. Ну, ты всего лишь второкурсник. Дальше кучнее пойдёт, мелким колдовать по-настоящему трудно. - О. Ты подбадриваешь меня? - А чего ты ожидал? Зелья на тысячу маны и сотню свитков с заклинаниями? Это реальный мир, тут трудиться надо. В плане заклинаний программа Хогвартса оптимальна, всё же не совсем дураки её разрабатывали. Она не самая новая, и не учитывает некоторых нюансов современной магической теории, но это становится критичным курса так после пятого. Там как раз экзамен на «обыкновенного волшебника» сдают, и всё это должен уметь каждый маг без исключения. Даже в России, с их альтернативной системой, отличия минимальны. - Понятно. Заклинания – на уроках, а в свободное время – шаги. – я встал и собрался уходить. - Ничего не забыл? Я огляделся вокруг, пощупал себя по карманам, и ответил: - Нет. - А где мои два галеона? Я усмехнулся. На два галеона можно много чего купить, но для Марволо это не деньги. И всё же, он неуклонно требует плату, а я не могу понять – зачем. Спрашивать бесполезно: у нас договор, и всё тут. Однако, Том не будет самим собой, если за этими деньгами не кроется какой-то подвох. Я достал из кармана монеты и по одной перекинул их профессору. Тот поленился их ловить, и они шумно грохнулись на стол. - Вот, теперь можешь идти. На следующее утро у нас намечался урок травоведения с гриффиндором. Сразу после завтрака мы всем вторым курсом Хаффлпаффа вышли на улицу и зашагали к теплицам. Гриффиндорцы тащились мелкими группками по два-три человека туда же. Гермиона шла рядом с Поттером и Уизли, когда к ним подошёл широко улыбающийся Лирой. Профессор защиты вообще всегда широко улыбался на публике. Я нахмурился: чего ему нужно от нашей девчонки? Но он интересовался маленькими мальчиками, а конкретно – Гарри Поттером. Они перекинулись несколькими словами, а потом Лирой отвёл Гарри в сторонку, чтобы поговорить приватно. Как нагло действует! Ну да у каждого свой подход. Марволо, как и положено стратегу, остаётся в тени, а Лирой ведёт себя так, будто он всё ещё в колониях, и его окружают сплошные папуасы. И на короткой дистанции это куда более действенный подход, но задача длиной в шесть оставшихся лет учёбы не может быть решена постоянными личными контактами. Во всяком случае я именно так себя и успокаивал. В теплицах мадам Стебль объявила тему урока: мандрагора. - Итак, дети, кто знает, чем полезно это растение? Гермиона подняла руку. - Да, мисс Грейнджер? - Она входит в состав многих зелий, особенно важными из которых считается зелье разрушения чар. Оно может спасти жизнь тому, кто попал под неизвестные чары, или такие, которые не получается снять с помощью палочки. - Да, совершенно верно. Десять баллов Гриффиндору! А сегодня мы будем высаживать мандрагору. Кто-нибудь знает, как это делается? Я поднял руку, даже не задумываясь о том, что и перед кем собираюсь озвучить. - Да, мистер Тодд? - Мандрагора вырастает в том месте, куда упала сперма повешенного. Дело в том, что когда человека душат, то для защиты от повреждений мозг выделяет множество гормонов, в том числе дофамин и эндорфин. Они приводят тело в то же состояние, которое человек испытывает при оргазме, и физеологическая реакция происходит такая же. Вот почему некоторые любят игры с удушением, ведь если совместить оба процесса, то результат будет гораздо больше. Я замолчал, прокручивая в голове объяснения Реджины о ритуале мандрагоры, но их уже озвучивать не стал – это тайна клана Гримуари. Тем временем, в теплице повисло молчание. - Минус пятьдесят баллов Хаффлпаффу. – замогильным тоном выдавила деканша Хаффлпаффа. И тут до меня дошло… Не стоило пересказывать средневековую легенду и её физиологическое объяснение малышам двенадцати-тринадцати лет. Даже мои товарищи по факультету сделали шаг назад. Не думаю, что каждый из них понял все термины, но до многих точно дошло. Ещё и профессор подсказала правильную реакцию. - Итак, мы не будем высаживать мандрагору в этом году. – продолжила профессор – Мандрагора — это многолетнее растение, и чем дольше оно растёт, тем более ценным становится. Но оно не может долго жить на одном месте, а потому нуждается в пересадке. Если кому-то интересно, как это происходит в дикой природе, можете спросить у мистера Тодда после урока… А пока разбирайте наушники вот из этого ящика. Стебль по-магловски, руками, вытащила ящик из груды таких же, и открыла его. После наушников несколько особо доверенных студентов получили в руки садовые совочки, предназначенные для рытья узких дырок в земле и рыхления затвердевшей почвы, а профессор конкретизировала задачу. На одной грядке росла травка, похожая на морковку, а вторая была свежевскопанной. Ученики потренировались в рытье ямок на пустой грядке, создав лунки для пересадки растений, а после Стебль объяснила, что, когда она даст команду надеть