Сдержать обещание

Легко вспоминать прошлое и понимать, что и когда ты сделал не так. Марко не следовало тогда приземляться на крышу к Райнеру и Бертольду, а стоило просто продолжить выполнение миссии. А когда он всё же приземлился на ту крышу и подслушал их разговор, ему определённо следовало промолчать, не выдавая своего присутствия. О чём он только думал? Может, он просто был наивным и в глубине души надеялся, что они говорили не правду, а шутили. Но Райнер был прав, Марко не купился на их вынужденные оправдания. Как только пазл сложился у него в голове, Райнер набросился на него и повалил на землю. — Снимай снаряжение, — скомандовал он Энни, которая недоверчиво посмотрела на него в ответ. Внезапно Марко понял всю серьёзность ситуации. Чтобы он никому не рассказал, они должны его убить. — Стой! Пожалуйста! Давайте поговорим! — взмолился он, когда его охватила паника. — Пожалуйста! Его похитители молчали, наблюдая, как Энни опускается на колени, положив руки на бёдра Марко. — Что ты делаешь?! Почему ты не хочешь поговорить? — воскликнул он, пока она возилась с ремнями его снаряжения. — Пожалуйста, Энни! Не надо! — Ты должна это сделать, Энни, — Марко резко повернулся на голос Райнера, пытаясь посмотреть ему в глаза, пока тот приговаривал его к смерти. Может, если Райнер его увидит… то отпустит. — Пожалуйста! Ты ничего не должна! Пожалуйста! — по его щекам текли слёзы, пока по венам бежала чистая, неподдельная паника. — Почему? Мы же друзья, почему ты делаешь это? Почему, Энни?! Она на мгновение замерла. В её глазах промелькнула боль и нерешительность, когда она встретилась взглядом с Марко. Её руки замерли, а голубые глаза наполнились слезами. Энни не хотела ему вреда. — Я твой друг, я хочу тебе помочь! Райнер сильнее сжал руки, сдавливая грудь Марко, чтобы заставить его замолчать. — Пожалуйста! Пожалуйста! — Помни, Энни, ты воин! — слова Бертольда вернули ей сосредоточенность, и она снова принялась расстёгивать снаряжение. Без снаряжения Марко точно погибнет. Они не убьют его сами, они оставят его на съедение! Нужно достучаться до неё, заставить их остановиться. Они друзья, они жили вместе последние три года! — Давайте поговорим! Просто поговорим! — Почему ты не хочешь сражаться? — голос Энни дрогнул, когда она подняла взгляд, а на ресницах показались слёзы. — Почему ты не сопротивляешься? Что? Она хочет, чтобы Марко сражался с ней? — Потому что мы друзья! Я не хочу! Я не хочу причинять тебе боль… — его голос дрожал, но он говорил искренне. Ему даже в голову не приходило попытаться сразиться со своими похитителями. Бертольд безумно метался взглядом между ним и Энни, но Марко сосредоточил свой взгляд на ней. Нужно было убедить именно её. Именно она может оставить его в живых. Она хороший человек, он знал это. — Любой будет бороться за свою жизнь, это инстинкт самосохранения… А ты правда… не сопротивляешься… ты веришь в меня… — Конечно, верю! — закричал Марко. Если бы он сопротивлялся, ей было бы легче. Он был бы врагом, которого нужно убить, а не другом, умоляющим сохранить ему жизнь. — Энни! Давай! — скомандовал Райнер, но его громкое требование осталось без внимания. Энни отпустила ремни из рук и громко всхлипнула. По её лицу текли слёзы. — Я… не могу. — Энни… — Марко на краткий миг почувствовал облегчение. А затем Бертольд подошёл на её место. — Значит, это сделаю я! Помни, почему мы здесь, Энни! — Нет, пожалуйста! — Хватит! — слабо прохрипела она, пытаясь оттолкнуть руки Бертольда, но он был полон решимости не поворачивать назад. — Бертольд? Пожалуйста, не делай этого… — Прости, Марко, — он стянул с плеч ремни, и теперь снаряжение было полностью снято, — у нас нет выбора, ты знаешь правду. Он не отступил, и последние надежды Марко разбились вдребезги. Бертольд собирался убедиться в том, что он умрёт на этой крыше. — Пожалуйста! Энни? Пожалуйста! — Прости, Марко, — Райнер наконец отпустил