ООО «Временная семья»

После инцидента с конём Джеймс стал более ответственно подходить к построению взаимоотношений с животным. Под руководством жокея мальчик заново начал знакомство со своим напарником по скачкам с угощения яблоком, а затем, позволив коню привыкнуть к себе за счёт ежедневных визитов, приступил к тренировкам. Чем ближе был день соревнований, тем раздражительнее становился Джеймс. Всё свободное время он посвящал скачкам, загоняя и себя, и животное до изнеможения. Уил по-философски отнёсся к увлечению мальчика и старался лишний раз не беспокоить его, чтобы не действовать ребёнку на нервы. А вот Джессика с так не вовремя пробудившимся материнским инстинктом не могла спокойно смотреть на то, как её подопечный гробит своё психическое здоровье, грозя довести себя до нервного срыва. Она то и дело старалась прервать тренировки, отвлекая Джеймса мелкими поручениями, чем неимоверно его раздражала. И однажды он не выдержал: — Да отвали ты от меня наконец! — В сердцах выкрикнул Джеймс на очередную просьбу девушки выбрать цвет салфеток для сегодняшнего обеда. — Неужели ты настолько тупая, что не способна самостоятельно разобраться с таким пустяком?! — И, не дождавшись ответа, мальчик направил коня в сторону тренировочной полосы, не заметив увлажнившиеся глаза своей воспитательницы. Когда подошло время обеда, ребёнок с неохотой вернулся в дом и поспешил в Малую столовую, где обычно его уже ждали наставники. Вот только на этот раз место справа от него пустовало. — А где Джесс? — недоумённо спросил он у Уила, задумчиво смотрящего в окно. — А? — Неохотно отвлёкся тот от своего занятия. — Ах да, она сказала, что не голодна. Странно как-то, — он пожал плечами, — ещё два часа назад составляла список блюд, а теперь вдруг есть перехотела. Не знаешь, что случилось? На ум ребёнка сразу же пришёл утренний инцидент. Мимолетное сожаление охватило Джеймса, но он тут же постарался отделаться от так не вовремя проснувшейся совести. — Да кто этих женщин разберёт, — выпалил мальчик, надеясь, что мужчина не заметит его покрасневших от чего-то ушей. — Вечно они на какую-то ерунду обижаются! Ничего, есть захочет — выйдет, — процитировал он слова отца. В ответ на это Уил лишь загадочно хмыкнул, и остаток обеда прошёл в полной тишине. Вечером на ужине девушки тоже не было, отчего совесть Джеймса начала мучить его ещё сильнее. «Ну не будет же она вечно дуться, — утешал себя мальчик. — Вот придёт сегодня ко мне в комнату, и я обязательно с ней поговорю» Он с нетерпением ждал отбоя, постоянно поглядывая на дверь своей спальни, замирая каждый раз, когда слышал шаги в коридоре. Судьба, словно в насмешку над ним, посылала горничных, заставляя сердце мальчика с надеждой биться и тут же разбиваться на тысячу осколков, не обнаруживая долгожданную гостью. Злясь на девушку за её обидчивость, на себя за неумение сдерживаться, Джеймс с досадой выгонял служанок из комнаты, не позволив ни подготовить кровать, ни переодеть его ко сну. «Приди, пожалуйста, приди, — внутренне умолял он воспитательницу, едва ли не плача. — Пусть будет порка, но, пожалуйста, только приди!» Однако уже и гонг, оповещающий об отбое, прозвучал, а Джесс всё не было. «Не может же она нарушить нашу традицию? — со страхом спрашивал себя ребёнок, вспоминая, как с самой первой ночи девушка стала заходить к нему, чтобы поцеловать на ночь и пожелать приятных снов. Хоть он и кривился каждый раз, когда она это делала, но всё-таки искренне дорожил моментами непринужденной ласки, которой так не хватало в неуютном поместье. Час, два, три — Джеймс так долго прождал Джесс, что не заметил, как уснул на оставшейся неразобранной постели. Утром мальчик проснулся с большими кругами под глазами из-за ночных кошмаров, в которых семейство Гудманов покидало поместье, даже не оборачиваясь на бегущего за ними воспитанника, со слезами на глазах умоляющего не бросать его одного в этом мрачном доме. С тяжестью на душе Джеймс спустился в столовую, надеясь застать там воспитателей, однако стоило ему отворить дверь, как с губ невольно сорвался испуганный вопль: стол был накрыт лишь на одну персону. Не помня себя от отчаяния и страха, ребёнок ринулся в комнату воспитателей, боясь найти подтверждение своей догадке. Путь до заветной