Хэдканон: ты ловишь его за изменой

|Развилка 4-5|

Ты резко вскакиваешь на постели, сбрасывая на пол подушки и взметая легкое одеяло вверх. Холодный пот обливает тебя ручьями, сердце заходится внутри, и какое-то время ты не можешь понять, где находишься. Знакомый запах полевых цветов щекочет нос. Ты поворачиваешься к источнику аромата и замечаешь на тумбочке у кровати перевязанный лентой букет... Это похоже на сон, нет, это точно сон! Только что ты пережила измену Дилюка, это не может быть неправдой, все слишком реально! Ты до сих пор чувствовала боль предательства в груди, помнила холод Глаза Бога в руках... его рядом не оказалось, как и походной одежды, к которой ты заново успела привыкнуть за время без Рагнвиндра. Ты сразу поняла, что находишься в супружеской спальне, где абсолютно ничего не изменилось с твоего ухода. Более того, все твои вещи почему-то стояли на своих прежних местах, а сама ты была одета в одну из сорочек, которые носила только в поместье. И либо это действительно сон, либо ты сошла с ума от тоски. Ты свешиваешь ноги с кровати, надеваешь такие же привычные, как и все остальное, тапочки, идешь к шкафу, и, да, все твои вещи здесь. Может, та сцена яростных метаний по комнате действительно была лишь плодом твоего воображения? Тогда чему вообще стоит верить, если обе реальности такие... реальные? Как только ты успеваешь взять платье, дверь тихонько приоткрывается и входит хозяин поместья. Он улыбается тебе тепло, как прежде, снимая с рук перчатки. - Я надеялся застать тебя спящей, моя леди, - он вздыхает и протягивает к тебе руки, делая шаг навстречу. Ты шарахаешься, налетая на комод, и мужчина пораженно смотрит на тебя, не делая более попыток подойти. - Что случилось? Ты мгновение собираешься с мыслями: если ты действительно только что проснулась от плохого сна, то смысла отталкивать мужа (а кольца на ваших руках подтверждают, что вы в браке) нет, ведь его измены по факту не было. Но если сон - то, что происходит сейчас, лучше скорее разрушить иллюзию, чем тонуть в ней как в последней надежде. - Плохой сон, - отвечаешь, комкая ночнушку в руках. Дилюк осторожно подходит и бережно прижимает тебя к себе. Он никогда не был ласков с кем-то, кроме тебя, дарил всю любовь и заботу только тебе, и сейчас ты снова, впервые за несколько минут, часов, лет, или сколько там прошло, в этом сне, могла ощутить всю бережность его прикосновений. Жар обветренных огнем ладоней коснулся спины, другая рука подняла твои бедра, и Рагнвиндр уложил тебя обратно в кровать, накрывая собой и выдыхая в шею. Ты сдерживалась какое-то время перед тем, как разрыдаться, но глаза предательски заслезились. Как же ты скучала по нему... В объятиях вы провели по меньшей мере два часа. Каждый раз, как муж хотел отстраниться и хотя бы послать прислугу за водой для тебя, ты снова вцеплялась в его рубашку и не позволяла уйти. Это ему нравилось, хотя он ни слова об этом не сказал, с удовольствием утешая тёплую после сна тебя. Наконец, ты немного пришла в себя и теперь просто наслаждалась тем, как любимый человек перебирает твои спутанные волосы. - Я изменил тебе во сне, - подтвердил свои мысли Дилюк, выслушав твои объяснения. - И ты решила, что все произошло на самом деле. - Это было слишком реалистично, - дуешься ты, чувствуя себя глупо. - Я испугалась. - Успокойся. Я понимаю. Он поцеловал тебя в лоб и встал с кровати, поднимая за собой и тебя. - На нашем месте тебя ждет сюрприз. Поэтому перестань волноваться и собирайся. Я подожду тебя внизу. Проведя руками по твоей талии, мужчина действительно оставил тебя одну. Все происходящее казалось слишком наигранно-хорошим после кошмара, и ты едва могла привыкнуть к этим изменениям. Однако не стала упрямиться и переоделась, а знакомая улыбчивая горничная помогла собрать волосы в прическу. Чувство странности происходящего не покидало и тогда, когда Рагнвиндр взял тебя под руку, выводя из помещения. - Я действительно стал слишком много времени проводить