Отголоски прошлого

Над озером кружил огромный дракон, чья черная с золотом чешуя переливалась в серебряном свете полной луны, играя отблесками на темно-синей глади воды. В моих глазах застыли горючие слезы, а на губах слова, но у меня не хватало сил, чтобы их вымолвить, чтобы призвать того, кто так дорог моему сердцу. Мои ноги и тело недвижимы, и я тяну руки ввысь, желая, чтобы этот дракон меня заметил, чтобы он забрал меня, но только не его! - Моя лазурная лилия… Голос послышался из-за спины. Я обернулась. Глаза мужчины напротив сияли раскаленной белой сталью, руки его с длинными когтями почернели до самых плеч, а на голове, среди черных с золотом локонов волос выросли два рога, выточенных словно из камня. - Моракс… Мне хотелось кричать его имя, хотелось броситься к нему на шею и обняв, больше никогда не отпускать. Спрятать. Уберечь. Спасти… - Не плачь, моя лилия! Теперь я тянула руки к нему всё еще не имея возможности двигаться. Его ладонь нежно коснулась моей щеки, утирая невидимые слезы. А потом он направился к обрыву, где стояли мы и над озером летал дракон. - Нет, не ходи! Останься! Внутри себя я кричала, но с уст срывался только проклятый шепот. Слишком тихо. Слишком поздно… - Часть меня навсегда останется с тобой… Сказал напоследок Моракс не оборачиваясь, прежде чем перед ним выросла огромная треугольная голова дракона. Мужчина расставил руки, словно распахнул объятия навстречу ему и зверь, широко разинув пасть, истошно зарычал. Лишь на мгновение я прикрыла глаза не в силах противостоять громкому реву, а когда открыла вновь, Моракса передо мной уже не было, лишь морда дракона, с янтарными глазами мужчины. - Нет! – закричала я во весь голос и распахнула мокрые от слез глаза. Перед кроватью стоял мужчина с красными волосами, в его руках полыхало черное пламя скверны. Недолго думая и дыша, словно загнанная лошадь, я решила защищаться. В глазах всё еще стояла вязкая пелена от долгого сна и свежих слез. Собрав все силы, я сосредоточила электро-заряд в правой руке и запустила его стрелой прямиком в грудь мужчины. Но на моё удивление незнакомец ловко уклонился от моей атаки. Наконец начав различать обстановку и более детально очертания мужчины, я заметила, что его губы двигаются, а в руках вместо пламени скверны он держал серебряный поднос с едой и что-то мне говорил, но почему-то я ничегошеньки не слышала. А когда решила встать, бок пронзило резкой болью и осмотрев себя, я заметила, что у меня на груди широкая повязка, закрывающая даже пупок. Я растеряно огляделась, в поисках незнамо чего и слева в кресле, обнаружила еще одного человека в зеленых одеяниях, он привстал, и вытянув руки перед собой, жестами пытался меня успокоить. В ушах противно зазвенело и я зажмурилась от боли, потихоньку начиная различать их голоса. - Венти! Быстро объясни мне что происходит! – требовал грозный голос прямо передо мной. - Спокойно, Кэ Цин! Это мы, смотри, я Венти! Помнишь меня? А это – мастер Дилюк. – указывал юноша в зеленом на красноволосого передо мной. – Мы познакомились вчера в таверне, в которую вы пришли вместе с господином Чжун Ли! - Чжун Ли! – в голову все разом хлынули воспоминания прошлой ночи, безумные перевоплощения Моракса, падение со второго этажа, и то, как меня спас Венти. – Мне нужно к нему… Засуетившись, я вновь позабыла про пульсирующий от боли бок, и выкарабкиваясь из огромной постели, слишком поздно обнаружила, что мое левое колено тоже было не в порядке. От падения меня очень вовремя спасли чьи-то сильные руки, а лицом я уткнулась в белые ткани хлопковой рубашки на мужской груди. В нос ударил свежий аромат хвои и кедра. - Венти! Что он с ней сделал? Кто он? – угрожающим, но в тоже время спокойным тоном, вопрошал голос над моей головой. - Я же говорил, что без нее ничего объяснять не буду! – уверенно парировал Венти. - Прекратите. – наконец придя в себя ответила я, успокаивая собеседников. Дилюк аккуратно усадил меня обратно на кровать, после чего выпрямившись отстранился, одарив Венти недовольным