can't remember anything before ya

Чонвон с самого утра занимается разморозкой холодильника после того, как взял один день работы из дома. Вообще, это должен был быть выходным днём, но он убедил босса, что он сможет писать программу и дома, просто есть небольшая загвоздка с его ментальным состоянием. — Джей сказал, что видеть тебя не хочет. — Что? — дрожащим голосом спрашивает Чонвон, крепко держа телефон в руке. — Извини, хён, мне очень жаль. Я дам трубку Хисыну, ладно? Чонвон угукает. Он садится за обеденный стол и пытается совладать со слезами. Нет. Только не сейчас. — Привет, это Хисын, я знаю, что у тебя за ситуация и я сказал Джею, что он был первым, кого ты вспомнил после пробуждения с амнезией. Он сказал передать тебе, что ему очень жаль, что у тебя амнезия, но он не может и не хочет видеть тебя в принципе. Я попросил подумать его хотя бы над одной встречей, и он просто промолчал. Мне жаль, что все заканчивается именно так. Чонвон молчит, закрыв глаза и представляя перед глазами прогулки с Джеем по школьному двору, по школе, около реки Хан. Это всё, что у него есть теперь. Больше ничего нового не будет. — Спасибо, что так потрудился ради меня, даже если ты не знаешь, кто я такой. Я могу как-либо отблагодарить тебя? — Всё в порядке! Я не хочу принимать от тебя подарков. Ты и так в плохом состоянии. — Пожалуйста? Хисын на том проводе шепчется о чем-то с Рики, но у Чонвона нет сил и желания разбираться в том, что они там шепчут друг другу. — Кофе. Сходим и попьем кофе. Ладно? — Спасибо. Я куплю самый дорогой кофе для вас, — говорит Чонвон, тут же сбросив вызов. Джейк находит его, когда он ищет в аптечке снотворные, потому что он знает, что ему придётся несладко этой ночью. Чонвон отвлекает себя тем, что моет холодильник. Джейк читал ему часовую нотацию о том, что все будет хорошо, и вообще, это Джей плохой чувак, потому что он не вошёл в положение Чонвона, и срать он хотел, что парень всё ещё любит этого Пака. Чонвону пришлось выгонять друга из квартиры, чтобы тот не опоздал на работу. Он благодарен, что никто не размораживал холодильник, и у него есть работа. Пока он занимается этим всем, разные глупые мысли не лезут в его голову. Он аккуратно протирает холодильник и морозильник изнутри, оставляет дверцы открытыми и возвращается к полкам, которые он ранее замочил. Он тщательно намывает каждую, промывает под водой и кладёт сушиться на полотенце и приступает к уборке от пыли. Убрав пыль со всех полок, он, наконец, возвращает все полки в холодильнике на место, убирает еду на место и включает чудо техники. Он отписывается Джейку о том, что холодильник работает, и убирает телефон, зная, что ему в ответ отправят огромное сообщение о том, что ему не надо перенапрягаться, что они могли бы вместе сделать это, и что нужно кушать. Чонвон продолжает уборку с пустой головой. Он моет окна так, как может, пылесосит диван и ковры, заботится о своих кактусах и других растениях в доме. Медленно перемещается с гостиной-столовой-кухни в спальню Джейка, протирает пыль, закидывает грязную одежду в стирку, меняет постельное белье, моет полы и окна. На то, чтобы сменить шторы, он разрешения не получил, поэтому первым делом в своей спальне он снимает старые шторы и закидывает их в корзину. Как и кучу грязной одежды и постельное белье. Снова убирает пыль и моет полы, окна, вешает темные шторы. В гостиной раскладывает сушилку, предварительно запустив стирку. У него остается только ванная комната, где он наносит средство для чистки плиток, моет зеркало и всё, что можно помыть в ванной комнате. Очищает плитки. Даже снимает перчатки и наносит себе на лицо какую-то маску Джейка, которую он ему рекомендовал. Параллельно с оставшейся стиркой он занимается ужином, потому что после того, как еда из морозилки растаяла, во второй раз морозить её нежелательно, а чтобы вся одежда не пропахла едой, он уносит сушилку в свою спальню. Он включает какое-то развлекательное шоу, на котором он не фокусируется, потому что он включил шоу просто для фона. К приходу Джейка на столе его ждёт целый пир на весь мир. Он жалуется, что он столько в одиночку не съест, поэтому