Твоя сладкая кровь

Туман медленно рассеивался. Дымка ночи осторожно опускалась вниз, но светлее не становилось. Дождь прошел, и после него осталась лишь сырость, капли цеплялись за сухие травинки и плавно сползали на землю. Звук каблуков эхом отдавался по асфальту и затем вязнул, тонув в стенах канализаций. Она шла вдоль аллеи быстрым шагом, редко оглядываясь назад, будто замечая за спиной длинные тени. То были лишь тени кустов, которые отражали фонари. Часто гуляя так ночами, она особо не волновалась о тех, кто говорил, что это опасно, и нормальные люди в такое время спят, глубоко закутавшись в одеяло. Но сон давно не шел и, чтобы коротать время, она бродила по пустым паркам и улицам, изредка встречала прохожих и любила ещё долго тянуть их образ за собой, представляя, кто они и куда идут. Затем встречались другие лица, их глаза и взгляды говорили что-то своё, что рассказывалось обычно только ночью, в темноте. Днём такое не увидишь, слишком ярко светит солнце, а толпа расползается волной по площадям и зелёным аллеям. Днём ей было неспокойно, ее лицо читалось, словно открытая книга, синие круги под глазами выдавали бессонные ночи, и только ночью будто раскрывались крылья, способные помочь удержать равновесие. И ощущение страха пропадало, когда солнце скрывалось за горизонтом. Сегодня что-то было не так, привычная обстановка выталкивала ее из себя, как будто она была неверной частичкой пазла. Если раньше ночь принимала ее, то сейчас она принадлежала чему-то другому. Иному, чего раньше никогда не знала. Она была обычным человеком, оказавшимся не в том месте не в то время, и медленно теряла контроль над самой собой. И тени за спиной оказались не просто кустами, окружающими скамейки. И она не стала ждать, когда выбор сделают за нее. Остановилась возле старой качели и повернулась лицом в темноту. - Выходи. Долго ждать не пришлось, ведь через несколько секунд перед ней появилась фигура. И по спине мгновенно прошел холодок. На такой обуви далеко не убежишь. На этот раз он ничего не говорил, только медленно приближался. Издеваться или говорить лишние слова не хотелось, он просто снова хотел восполнить голод. Его одежда была грязной и изрядно потрепанной, а лицо было бледным, почти синим при таком свете. Рассвет приближался, но он рассчитал успеть всё до первых лучей. - Что тебе нужно?- спрашивала девушка, пятясь назад. Даже с маленьким шансом, но она собиралась пытаться не дать ему сделать это, что бы он не планировал. - Всего лишь твоя кровь,- низкий голос донесся до ее ушей,- поделишься? - Что? Я не пони.. Договорить она не успела. Что-то острое резко воткнулось в шею, будто ее полоснули лезвием. Боль разрядом прошлась по поверхности, но лишь дала сил ударом высвободиться из тисков. Стало страшно, как никогда ещё не бывало по ночам. Сердце колотилось внутри, но рассудок понимал, что нужно бежать. Она вскрикнула, отползая подальше, и ударила каблуком куда-то назад. Сдавленный крик сзади дал понять, что она все же попала в цель. Едва поднявшись на ноги, она заставила себя бежать. Не знала, куда, и как спастись, но все равно бежала. Так уж устроен человек. Стук каблуков снова эхом разнёсся по аллее. В один момент ей подумалось, а зачем бежать? Разве измениться что-либо после того, как она спасётся, ведь все это время она будто и ждала, что ночью что-то и произойдет. Зачем бежать домой, ложиться спать с облегчением на душе, а на утро в который раз принимать душ, пить кофе с молоком и медленно собираться на работу, мысленно тормозя секунды. Это не то, чего она ждала. Больше эта боль так не страшила, как раньше, а сердце утихомирилось внутри. Это заметил и Рудольф. Он дал очередной невинной жертве фору, а затем она перестала бояться. Даже голод отошёл на второй план. Он прижал ее тело к асфальту и медленно наклонился к лицу, разглядывая крапинки на глазах. Ее дыхание все ещё было сбивчивым, ведь даже когда выбираешь смерть, твое тело не перестает бороться, как бы голова не твердила обратное. Именно оно не сдается до конца, пока не исчерпает себя целиком. Рудольф тормозил, оттягивая момент, а у нее катились слезы, пряча алые глаза под этой пеленой. Голод нарастал, и всё отдалялись от него прежние чувства и прежнее "я". Что-то было давно, что на повторе крутилось в голове, как старые пластинки, но смысл терялся и слог был непонятен. И даже это чувство прошло, возвращая вновь предрассветный конец. Она бы была мертва, продолжи он пить ещё пару секунд, но контакт разорвал внезапный удар, и вампир оказался сам прикован к земле