на работе и за документами, но не думал, что это выльется в твои ночные кошмары, - начал он, не сбиваясь с шага. - Думаю, стоит нанять ещё одного работника в "Долю Ангелов". Ты глянула на него, не веря своим ушам, а он посмотрел на тебя с лёгкой улыбкой на губах. У вас и раньше заходили разговоры о том, чтобы нанять рабочих, но Дилюк, несмотря на свой достаток, всегда отказывался. А теперь вот так просто сам заговорил об этом? Это точно сон. Ты прижалась к плечу мужчины, не желая, чтобы это заканчивалось. На поляне, знакомой тебе до единого цветка, было раскинуто несколько покрывал с подушками, на которых в разнобой были расставлены корзинки с фруктами, нарезками и другими угощениями, а завершало это дело несколько бутылок виноградного сока. Вы плотно пообедали и обнимаясь улеглись рядом, разморенные солнечным теплом. Ты любовалась переливами волос Дилюка на свету, пока он очарованно гладил твои ключицы, слегка опуская ворот платья, что делало прикосновение немного интимным. - Не хочу, чтобы это заканчивалось, - призналась ты, придвигаясь к мужчине и обнимая его. Он прижался губами к твоему лбу. - Если этот момент не закончится, мы не сможем прожить другие вместе. Ты подняла на него глаза. Дилюк оперся на руку рядом с твоей головой, и его лицо было совсем близко. Ты зажмурилась...

|Концовка 4: Как сладкий сон|

ОСТОРОЖНО, NC-17

...и через мгновение муж утянул тебя в головокружительный поцелуй, впутываясь пальцами в твою причёску. Это был отчаянный, страстный и важный, как глоток воздуха момент, и ты не могла надышаться им, даже когда Рагнвиндр перестал терзать опухшие губы, с упоением оттягивая твои волосы и наслаждаясь тонкостью кожи на шее. Платье сковывало твои движения, да и навалившийся сверху мужчина весьма смущал, но ты все же пыталась хоть как-то отвечать на его ласки, расстегивала пуговицы его рубашки до которых могла дотянуться не глядя, сжимала в руках алые локоны, пока твоя ножка игриво гладила внутреннюю сторону его бёдер. Дилюк словно одичавший зверь кусал, лизал, вырывая из твоего горла стоны, опускался все ниже, оттягивая лиф платья до предела, а потом и вовсе разорвал дорогущую ткань, перебив твоё возмущение волной сладкого жара, как только его рот накрыл твой сосок. - Дилюк, подожди!.. Ммх!.. Его рука, нырнув под складки платья, вцепилась в твою ногу под коленом и вздернула её вверх, заставив тебя принять неприличную позу. Мышцы протестующе заныли, но это стало неважно, когда, оттянув белье в сторону, он качнул бёдрами, входя в тебя. Ты выгнулась, и он воспользовался этим, просунув руку под твою спину и схватившись с обратной стороны за плечо, а второй обхватив твою талию. Ты была стиснута в медвежьих объятиях и могла только взвизгивать и извиваться от удовольствия, когда мужчина в бешеном темпе начал трахать твое хлюпающее влагалище. Он кончил первым и опустился вниз, доводя тебя до разрядки ртом, что было необычным явлением - он редко ласкал тебя орально без прямой просьбы. И это, кажется, вообще был первый ваш секс не в спальне, ведь обычно перед занятием любовью красноволосому требовалось, чтобы все было "правильно" в его понимании. - Прости, я просто... соскучился, - шепчет мужчина, тяжело дыша тебе в ухо. Ты осторожно гладила его волосы, пока он продолжал говорить: - Я не рассказывал, но мне тоже снятся кошмары. Как ты просто в один момент исчезаешь и никто не знает, где тебя найти. А когда я понял, что ты исчезла, я просто хотел умереть... Он снова стиснул тебя в руках, до хруста, и ты задыхаясь обнимала в ответ, чувствуя, как его трясёт. - Я здесь, я здесь, посмотри на меня, - ты поднимаешь его лицо, - я здесь. Я не уйду. Он не плачет, он никогда не плакал, но в панике хватает ртом воздух, пока ты осыпаешь его обветренное лицо поцелуями. После этого случая произошло много изменений. Теперь он не желал отпускать тебя от себя. Вы работали ТОЛЬКО вместе: в гостиной, где ты любила развалиться на ковре, теперь он устраивался за журнальным