Forever is our today

*** Вскоре после получения в собственность замка на горе Кролок Граф обследовал его подземелья и, не найдя в казематах живых узников, а только два скелета, которым было не меньше ста лет в состоянии скелетов, забыл о них. Но в самые глубокие этажи в недрах скалы то и дело ходил прогуляться Дохлик. Однажды кот слишком долго не возвращался к своему новому хозяину, и Его Сиятельство отправился на его поиски. В казалось бы самой глубине он обнаружил незамеченную ранее практически отвесную узкую лестницу, которая вела куда-то совсем в бездну. Протискиваясь между камней, граф спустился по этой лестнице. Котик ждал его прямо под ней, он запрыгнул на руки и сказал требовательное Мяу. С Дохликом на руках Его Сиятельство прошел в вглубь этого обнаруженного подземелья. В дальней стене была низкая дверь. Чтоб войти в нее, графу пришлось нагнуться. В крохотной камере его ожидало страшное зрелище. К стене было приковано некогда женское существо. Тонкое бесцветное иссушенное существо смотрело на пришедшего живыми хищными глазами. Очевидно, вампирша, проведшая в этом подземелье ни одно столетие. - Неблагодарный негодяй ! Ты явился наконец ! Не закричала, но зашипела змеёй женщина - кричать у нее не было сил : она была совершенно истощена долгим голодом. - Вы ошибаетесь, Фрау. Мы встречаемся впервые. На миг женщина задумалась, а затем с улыбкой на посветлевшем лице прошептала: - Значит, это произошло. Неблагодарное ничтожество потерпело заслуженное им поражение. Ты - его потомок, новый владелец этого замка. Освободи меня. - Кто ты на самом деле ? Я знаю, за кого ты выдавала себя, но ты не та. - Я дочь великой богини Кали. - И все вампиры на планете порождение твоей воли ? - Нет. Я убивала мало и редко, ещё реже обращала. За тысячи лет всего несколько десятков тех, кто был или казался достойным бессмертия и силы богини. Полчища ничтожеств порождены не мной. Отпусти меня, ты, достойный. - Я тебя отпущу, а ты как высшая отнимаешь у меня мою власть над миром тьмы. - Нет. Я вернусь домой, далеко от земли. Я клянусь, что признаю и подтверждаю законность твоей и только твоей власти над Царством Тьмы навечно. Она сделала паузу. - Я совершила ошибку, сочтя достойным власти того, кто отплатил мне неблагодарностью и приковал меня к этому подземелью. Я не могу сама вырваться на свободу, ибо я истощена без живой крови. Освободи меня. Я одна могу открыть тебе тайны, в которые не посвящен никто из живых и никто из немертвых. Знание доступное лишь богам. *** Как он и предполагал, Царство Теней признало его власть законной и непреложной. Мужики разбойники не заметили смены власти, охотно поверив, что господин от скуки вздумал изменить прическу и привычки в одежде. Приближенные и вампирская знать сразу поняли, что произошло. Потомок Темнейшего, победивший его в честном бою, безусловно наследует ему и занимает его место. Непреложное правило их мира. Никто даже не помыслил оспорить его права. А во внешнем сходстве прежнего господина и нового и в полном совпадении их имен все единогласно узрели особый знак. Граф родился в этот мир, чтоб занять это место. Такой был вердикт. Вот она неограниченная власть, о которой он мечтал. Но в его юношеских мечтах власть представлялась как свобода творить добрые дела. Облагодетельствовать подвластные народы, стать им добрым хозяином и любящим отцом. Не о власти над миром зла он мечтал. Строить, а не разрушать стремилось его сердце. Творить добро, а не убивать. Жажда мести ослепила и погубила его. Роковую ошибку не исправить. Но он ещё надеется победить зверя, не поддаться жажде крови. Эта жажда не покидала ни на минуту, ни на миг. Запах крови чувствовался за много метров, сквозь живую кожу, через физические преграды. Достаточно было живому человеку оказаться поблизости. Этот запах манил, звал с неудержимой силой. При виде любого человека Йоханна охватывало непреодолимое желание его выпить. Вода по-прежнему не утоляла жажды. Он пил ее кувшинами, но не чувствовал ее живительной влаги. Только кровь. Свежая горячая человеческая кровь. Это наваждение ужасало, сводило с ума и изводило душу. Ни за что ему не поддаться. Ни за что. Он читал откровения своего поверженного врага. Там было описано и объяснено всё. Стоит только попробовать одну каплю - и пути назад не останется. Жажда победит, овладеет всем его существом, подчинит волю и разум. Она неутолима. С каждой новой каплей и с каждой новой жертвой будет только усиливаться. Ему повезло больше, чем его предшественнику : он предупрежден. Он будет бороться до предела, до самого конца. Он подчинит древний темный инстинкт светлой воле сильного человека. Он не сдастся. Его ждут дома его