его руки. Они отлетели от Марко. Рыдающая Энни сжимала в руках его снаряжение, когда они оставили его там одного. Ему было видно, как они наблюдают за ним с крыши. Чёрт! Как же глупо было думать, что он сможет уговорить их! Жан был прав. Его слова эхом отдавались в его голове. — Что такое? — Марко, послушай, не пойми меня неправильно, но… я за тебя волнуюсь. — Что? Почему? — Потому что ты думаешь, что все такие же белые и пушистые, как ты сам. — Мир не без хороших людей. — Но… — Но что, Жан? — тихо сказал он, глядя на лицо своего лучшего друга. — Именно это тебя и убьёт. Так и случилось. Его доверие к людям правда стало его смертью. Надо было сражаться, как сказала Энни… кто не борется за свою жизнь? Бум. Бум. Бум. Это были шаги. Приближался титан. Марко отчаянно закарабкался по крыше. Он чувствовал себя голым без УПМ. Каковы были шансы сражаться или сбежать без снаряжения? Без оружия, с которым можно было бы хотя бы попытаться сражаться, он был беспомощен. Он отчаянно карабкался, соскальзывая с крыши. Сердце колотилось о грудную клетку, страх съедал его изнутри. Давай, Марко, давай! Бум. Бум. Бум. Шаги становились громче, было ясно, что титан бежит, но Марко не оглядывался. Нужно продолжать двигаться! Плитка хрустела под ногами, когда он бежал по крыше, почти пытаясь обогнать быстро приближающегося титана. Нужно найти другого солдата, который мог бы помочь. Хотя бы мертвого… Было ужасно даже думать об этом, но если бы у него в руках было снаряжение, шанс на выживание стал гораздо выше. Внимание Марко привлёк блеск, и он нырнул в комнату, схватив лезвие, которое кто-то обронил во время боя. Оно было поломанным, но лучше, чем ничего. Марко сжал его в руке, немного успокоившись, и побежал. Солдаты… кто-нибудь, пожалуйста, окажитесь рядом… Бум. Бум. Бум. Шаги звучали прямо позади него, и, вопреки здравому смыслу, Марко повернулся, чтобы понять, как далеко от него был титан. Он закричал, когда увидел огромные глаза всего в нескольких дюймах. Титан протянул руку и, прежде чем Марко успел среагировать, схватил его в кулак. — Нет! — отчаянно закричал он, размахивая руками. Он не сможет вырваться, хватка слишком крепкая. Его руки задрожали, а лезвие зазвенело в кулаке, когда рот титана открылся, как врата в ад. Слюнявые челюсти и ряд зубов станут его могилой. Сосредоточься, Марко! Ты должен что-то сделать, у тебя есть лезвие! Думай! Думай сейчас же! Страх был настолько парализующим, что трудно было даже дышать. Он был всё ближе… и ближе… Единственный вариант — прицелиться ему в глаз, тогда он сможет разжать кулак. Отрубить руку не получится. Глаз — единственный шанс. Не упусти его! Нужно нанести удар как раз в тот момент, когда титан соберётся его укусить, не раньше, не позже. Тело Марко дрожало и сотрясалось, слёзы текли по лицу. Смерть приближалась. Не сейчас. Нужно подождать ещё немного. Промахнуться нельзя! Ближе… ближе… тепло дыхания заставило его вздрогнуть. Давай, Марко! Держись! Он всхлипнул и дрожащей рукой поднял меч, готовясь к атаке. — Спокойно… жди… — повторял Марко, как мантру, — не сейчас… ещё чуть-чуть… Пот струился по лицу, рука, держащая сломанное лезвие, дрожала. Есть только один шанс сделать всё правильно, или умереть. Нужно сохранять спокойствие, но делать это на словах проще, когда приближаешься к слюнявой пасти титана. Ты должен выжить! Должен! Ради Жана! Дыши… у тебя всего один шанс… Ещё чуть-чуть. Чуть-чуть. Чуть-чуть. Рот Титана надвигался, зубы приближались всё ближе и ближе, и как раз в тот момент, когда они коснулись его кожи… Сейчас! Марко выгнул руку, взмахнув сломанным лезвием, и закричал. Вот он, единственный шанс остаться в живых. Лезвие глубоко вонзилось в глаз титана, и тот издал леденящий душу крик. Когда Марко ощутил невероятную боль, его осенило. Единственный шанс был упущен. Он обсчитался всего на несколько секунд. Рот титана уже начал сжиматься, зубы впились в его