столиком; или в кабинете, где тебе поставили отдельный стол. В таверне теперь работали сразу три сменщика, Дилюку приходилось только проверять смету и редко кого-то подменять. Конечно, все изменилось не сразу, но ты чувствовала себя так, будто вы только начали встречаться, такой пыл в отношениях приводил тебя в тонус и придавал сил! - Мам, - тебя дёрнул за волосы. - МАМ! Ты спихнула с себя детскую ручонку и накрылась одеялом с головой. Неугомонный ребёнок принялся толкать твою сонную тушку и сдерживать одеяло, пока ты, наконец, не села в постели, угрюмо потирая лицо. - Где дядя Кэйа? - первым делом спрашиваешь ты у чада. Маленькое утреннее чудовище клыкасто улыбается, довольный тем, что разбудил тебя. - Мы смотрели взрослые книжки, а потом папа это увидел и решил его убить. Эмбер пытается их разнять. Ты несколько подумала, что за книжки мог показать ребёнку этот ледяной суслик, а затем встала с кровати, решив поддержать мужа в его членовредительских начинаниях. - Мам, ну мам! - а я тебе картинку нарисовал, - мальчишка протянул тебе рисунок с чётким изображением того, как "мама" с палкой, или что это нарисовано, бегает за "дядей" и "папой". Ух... и когда такое было? - Солнце, я никогда не бегала за кем-то с палкой. Откуда ты этого набрался? - Дядя Кэйа подсказал, что так рисунок получится веселее! Видимо, фантазии на картинке сегодня суждено сбыться! Ты переоделась, с упрямство заметив, что в брюках преследовать некоторых личностей будет удобнее, и, взяв сына на руки, спустилась вниз. Горничные при твоём появлении явно занервничали, кто-то в спешке выбежал на улицу, и ты улыбнулась, услышав крик: "Госпожа идёт!" Когда ты вышла на улицу, твой муж, Кэйа и Эмбер, взъерошенные и тяжело дышащие, усердно поддерживали вид деловой беседы за бутылочкой сока. Получалось плохо, если учитывать взгляды, бросаемые ими друг на друга. - Что ж, доброе утро, - ты устроилась рядом с Дилюком, отдав ему ребёнка, и Кэйа выкроил нервную улыбку, стушевавшись под твоим суровым взглядом. - Интересный рисунок получился с подачи дяди Кэйи, - ты протянула листок названному мужчине. Он глянул на него и резко согнулся пополам, пытаясь сдержать хохот. Впрочем, ты тоже не смогла долго держаться и начала хохотать вслед, а затем и Эмбер подхватила. Только Дилюк сумел удержаться, скрыв смешок в кулаке. Сколько лет прошло с того памятного дня на поляне - пять, шесть? С тех пор изменилось очень многое. Ребёнок был самым желанным и любимым в вашем доме чудом. В какой-то момент вы с Дилюком просто решили, что готовы к нему и нуждаетесь в нем. Изначально Рагнвиндр намекнул, что хочет наследника - то сыграло воспитание в аристократической семье, где каждому роду обязательно нужен преемник. Ты сделала вид, что не поняла намёка, и на то было две причины. Первая - никогда не думала о рождении ребёнка. Конечно, проскакивали между вами шутки, связанные с детьми, но всерьёз на эту тему не рассуждал, да и возраст уже не тот был. И вторая, главная: ты ни за что не станешь рожать только потому, что мужу нужно продолжить род. Почему на первом месте у него стоит не создание семьи, а какая-то аристократичная безрассудность? Зачать ребёнка только для передачи наследства было ужасно с любой точки зрения. После Дилюк долго мучился, подбирая правильные слова, пока ты все больше углублялась в размышления о том, готовы ли вы. Уже потом, когда ты все же согласилась, то до изнеможения натаскивала мужа по книжкам для матерей, и в Мондштадте наняла двух женщин, чтобы они научили вас элементарных вещам, вроде пеленания, готовки смеси и прочего. А какое лицо было у Рагнвиндра, когда он понял, как проходят роды… Забеременеть получилось не сразу. Вы были уже не так молоды, как хотелось бы, да и постоянная нервотрепка никак не способствовала твоему нормальному самочувствию. Потому, когда Барбара после небольшого осмотра со слезами на глазах подтвердила твою беременность, ты уже знала, как будешь встречать Рагнвиндра дома. Он