Сборник по минешиелду

Сколько себя помнил разбойник, он не отмечался честностью или добропорядочностью. А все законы морали, трактовавшиеся в обществе, он успешно игнорировал, по крайне мере к тем, кого называют Игроками. Он вообще их невзлюбил. Само их именование вводило его в гнев. Хотя название и было дано не запросто так. Отчасти их появление дало бурные обсуждения в сторону гипотезе симуляции, а так же многочисленные подтверждения. «Но мы ведь не можем быть простой игрушкой!» – злился человек. Однако появление Игроков ознаменовалось их разделением. На многие группы, но выделяли обычных работяг и гриферов. Последним и являлся наш разбойник. Пускай, он не обладал силой Игроков, но всё равно тягался с ними. Но сейчас его больше волновала постройка, раскинувшееся перед ним. Вокруг – лес из акации, хлев и дорога, ведущая к церкви со строящимся городом. Неужто он набрёл на чьё-то поселение? Так далеко от мирной зоны? Неужели, это поселение злосчастных Игроков? На его лице отобразилась жадная ухмылка. Если эта странная постройка, ведущая вниз в пещеры – Игроков, то он не так плохо разбогатеет! Однако, идти прямо в логово чуть ли не бессмертных Игроков за наживой? Не слишком ли эта мысль безрассудна? Вот только нашему псевдо-гриферу такое не впервой, страха нет – есть лишь предвкушение. Спустившись вниз, разбойника встретил колодец в самый низ тёмной пещеры. Внизу – несколько водных озёр, видимо предназначенных для спрыгивания в них. Разбойник цыкнул. Умением падать в один метр воды и не разбиваться обладали всё те же Игроки, но не обычные люди. Значит, он должен найти другой вход. Так же рядом стоял портал в Незер, но его он собирался потом проверить. Всё равно никто из этих тварей не живёт на пмж в красном измерении. Выйдя из входа в пещеру, разбойник стал расхаживать по близлежащей территории. Прошёлся в близь колодца, но нашёл лишь окно, и то – даже без форточки. Зашёл в церковь, даже пролистал пару страниц в книге на кафедре, что там стояла, понял, что это какие-то культисты и вышел прочь оттуда. Уже в отчаянии зашёл в хлев для животных, но всё так же ничего не нашёл. Решив, что здесь ему ничего не светит, пошёл по каменной дороге, ведущей в центр города. За холмом виднелся рыжий мост, но что его больше привлекло – так это пещерка, выходящая из обрывистого холма. Похоже, это был второй вход в подземную базу, куда он изначально и хотел зайти. Положив руку на ножны разбойник направился вниз, в пещеры. Осторожно ступив, он прошёл дальше. А дальше – темнота, хоть глаз выколи. Лишь редкие факела были прикреплены к стене пещеры. Постепенно, по мере спуска их становилось всё меньше, так что взяв факел в руки, он продолжил спуск. Привело его это в широкую заросшую мхом пещеру, везде были лианы и было весьма влажно и душно. Хоть он сам и не боялся ни темноты, ни замкнутых пространств, но только тогда, когда нет шанса разбудить хозяина места. А эта пещера обитаема. Иначе, кто будет её обустраивать и вылизывать каждый уголок? Единственное, что было здесь приятно и, главное, понятно – мягкий мох. Дальше – неизвестность. Прищурившись и осмотрев «колодец», разбойник приметил многоуровневость. Везде были выстелены короткие тропки, плавно поднимающиеся лестницы вверх или вниз, куда идти – неизвестно. Порешив, что сначала он исследует верхние уровни, он направился по узкой лестнице наверх. Лестница выглядела хлипкой, ни на что не опиралась, а главное – упадёшь с неё – и не встанешь. Поднявшись, он осторожно убрал рукой препятствующие пути лианы, что были измазаны в каком-то липком соке, и прошёл в коридор. Освещения по-прежнему не было, так что представление, куда он ведёт не было. Извилистые лианы, покрывающие пещеру, мешали и загораживали обзор, а их тени плясали на стенах. Со стен изредка капала вода, стекающая с небольших сталактитов. Прислушиваясь к звукам он неприятно морщился – не было привычного стрекотания и уханья сов, даже шелеста травы не было – звенящая тишина и тихий шорох лиан. Тишину разорвали откуда-то доносящиеся голоса. Голоса тех, кто тут живёт. Пробормотав явно что-то нецензурное, горе-грифер помчался по пещере, куда-то ведущей. Только не было даже понятно: ведёт она вверх или вниз? Однако