Джек Тодд и методы циничного мышления

- Направлять смертельное проклятье в наместника смерти было… Смело? Глупо? – Генрих прервался и начал щёлкать пальцами в воздухе. - Бессмысленно. – подсказал Гриндевальд. - Победитель конкурса «отец века» не видит магии за идеями о превосходстве магов? – парировал Марволо. Он уже знал, что произошло, но палочки со щитами не опускал. Снегг, увидев, что расклад сил несколько уравновесился, начал готовить новый удар по Гриндевальду – если тот снова сосредоточит огонь на ком-то кроме Снегга, то удар этот будет смертельным. Разумеется, заклинание Ровены попало в наместника: он не пытался ни защищаться от него, ни уклоняться. Он видел, что у стоящей перед ним ведьмы нет никакой защиты, а потому встал с трона, взял лежащий на подлокотнике скипетр, похожий на шестопёр, только из костей, и сказал: - Я сделаю это лично. Твоя сущность будет полностью уничтожена, потому что посмертия ты не достойна. И всё же, я ценю ту работу, которую ты для меня сделала, поэтому сделаю всё быстро. Он шёл медленно, и в какой-то момент… споткнулся. Марволо вернул палочки в ножны и подошёл к Ровене сам. Он приобнял её за талию и сказал: - Может, встретимся как-нибудь потом? Она в ответ поцеловала его. Говорить у неё просто не было сил. Следующим на землю рухнул Регулус. Он не сопротивлялся зову смерти, для него не было никаких причин цепляться за жизнь. Марволо не стал прерывать из-за этого поцелуй, но всё же подумал, что со старым учителем стоило бы попрощаться. - Что? Как? Я не понимаю! – завопил Гриндевальд. Снегг подошёл и со всей силы ударил его по лицу. Он тоже ничего не понимал, но в отличии от Марволо, фанатом магии он не был, так что тонкости процессов не вызывали у него никакого восторга. Он злился. В ярости он начал пинать Гриндевальда ногами, а когда понял, что избивает труп, сел на пол и заплакал. Он так и не смог победить его. Что бы ни лишило отца магии, и ни стало причиной его смерти, это не имело к нему, Снеггу, ни малейшего отношения. Получается, он не справился. - Прощай, Ровена. – прошептал Марволо. Стоящая перед ним ведьма исчезла в яркой вспышке света, а сам профессор магловедения замер, фиксируя всё это у себя в памяти. Несколько секунд ничего не менялось, а потом в зал забежала курица с отрубленной головой. Она споткнулась об тело Регулуса и со звоном уронила навешенный на неё маховик. Для неё тоже всё закончилось. Звон металла стал для Марволо сигналом, что пора двигаться дальше. - У меня не будет учителя лучше тебя, и мне никогда не встретить женщину лучше неё. – сказал Том, стоя над телом Регулуса – Может, не стоит мне никуда возвращаться? Ничего кроме разочарования мир живых мне не принесёт. Он потянул руку к маховику. Главный приз, возможность создавать параллельные, даже переплетающиеся ветви судьбы… Только зачем? Отдать его Гермионе было не только рационально, но и справедливо: самая безбашенная колдунья в его окружении должна иметь средство совершать вдвое больше ошибок. Остальные слишком рассудительны, чтобы обладать таким артефактом. В этот момент к маховику потянулся Снегг. - Хорошо подумал? - Плевать мне на проклятье! – воскликнул зельевар. - Да мне тоже. Скорее всего, никакого проклятья на нём не лежит. Он и есть проклятье. - Что ты имеешь в виду? - Если в один момент времени ты существуешь в двух экземплярах, то ты становишься вдвое большим мудаком. - Да что ты понимаешь? - Северус. Как ни крути, а ты слабак. Тебе не победить Гриндевальда никогда, даже если ты запрёшь себя с ним в бесконечной петле на тысячелетия. Он превосходит тебя по силе, скорости обучения и даже, как ни парадоксально, по широте мышления. У тебя не