взглядом. – Венти, мне необходимо вернуться в гостиницу… - Я там уже был, его нет в номере. – на опережение ответил он, а я сглотнула слюну, пытаясь унять подступающую к горлу тошноту. От этих его слов меня бросило в жаркий озноб. - Я требую, чтобы вы объяснили мне, что тут вообще происходит, раз уж я Вас впустил и дал убежище в своем поместье… - сложив руки на груди, потребовал Дилюк, а я прикусила губу, ища поддержки в глазах, разводящего руками Венти. - Он знает, кто ты? – решив убить одним вопросом двух зайцев, уточнила я у Архонта. - Знает. – серьёзно ответил он. – Ему можно доверять! Набрав в легкие побольше воздуха, я начала свой рассказ практически с самого начала, с того места, где мы спасали склон Уван и как с Мораксом оказались здесь и главное, зачем, конечно опуская некоторые, особо интимные детали наших с ним отношений. - Значит он бывший Архонт… - потирая подбородок, задумался Дилюк. - Самый древний и самый сильный из всех нас. – добавил Венти. – А еще невероятный тупица… - мученически выдохнул он и покачал головой. - Мне нужно найти его! Скверна меняет его разум, заставляя совершать ужасные поступки. Он никогда, никогда не причинил бы мне вреда, будучи в здравом уме, он…мы… - слова застряли, а глаза вновь защипало от наливающихся слез. - А я думал у него и сердце каменное. Этот остолоп раньше никогда не отличался способностью к эмпатии, особенно к людям, что уж говорить о каких-то других более сложных чувствах. – высказался Венти, вызывая во мне бурю противоречивых эмоций. - Это лишь доказывает, что Вы ничего о нем не знаете! – ответила я, неосознанно повышая голос на Анемо Архонта. Венти удивленно поднял брови, а затем загадочно улыбнулся, но на этот раз промолчал. - Не думаю, что Вам нужно искать его, госпожа Кэ Цин. – вмешался Дилюк. - Почему? - Он ведь наверняка видел, как я вручал Вам пригласительные на бал-маскарад, тогда, в таверне?! Учитывая с кем, мы имеем дело, думаю, он уже знает, где вы и с кем, выжидая более подходящий момент для своего появления, а вот с какими намерениями, боюсь узнаем мы только завтра вечером. - Звучит правдоподобно… - согласилась я и задумалась. - Вам не обязательно участвовать в этом, господин Дилюк. – Сейчас его нестабильное состояние может стать угрозой не только для Вас или я что-то неправильно понял? – уточнил мужчина, нахмурив брови, а я обреченно выдохнула, понимая, что и тут вынуждена с ним согласиться. - Не переживайте госпожа, у мистера Рагнвиндра не здоровая привычка помогать всем нуждающимся под покровом ночи...! – вмешался Венти, подходя к Дилюку и похлопывая его одной рукой по широкому плечу. – Не зря в народе его прозвали Полуночным героем, да мастер Дилюк? – сказал Архонт и из его рта прыснул влажный смешок. - Венти… - сквозь зубы произнес мужчина имя Архонта, с высоты буравя его недобрым взглядом алых глаз. – Мое терпение к тебе весит на волоске…Я ведь просил меня так не называть! - А зря! Многие девы с ума сходят и грезят о тебе во снах, мечтая, чтобы Полуночный герой спас их хотя бы там… - наигранно прислоняя руку ко лбу, вдохновенно причитал Архонт, явно издеваясь над побледневшим от злости Дилюком. - Убери от меня свои ручонки, пьянчуга! – не выдержав гаркнул мужчина, стряхивая руку барда со своего плеча, отчего Венти также картинно вздрогнул, отскакивая от Дилюка на несколько шагов. - Ах, как грубо! – надул губы Архонт и улыбаясь посмотрел на меня, а я сама себе не отдавая отчета отчего-то искренне и громко рассмеялась. От смеха резко кольнуло в боку, и я тут же вернулась в реальность, закашлявшись от боли. - Венти прекрати этот балаган сейчас же! Ей же больно, а ты… - Нет, всё в порядке! – поспешила ответить я, отмахиваясь рукой. – Но, если вы и правда желаете помочь, я приму вашу помощь, господин Рагнвиндр. - Прошу, зовите меня просто Дилюк, мы в Мондштадте к друзьям обращаемся просто по имени. – просветил меня мужчина, а я кивнула. – И да, я хочу Вам помочь! - Тогда нам нужно составить план… - одаривая обоих собеседников внимательным взглядом, ответила я.