Чонвон обязан есть с ним. Чонвон не отказывается и наедается так, будто бы это последний приём пищи в его жизни. Все плохие мысли, которые он блокировал весь день, наваливают на него огромным валуном, когда он стоит после душа и чистит зубы. Джей не хочет его видеть. Не может и не хочет. Он его ненавидит. Чонвон натворил делов в прошлом, а расплачивается только сейчас, столкнувшись с амнезией. Все надежды семнадцатилетнего в теле двадцатитрехлетнего разрушились в тот момент, когда он услышал, что Джей не хочет его видеть. Одна из самых странных вещей в его жизни — плакать с зубной щеткой во рту, но он плачет и не может успокоиться. То, чего он боялся. Абсолютно. Когда Чонвон выходит из душа зареванным, Джейк ничего не говорит, просто хлопает по дивану и приглашает полежать с ним и посмотреть бессмысленное кино. — Я налажал, — шепчет Чонвон, лёжа на коленях Джейка, пока тот перебирает его волосы. — Может быть. Чонвон засыпает. Ему снится, как он стоит у моря в Пусане, и глубоко вдыхает запах моря. Так, чтобы его лёгкие, до сих пор не знающие этот запах, с этих пор требовали только его. Так, чтобы у него сложилось ощущение, будто бы он в море сейчас, а не стоит на берегу, потому что вода холодная. — Не стоит дышать так глубоко и часто. Умрёшь от гипервентиляции. Чонвон оборачивается и видит Джея. Взрослого Джея, стоящего перед ним в пальто, водолазке и строгих штанах. Чонвон наклоняет голову в бок и улыбается. — До тех пор, пока ты со мной, я никогда не умру, — говорит Чонвон, и протягивает руку, чтобы притянуть парня, который от прикосновения превращается в соленую воду, часть которой возвращается в море. Солёно, мокро и солнечно. Чонвон замечает летающих птиц, названия которых он не знает, и закрывает глаза. /// Спустя две недели у Чонвона наконец-то получается выбить время на встречу в ближайшем кафе. Он берёт с собой Джейка, который не против попить кофе за его счёт, несмотря на то, что у них практически общий бюджет. Когда они заходят в кафе, Хисын и Рики уже что-то увлеченно обсуждают за столиком. Судя по активной жестикуляции Рики, это какая-то грандиозная история из его жизни. — Иногда мне кажется, что они встречаются, — шепчет Джейк, проходя к столику. Рики прекращает жестикулировать и начинает активно махать рукой, и Чонвон улыбается. Он соскучился по Рики. — Привет, Чонвон? — улыбается Хисын, протягивая руку. — Привет, Хисын-хён, — Чонвон с радостью пожимает руку, а потом указывает на Джейка, который уже уселся рядом с Хисыном. — Это мой телохранитель Джейк. — О, Рики мне рассказывал про Джейка, — Хисын поворачивается к своему соседу по сиденью. — Сколько Чонвон вам платит? — Тремя приемами пищи в день и трёхста тысячами вон в месяц. — Сильно. Чонвон заказывает себе обычный айс американо, пока Джейк наверняка планирует раскошелиться на десерты, предлагая Хисыну купить то или иное. Хисын на каждое предложение кивает, говорит что-то своё в ответ, и Чонвон приходит к выводу, что у них идиллия. — Они сдружились, — шепчет Рики, наклонившись к нему. — Хисын задротит в видеоигры постоянно. — А Джейк в Кэнди Краш. Официант подходит как раз в тот момент, когда Джейк уверяет Хисына, что самые дорогие блюда — это самые вкусные. Хисын, как итог, заказывает латте и обычные маффины. — Как вам работа в Самсунге? — спрашивает Хисын, смотря то на Джейка, то на Чонвона. — Не волнует, что нужно делать, если много платят, — бросает Чонвон. — То есть… Я, как программист, пишу и программное обеспечение для телефонов, и систему безопасности на патент. Это пугает. — Я дизайнер, но разрабатываю просто дизайн, — шепчет его лучший друг. — Как хорошо, что я не люблю программирование… — Это сложно, если не умеешь. Я горжусь хёном, потому что он со всеми трудностями в жизни вернулся в строй, — Рики приобнимает его за плечи, и Чонвон краснеет. — Хён большой молодец. — Согласен, — Джейк бы поднял бокал, да ещё нечего. — Я горжусь своим лучшим другом. Когда приносят заказ, беседа разрастается до нереальных масштабов. Они задевают все темы: от 'что первее, курица или яйцо?' до 'инопланетная жизнь существует'. Чонвон большую часть слушает, попивая кофе, и