получится придумать никакого хитрого способа для победы – он додумается до него раньше. Не получится приспособиться к нему, потому что он будет меняться быстрее. Если Дамблдор учил тебя быть сильным, то мне жаль тебя в двойне. С твоими способностями, нужно уметь быть слабым. Злиться Снегг уже не мог – ярость выжгла всё, что могло её поддерживать. По началу он воспринял слова Марволо как поток болезненных оскорблений и мысленно приговорил его к смерти от отравления, но когда Том сам заговорил об этом… - Твоё увлечение зельями – ядами – отличная попытка. Только ты почему-то пытаешься нападать, разрушать и убивать, как это делают могущественные волшебники из легенд. Никто ведь не помнит, кто изобрёл цемент, хотя он окружает нас почти постоянно. О его изобретателе легенд не сложили, но делает ли этот факт менее великим того самого человека? Я… Чёрт, кажется, глядя на меня ты должен был понять очевидную мысль: разрушение – это скучно. Банально и пошло. Если бы я мог перестроит мир, не вытаскивая из ножен палочки, я был бы счастлив. И я действительно редко пускаю их в ход. А теперь можешь забирать эту игрушку. Я всё сказал. Снегг взял в руки маховик, осмотрел его, подёргал каждую из трёх цепей, вставленную в замок, но вытаскивать их, активируя разделение судьбы, не стал. Всё же, он тоже кое-что смыслил в этой дряни. Учиться быть слабым? Придумать что-то, из чего будет построен новый мир? Это… очень тяжело. Но какие есть варианты? Вернуться назад во времени и повторить бой с отцом у Снегга уже не хватило решимости, не хватит её и в следующий раз. Он положил маховик обратно и отошёл. - Мы здесь застряли? – спросил он. - Ну, давай рассуждать логически. Когда я показал Ровене, что такое обратная магия, она сначала не поверила. А потом придумала, как сделать «авада-кедавру» наоборот. - Чего? - Оживляющее заклинание, да. При том, если оригинал передаёт цель в руки Смерти, то обратная его версия будет наоборот, забирать сущность у неё. Ну а если наместника Смерти убить нельзя, то можно разорвать его отношения со Смертью одним единственным оживляющим заклинанием, которого не существует в природе, а потому никто не рассчитывает, что оно будет использовано. При этом, заклинание совершенно не заботится о том, может ли цель жить в том теле, которое получает по итогам оживления. Очевидно, эта трёхметровая хрень, в которую превратил себя Генрих, была нежизнеспособна… - Короче! - Короче, понятия не имею. Я вёл к тому, что всё созданное наместником вернулось к своему естественному состоянию – потому фигуры и умерли, ведь они давным-давно мертвы. - Местность не распадается. – заметил Снегг. - Отличный повод начать практиковаться в мирной магии. Разберись, как устроено это место, и сможешь его воспроизвести. Потом задолбаешься от заказчиков отбиваться… А я в спальню. Открыв первую дверь в спальном крыле, Марволо тут же закрыл её. - Ну, вы бы хоть маячок повесили, или дверь запечатали… К двери с другой стороны коридора он приложил ухо, несколько секунд послушал, кивнул и пошёл дальше. Там происходило примерно то же самое, и Джеку сильно повезло, что правша Марволо по какой-то причине открыл сначала левую дверь, а не наоборот, как это сделала Реджина… Зато теперь он точно знает, где находится Гермиона. Надо будет обрадовать её с утра. *** На второй день мы сильно пожалели о том, что выбросили дохлую курицу в мусор. Мусорные корзины тут уходили куда-то в небытие, так что достать её обратно, когда все проголодались, не удалось. На третий день мы обнаружили в одной из комнат тайник с запасом рамена – традиционной японской лапши. Реджина припомнила, что одна из фигур была живым человеком, но по