наушники, все должны надеть наушники. Без глупостей и исключений, потому что от рёва мандрагоры можно оглохнуть или даже умереть. Операторы совочков же подкопают корни, извлекут их из земли и переместят в новое место, такой вот простой и незамысловатый план, ошибка в котором будет стоить всем очень дорого. Что же… Я полностью перестал слышать звуки внешнего мира, когда надел наушники. За свою жизнь я слышал, как на меня орёт начальник, слышал пожарную сирену, взлетающий самолёт… Но всё это меркло по сравнению с рёвом годовалой мандрагоры. Даже сквозь наушники она делала мне больно. Кто-то из копателей – благо Поттера в них вообще не включили – от испуга выронил растение, и профессор грубо отшвырнула его к себе за спину, а сама подняла корень и закончила пересадку. Остальные справились нормально. - Трава убивает. – сказал я, когда профессор дала команду снять наушники. - Ну, многим нравится осознавать, что от твоих усилий выросло что-то съедобное. Или полезное, способное спасти жизнь. Травоведение бывает опасным и трудным, но мы не боимся ни опасностей, ни труда! – профессор ответила мотивирующей речью, и это сработало. Даже я немного проникся. - Кстати, Тодд. Не поведаешь ли нам о национальной ирландской забаве? – с улыбкой спросила профессор. - Эм… Нет. Я решил, что впредь буду умнее, и остроумные ответы, приходящие мне в голову, стану оставлять при себе. - Этим мы сейчас тоже займёмся. - Будем убивать англичан? Но Гарри мой друг! – воскликнул Рон Уизли. А вот этот не был столь умён, чтобы промолчать. - Плюс пять баллов Гриффиндору за крепкую дружбу народов, и минус десять – за незнание культуры. Больше всего на свете ирландцы любят картошку. Убивать англичан – на втором месте. Я аж возмутился такой экспроприацией культурных ценностей! Любовь к картошке я всегда считал исконно русской чертой, ну может ещё белорусы в ней усердствуют, но даже они делают это неправильно! А тут? Ирландцы… Но традиции картофелеводства во всех странах были одинаковыми. Берётся группа студентов, им назначается поле, и вперёд – выкапывать! Дёрнул меня чёрт про мандрагору ляпнуть, сейчас бы капали «семенами» из пипеток и с умным видом рассуждали о том, как важна наша работа для несчастных, которые попадают под неизвестные чары. Я надеялся, что после нескольких соток выкопанной картошки, мы увидим её за обедом, или хотя бы за ужином, но не тут-то было. Тыква, морковь и другие прелести английской кухни, как всегда. Зато картошка обнаружилась у Реддла в тайной комнате. Старый делец закупил несколько мешков, и собирался сделать из неё чипсы. Я хотел научить его приготовлению более духоскрепного пюре, но пришёл Марволо и сказал, что завтра начинается первый этап арки «Гарри Поттер и борьба бобра с ослом», в котором юному герою предстоит познакомиться с расовой теорией – жутким наследием Тёмного Лорда, и худшей книжкой в карьере самого Тома Марволо. - Гермиона, это будет очень ответственное и трудное задание, и эти двести галеонов едва ли смогут окупить твои страдания в полной мере. Но больше я всё равно не дам, бюджет не резиновый. Гермиона вздохнула, и со скорбным выражением лица ответила: - Ради общего дела я готова пойти на многое. Что нужно сделать? - Не убивать Драко в течении одной недели. - Да я и не собиралась… - Драко, ты должен при Поттере обозвать Гермиону грязнокровкой. – перебил её профессор. - А… – одновременно прохрипела сладкая парочка. - Ничё не знаю, ты уже взяла деньги и пообещала, что не будешь убивать его в течении недели. Драко, я тебя совсем не тороплю, но её клятва действует лишь семь дней! - Может быть мне стоит сделать это вместо него? – вызвался я прикрыть друга. - Ты не аристократ, да и волшебник из тебя только по документам, Джек. Твои слова будут не убедительными. - Я не хочу обзывать Гермиону. - Но вы же постоянно это делаете! – удивился я. - Это другое! – снова синхронно сказали они. - Докажи. – попросил Марволо у Драко. - Ну… Я это от души делаю, и получается… А если так, по необходимости, то я же не смогу сделать это убедительно! - Ясно. Теперь ты? – он повернулся к Гермионе. - Когда он обзывается, то я могу обзываться в ответ и бить его, а на публике юная леди не может себя так вести. - Возражения рассмотрены и признаны убедительными. Но мне как-то пофиг. Сделайте это в ближайшее время, желательно в воскресенье, когда команда Гриффиндора по квиддичу внезапно узнает, что закреплённый за ними стадион передан профессором Снеггом и мной лично в пользование команды Слизерина на весь день. Поттер очень серьёзно относится к игре, и это, без преувеличения, наша общая заслуга. Он будет на взводе, а тут ещё ты со своими оскорблениями… Светлый Лорд навсегда запомнит, что разделение по расовому признаку — это плохо. - Мы постараемся. – сказал Драко, и взял Гермиону за ручку. Она кивнула.