Мед, поленья и старый бог

Праздник благоденствия в Ванахейме звучал шумом тысячи голосов, пением птиц и богов, струнами причудливых лир и барабанами, обжигающими бешеным ритмом, казалось, самую душу. Лив озиралась по сторонам, ошеломленная яркостью нарядов затесавшихся в толпу асов, мерцанием альвов, укутанных в причудливые одежды и всполохи света, гоготом цвергов и великанов. Ванов было немного, они держались вместе, величавые, статные, невероятно красивые. Фрейр в компании незнакомых Лив валькирий звучно смеялся над словами Ванадис, и под ногами его распускались ароматные соцветия колокольчиков. В отдалении над толпой возвышался их отец. Лив пришлось несколько раз переспросить у Улля, правда ли это тот самый Ньёрд, некогда бывший царем ванов — лицо его казалось слишком молодым, а синие глаза плескались почти детским весельем. Хотя стоило ли удивляться его внешности после стольких месяцев житья с Сагром, который о Ньёрде говорил как о равном. Поди разбери этих ванов, сколько им лет, что они успели повидать и сколько войн у них за спиной. Лив чувствовала себя как никогда смертной среди них. Ваны даже в меньшинстве оглушали невероятной силой, а уж в окружении асов… Лив громко чихнула, когда прямо перед ее лицом распустился чрезмерно опыленный цветок, и не преминула тут же осадить заигравшегося Фрейра тяжелым взглядом: знаки внимания у него были своеобразные. Тот лишь плечами пожал и вернул все внимание сестре — в этот праздник Ванадис была прекрасна как никогда. Сама Лив была облачена в васильковое платье, ушитое белыми рунами по подолу — подарок Локи — и каждый раз ныряя в толпу, не могла отделаться от мысли от том, как жалко будет этот чудесный наряд, если кто-нибудь прольет на него медовуху или еще что похуже. Так и сейчас, оправив платье, Лив осторожно смахнула с декольте желтоватую пыльцу и поспешила исчезнуть с глаз Фрейра. Осторожно лавируя в толпе, она пыталась выискать хоть одно знакомое лицо, но все тщетно. Улля Лив видела всего пару раз, он соревновался в стрельбе из лука с каким-то незнакомым богом. Лиод отправилась искать родню, а о том, что делал Локи, Лив предпочитала попросту не знать. Сагр же… Что ж… Лив готова была потерпеть эту шумную толпу и жаркое солнце над головой ради того, чтобы увидеть то, как этот хмурый засранец так чудесно улыбается, стоя подле Ньёрда, и даже не хмурит брови. Уйдя в собственные мысли, Лив не заметила, как прямо перед ней показалась рослая мужская фигура, и в ту же секунду ее лоб встретился с чужой грудью. Лив сдавленно охнула, отпрянув от незнакомца. — Черт, простите! Вы… — Лив резко замолчала, когда ее взгляд встретился с глазами мужчины. Абсолютно белые, растерянные, устремленные в никуда. Незнакомец, услышав ее голос, склонил голову на бок и широко улыбнулся. — Вы та самая валькирия из Мидгарда, — сказал он малость высоким хрипловатым голосом. — Лив, верно? Лив кивнула и тут же, устыдившись, поспешила пробормотать: — Она самая. А вы… — Хёд. Тот самый. Лив сдавленно выдохнула. Лишенный зрения белокурый бог Хёд. — Лив? — он улыбнулся еще шире и, приблизившись к ней на полшага, осторожно коснулся руки. — Простите. Хочу быть уверен, что вы все еще здесь. — Я здесь, просто… — Лив неловко рассмеялась. — До сих пор не могу привыкнуть к тому, что те, о ком я когда-то читала сказки, существуют на самом деле. Хёд кивнул. — Я слышал о том, что говорят про меня мидгардцы. Поверьте, это не имеет ничего общего с реальностью, — пробормотал он с усмешкой. — По крайней мере, с этой. И все же лук я в руки стараюсь не брать. — Мудрое решение, — не смогла удержаться Лив. Хёд захохотал. — Вы мне нравитесь, — сказал он, глядя на нее смеющимися бельмесыми глазами. — Уверен, брат будет рад с вами познакомиться. Тор много рассказывал нам о вас, но встретиться лично… Нам нужно найти Бальдра. Не откажете мне побыть моей спутницей, чудесная Лив? Боюсь, один я в этой толпе затеряюсь еще больше. Лив улыбнулась. — Почту за честь, — ответила она, принимая предложенный им локоть. Хотя Хёд наверняка многого не договаривал: шел он не оступаясь, уворачиваясь порой от чужих неосторожных прикосновений, и даже умудрялся подсказывать Лив дорогу. — Как вы это делаете? — спросила она, когда Хёд, поведя головой в сторону, посоветовал свернуть к огромному дубу на окраине пышно украшенной поляны. — Хоть и слепой, но я все еще бог, — пожал плечами Хёд. — И во мне есть капля магии. — Уверена, в вас далеко не капля, — фыркнула