плоть, прежде чем он внезапно разжал кулак, и Марко, крича, упал на землю. Нет! Было же так близко! Его тело врезалось в деревянную крышу, проломило доски и рухнуло на твёрдый каменный пол, хрипя и кашляя в агонии. Он не мог дышать, захлёбывался и плакал. Лились кровь, слёзы и слюна. Он упустил свой шанс. Марко чувствовал, как кровь стекает у него со лба с места, где его ранили зубы титана. Порезы на боку сильно кровоточили, жизнь медленно покидала его. Он ошибся всего на насколько секунд… если бы титан не схватил его и падение не сломало ему рёбра, если бы он не поверил Райнеру, Бертольду и Энни… Теперь уже слишком поздно. Как и сказал Жан… его наивность его и убила. Но если ему суждено было умереть здесь, то, по крайней мере, в спокойствии. Теперь было тихо, не было слышно ни шагов титана, ни сражений. Может, титан ушёл восстанавливать свой глаз? В любом случае, он был благодарен, что умрёт в спокойствии. Его глаза сонно закрылись, дыхание стало прерывистым. Несмотря на мучительную боль, было так хорошо. Он чувствовал умиротворение. «Я сейчас умру, но всё в порядке. В конце своей жизни я могу сказать… что у меня было всё, что я хотел. Я стал кадетом и попал в топ-10. Я бы мог пойти в военную полицию. Я был честен и верен себе и своим мечтам, у меня появились друзья, которые стали мне как семья. У меня даже появился лучший друг, который значил для меня всё. Я защищал человечество и убивал титанов… И я умру на службе у короля». Марко улыбнулся. По крайней мере, он прожил жизнь, которой можно гордиться. Раны пульсировали, на полу скапливалась кровь. Ему осталось совсем недолго. Марко никогда не был эгоистичным человеком, но его последним желанием было… умереть здесь быстро. Чтобы боль исчезла до того, как его найдёт титан. Скоро перед глазами совсем потемнеет, и он погибнет. Совсем скоро. Но… Но… Несмотря на раны, боль, кровь и сломанные рёбра, перед глазами темнело далеко не так, как это было около челюстей титана. Правда? Жизнь его и здесь обманет? Он пролежит здесь раненый и больной, пока титан не найдёт его? Как жестоко. «Помните Марко Бодта? Мы никогда не узнаем, что с ним случилось в битве за Трост. Может, его съели?» Жан увидит его тело и нарушит обещание. Жизнь, которую они должны были прожить вместе в военной полиции, была жестоко вырвана у него накануне их судьбы… Жан увидит его тело и поймёт, что мечта останется несбыточной. Он подвёл его. Это была его истинная судьба, правда его существования. Правда… Жан… Правда? Неужели он умрёт? Не сказав им правды? Не дав людям узнать своих истинных врагов? Оставив Жана в опасном, жестоком мире? Было очень больно. Он был без снаряжения и шансов на спасение. Может, Энни, Райнер или Бертольд найдут его и избавят от мучений. Даже если Энни и пощадит его, то точно не те двое. Они точно ищут его после того, как увидели, как он вырвался из хватки титана. Они хотят сохранить свой секрет, и если Марко хочет добиться справедливости, он должен бороться. Слова Эрена, которые тот когда-то сказал, повторялись как мантра. «Если победишь — останешься в живых. Если проиграешь — умрёшь. Сражайся!» Марко распахнул глаза. Он должен это сделать! У него нет выбора, если он хочет защитить Жана. Издав крик агонии, он медленно принял сидячее положение. Прерывисто дыша, он пытался стянуть свою окровавленную куртку, чтобы осмотреть повреждения на правом боку. В висках пульсировало, кровь стекала по щеке. Если бы он опоздал хотя бы на наносекунду, его череп бы раскололся на части. На крыше он сражался, чтобы жить. Теперь он должен сражаться, чтобы выжить. Можно было попытаться остановить кровотечение с помощью импровизированной повязки, но всё, что у него было, — это одежда. Всхлипывая сквозь стиснутые зубы, он нащупал рукав куртки, после нескольких болезненных мгновений стянул её и уставился на свой бок сквозь разорванную рубашку. Раны рассекали его плечо, руку и бок, а