***

Составление подробного плана действий с несколькими вариантами развития событий отняло у нас немало времени и сил, так что Венти и Дилюк покинули мои временные покои только ближе к вечеру, после совместного ужина. От лечебного травяного чая, который любезно приготовил для меня заботливый хозяин поместья снова клонило в сон, но какое-то время я всеми силами старалась ему сопротивляться, опасаясь попасть в очередной капкан своих кошмаров. Из окна комнаты виднелось несколько аллей зеленых виноградников, пара каменных малоэтажных домиков и пышный лес, который горел пестрыми красками огненного заката. Комната, в которой я находилась была просторной, и вся обставлена богатой мебелью из дорогого красного дерева и судя по обстановке явно принадлежала женщине. Слева от окна расположился трюмо с деревянными резными ножками и красивыми узорами по всей поверхности, сверху на столешнице стояла композиция из свежих незнакомых мне цветов, а большое овальное зеркало почему-то было прикрыто полупрозрачной белой вуалью. От этой картины стало не по себе, будто комната была одновременно и живой, и мертвой. В противоположном углу покоев расположились дверь в уборную, огромный платяной шкаф и темно бордовый рояль, на котором одиноко пылилась скрипка и несколько выцветших листков с нотами. Я неторопливо подошла к инструменту, что будил во мне воспоминания из детства, еще до того, как мне был дарован Глаз бога, и ласково открывая крышку рояля, обнажила черно-белые не запылённые клавиши. Меня обучали игре на фортепиано совсем недолго, и по началу мне сильно это не нравилось, но тогда я была обычным ребенком, и начала ценить эти мгновения только тогда, когда через несколько лет харкала кровью на боевом поле в спарринге на фехтовании с применением элементальной инфузии. Долгое время я ненавидела эту силу, не понимала, хотела вновь стать обычной девочкой, отторгая себя и пытаясь избавиться от непрошенных способностей разными способами… Присев за рояль, я слегка трясущимися пальцами рук начала по памяти играть колыбельную, мелодия была простая с довольно незамысловатыми аккордами, видимо поэтому мне удалось запомнить её и по сей день. Отчего-то воспоминания начали меняться и в голову полезли мысли о Мораксе, моя первая встреча с ним. Меня только определили в академию при Цисин, моя прежняя жизнь была сломана, и мы с отцом пошли на рынок, чтобы закупить необходимый для учебы инвентарь, оружие и учебники. Моракс стоял у книжных полок, держа в руках книгу и читая, безмятежно улыбался, а я тогда впервые засмотрелась на мужчину так, заворожённая его умиротворенным видом и красотой, выделяющейся на фоне других людей, на мгновение позабыв о своей трагедии. Мы с отцом подошли поздороваться с ним, тогда я еще не знала, что передо мной стоит Архонт, в отличии от отца. Они поклонились друг другу, приветствуя, а потом отец представил ему и свою дочь, и янтарный взгляд Моракса устремился ко мне одаривая меня своей солнечной теплотой, а я, зардевшись, отвела взгляд, гордо вздернув подбородок. Но тут же осознав, что веду себя глупо, не нашла ничего лучше, чем выставить перед собой свою маленькую руку, предлагая мужчине пожать её в знак знакомства, хотя в Ли Юэ, особенно среди аристократов, так делать было не по этикету и даже неприлично. Мысленно отругав себя за очередную ошибку, из-за которой моего отца могли бы обвинить в недостойном воспитании, я начала убирать руку и одновременно склонять в поклоне голову, но не успела. Тонкие длинные пальцы Моракса обхватили мою ладошку, и мужчина присел, поравнявшись со мной взглядами, но руку не пожал, а приложил к своим губам, добродушно улыбаясь и смотря мне прямо в глаза. - Приятно наконец с Вами познакомиться, юная госпожа Кэ Цин. Его пальцы были теплыми, а кожа рук нежной, как у моей мамы и у меня, до недавнего времени, но в тот момент они все были в ссадинах от деревянного меча, с которым я проходила боевые отборочные экзамены в академию и тренировок с отцом. - Вы любите читать? – я не сразу поняла, что он задает этот вопрос мне, слишком сильно переживая за свои безобразные руки в его красивых пальцах. - Люблю – буркнула я себе под нос и Моракс тут же вложил мне в руки книгу, на обложке которой был изображен ночной пейзаж: горы, луна и стебли бамбука. Это был третий том «Ночи в бамбуковом лесу». Я приняла из его рук книгу и прочитала название вслух. - «Ночь в бамбуковом лесу». Благодарю Вас, господин Чжун Ли, но это же третий том, я не читала первые два… - возмутилась я. - Этот на мой взгляд самый важный. На обратном пути мы с отцом зашли пообедать в «Народный выбор» и усевшись за столиком над тарелкой я, к своему невероятному удивлению, обнаружила, что на моих руках больше нет ссадин и синяков. Вернувшись домой поздно вечером, я решила еще немного почитать перед сном. Раскрыв книгу, я начала пролистывать её на наличие иллюстраций и обнаружила среди страниц, засушенный цветок Глазурной лилии. Поток воспоминаний оборвался вместе с мелодией, прерванной уродливым аккордом – эффект лечебного чая, бравший верх над моим мятежным разумом. - Вернись ко мне… - прошептала я, забираясь на кровать и кутаясь поглубже в одеялах.