Лив с доброй усмешкой, утягивая Хёда от растянувшегося на земле лохматого аса. — И все же я не так силен, как мои братья, — Хёд заозирался, словно прислушиваясь к чему-то. — В детстве я думал, что нет никого сильнее Тюра, и считаю так до сих пор. Воистину, он сын своего отца. — Мне повезло избежать встречи с ним, — хмыкнула Лив. — Но я знаю Тора… — Ох, кто бы его не знал… — Хёд по-доброму усмехнулся. — Поверьте, Тюр бы вам понравился. В нем сила иного толка. Как в вашем друге, Сагре. — Сагре? — Лив вскинула брови. — Ныне его магия истлевает, но раньше… — Хёд мрачно усмехнулся. — Ваны удивительно сильны… Жаль, что их век прошел. Я не застал войну, но слышал множество историй. Отец не зря боялся их, прекрасная Лив. У него есть знания и власть. Мои братья сильны, как Имир, а сестры способны покорить целый мир одним только словом. Но мы, асы, никогда не будем повелевать морями и солнцем, как ваны. Они сама природа. Разве это не прекрасно? — Они восхитительны, — призналась Лив. — Но ведь и у вас есть Бальдр. — И он благословение нашего народа, — Хёд кивнул. — Кстати, он где-то рядом… Ваны питают этот мир, благодаря им мы гуляем под сенью этих прекрасных деревьев по мягкой траве, озаренные лучами солнца. — Вы и впрямь восхищаетесь ими, — Лив огляделась по сторонам, пытаясь понять, кто из окружающих ее богов может быть Бальдром. — Я родился слепым, — улыбнулся Хёд. — Мне не суждено стать великим воином. Потому я решил собирать истории. Асов, ванов, альвов, великанов… Истории жителей всех девяти миров. И я бы хотел успеть собрать их до того, как ваны совсем исчезнут из этого мира. — Надеюсь, это случится нескоро, — Лив нахмурилась, вспоминая безвольное тело Сагра, его бледное лицо и бесцветные губы — сколь хрупким он казался тогда, столь же напуганной она чувствовала себя сейчас. — Вы привязаны к нему, не так ли? — улыбка Хёда стала еще шире. — К кому? — тут же смутилась Лив. — К Сагру, — сказал Хёд. — А он привязан к вам. Его взгляд всюду следует за вами. Лив оглянулась, взволнованная, покрасневшая, но за ее спиной высилась разношерстная толпа, в которой нельзя было разглядеть ни единого лица. — Глупости какие… — прошептала она еле слышно. Хёд усмехнулся. — Не недооценивайте себя, Лив, — взгляд Хёда скользнул по ее лицу так, будто мог видеть каждую черту. — Мне не нужно быть зрячим, чтобы понять, что вы — одно из прекраснейших творений этого мира. Сагру же повезло куда больше, и он способен видеть ваш свет собственными глазами. Не будь ваше сердце уже занято, я бы преклонил перед вами колени, умоляя стать моей. Ошеломленная, Лив не могла вымолвить ни единого слова — только и делала, что глядела в белесые глаза Хёда, сокрытые пшеничными прядями, и слушала, слушала его, чувствуя, как бешено рвется в груди сердце. — Этот день — ваш шанс, милая Лив, — продолжал тем временем Хёд. — Это не просто пир. Под этим небом собрались некогда враждующие народы, чтобы восславить солнце и его силу. Это праздник ванов, пускай и изрядно позабытый. Их силы подчинены эмоциям и природе. Некогда существовало поверье… Жизни тех, кто разделит поцелуй под древом в День благоденствия, будут полны счастья, любви и процветания. И природа, конечно же, тоже. — Поцелуй? — Лив вскинула брови. — С Сагром? — Поверьте, для него это будет больше, чем поцелуй, — Хёд сжал руку Лив в своей. — Кроме того… не делайте вид, что не желаете его. — Я и не делаю, — фыркнула Лив. — Только вот… Агх! Давайте найдем уже вашего брата. Хёд засмеялся, утягиваемый Лив в сторону куста белых роз. — Если вы переживаете из-за взаимности… Лив неловко рассмеялась. — Как мы вообще пришли к этому разговору? — спросила она, замирая в тени ветвистого дерева подле ароматного куста. — Я всего лишь помогаю вам найти свое счастье, — повел плечом Хёд. — Потом в качестве благодарности вы можете познакомить меня с Сагром. — О, всенепременно! — Лив закатила глаза. — Он, возможно, самый необщительный бог на свете. — Со мной он поговорит, — покачал головой Хёд. — В конце концов, я прямо из-под его носа украл его обожаемую валькирию. Лив смутилась. Конечно, они с Сагром были близки. Они жили вместе. Но… Взаимность? Нет уж, оставьте эти вымыслы для кого-нибудь другого. — Вы случайно не родня Локи? — рассмеялась она, завидев хитрую улыбку на губах Хёда. — Не по крови, — улыбнулся он еще шире. — Ну конечно! И они все же нашли Бальдра. Сияющего неземной красотой белокурого Бальдра. Он и впрямь был