итогам их боя они разошлись в разные стороны и больше не виделись. Похоже, он жил тут и питался чем-то другим – скорее всего еду доставали из обычного мира через какие-то порталы, или неведомыми тропами Смерти. Но небольшой запас для перекусов всё же имел… В любом случае, Кро-крауд ушли искать нового Наместника Смерти, а в остальном тут всегда было пусто. Связь с Хогвартсом была только на соседнем сегменте, который разрушился полностью, а мы оказались перед нетривиальной задачкой: проложить путь сквозь абсолютное ничто до центрального острова. Оборотные пилюли закончились, так что летать как кенку Реджина не могла, а остальные не представляли, как передвигаться там, где само понятие пространства находится под вопросом. - Зато победили. – заявила Гермиона на четвёртый день. Она вполне освоилась с маховиком, но нам это особо не помогало. Как устройство маховик был очень прост: три достаточно длинные цепи, проходящие через общий держатель, с двумя режимами использования. Первый: вытащить все цепи разом, предварительно протянув их внутрь держателя на такую длину, какой продолжительности нужна временная петля. Одно звено – одна минута, в цепи сто двадцать звеньев и большое кольцо на конце. В такой петле невозможно погибнуть – это приводит к перезапуску – и продолжается она до тех пор, пока не будет отменена волей активировавшего маховик. Вытащенные из держателя цепи не вставляются обратно вручную, только сами по себе через двадцать четыре часа после использования. Второй: вытащить одну цепь, переместившись назад во времени на столько минут, сколько звеньев прошло через держатель. В таком случае синхронно будут существовать от двух до четырёх копий пользователя – оригинал и по одной за каждую из трёх цепей. Ограничений по взаимодействию с копиями нет. Однако, всегда есть нюанс. Маховики времени очень опасны из-за возможности изменить судьбу таким образом, что что-то сломается – либо пользователь маховика, либо мир вокруг него. Как правило оба варианта смертельны. Чтобы запустить маховик безопасно, нужно перед использованием самостоятельно убедиться, что ничего не сломается, через магию прорицания или подобные вещи. Идеальный маховик таких сложностей на пользователя не накладывает: он просто подстраивает всё так, чтобы судьба осталась неизменна, и как следствие – цела. Хотя всегда есть вариант убрать эти ограничения и принять возможные последствия «на авось». Вдруг после пары сотен прокруток петли с боем, в котором нет шанса победить, всё же находится удачный исход… Либо после подсказки себя из будущего ты сможешь правильно ответить на вопрос преподавателя… Может ведь быть такое, что твоя изменённая судьба и судьба мира всё же склеятся воедино без поломок? Шанс всегда пятьдесят на пятьдесят: повезёт тебе сегодня или нет. То, что девяносто девяти другим людям не повезло ещё ни о чём не говорит… Я бы никогда не стал использовать обычный маховик или убирать ограничения у идеального. Нельзя ничего изменить? Ну и ладно, не больно то и хотелось. Гермиона не была столь категорична, но пока что с энтузиазмом пользовалась только вторым вариантом, чтобы уделять Драко вдвое больше внимания. Как у этого голодного пацана хватало сил на обеих ненасытных ракшаси – непонятно. Да, пилюли у Гермионы тоже кончились, но на характере это уже не отражалось. Синхронизировавшись со своим внутренним демоном, она ни в чём себе не отказывала. Даже Реджина не обладала таким энтузиазмом, хотя попросила Гермиону одолжить ей маховик, когда она сама наиграется. Рамен нашёл Снегг, который облазил каждую комнату в особняке и башне, простучал палочкой каждый камень, обнюхал каждую доску, и наконец, к исходу