вернулся утром, застав тебя сидящей на диване в гостиной. Горничные предусмотрительно наблюдали из-за углов, ожидая реакции хозяина. - Что такое? Почему ты здесь? - он закономерно побеспокоился, потому что обычно ты не выходила его встречать. В ответ только улыбнулась. Дилюк повесил накидку и встревоженно подошёл. - Что случилось? Ты откинулась на подушки, делая уставший вид. Он присел рядом. - Дилюк, - ты берёшь его руку в свои две, корчишь лицо отчаяния, стараясь не рассмеяться в голос. Из тебя бы вышла хорошая актриса. - Я была у Барбары сегодня утром, и… - Ничего, нет, не говори ничего. Мы можем взять ребёнка из приюта, а если не получится, то придумаем что-то другое, - он шепчет это, зажмурившись и крепко обхватив твои ладони. Ему действительно тяжело это говорить, и ты уже жалела, что решила пошутить на столь значимую для него тему. - Только не уповай на чудо, прошу. Это в свое время сломало меня, и я не хочу, чтобы ты тоже пережила подобное. Ты сидела на диване, прижавшись к мужу, который утешающе гладил твои волосы. Чувство вины давило. И зачем только все это затеяла?.. Ты вздохнула, настраиваясь. - Дилюк, у нас будет ребёнок, - говоришь, гладя его спину. - Я беременна. Рагнвиндр отрывается от тебя и смотрит прямо. Ты улыбаешься, обхватывая его щеки ладонями. - Да? - на его почти безэмоциональном лице загорелись полные надежды глаза. - Да. За все время, впервые с вашей встречи, на его глаза навернулись слезы. Он все же умеет плакать. И, будь уверена, пока ты носила под сердцем вашего ребёнка, он и шагу не давал тебе ступить без его крепкого плеча рядом! Роды были тяжёлыми, твоя жизнь действительно стояла на кону, но благодаря целительству и профессионализму Барбары все прошло хорошо. Ты дольше восстанавливалась психологически, чем физически, и когда наконец смогла самостоятельно выйти с младенцем на прогулку, у родных тебе людей отлегло от сердца. Когда Кэйа успел стать для сына тем самым дядей, который учит ребёнка тому, о чем молчат родители, и когда Эмбер стала негласной нянькой для всех мужчин вашей семьи - оставалось загадкой. И даже если эта жизнь, в которой все счастливы, являлась лишь сном, каждую крупинку этого счастья ты заберёшь с собой в реальность.

|Концовка 5: Кошмар наяву|

ВНИМАНИЕ: СЦЕНЫ НАСИЛИЯ

...и почувствовала резкую боль в животе. Со стоном распахнув глаза, ты успела увидеть торчащую из тебя рукоять ножа, прежде чем чужая рука схватила твоё горло, придавив к земле. - Закончим на этом моменте! - Дилюк кричал и истерично смеялся, с уголков его губ капала чёрная пена, падая на твоё лицо, пока ты пыталась ухватить хотя бы каплю воздуха. С каждой секундой лицо мужа искажалось все сильнее, рот вытягивался в неестественную улыбку и глаза полностью залились красным, оставив только мелкую черную точку вместо зрачка. Несмотря на боль и невозможность дышать, ты не теряла сознание, будто этот кошмар не хотел тебя отпускать. Ты могла видеть, как загораются деревья и трава вокруг, как небо затягивается чёрной пеленой. Твои любимые цветы вдруг обрели рты и закричали так, как кричат обреченные на гибель. Рот существа, что душило тебя, тоже распахнулся обнажив полную острых зубов пасть, растущих по всей полости. Существо перестало душить тебя. Его вытянувшиеся когтистые руки взяли твою ногу и полностью засунули в пасть, которая с мокрым звуком схлопнулась. Хлынула кровь из культи, а ты не могла пошевелиться, закричать, не могла ничего, кроме как наблюдать за тем, как тебя сжирают живьём. Ты пыталась сдвинуться, уползти, пока прожорливая тварь хрустела конечностью и купалась в крови. Боль притупилась, оставив место лишь страху смерти, придав тебе сил. Сделав последний рывок, ты смогла оттолкнуться от земли и окунулась в море кричащих цветков. Они визжали тебе в уши, плевались липкой чёрной жижей и наслаждались зрелищем, как вслед за тобой, извиваясь по земле ползёт Оно. Твои руки с корнями вырвали цветки, пытаясь чуть дальше сдвинуть тело. Умереть в