***

Кровь под ногами разлилась словно река, окрашивая в бордовый мои фиолетовые туфли. Но в следующую секунду перед моими глазами предстала еще более ужасающая картина. В огромном бальном зале, возвышалась горой груда обезображенных тел, с искаженными гримасами на мертвых лицах, некоторые из них мне казались знакомыми. Перед этой грудой, восседая на телах, словно на троне на меня смотрел Моракс. Его взгляд был безумен, а глаза черны, он улыбался в оскале, облизывая свои окровавленные пальцы, вторая его рука покоилась на безжизненной голове Венти, что выступала в качестве подлокотника, а под его вытянутыми ногами, содрогалось в конвульсиях тело Дилюка. - Не смотри на меня так! Это ты во всем виновата… - промурлыкал Дракон в человечьем обличии. Из-под его ног раздался булькающий хрип. Голова Дилюка утопала в крови почти наполовину, он повернулся, пытаясь мне что-то сказать. Я успела сделать только шаг в сторону умирающего мужчины, прежде чем весь зал наполнился разъяренным ревом Моракса. - Не смей! Ты только моя, поняла? Ты. Моя. – кричал он, вставая со своего кровавого трона и продавливая ногой грудную клетку Дилюка. Уши пронзил мерзкий звук ломающихся ребер и сдавленный крик, расползающийся эхом по всему залу. Я закричала и хватаясь за голову обеими руками упала на колени. - Это ты виновата… - Нет! Нет! Нет! Из этого жуткого кошмара меня буквально вырвали чьи-то руки и очнувшись, я обнаружила себя бьющейся в этих крепких объятиях. - Не говори так… Моракс, п-пожалуйста! - зарываясь носом в мужскую грудь молила я, а руки неосознанно сжимали в кулаках белую ткань рубашки мужчины, будто он мог раствориться в воздухе в любой момент. - Тише, тише… - успокаивал меня голос и постепенно я начала приходить в себя, и кошмар становился, лишь кошмаром, а объятия не принадлежали Мораксу, как и свежий аромат хвои, исходивший от этого человека. – У вас очень высокая температура Кэ Цин… На плечах мужчины, в чьих объятиях я находилась лежали огненно-красные волосы, спадая ниже на грудь. Я, насколько могла, резко отстранилась от него, и откинувшись на подушки, прикрыла одной рукой заплаканные глаза. - Что вы здесь делаете? – хрипло спросила я, прозвучало грубо. - Я пришел сменить Вам повязку и дать противовоспалительное, иначе завтра вы не сможете стоять на ногах и весь наш план пойдет коту под хвост. – ответил мужчина, не выражая никаких конкретных эмоций. Наконец я посмотрела на Дилюка, он зажег, стоявшую на тумбочке возле кровати настольную лампу и начал раскладывать медикаменты. - Я очень благодарна Вам за вашу заботу, но с этим я могу справиться, и сама! – ответила я и поднявшись, только сейчас обнаружила, что на мне чужая одежда, а точнее халат на запах из плотной темно-синей ткани с серебряной оборкой на рукавах. - Нет, не можете! Но я понимаю Вас, предполагаю, вы тоже обучены боевому искусству, многое знаете и пережили, и я не сомневаюсь в Вашей силе и умениях, но сейчас Вы не одна и не в полевых условиях, а завтра у нас очень ответственных день, так что… - твердо отчеканил мужчина и одной рукой уложил меня обратно на мягкие подушки. – Так что позвольте мне позаботиться о Вас. К тому же, я не уверен сломаны ли Ваши ребра или это просто сильный ушиб. Я наложил специальную мазь под повязки, если гематомы окрасятся в черный, значит какое-то из ребер сломано, если же они будут обычных цветов, от желтых до фиолетово-синих, то это трещина, или ушиб. В любом случае у меня получится поставить Вас на ноги к вечеру завтрашнего дня, просто не хотелось бы привлекать третьих лиц. Не уверен, что это будет безопасно, учитывая способности, господина Чжун Ли. - Хорошо. Да, вы правы… - кивнула я и медленно начала стягивать с себя верх халата. Закрывая грудь и до самого пупка ребра были зафиксированы тугой повязкой из эластичной ткани. - Основной удар