по мере продвижения голоса стихли: то ли его услышали и притихли, то ли пошли куда-то. Единственный источник света затрещал от резкого порыва воздуха, грозясь потухнуть. Прекратил свой мини-побег он, встретив две развилки. Даже без указателей. Абсолютно идентичные. Решив придерживаться правила «правой руки» он пошёл в очевидно правый коридор. Коридор был почти прямым – лишь слегка извивался, практически ничем не обустроенный. Лишь редкие таблички, гласящие чьи-то имена, встречались по пути. Редкие кусты так же украшали проход. Продолжая красться по коридору, его взгляд зацепило что-то красное. Скосив туда свой взгляд, он встретился с надписью. «Почка Некитоса». Слегка кровоточащая, яркая и насыщенная, она выбивалась из привычной серости. Запах мяса и крови отдался неприятны металлическим покалыванием во рту и скрученным животом. Кап. Небольшая капелька крови упала на камень, где уже успела образоваться небольшая лужица, в которой сидело несколько насекомых. Капнула, как и та вода со сталактитов. Резко отвернувшись, он в темпе пошёл прочь. Шаги отражались привычным эхом, тонущем в извилистой пещере. Вот только к этому эху будто что-то добавилось. Было ли это простым страхом, вызванный приколотой почкой? Да, это определённо было так. Или, они пошли за ним. Так или иначе, обстановка была гнетущей. Тяжёлый воздух, казалось, был неестественен. Слишком безвкусным, слишком мёртвым. Аккуратные пещеры были слишком плавными, слишком мягкими наощупь, они очевидно не были природными. В этих пещерах даже летучих мышей не было, хотя обычно Игроки не мешали им. Хотя, это не были пещеры. Нет, это даже не была сеть пещер – это настоящий лабиринт. И каждый раз видя развилку, он привычно поворачивал направо. Капающая вода уже казалась лишь белым шумом, лианы, извилистые, будто собирающиеся его стиснуть до хруста, стали лишь преградой, которую он мимоходом поджигал. Даже чьи-то органы, приколотые к стенам и медленно стекающая кровь стали серостью. До момента, когда он снова не упёрся взглядом в ту же почку. Он ходил по кругу? Оглядев лианы, которые он точно поджигал, он не увидел обугленные концы. Целые и невредимые, точь в точь, как те, что он поджёг. За ним ходили всё это время? Или только сейчас пошли? Но он ничего не слышал. Тогда он хотя бы может выйти из этого лабиринта. Хотя бы так, ведь если хозяин знает про его присутствие, то ему несдобровать. В любом случае. Тревожно осмотревшись, он ещё раз поджёг лианы и пошёл назад. Нервно оглядываясь и вслушиваясь в каждый шорох, им же создаваемый. Каждый раз поворачивая, его встречал всё тот же коридор, им уже увиденный. Но вот поворота в «колодец» всё не было и не было. Нервы стремительно трещали по швам. Нарастающий темп шагов казался слишком громким, тени, что раньше казались безобидными, сейчас были слишком чёрными. Будто дальше ничего не было, лишь тьма. Лианы сейчас висели мёртвым грузом, а пауки, сидевшие на них, казались слишком большими, норовящими укусить. В паутину попалась очередная муха-слепень. Эхо шагов будто стало двойным. Резко остановившись, разбойник прильнул к стенке. Глаза забегали в поисках источника посторонних шагов, но тех не последовало. Лишь тяжёлое дыхание и ели уловимый запах крови улавливалось в кромешной тьме. Капельки пота неприятно стекали по лицу. Темнота извивалась и будто глумилась над ним, в конце оставляя в абсолютной тишине. Он сорвался бег. Прочь отсюда. Поворот налево-направо, какая разница? Лишь бы уйти из этого лабиринта, внешне казавшегося мило обустроенным пристанищем. Но сколько бы он не бежал, он не находил подъёма. Лишь спуск всё ниже и ниже, а «колодец» всё так же оставался где-то далеко. Наплевав и уже спустившись вниз, он увидел многочисленные сундуки. Склад. А рядом – развилка в очередной тёмный коридор. Уже не придавая значения содержимому сундуков, он помчался дальше. Дальше – то самое окно, увиденное им сверху. Вот только неба не было видно. Даже луну, что была в зените. Он так долго бродил по этим пещерам? Дальше – склад. И коридор, ведущий в тот самый, заветный «колодец». Он бросился к нему. Но его ждала неудача. С диким, мерзким скрипом стала подниматься медная дверь. Слишком далеко он был, слишком