огне сгорающего леса виделось тебе лучшей смертью сейчас. Ты не могла перевернуться и ползти на животе - нож в животе не сдвигался и на миллиметр., вся твоя спина уже была ободрана и изъедена растениями, и пальцы твои гнили заживо. Тварь медленно приближалась, смаковала момент твоего страха. Она отрыгнула пережеванную плоть, ей не нужна была плоть, чтобы наесться. Всё это было лишь игрой кота с полудохлой мышью. Ты больше не могла двигаться, когда твои кисти свернулись в чёрные уродливые культи. Ты снова вернулась к роли наблюдателя, видя, как нависает существо над тобой. Оно впилось в твой живот, перемалывая плоть и органы, пережевывая и отрыгивая их, пока ты билась в конвульсиях. До тех пор, пока от тебя не осталась одна только голова, висящая ну куске позвоночника, ты чувствовала боль и видела свою смерть. И покой пришёл к тебе, только когда сотня зубов сомкнулись на твоей сладкой кровоточащей черепушке. Кэйа выломал дверь плечом, когда ты на протяжении десяти минут не открывала. Он знал, что ты была дома, иначе ты бы сообщила ему о своём уходе. Первое, что он увидел - сущий бардак во всей квартире. Он понял, что у тебя случился срыв, один из многих за последнее время. Обычно он был рядом в это время, мог успокоить или хотя бы предотвратить необдуманные действия, которые ты не могла контролировать. Он начала быстрый осмотр, заметил разбитую вазу и большую лужу крови рядом, от которой шёл кровавый след до ванной, из которой шёл своеобразный запах И он уже знал, что увидит, когда распахнет приоткрытую дверь. Твоё тело с пеной у рта, в луже собственной рвоты и крови из разорванной осколком руки. Пустая коробка из-под таблеток валялась рядом, сами лекарства были раскиданы по полу, вываливались из твоего застывшего рта. Это был опиумный экстракт, который ты пила для психологического здоровья. Он поддерживал твоё состояние, помогал успокоиться при приступа, но нельзя было принимать больше одной в день. Ты же, видимо, в приступе паники от галлюцинаций выпила около сорока. Было поздно нести твоё тело Брабаре. Было поздно вообще что-то предпринимать. Кэйа сполз по дверному косяку на пол. Он не успел. Не успел и ты... ты умерла. Он не знал, как сообщить об этом кому-то. Прежде всего, отправил стражника за Барбарой - она должна была зафиксировать смерть. Увидев безжизненное лицо капитана, рыцарь без вопросов убежал в храм. Сам же Кэйа решил немного привести в порядок место твоей... он не мог произнести это слово даже мысленно. Всё равно не было смысла разбираться в этом деле, он понимал, как и что произошло. О том, как ты погибла, знали только Кэйа, Барбара и Эмбер, которой первые двое до конца не хотели говорить правду. Но, конечно, после похорон по всему городу разнеслись слухи о неожиданной кончине бывшей жены Мастера Дилюка. Спустя неделю, пока земля на твоей могиле ещё была свежа, Кэйа завалился в "Долю Ангелов", уже подвыпивший и до горечи злой. Он не был там.. довольно давно. Учинил скандал, выбил из (несопротивляющегося) сводного брата все дерьмо и успокоился только с приходом Джинн. С ней он тоже успел разругаться, спросив, где она была все это время и почему пришла только сейчас, когда "этому моральному уроду воздается по заслугам". После этого происшествия на дверях таверны появилась табличка: "Закрыто на неопределённый период". Но больше заведение не открывались никогда. Дилюк прокручивая слова брата в голове: "Это ты, грязный сукин сын, ты! Виноват в её смерти. Поиграл и выбросил, как мусор, выжег изнутри! Как ты смеешь появляться рядом с её могилой, рядом с ее домом, как смеешь ходить по улицам, по которым ходила она, после случившегося?!" И понимал, что Кэйа, человек, которого он презирал долгое время, был прав. Каждый вдох отдавался головной болью, которую Рагнвиндр запивал опиумным экстрактом. Его тело горничная нашла сидящим в кресле с разбросанными вокруг таблетками, и крепко сжимающим ваши обручальные кольца в руке, которую он не разжал и после смерти.