на спине, несомненно, были такие же отметины от зубов. Они сильно болели и кровоточили, но, видимо, не были смертельно глубокими. Никакие органы не пострадали, но нужно было остановить кровотечение, чтобы не умереть от потери крови. У Марко едва хватило сил, но он перекинул куртку вдоль тела и туго натянул её. Просто перевязать… Давай, Марко, ты сможешь… ты должен сражаться… Быстро закрутив рукава в узел, он глубоко вздохнул, собрался с силами и туго затянул их. Он закричал, когда импровизированная повязка туго стянула его туловище, останавливая кровотечение. Когда зрение прояснилось, а перед глазами больше не плясали белые пятнышки, Марко приготовился к своей следующей задаче — встать на ноги. Он понятия не имел, что будет делать без снаряжения, и была большая вероятность, что та троица его найдёт и убьёт, но… Если не сражаться… К счастью, повязка на куртке почти остановила кровотечение. Марко скрестил повреждённую правую руку на груди. Если держать руку над сердцем… он не истечёт кровью. С раной на голове нельзя было ничего сделать, оставалось просто надеяться на лучшее. Медленно, осторожно, с ругательствами и шипением, он поднялся на дрожащие ноги. Он сказал смерти в одиночестве на каменном полу «нет» и поставил одну ногу перед другой. Он не умрёт, он будет жить. Он выживет. Солнечный свет ослеплял, на мгновение Марко забыл о бушующей битве. Зрелище, запахи и звуки, исчезнувшие ранее, вернулись, напоминая о большом шансе на смерть. Но он должен выжить. Ради Жана. Пошатываясь, Марко вышел на улицу, где бушевал разгар битвы, и поблизости, к счастью, не было титанов. Хорошо, потому что быстро двигаться он не мог. Опираясь на здания, он заставил себя идти вперёд. Каждый шаг был мучительным, но теперь горели не только раны, но и его сердце. Он не собирался останавливаться несмотря ни на что. Кровь размазалась по стенам зданий, оставляя след. Главное — двигаться, продолжать идти… просто продолжать идти. Кровь, путающая волосы, стекала по его щеке, скрывая веснушки. Он не то что был не был похож на себя, но и на человека. Если он умрёт после выполнения своей миссии… ничего страшного. Лишь бы Жан был в безопасности, лишь бы он знал правду. Лёгкие горели, каждый вдох был мучительным. Ещё немного… звуки боя становились всё громче. Марко испытывал и облегчение, и ужас. Значит, рядом были солдаты, но и титаны, а он едва мог идти. Он споткнулся, оперевшись на полуразрушенную пекарню, чтобы перевести дыхание. Звуки снаряжения прямо над головой напугали его. Солдаты! Надо как-то привлечь к себе внимание. Если бы только у него был ракетный пистолет… Слишком поздно, в тени его никто не увидит. Поэтому, собравшись с духом, Марко вышел на середину улицы, рухнув на колени, когда его дрожащие ноги подкосились. — Помогите! — слабо закричал он хриплым голосом. — Помогите! — он вытянул неповреждённую руку вверх и медленно помахал ей, молясь, чтобы его кто-нибудь увидел. — Кто-то ранен! — раздался знакомый голос с соседней крыши. Сердце Марко подпрыгнуло. — П-пожалуйста… — У нас нет на это времени… — Кажется, это солдат, я пойду проверю, — раздался голос Конни, и, прежде чем другой голос успел возразить, солдат спрыгнул с крыши. Рыдая от облегчения, Марко рухнул на землю. Он сделал это… Он сможет им всё рассказать. Он сможет предупредить их. Жалко, что он больше никогда не увидит Жана, но, может… может Конни передаст ему слова Марко. Даже это перед смертью сделало бы его счастливым. — Что с тобой? — Конни приземлился на землю и побежал к Марко. — Ты в порядке? Как тебя зовут? Боже мой! Марко сумел подняться, его лицо говорило за него само за себя. — Чёрт! Марко, что случилось?! — в ужасе закричал Конни, осматривая раны. — Конни… Мне нужно кое-что сказать… — Держись, Марко! — тот не слушал его, нащупывая ракетный пистолет. — Держись, приятель, всё будет хорошо! — Конни, послушай, — прохрипел Марко, — это… очень