О тонкостях отношений и кулинарии

Ванная комната со светлой плиткой, покрытой грязью. Свет от лампы был настолько тусклым, что разглядеть что-либо четко было невозможно. Зеркало треснуло в левом углу и делило отражение на части. Ванна наполнена водой, слишком холодной для купания, но его это не волнует больше. Он залезает в воду прямо в одежде. Холодно. Ужасно холодно, но ему плевать. Главное, чтобы он видел. Наблюдал за каждым его движением стоя там в темноте. Он тянется рукой к маленькой пластиковой коробочке, каждое движение, каждый жест плавный и нежный. Это шоу для НЕГО. Он откидывается назад, сильнее погружаясь в воду. Свет лампы отражается от куска металла, лежащего в коробке. Острое лезвие, такое крошечное в его руках. Он готов. Одно четкое движение и острая боль пронзает запястья, но ему все равно, главное, чтоб он смотрел. Кровь стекает по рукам, окрашивая воду в алый цвет. Они смотрят друг на друга до тех пор, пока его взгляд не затуманивается. Шоу подходит к концу, актерам пора расходиться. Это конец… Уилл открывает глаза, возвращаясь в реальность. Он стоит посреди ванной и смотрит на девушку в ванной. - Она в воде около суток. Губы посинели, кожа бледная. – мужчина повернулся к Джеку – Она сама все это сделала, но ее до этого довели. - Есть мысли как? – Джек выгнул бровь. - Он наблюдал за ней пока она убивала себя. В ее глазах это был «акт бесконечной любви». Вам нужен мужчина средних лет, примерно возраста жертвы, с садистскими наклонностями. Он не любит пачкать руки, значит использует психологию. Вероятно, он ее изучал в университете, либо сам ее преподает. Большего сказать пока не могу. – Уилл схватился за голову. Ему резко стало плохо. – Если от меня ничего больше не нужно, то я, пожалуй, пойду. Не дожидаясь ответа, Уилл поспешил удалиться. Выйдя на улицу и сев в машину, брюнет достал телефон.       В глазах все плыло и Уилл благодарил Алану за то, что она заставила его сменить старый телефон на новый с голосовым помощником. Мужчина нажал на пару кнопок и дисплей издал звуковой сигнал. «Здравствуйте, Уилл. Чем могу помочь?» - Механический женский голос неприятно ударил по ушам. - Набери номер Ганнибала Лектора. «Выполняю» - Через пару гудков трубку взяли. - Здравствуй, Уилл. - Привет. – Голос парня был тихим и слабым. - С тобой все хорошо? – Судя по звукам на фоне Лектор резко поднялся из-за стола и подошел к окну. (Явный признак его обеспокоенности) - Я был на расследовании и после того, как я погрузился в дело мне стало как-то не по себе. Не думаю, что я могу сейчас вести машину. У меня…все перед глазами плывет. Несколько минут было тихо и Уилл уже хотел извиниться за то, что потревожил и добраться самому. - Извини за ожидание, Уилл, пришлось отойти и попросить секретаршу отменить последние два сеанса на сегодня. Скажи, где ты сейчас. - 243 по Лейстер авеню. Ты легко меня найдешь. Ориентируйся на большое количество полицейских машин и тяжелую энергетику исходящую от Кроуфорда. – Уилл услышал легкий смешок и по телу разлилось приятное тепло. - Скоро приеду. Жди. – Ганнибал повесил трубку. Уилл вздохнул, сел поудобней и прикрыл глаза. Голова кружилась, а глаза болели от любого движения. Сознание уплывало куда-то далеко, а потом все поглотила тьма. Уилл открыл глаза, перед ним стояла убитая девушка, из порезов на ее запястьях струилась темная, вязкая жижа. Она протянула руки к брюнету и начала приближаться, бледные обескровленные губы разомкнулись и прохрипели «Любит…он меня любиииит». Стук чьих-то пальцев по стеклу вернули парня в реальность. Уилл открыл глаза и увидел стоящего у машины Ганнибала, его взгляд был очень взволнованный. Профайлер разблокировал дверь. Ганнибал открыл дверь со стороны водителя, нагнулся к брюнету и заглянул в глаза. - Уилл, ты в порядке? – Ганнибал прижал прохладную ладонь ко лбу мужчины. - Думаю да. Что случилось? - Я подошел к машине и увидел тебя сидящего с закрытыми глазами и мелко подрагивающего. Ты не отзывался какое-то время, я уже подумал, что у тебя опять приступ. – Уилл тяжело вздохнул, придвинулся ближе, сильнее вжимаясь в руки Лектора. - Я ужасно устал. Поехали домой. Ганнибал мягко улыбнулся и кивнул, помог Уиллу выйти из машины и сесть на пассажирское место, а после сам сел за руль и завел мотор. Машина издала тихий рык и мелко затряслась, убаюкивая брюнета, Лектор потратил пару минут на настройку радио, и они двинулись в путь под приятную музыку. Проснулся Уилл в тот момент, когда машина припарковалась у дома Ганнибала. Мужчина потер глаза, потянулся и зевнул. Ганнибал смотрел на все это с неприкрытой нежностью. С того дня, как он услышал от Уилла смущенное «кажется ты мне нравишься больше, чем друг», последующего признания самого Лектора в чувствах к профайлеру и спокойного принятия Грэммом темной стороны доктора, и до этого момента мужчина никогда не сомневался в правильности своего решения. Уилл был не таким, как все и дело вовсе не в его проблемах с психикой. Уилл, его Уилл всегда такой спокойный, серьезный, острый на язык, неимоверно проницательный и умный, рядом с ним становился мягким, улыбчивым и стеснительным. Ганнибал нравится собирать этот пазл, открывать все новые и новые грани Уилла Грема. Лектор провел ладонью по щеке брюнета, чувствуя мягкую кожу под грубой щетиной. Профайлер прильнул ближе, умилительно щурясь. - Идем в дом, милый.