седьмого дня, он выволок из дальней спальни профессора Марволо и заявил: - Сегодня мы покинем это место. Марволо не отбивался, не выражал своё недовольство из-за грубого обращения, просто смотрел на потолок со дна депрессии и молчал. Он вообще ничего не съел за всю эту неделю, так что выглядел болезненным и худым. Снегг хотел, чтобы Марволо видел момент его триумфа, но этот наглец снова нашёл способ превратить все усилия зельевара в ничто. На все попытки вытащить себя из депрессии, но не из аномального пространства Марволо реагировал сначала заклинаниями звукоподавления, а потом и парализации, если попытки продолжались на языке жестов. В итоге, остолбенев пять раз, я решил согласиться с правом учителя на погрустить. - Все слышали? Я вас отсюда вытащу! – орал Снегг, леветируя тело Марволо по спальному коридору. Мы с Реджиной оделись и вышли первыми, несколько секунд спустя появились и Драко с одной из Гермион. А я точно слышал, что с ним было минимум две… - Ну, поехали. – сказал Снегг, заходя на созданную посреди башенного двора лестницу. - Что это? - Я не твой учитель, чтобы раскрывать тебе истинные тайны магии. – отрезал Снегг. - Марволо делал это не только для меня. – настаивал я. - Верно. Мы с ним довольно разные, если ты не заметил. Поэтому, залезай на лестницу, пока я не увёз её без тебя. - Северус, не злись. – подал вдруг голос Марволо. - Э… В любом случае, это место меня задолбало. Я понял, как оно работает, и от этого мне вдвойне отвратительно здесь находиться. Поехали… пожалуйста. – последнее слово он сказал едва слышно. Я поднялся на ступеньку последним, чисто из вредности. Как только я взялся за перила, лестница начала менять направление. Вернее, это ощущалось точь-в-точь как на лестницах Хогвартса, но мы плыли буквально в никуда. Тем не менее, это работало. Десять минут медленного полёта, и мы оказались на центральном островке. Машина Дамблдора, на удивление, продолжала работать, хотя и немного сбоила. Чем это нам аукнется я пока что не знал. Наконец, мы просто спустились на остров и без особых разговоров перешли в директорский кабинет. Марволо шёл своими ногами, но я всё же не рискнул спрашивать его о том, насколько он в порядке. В том же молчании мы вышли из кабинета директора и спустились до кухни. Близился обед, но у домовых эльфов не было ничего готово – они уже отвыкли кормить кого-то, кроме себя. - Сколько нас не было? – спросила Реджина. - Не могу знать, госпожа директор. – вежливо ответил эльф. - Э… Ладно, поставим вопрос иначе: какое сейчас число? - Двадцать седьмое августа. Реджина рухнула на скамейку. - Мы ничего не успеем… – прохрипела она. - А если нас будет вдвое… Нет, втрое больше? – спросила Гермиона. - Тогда у нас определённо есть шанс. – заключил я. Факт, что одно использование маховика она оставила для себя я подметил, но озвучивать не стал. - Если вам нужно быстро подготовить замок к приезду учеников, могу предложить свои услуги. Они очень дорого стоят, особенно если придётся работать в расширенном времени, но никто не знает устройство Хогвартса лучше меня. – заявил Снегг. - Это правда. Я бы навряд ли смог разобраться в той штуке, которую Генрих развернул на основе неудачной копии Хогвартса. Раз Снегг нас вытащил, значит он это сделал. – поддержал его Марволо – К тому же, ты не один из его отцов, чтобы просить его работать бесплатно. Последняя фраза была обращена напрямую к Реджине. Та выпила принесённый эльфами стакан воды, откусила кусок бутерброда с ветчиной и сказала: - Когда я оплачивала твои услуги, я надеялась, что это место будет приносить мне прибыль. А тут одни убытки! - Ну… Я могу попробовать уговорить профессора Снегга