важно… — Полегче, Марко, береги силы. — Что происходит? — этот голос Марко уже слышал раньше. Он был такой знакомый, но в затуманенном сознании звучал приглушённо. — Жан, это Марко! Он серьёзно ранен! Жан… он здесь… — Марко! — крикнул Жан и побежал к нему. Его голос срывался от боли, когда он бросился на землю и притянул Марко в свои объятия. — Черт… что… о боже, Марко… Ты… — Жан неуклюже попытался убрать липкую от запёкшейся крови чёлку Марко назад, испуганно вздохнув при виде раны на лбу. — Всё будет хорошо, слышишь? Я помогу тебе. — Жан… Всё в порядке, — теперь Марко мог говорить только шёпотом. Энергия наконец-то иссякла. — Мне просто… Я должен сказать тебе кое-что важное… — Нет, — Жан покачал головой, и Марко почувствовал что-то мокрое на щеках. — Нет, нет! Не сейчас! Не надо! Чёрт! — Жан… Я должен сказать… пока не поздно… послушай… — Нет! Что бы там важное ни было… скажешь, когда тебе станет лучше, хорошо? Нужно скорее убираться отсюда! — Жан! — крикнул Марко из последних сил. — Пожалуйста! Послушай! Мы оба понимаем, что я умру… поэтому просто… послушай. Это последнее, что я могу сделать, так что, пожалуйста… — Нет! — Жан плакал. Слёзы катились по его лицу и падали на щёки Марко. — Не говори такое! Заткнись! — Жан… — Титан идёт! — закричал Конни, поднимаясь на крышу. — Я отвлеку его, но вы должны торопиться! — Да! — Жан кивнул и поморщился, осторожно обняв Марко. — Прости… Будет больно, но это единственный способ. — Жан, не надо! — Марко широко раскрыл глаза, когда понял, что хотел сделать Жан. — Ты не сможешь спасти нас обоих, у тебя кончится газ. Оставь меня здесь! — С ума сошёл?! — заорал Жан, крепче сжимая Марко. — Я тебя ни за что не оставлю… заткнись уже! — Я должен сказать! Райнер и… — Я уже сказал! Ты не умрёшь! Я уже понял, ты пытаешься сказать мне это, чтобы у тебя был повод сдаться! Не получится! Если ты хочешь, чтобы я это услышал, ты должен жить! Понятно?! Ты обещал, что мы вместе пойдём в военную полицию! Ты не можешь нарушить своё обещание! — Жан, он идёт! — крикнул Конни, взлетая в небо. — Быстрее! — Черт… держись, — прошипел Жан и крепче прижался к Марко. Они поднялись в воздух, улетая от битвы к стенам. — Держись крепче! Здоровой рукой Марко крепко обхватил талию Жана, а здоровой половиной лица прижался к его шее. Ветер обжигал его раны. Он очень устал. Всё болело, но он должен был держаться, пока Жан не узнает правду. Будь проклят Жан и его упрямство, он сделает всё, чтобы Марко остался в живых. А Марко не хочет его разочаровывать. Он сдержит своё обещание. Он ни за что на свете не подведёт Жана. Ноги с грохотом опустились на твёрдую землю. Марко ахнул, когда боль пронзила его тело. — Помогите! Вы должны помочь ему! — отчаянно закричал Жан. Марко почувствовал, как его осторожно укладывают на пол. Мир снова обрёл чёткость, и теперь можно было разглядеть Жана, склонившегося над ним. — Ты в безопасности, Марко! Мы снова внутри стен, врачи помогут тебе. Только попробуй меня оставить! — Жан, ты же знаешь… я не подведу тебя. — Марко… — тело Жана сотрясалось от рыданий. — Чёрт! Марко, не оставляй меня! Он плакал, слёзы текли по его лицу, а он продолжал цепляться за руку Марко, как за спасательный круг. — Отойдите в сторону, — раздался строгий голос. — Я не могу оставить его! — Отойдите, иначе мы не сможем ему помочь. Вернитесь на свой пост, и мы приступим к работе. — Но… — Всё в порядке, — Марко слабо улыбнулся, сжимая его руку. — Я… не оставлю тебя… Обещаю. — Ты… только попробуй! Или я никогда тебя не прощу, слышишь?! — Я обещаю. Он осторожно положил ладонь Марко на бок, нехотя убрав свою руку, и встал. — Солдат! — Я ухожу! Просто… спасите его. Глаза Марко закрылись. Им овладела усталость. Раны уже болели не так сильно, и он погрузился в сон. Последнее, что он запомнил перед тем, как его веки сомкнулись, был нежный поцелуй в левую часть лба. Он улыбнулся и, наконец, спокойно заснул.