Твоя сладкая кровь

Шторка медленно колыхалась от лёгкого ветерка, и свет фонарей погас ещё несколько часов назад. Мрак улицы вливался в такую же плотную дымку комнаты, и только тусклое свечение лампы нарушало покой темноты. Они сидели за одним столом пару часов и, погруженные в процесс, не замечали крупицы времени, что отбивали настенные часы. Рудольф давно не сосредотачивался так на чем-то, что собственные мысли не смели вмешивается в умственные процессы, которые удивили не только Тони, но и самого вампира. Шуршание ручки на бумаге вперемешку с кофе и прерываемыми спорами изменило эту ночь. Это не было так тяжело, как бывало порой, когда мозг Тони плавился от полученной информации. Рудольф находил в этом повод поразвлечься и извлекал из той информации лишь самое интересное для себя, затем расспрашивал и после делал выводы. Эта ночь скрашивалась солёными запахами бриза от волос Тони, потекшими чернилами и порой громкими возгласами. Если не замечать, как течет время, то только так. Рудольф откинулся на спинку стула, когда была дописана последняя страница. - Почему работа смертных такая утомительная? - Я говорил, что тебе не понравится. - Всего пару веков назад отсутствие этого в голове никому не мешало, а теперь даже библиотеки не нужны. А где та атмосфера потерянных веков? - Точно не в Сан-Диего,- пожал плечами Тони и выключил лампу. Теперь только луна освещала часть комнаты. - Тогда давай улетим отсюда. Ты знаешь, что это возможно, я удержу тебя,- и, прежде чем Тони смог что-либо возразить, он продолжил,- знаю, что выбрал не лучшее время, но позволь мне что-то изменить. Тони подошёл к окну и прислонил голову к прохладной раме. Ветер был таким слабым, едва различимым, а воздух снова изменился. Тони не была подвластна эта погода, наоборот, только сдавливала виски и давила своей постоянностью. И сейчас он почувствовал, как загнал самого себя в этот круговорот. Стоило нарушить один цикл, одно правило, и быть может он почувствует себя иначе. Почему-то сейчас он хотел вырваться из этого больше всего, и все это окружающее отходило на второй план. Он дружил с вампиром, который был уже противоестественностью природе, так что могло пойти не так? - Хорошо,- он открыл глаза и медленно повернул светлую макушку,- давай покинем город. *** С высоты птичьего полета все кажется таким крошечным и незначительным. Под тобой проносятся дома, зелёные деревья и реки, а ты становишься частью небес и существуешь только там. Среди густых облаков, скрывающих землю, кажется, что больше ничего не существует. Ты не кажешься собой, растворяясь в этой пелене, только смеёшься и расправляешь руки, словно крылья. Становишься снова маленьким собой, когда мечты и время имели особый смысл. Мы ведь забываем, что чувствовали тогда. Медленно, но верно, это растворяется из нашей памяти, и ничто не способно вновь напомнить об этом, рассказать, как это было. Нестись в темноте ночи над облаками, освещёнными луной- страшно, ведь это полностью неподвластно, но если есть за кого держаться, то мир внизу распадается на крупицы. И Тони больше не страшно. Мегаполисы, огни фонарей, постоянная спешка, запахи, лица, долбанная реальность- всё внизу, а в небе только здесь и сейчас. Они отдалялись от города всё дальше и дальше. Высотки оставались позади, сменяясь на следующие чередой одноэтажки, а после- поля и череда дачных комплексов, разбросанных далеко-далеко от проводов и никогда не наступающих ночей. Они покинули и эти едва заметные с высоты огоньки. Впереди высились кроны деревьев и тянущиеся плато. Далёкие пастбища темноты, брошенные на произвол судьбы. В пустоте и вдалеке от цивилизации они процветали. Тони и Рудольф переглянулись, удостоверившись в том, что почувствовали нечто похожее. Это место чем-то притягивало. Тони вдруг подумал, что не удивился бы оказавшимся в здешних пещерах демонам. Уж слишком это место было отделено от мира, укрытое плотными темно-серыми облаками. Луна всё-таки скрылась. - Ну как тебе вид?-спросил Рудольф, продолжая оглядываться по сторонам. Признаться, он и сам не догадывался, что такое уединённое место существует. На то оно и уединённое. - Прекрасно..,- хрипло ответил Тони. Не самом деле это означало "спасибо, что вырвал меня из моей реальности, показав эту, спасибо за то, что вообще существуешь, спасибо за то, что вампиры умеют летать, спасибо за спокойствие внутри". Он не хотел вспоминать о том, что позади, в километрах от него, он был только здесь и рушить это не стал. - Давай останемся здесь навсегда..,- прошептал он. Рудольф оглянулся, а затем легонько усмехнулся: - Боюсь, тогда это место перестанет иметь такое значение. Просто оставь это в своей памяти, хорошо? Их взгляды пересеклись, когда долина вдруг погрузилась в тишину. Только ветер гулял где-то за их спинами, разнося песок в одну сторону. Если бы черные вороны были предвестниками темноты, А тьмою оказался я, Каковы наши шансы.. Принял бы меня?