спальни показался ему как никогда долгим, хотя мальчик бежал со всех ног. С грохотом распахнув двери, он увидел удивлённых Гудманов, сонно разглядывающих гостя, так вероломно вломившегося в их комнату. Джеймс же, наплевав на приличия, кинулся к Джесс и, крепко стиснув её в объятьях, расплакался от облегчения. — Эй, котёнок, ты чего? — Девушка мягко погладила его по волосам. — Ну же, солнышко, что случилось? — Она подвинулась, позволяя мальчику присесть рядом, и начала тихонько покачиваться, баюкая испуганного ребёнка в попытке утешить. — Я думал… вы… меня… бросили…прям… как… мама… — в перерывах между всхлипываниями выдавил Джеймс. — Прости меня… я больше никогда… не скажу подобного… только… не бросай меня… — Его начало потряхивать от пережитого стресса. Джесс, слушая его откровения, успела тысячу раз пожалеть, что решила проучить воспитанника таким образом. Она лишь хотела, чтобы он осознал свою ошибку, а не получил очередную психологическую травму. Ох, как же она могла забыть, что с этим ребёнком нужно вести себя максимально осторожно! — Джеймс, мы бы никогда не уехали, не предупредив тебя об этом, — неожиданно подал голос Уил, до этого тихо наблюдавший за ними с противоположной стороны кровати. — Кроме того, мы останемся с тобой до тех пор, пока ты сам не решишь, что наше присутствие тебе докучает. — Мужчина осторожно перегнулся через жену и, подняв ребёнка на руки, переместил его на середину кровати. Джесс перекатилась на другой бок и снова обняла мальчика, поражённо уставившегося на Уила, который вдруг решил присоединиться к ним, накрыв обоих своими большими руками. В таком коме, как самая настоящая семья, они пролежали какое-то время, пока всхлипывания ребёнка полностью не стихли, заменившись его тихим сопением. — Тебе разве не пора завтракать? — наконец расцепив объятия, спросил Уил у притихшего Джеймса. — Без вас не пойду, — буркнул тот, забираясь под одеяло поближе к тёплой ото сна Джесс. — Это мы уже поняли, — хмыкнул мужчина, шутливо стараясь отобрать у него заветное покрывало. — Но можно нам хотя бы переодеться? — Я вам нисколько не мешаю, — мальчик закрыл глаза и уткнулся в подушку Уила, вызвав у его жены тихий смешок. — Мы смущаемся, — продолжал настаивать мужчина. — Это не мои проблемы. — Что ж, тогда мне придётся пойти на крайние меры, — с этими словами Уил забрался в незащищённые подмышки Джеймса, мигом заставив того завизжать и задёргаться, пытаясь увернуться от рук мучителя. Джесс тоже не осталась в стороне: отбросив одеяло, она атаковала босые пятки воспитанника, вызвав у того новый прилив смеха. Мальчик вертелся, как уж на сковородке, стремясь избавиться от щекочущих пальцев, но всё было тщетно: укрыться под одеялом ему не позволил Уил, отбросив покрывало на край кровати, а Джесс живо пресекла поползновения ребёнка в ту сторону щекоткой подколенных впадин, тем самым заставив его распищаться и свернуться калачиком в попытке увернуться. — Лааднооо, сдааююсь, — не выдержал, наконец, Джеймс, и его тут же отпустили. — Жду вас в столовой через пять минут, — бросил он, торопливо вскакивая с кровати, и тут же скрылся за дверью. — Похоже, выспаться нам сегодня не удастся, — вздохнув, заключил Уил, поднимаясь с кровати. — Идём, пока этот негодник опять сюда не вернулся. Я, вот, не пойму, чего он так всполошился, — мужчина подошёл к гардеробу, — он же всегда по субботам один завтракает. — Джеймс так сильно увлёкся тренировками, что потерял счёт времени, — объяснила Джесс, заходя за ширму, чтобы сменить платье. — Честно говоря, меня это тревожит. Желание победить естественно для детей, а вот подобное маниакальное рвение — нет. И я боюсь, что разгадка этой тайны меня неприятно поразит. — В этом семействе полно скелетов в шкафу. Наша задача — найти лишь некоторые из них, а не все, — Уил подошёл к зеркалу и улыбнулся отражению, оценив свой внешний вид. — Ты готова? — Он повернулся к жене. — Отлично, тогда пойдём, не то он опять обидится и разгромит здесь что-нибудь. — Уж точно не здесь, — Джесс демонстративно потрясла ключиком, прежде чем закрыть спальню. — Я слишком долго выбирала свою одежду, чтобы позволить какому-то непослушному юнцу снова её испортить! — Действительно, — хмыкнул мужчина, и они вместе направились к лестнице.