лишь иногда вступает в дискуссию. Он просто наслаждается моментом. В последнее время он закрылся в себе из-за слов Джея. Это был удар в сердце, даже если Чонвон уже давно подозревал, что он что-то натворил, прежде чем сбросился с окна. Он возвращается к своей попытке суицида чаще, чем к работе, и это наверняка должно было бы пугать его начальника, если бы он умел читать мысли. Ему действительно не хватало дружеских бесед о ценах на говядину, акциях компаний, количестве сумок у Кайли Дженнер, о философии, космических путешествиях, о цвете их будущих спорткаров и планов на отпуск. Это то, что он потерял, закрывшись в себе, и он собирается устраивать такие посиделки чаще, чем раз в полгода. В кафе кто-то заходит, и Чонвон инстинктивно смотрит на посетителя, прежде чем понимает, кто это. Это он. Это мать его Джей, стоящий у входа в кофейню, где Чонвон почти решился отпустить его. — Хисын, Хисын, — Чонвон кивает на вход, и новоприобретенный друг смотрит туда. — Я спрячусь, окей? Джей осматривает кафе в поиске свободных мест, и встречается взглядом с Чонвоном. О Боже. Чонвон сейчас умрет. Он не успел спрятаться под стол. Он такой красивый и такой нереальный. Чонвон очень хотел бы проверить, галлюцинация ли это, но потом вспоминает о словах, которые ему передали. Джей-хён не хочет видеть тебя. Джейк бубнит, что тот выглядит слишком богатым, Рики соглашается с ним, пока Хисын просто смотрит на своего знакомого. А Чонвон откровенно пялится. Он не может делать ничего другого, несмотря на то, что у него в голове красным огромным шрифтом 'он тебя ненавидит'. Он так слаб перед ним. — Чонвон, время что-то поджимает, — Джейк смотрит на часы и никак не меняется в лице. — Пойдём на работу? — Да… Ага. Работа. Пошли. Ребята… Ребята, прогуляйтесь с нами? Если вам не трудно. Чонвон выходит из-за стола, чуть ли не роняет стаканчик, пока все остальные суетятся. Он оплачивает заказ, благодарит за обслуживание официанта и возвращается взглядом к Джею. Тот продолжает неотрывно смотреть на него. Чонвон чуть ли не выбегает из кафе, прекрасно ощущая, что Джей всё это время продолжал смотреть ему в след. Он садится на асфальт, и опускает голову вниз. Нет, нет, нет. Это не должно было так закончиться. Они должны были разойтись на хорошей ноте и пожелать друг другу удачи на день, а не смотреть, как Чонвон бегает от того, кого любит всем сердцем, но кто ненавидит его сильнее, чем кто-либо. — Чонвон, — Джейк садится на корточки рядом, и кладёт руку ему на плечо. — Не думай об этом слишком долго, ладно? Ты не должен чувствовать себя виноватым за то, что все так получилось. Я уверяю тебя, что всем понравился этот поход в кафе. Он встаёт, оглядывается, замечая беспокойство его друзей, и говорит самую странную вещь, которую ему доводилось говорить после всяких странных событий. — Хочу маффины. Маффины они находят в пекарне, которая находится буквально за поворотом. Чонвон набирает себе пакетик и старается не вслушиваться в то, что говорят его друзья. Он был в пальто. В водолазке, строгих брюках, и пальто. Точно из сна. И наверняка превратится в солёную воду, если до него дотронуться. И пахнет морем. Пусаном. — Спасибо за покупку, приятного аппетита! — кассирша протягивает ему пакетик. А потом второй. — Это за счёт заведения. — Что это? — Чонвон смотрит на второй протянутый бумажный пакетик и хмурится. — Печенья с предсказанием. Вы выглядели очень встревоженно, и я не могла вас не взбодрить. Чонвон хмурится ещё сильнее, прежде чем расслабляется. Это называется хорошее отношение к людям и желание вносить добро в каждую частичку этого мира. — Спасибо, — кивает Чонвон, забирая пакетик. — Удачного вам дня и побольше клиентов! Чонвон выходит на улицу и видит издалека, как Джей идёт куда-то, постоянно оборачиваясь. Чонвон не может не смотреть, поэтому наблюдает за ним до тех пор, пока тот не скрывается за зданием. Джейк смотрит на него с максимальным сожалением, Рики стоит, смотря вниз, а Хисын осматривает небо. Всем немного неудобно после сложившейся ситуации, и Чонвон решает как-то улучшить состояние друзей. — Хотите печеньки с предсказанием? — протягивает пакетик парень.