в паре метров от нее. В глазах плыло, и она с трудом понимала, что происходит вокруг. Встать было невозможно, тело будто окаменело и вовсе не подчинялось ей, а струйка крови продолжила стекать на серый асфальт. Она подняла руку и закрыла ей рану, попыталась вдохнуть побольше воздуха, но только лишь сжалась от подступающей боли. Слева от нее, всего в паре метров, ярость вампира, не насытевшегося пищей, не знала предела. Он сам едва понимал происходящее и отчаянно рвался из хватки напавшего. - Успокойся,- прошипела она, сжав его руки за спиной. Его колени впечатались в асфальт, а грудная клетка продолжала вздыматься от охвативших чувств. - Убирайся,- прорычал он, выворачиваясь из под хватки,- не мешай мне! - Пока не успокоишься, идиот, и не подумаю! Он метнулся назад, стараясь выбить ее из равновесия, но она даже не шелохнулась, продолжая крепко стискивать запястья. Он брыкался и выл в попытках освободиться, внутри полыхал костер, который будто палил все органы. Пока не остались одни угольки, а силы не иссякли, и он не осел на землю, Анна не отпускала его от себя. Волосы слиплись, а дыхание стало хриплым и обрывистым. Взгляд прояснился, и он медленно посмотрел по сторонам. - Тише..вот так, хорошо,- прошептала она и повернула его лицом к себе. Казалось, прошла вечность с тех пор, когда она в последний раз видела брата. Его алые усталые глаза смиренно смотрели в её, и она не могла вспомнить, когда он ещё казался таким маленьким и разбитым. Как раньше. Думала, что таким древним останкам воспоминаний уже не вернуться, но она вспомнила его ещё таким маленьким, когда они ещё только начинали знакомиться друг с другом, как брат и сестра. Она всегда помогала ему заснуть, когда не получалось, и длинными холодными ночами странные, только что придуманные истории лились из ее уст. Но ему было достаточно лишь слышать ее голос, который прерывал страшную тишину. За дверьми комнаты, казалось, был совсем иной мир. Но она оставалась рядом с ним и, если тот мир норовил ворваться и снести все вокруг, продолжала держать его за руку. И так по кругу веков. - Ты не ранен?- спросила она и слегка повертела его голову,- скажи мне, если где-то болит, быть может я слегка переборщила. Он устало взглянул на нее и покачал головой. - Что ты здесь делаешь?- тихо спросил и опустил взгляд,- и как нашла? - Это не составило большого труда,- лишь ответила она,- Рудольф, я не узнаю тебя. Что же ты сделал с собой? - Всего лишь прибавил чуточку роста и мускулов. Кажется, что-то пошло не так. - Да, и ты полгорода обескровил. Они тебе не протеиновые батончики, это люди. А что мы всегда говорили насчёт людей? - Я не могу это сдерживать, Анна. С тех пор, как мы с Тони..с тех пор.. вообщем, неважно..я просто больше не контролирую это и всё. - А придется,- она отпустила его плечи и посмотрела на девушку за спиной,- она здесь не причем, ты не вправе решать ее судьбу, даже если на куски разрываешься. - А вот она то была не против! Анна приблизилась к лежащей на земле и опустилась рядом, осторожно взяв ее руку в свою. Та подняла на нее помутневший взгляд и задрожала. - Не бойся, больше тебе ничего не угрожает. Где-то вдалеке слышались сирены. Видимо, кто-то все же застал происходящее. - Уверена, что не хочешь ещё побороться за свою жизнь? *** - Почему не сказал сразу, как это началось? Как только солнце осветило землю, а скорая занялась пострадавшей, вампиры скрылись в темноте. Рудольф сидел на полу, прислонив голову к холодной стене и молча выслушивал сестру. Она была зла, серьезна, но не переставала обеспокоенно поглядывать, наблюдая за его состоянием. - Понимаешь, семья для того и нужна, чтобы решать такие проблемы вместе. А ты ведь вечно упираешься и сидишь на своей крыше. Досиделся теперь? - Прости, я..правда не знал, как об этом сказать. - Прямо, Рудольф. И на любом языке. Ты же знаешь ведь, что я не отвернулась бы. - Что ж..в следующий раз скажу. - Что ж, спасибо и на этом. - И..что мы делаем теперь? Возвращаемся в замок, лечим меня и навсегда забываем мир людской? - Боюсь, все не так просто. Ты вообще знаешь, где сейчас наш Тони? - Нет.. Странное чувство закралось в грудь. Он понял, что услышанное ему не понравится. Они сидели в темноте друг напротив друга и всматривались в чужие глаза. За стенами сияло солнце, и время двигалось в своем привычном темпе. Только здесь оно то замедлялось, то ускорялось вновь. - Анна, скажи мне..,- прерывисто прошептал он и непроизвольно сжал руку в кулак. - Там..,- она отвернулась и закрыла свои глаза,- откуда мы родом.