Алидхен, его солнечный свет, и крошки сыночки. Он нужен им, а они ему. Любовью к ним он победит. Их любовь придаст ему силы. Вторая сводящая с ума напасть - похоть. С ней почти так же трудно бороться, как с жаждой крови. Но он хотя бы может убеждать себя потерпеть - скоро он вернётся домой и снова обнимет свою любимую. Ну в самом крайнем случае похоть всегда можно удовлетворить, никому не причинив вреда. Но от этой мысли становится тошно. Как потом смотреть в чистые глаза его ангела Алиды ? Уединиться. Не видеть живых людей. Он закопался в библиотеке доставшегося ему замка и с упоением поглощал ее сокровища. Книги - их великие дары знаний и их красота слов - частично занимали измученный дикими инстиктами разум. Но черная жажда прорывалась даже сквозь их свет. Она реально сводила с ума. Казалось, голова трещит и разламывается на части, а внутренности горят в негасимом огне. Он нашел способ, использовав услуги одного из подвластных ему вампиров, добыть из своего бывшего дворца свою скрипку. Он приобрел ее давным-давно в Италии, где побывал ещё до Хайдельберга, и там же научился на ней играть. Ночную тьму и древние стены замка пронизывали пронзительные звуки, исполненные боли и муки. Неизбывной тоски о потерянном счастье. Никто из живых людей не слышал этой музыки. А вурдалаки не были способны постичь. Йоханн играл на скрипке свою боль, когда выносить ее не было сил и хотелось орать от муки. Шли недели и месяцы. Он не поддавался. Он терпел. Он читал все подряд книги. Он играл на скрипке душеразрывные мелодии непостижимой красоты, которые люди 21 века признали бы гениальными и великими. С той роковой ночи, что принесла ему победу над заклятым врагом и лишила самого дорогого, прошел год. Он не поддался жажде. Он думал, что победил. Тихими летними ночами он спускался с горы Кролок к селениям, вдыхал запахи жилья и людей. Запах их живой крови. Он победил. Он научился контролировать инстинкт. Он может ходить между жилищ спящих людей и не нападать на них. Он знал, что разум сильнее хаоса. Он выберет подходящий момент и день и вернётся домой с того света. Он скажет, что в лесах заразился той болезнью, при которой свет причиняет вред коже, и под таким предлогом станет вести вечерне - ночной образ жизни. Алида любит его. Она поверит, примет и простит. Бесцельно гуляя по лесу на закате теплого июльского дня, он вышел на проселочную дорогу. Запах крови он почувствовал ещё в лесу, издалека. Но он знал, что научился справляться с инстинктом хищника. По дороге ослик катил небольшую крестьянскую тележку. Как свежа та, чей запах манил. Хоть и низкого происхождения, а по-настоящему красива. Эти синие глаза и светлые локоны, выпавшие из под чепца. Крутые бедра и округлые груди. Вслед за жаждой проснулась похоть. Желание обладать ею затмило разум. Он терпел невыносимую силу этой неестественной похоти больше года. Он может справляться с ней. Но всего один раз. Один раз одна эта юная женщина. Она сама рада отдаться ему. Кому это может навредить, если они позволят себе этот краткий миг наслаждения. Подарят его друг другу. Алида не узнает. Да ты же сам изведешь себя раскаянием. Тогда расскажу все ей и буду молить о прощении. Но сейчас не устоять. Это нежное тело пахнет лесными травами, парным молоком и медом. Как сладок должен быть поцелуй этих алых уст. Он больше года не видел вот так вблизи живой женщины. Не десять лет, всего один год. Но такой страшный год, что он стоил ста. Он заслужил эту ночь. Эта женщина должна сегодня принадлежать ему. Но вместо сладости у поцелуя был вкус крови. Страсть накрыла с головой и отключила сознание. Они лежали на земле в поле. Раздевали друг друга и ласкали обнаженные тела. Ее кожа была горячей на его ледяной. Один темный голод перекрыл другой. Он не успел осознать происходящего с ним. Он хотел овладеть женщиной, но вместо этого все покрыло вкусом крови. Его отросшие прошлым летом клыки в нежной плоти ее шеи, в его иссушенный жаждой рот фонтаном хлещет ее живая свежая горячая и такая вкусная кровь. Кровь во рту. Кровь на губах. Кровь течет по его подбородку и по ее шее. Она умирала на его руках. Ты хотел любви... Что ты сотворил ? А ты думал, что победил? Жалкий дохлый человек. Как жестоко ты ошибался, жалкое ничтожество. Монстр. Порождение тьмы. Чудовище. Такое же чудовище, каким был твой заклятый враг. Вот она цена одержанной год назад победы. Дьявол заберёт твою душу. Свершилось. Навеки проклят. Навеки наказан этой адской жаждой. Кто отведал крови хоть однажды, уже не сможет противостоять этому инстинкту. Возврата нет. Мир Тьмы принял тебя. Ты принадлежишь ему. Ты - сама тьма и есть. Порождение ада. Твой удел вечная кровавая ночь.