***

Ганнибал проснулся посреди ночи. Что-то было не так, дурное предчувствие усилилось, когда мужчина понял, что вторая половина кровати пустая и холодная. - Уилл? – В ответ была только тишина. Ганнибал выпутался из одеяла и отправился на поиски возлюбленного. В доме было тихо. Внутри Ганнибала натянулась тугая струна, постепенно подступала паника. Никогда раньше Лектор не испытывал подобных эмоций, но сейчас ему было действительно страшно: иногда после особо сложных дел Уилл начинал страдать лунатизмом, в зависимости от состояния профайлера во время расследования его приступы можно было разделить на безопасные, вроде заснул в зале за ноутбуком, а ночью пришел в спальню, в такие моменты Лектор просто укладывал его в постель, отключал звук на телефоне, компьютере и будильнике, и мирно засыпал, держа любимого в объятиях, и опасные, в таком состоянии Уилл мог выйти из дома и просто стоять на улице в одной футболке и боксерах несколько часов, не ощущая холода, мог бродить по улице босиком, сбивая ноги в кровь, или мог вылезти на крышу и стоять у самого края до рассвета. Этих приступов Ганнибал боялся больше всего.       За своими размышлениями Лектор не заметил, что обошел практически все комнаты. Звук разбившегося стекла нарушил тишину. «Это в ванной», пронеслось в голове мужчины, и он побежал обратно на второй этаж. Свет в гостевой ванной не горел. Ганнибал распахнул дверь и щелкнул выключатель, от увиденного его бросило в холод. Уилл стоял посреди ванной, стеклянные глаза смотрели на отражение в зеркале, в руке он держал опасную бритву. Слегка покачиваясь, он перевел мутный взгляд на пол, Лектор сделал тоже самое и увидел осколки того, что когда-то было декоративной хрустальной вазой. - Уилл, дорогой… - Ганнибал сделал шаг к брюнету и мягко позвал его. Профайлер поднял голову, но не проснулся. Рука с бритвой потянулась ко второй руке.       Осознав, что собирается сделать его возлюбленный, Ганнибал совершил рывок и в мгновение выбил опасный предмет из ладоней парня и прижал его к себе. Уилл вздрогнул в объятиях и зашевелился. - Ганни, что случилось? – мужчина отстранился от доктора и огляделся. – Я опять ходил во сне, верно? - Да. – Ганнибал вновь притянул парня к себе. – Предлагаю спуститься на кухню и выпить ромашкового чая, а заодно и поговорить о деле, которое ты сейчас расследуешь. – Уилл кивнул и мягко отстранившись поцеловал Лектора в щеку. Через несколько дней после этого инцидента Уиллу позвонил Джек и сообщил, что убийца был найден мертвым со вскрытой глоткой и порезанными запястьями, «Скорее всего наш маньяк попался Чесапикскому Потрошителю». Уилл на это лишь мягко улыбнулся и получив от Кроуфорда два выходных дня направился на кухню к Ганнибалу, чтобы сообщить приятные новости и узнать какой мясник продал Лектору ту замечательную говядину, из которой был сделан их вчерашний ужин. Лунатизм, как и кошмары больше Уилла не мучали.