пришелся на левый бок. Я Вас приподниму и размотаю повязку, постарайтесь расслабиться и не напрягать пресс. – нужно отдать должное, мужчина говорил и действовал уверенно и без заминок, поэтому я почти не чувствовала стеснения, только когда повязка полностью была снята, обнажая мою грудь, я почувствовала, как к щекам приливает кровь. Но выдержка Дилюка не дала сбой и тут, и аккуратно уложив меня обратно на подушки, он склонился надо мной, внимательно изучая ребра левого бока. - По большей степени всё указывает на то, что у Вас сильный ушиб, но меня смущает небольшая область под грудью… - он мельком посмотрел мне в глаза и потер подбородок. - Что-то не так? – спросила я, пытаясь не выдавать своего всё больше сгущающегося смущения. - Я могу к Вам прикоснуться, здесь… - он указал пальцем на область внизу левой груди. – Прошу прощения, мне необходимо натянуть кожу, я не вижу из-за…Простите! – на мгновение от отвел глаза, а мне захотелось прикрыться руками. - Если это необходимо, то можете прикоснуться. – через несколько, как мне показалось, бесконечно долгих секунд ответила я. Не глядя на меня, Дилюк продолжил осмотр и его ладонь коснулась моей груди, слегка смещая её вправо, его пальцы были горячими. - Больно? – спросил он, немного надавливая на ребра под грудью. А я закусила губу, сжимая в кулаках ткань одеял, боль была, но смущения от этих прикосновений, казалось было еще больше. - Немного. Через мгновение Дилюк закончил осмотр, и аккуратно укрывая мою грудь краями халата, молча начал замешивать мази, стоявшие на тумбочке. - Скорее всего, в той области у Вас трещина, это не так страшно, как перелом, но всё равно требует особого внимания и покоя. – вдруг начал он, и снова распахнув халат у меня на груди, нанес толстым слоем лечебную мазь. - Это противовоспалительная мазь, она должна ускорить заживление, снять отек и обезболить. – комментировал он, приподнимая и мастеря на мне новую повязку. - В составе мази есть туманный цветок, поэтому жар должен также уйти, а на коже ощущаться прохлада и покалывание, это нормально. - Ясно. Благодарю Вас, мастер Дилюк. За всё… -искренне ответила я. - Никакой я не мастер. – еле заметно улыбнулся мужчина. - Зовите меня просто Дилюк. Я же уже говорил, у нас в Мондштадте к близким знакомым и друзьям можно обращаться без лишних формальностей. - Поняла. Тогда и Вы с Венти можете звать меня просто Кэ Цин – немного расслабившись улыбнулась я. - О, уверяю Вас, этому прохвосту и разрешение ваше не понадобится! – ответил он и начал собирать лекарства с тумбочки. А я вдруг резко испугалась снова остаться наедине со своими кошмарами. Стало неприятно от этого скользкого страха и надо было признать, что чувства к Мораксу сильно изменили меня, с любовью пришла не только сила и самоотверженность, но и уязвимость, в одночасье он превратился в мою слабость, не позволяющую мне мыслить хладнокровно и быть уверенной в принятых мною решениях. Я совсем расклеилась и не привыкшая искать помощи и поддержки со стороны, уповала лишь на свой растерянный вид и эмпатию малознакомого мужчины. - Может Вам что-нибудь еще надо? – словно читая мои мысли, оборачиваясь спросил Дилюк, застыв посреди комнаты. Необходимый ответ застревал у меня во рту, угнетаемый годами навязанных правил, манер поведения, традиций, воспитанием и прочих строгих законов укоренившийся в моей голове. Но мне жизненно необходима была сейчас поддержка или хотя бы просто чье-то присутствие, чтобы не сойти с ума оттого, что со мной произошло за всё это время и происходит по сей день. Я даже отца оставила в неведении… - Я могу попросить Вас остаться? – спросила я и подумала, что, если он мне откажет, я возможно также испытаю облегчение, правда совсем иное. Ничего не отвечая Дилюк, развернулся и подошел обратно ко мне, снова положил на тумбочку свою аптечку и выключая