поработать в долг. – предложил свою помощь Драко. - А я Филча мобилизую, а то чё он расслабился. – поддержал я. - Пожалуй, я тоже помогу с подготовкой. Бесплатно. Мне сейчас необходимо что-то простое и монотонное. – вздохнул Марволо. - Короче, припёрся тут один ушлёпок, директора хочет! А где я ему её высру? – воскликнул на всю кухню стоящий в дверях эльф. На него тут же шикнули собратья по разуму, а Реджина сказала: - Веди его сюда, я не сдвинусь с места пока не наемся. Гермиона хихикнула. - Ты давай жуй, а не ухмыляйся. Больше всех сил ведь потратила. - Это да, я просто слышала, как одна пятикурсница в гостиной Гриффиндора рассуждала о правах эльфов, о том, как их угнетают и считают неполноценными, а ведь они такие душки! И вежливые, и трудолюбивые… - Реальность жестока. – вздохнул я. - Чего не ешь? – удивился Драко, забирая с принесённой недавно тарелки морковный пирожок. - Не считаю пирожки с морковью съедобными, а ветчину уже разобрали. – сказал я, глядя как Марволо сделал себе правильный с любой точки зрения бутерброд, имеющий колбасу с обеих сторон. Через несколько минут пристыженный эльф привёл на кухню мужчину средних лет, в бежевых брюках и клетчатой рубашки, с чёрными, непричёсанными волосами. - Добрый день. Я Юрий Горшенёв, ваш новый преподаватель големостроения. По официальной версии, разумеется. - А по неофициальной? – спросила Реджина. - Мы коллеги. – торопливо пояснил Марволо. - О, ясно. Что же, добро пожаловать в Хогвартс, Юрий! Очень рада встречи с вами! - Англия на вас плохо влияет. Не думал, что донна Гримуаре так быстро заразится британской искренностью. – Юрий не сдвинулся с места. - Ладно, пожалуй, и правда слишком наиграно прозвучало. У нас тут случились некоторые непредвиденные обстоятельства… Они уже закончились, но мы от этой беды ещё не отошли. Словом, прошу за стол, дон Юрий. Вот теперь новый преподаватель смягчился, улыбнулся уголками губ и сел на свободный краешек скамейки. Я взял тарелку с пирожками и сказал: - Угощайтесь. Меня кстати Джек Тодд зовут. - Приятно познакомиться. А пирожки с чем? - С морковкой. – ответил я. - Как вы их едите вообще? – нахмурился Юрий. - Да вы там, в России, вообще все одинаковые что-ли? – воскликнула Гермиона. - Нет, просто пирожки с морковкой правда несъедобны. – ответил Юрий на русском. - Поддерживаю. То ли дело с яблоками. – добавил я на том же языке. Он явно проверял мои знания, и был весьма впечатлён отсутствием акцента. - Окей, лорд Малфой коротко ввёл меня в курс дела… Но хотелось бы узнать подробнее и по состоянию на сейчас. – Юрий вернулся на английский язык. - Мы просрали все сроки подготовки к приезду учеников и должны за два дня сделать то, что делается два месяца. – сказала ему Реджина – Кстати, я искренне рада ещё одним рабочим рукам и… Вы ведь не используете палочку? - В Союзе они непопулярны, но лично я палочкой пользуюсь. Кстати, я прибыл сюда не один. Мой сын Михаил тоже будет помогать с подготовкой замка. Реджина удивилась, сколь легко агент лорда Малфоя – а также агент КГБ, в чём она ни секунды не сомневалась – согласился помочь. - Кстати, берёг это для особого случая, но похоже сейчас он и есть. Попросите своих поваров сварить вот это. – Юрий извлёк из своей дорожной сумки заколдованный контейнер. Через окошечко в нём виднелись… пельмени. - Что это? – удивилась Реджина. - Равиоли, только на русский лад. А то сидеть с морковными пирожками это не дело, а у вас всех такой вид, будто вы до приготовления обеда просто не доживёте. Я кивнул головой. Странный мужик, но под ситуацию подстраиваться умеет мастерски. А ещё, судя по всему посылка, переданная мне магом Генриха, адресована именно ему…