чудесный. Нисколько не похожий на Одина или Тора — почти идентичная копия Фригг. Веселый, удивительно смешливый. Лив просидела с братьями еще около часа, раздумывая над словами Хёда. Изредка он поглядывал на нее этим своим пустым и вместе с тем многозначительным взглядом, и Лив не могла отделаться от мысли о том, что он, возможно, в чем-то прав. Даже если Сагр не ответит взаимностью… Она хотя бы попробует. Никто ведь не может ей этого запретить, верно? Ну… Хёд, словно прочитав ее мысли, оборвал брата на полуслове и сказал: — Он под вишневым деревом, что на севере. Бальдр таинственно улыбнулся, тая усмешку в кубке с вином, и кивнул Лив, когда та, раскрасневшись и совершенно потерявшись в собственных мыслях, поднялась со скамьи и сжала прохладную руку Хёда в немой благодарности. — Была рада знакомству, — сказала она подрагивающим голосом. Повернулась к Бальдру и бросила: — До встречи. Найти Сагра не составило труда — Хёд был как никогда точен. Вишневое дерево с пахучими зелеными почками и все еще липкими листьями виднелось издалека. Лавируя в толпе, Лив пробралась к широкой поляне и увидела Сагра под самыми ветвями. Он снова хмурился и говорил о чем-то с Уллем. Зеленая рубашка с богатой вышивкой вдоль воротника красиво облегала спину Сагра, проминаясь мягкими складками под тяжестью длинной светлой косы вдоль позвоночника. Лив жадно оглядела его фигуру. Какой же он… Сагр же, словно ощутив ее появление, резко обернулся, находя ее своими глазами, и по губам его скользнула робкая улыбка. Лив помахала ему, сбиваясь с шага. Осторожно ступая ему навстречу, она оглядела вишню. Это ведь дерево, да? Это считается? И… Нужно ведь всего лишь поцеловать. Не так уж это и страшно. — Я уже было потерял тебя, — с тихой усмешкой поприветствовал Сагр, стоило только Лив нырнуть под сень ароматной листвы. Лив нервно улыбнулась, сжимая пальцами ткань платья. — Встретила Хёда, — пробормотала она, чувствуя, как сводит дрожью ослабевшие ноги. — И Бальдра. Сагр кивнул, вглядываясь в толпу за ее спиной. — Все в порядке? — спросил словно невзначай. — О, они чудесные! — улыбнулась Лив. — Так и не скажешь, что Тор — их брат. — Тор — особенный, — сказал Сагр таким тоном, будто слово «особенный» было худшим из существующих оскорблением. Лив фыркнула, не сдержав смешка. Улыбка Сагра потонула в бороде. Чудесный. Он такой чудесный. Эти его глаза. Покатые сильные плечи. Длинные узловатые пальцы. И борода. Лив закусила губу. Как его можно не любить? Ну как? — Хёд мне тут кое-что сказал… — начала Лив с колотящимся в горле сердцем. Сагр вскинул бровь. — Ты только не нервничай, хорошо? — Что такого он мог… Лив не дала ему договорить. Сделав шаг навстречу Сагру, она обхватила дрожащими руками его щеки и, рвано выдохнув, поцеловала. Казалось, весь мир снаружи превратился в ничто. Сагр замер, дрожа под ее руками. Лив зажмурилась. Он не отвечал. Черт. Не отвечал. С безумной ласковостью Лив скользнула пальцами по его вискам, заправляя за уши выбившиеся светлые пряди, и, изо всех сил сдерживая слезы, подалась обратно. А потом Сагр ответил. Низко застонав, он не позволил ей отстраниться. Ступив навстречу, вжался в нее всем телом, вплетая пальцы в мягкие волосы, стиснул шею, оглаживая большими пальцами линию челюсти, и тихо охнул, когда Лив подалась ближе, раскрывая сомкнутые губы. Лив дрожала. Дрожал и Сагр. И в головах их не было ни единой мысли. И когда воздух кончился, они едва сумели оторваться друг от друга. Упершись лбом в переносицу Сагра, Лив тяжело перевела дыхание, чувствуя, как горят губы. Повела носом по его щеке, вдыхая любимый запах можжевельника, и пробормотала: — Хёд сказал, что это нужно делать под деревом, и, в общем, я... Люблю тебя, Сагр. Сагр затаил дыхание. Обхватил подбородок Лив пальцами и осторожно поднял, заставив взглянуть прямо в глаза. Он выглядел ошеломленным. Потерянным. Счастливым. Лив улыбнулась, наблюдая за тем, как меняется выражение его лица. — Ты не шутишь? — спросил еле слышно. — Нисколько, — покачала Лив головой. — Я… — Сагр взволнованно вздохнул. — Я люблю тебя. Так сильно… — Правда? — счастливая, Лив не сумела сдержать довольного смеха. — Безумно. И Сагр сгреб ее в объятия, вжимаясь в губы с еще большей силой и страстью. Лив всхлипнула, отвечая ему со всей любовью, что теплилась в ней месяцами, впиваясь пальцами в подрагивающее теплое тело и не думая больше ни о чем. И до зацветшей над их головами вишни им уже не было никакого дела.