настольную лампу, забрался в постель и лег рядом со мной. Это произошло настолько непосредственно и легко с его стороны, что я никак не успела среагировать. - Это были покои моей матери. – прервал он вдруг неудобное молчание. – Мы находимся в старом крыле поместья. Ходить сюда запрещено всем, кроме меня. Здесь всё так, как было до её ухода… - я посмотрела на Дилюка, что лежал рядом, заложив одну руку себе под голову. Но рассмотреть выражение на его лице в тусклом свете луны мне так и не удалось, к тому же моя голова находилась на уровне его груди. - Отец постоянно был в разъездах по долгу службы в Ордене, и с раннего детства брал с собой и меня, как единственного наследника, обучал и дисциплинировал. А мать из-за слабого здоровья очень часто оставалась одна, не имея возможности путешествовать с нами. Эта комната была её миром, здесь постоянно витал свежий запах цветов, чернил и свежего пергамента. Она писала музыку и была довольно известна в определенных кругах. Иногда и по сей день в Мондштадте можно услышать, как кто-то играет её произведения. – я не видела его лица, но сейчас точно знала, что, проговаривая эти воспоминания, он печально улыбался. - Она умерла внезапно, и я не имел возможности ей помочь и облегчить её страдания тоже не мог, потому что был всего лишь ребенком. А потом я лишился и отца, и на этот раз я мог помочь, но не успел… И так вышло, что рядом со мной не оказалось никого, кто помог бы мне пережить эту утрату. – не выдержав, я все-таки приподнялась в локтях и поравнявшись с ним головами, посмотрела ему в глаза. - Сейчас со мной всё в порядке, не беспокойтесь. – ответил он, опережая мои невысказанные соболезнования. – Ложитесь, Вам нельзя напрягаться! Я рассказал вам это, потому что в итоге научился справляться с такими вещами. Терять близких тяжело, но намного тяжелее терять их, зная, что имели возможность спасти их, но так и не спасли… - сказав это Дилюк тоже повернулся на бок ко мне лицом, в его глазах бушевало алое пламя, а в нем решимость и бесстрашие. - Я знаю, что завтра вы сделаете всё возможное, чтобы спасти любимого вами человека, так что не теряйте надежды и не опускайте руки раньше времени! - от этих его слов внутри всё зазвенело, норовя взорваться и разбиться на мелкие осколки, словно хрупкий хрусталь. Я начала часто и прерывисто дышать, стараясь сдержать шторм, из бурлящих внутри противоречивых чувств. - Не надо себя сдерживать! Чтобы вновь стать сильным, нужно принять свои слабости, встретившись с ними лицом к лицу. - Я не знаю как… - сорвался с моих губ хриплый шёпот. Руки Дилюка крепко обхватили мои, прижимая к своей груди. - Мы незнакомцы и ничего друг другу не должны! Представь, что я безжалостное пламя, испепеляющее всё, что в него будет брошено, да так, что наутро и пепла не останется! Сожги во мне все свои страхи и забудь о них… Мои глаза широко распахнулись, и я буквально телом ощутила, как бьётся внутри стекло, вскрывая всё, что я так долго прятала внутри себя. И казалось, что, если сейчас этот мужчина отпустит мои руки, я задохнусь, позабыв о том, как дышать. Слова полились из меня потоком бессвязных обнаженных чувств, речь была сбивчивой и неразборчивой, словно я каждый раз вытаскивала первое попавшееся слово, пришедшее в мою голову. В огненных глазах Дилюка не было и капли сочувствия, они и впрямь были безжалостны. Но я продолжала говорить, и каялась в своих поступках, винила за ошибки и чувства, признавала свои страхи и неуверенность, просила прощения и прощала, и вскоре опустошилась и затихла, уткнувшись в грудь мужчины. Эта бесконечная пустота внутри подействовала на меня лучше любого лечебного чая. - Всё сгорело дотла. – прошептал Дилюк, нежно поглаживая волосы на моей макушке. - Спасибо… - тихо ответила я и через миг погрузилась в глубокий крепкий сон, на этот раз без кошмаров.