резкой и громкой она была, после долгих часов в тишине. Но её же кто-то поднял! Что бы он не ушёл. Никогда. Он сам не понял, как заорал от страха. Руки сильно задрожали, дыхание сбилось в очередной раз, а сознание создавало страшных чудищ, глядящих на него своими святящимися кровавыми глазами. Он сам не понял, как понёсся от треклятой двери в темноту, сжимая тусклый факел. Тьма встретила его сильными объятьями. Всё вокруг было слишком вязкое, тёкшее как смола или та кровь. За ним кто-то всё это время шёл. За ним всё это время кто-то наблюдал. Всё время это был рядом. Он бежал. Пытался запутать свои следы в извилистых пещерах. От того, кто всё это время тут живёт. Чернильные тени будто стали реальными и пытались его замедлить. Убить. Сознание медленно разрывалось, трещало, как сгоревшие нервы. Его шаги смешивались с шорохом лиан. С его громким, сбитым дыханием. Его шаги смешивались с чьими-то чужими шагами. Тьма гулко смеялась. Слышались падающие капли. Воды. Крови. Он бежал от тьмы. Он бежал от извилистых лиан. Он бежал от него. Бежал, пока его ноги не стали ватными. Пока лёгкие не стали болеть. Пока сердце неприятно ныло. Пока его сознание уплывало. Пока его загоняли, как дичь в тупик. Он из последних сил осмотрелся. Тупик. Некуда деться. Наказание неизбежно. Смерть неизбежна. Факел прерывисто трещал. Дыхание было слишком громким. Стук сердца звенит в ушах. Сами уши заложены. Его собственным криком. И весь хаос звуков словно прервался. Чей-то шаг разрезал его сознание. А оно само грозилось уплыть. В малую освещаемую зону зашёл человек. Нет. Нет, это не могло быть человеком. Не с этими глазами цвета венозной крови. Не с этой нарочито вежливой улыбкой, что была оскалом. Из тени вышел лис. Восьми хвостый. С лёгким оценивающим прищуром. Бежать. Единственная здравая мысль. Но бежать некуда. И нечем. Он слишком устал. Но всеми силами он увеличивал дистанцию. Хоть на пару сантиметров. Уйти отсюда. Любым способом. Он обессиленно отползал от пары. Те явно были Игроками. Но к чему тут ненависть, если он готов сейчас вымаливать прощения и просить сохранить жизнь? Он отползал. До тех пор, пока не упёрся в стену. –Некуда бежать. Но ты ведь хочешь сейчас уйти прочь отсюда, да? – Кровавоглазый медленно прошёл к нему. Без единого звука. Он даже перестал дышать. Его слащавая улыбка абсолютно не сочеталась с острыми клыками. Его движения казались неестественными. Слишком тихий. Его походка могла сейчас напоминать лишь медленно крадущегося к жертве хищника. Это было правдой. Лис в это время лишь лениво махал хвостами, с интересом наблюдая за происходящим. Вампир слегка наклонился к нему. –Так ты хочешь уйти отсюда или нет? –Д… Да, – его горло охрипло. И даже так его горло сжимал страх. Нежить села рядом с ним на корточки. Слегка проведя пальцем по шее, он приподнял подбородок, вглядываясь в глаза. Полные животного ужаса. –Не бойся, ты отсюда уйдёшь, – то ли прошептал, то ли прошипел вампир, уже нависая над ним и готовый впиться в шею. Сознание разбойника окончательно рассеялось в темноте.

***

  Диамкей озадаченно хлопнул ресницами. Он что ли его так сильно боялся, что упал в обморок до того, как он его укусит? Серьёзно? И это – грифер? Что за нелепица. Оторвало его от разочарования сильный подзатыльник от Алоина, вновь ставшего человеком. –Ты слишком вульгарно над ним нависаешь. –Мне было интересно, насколько он боится моего прикосновения. И, видимо, очень сильно боится, – Диам кивнул в сторону бессознательного тела. –Эта тварь поджигала наши лианы и чуть не спалила всё тут, – процедил Алоин, – может, ты уже его прикончишь? Он как раз без сознания валяется. –Один взмах незеритового топора, дорогой, – поднявшись на ноги и отряхнувшись от немногочисленной пыли, Диамкей занёс топор. И как итог: разлетевшиеся во все стороны брызги крови, которые ещё потом нужно отмывать. Вот только тело не пропадало, как было у всех Игроков. –Мы, получается, убили обычного человека? – Спросил Алоин. –Ну, получается так, – ответил Диам, – зато свежая кровь будет. –Неловко вышло, – усмехнулся Алли, – зато девятый черепок. Но как жаль, что в этот раз была твоя очередь на убийство. –Ага. Кого бы следующим? – Диамкей посмотрел на вас.