Посланник

      Сегодня был особенно сильный ветер. От резких порывов сухая листва буквально срывалась с полумертвых деревьев и густой тучей, вперемешку с пылью, ударялась о каменные стены некогда роскошного замка. После кровопролитной войны от него остались лишь развалины с тут и там колоннами. И кто бы мог подумать, что даже в таком состоянии они будут пригодны для жизни. Нужно было лишь немного проявить смекалки и находчивости, чтобы из жутких куч мусора и более-менее крепких стен создать вполне уютную конуру. Достойным жилищем это нельзя было назвать, но хозяин постарался сделать все, чтобы ни в чем не нуждаться. От дождя защищал кусок зачарованной ткани, натянутой на крючки в стенах, трещины были заделаны глиной из озера. Совсем уж крупные щели служили своеобразными окнами, хотя, конечно, это было лишь самовнушение. Зимой с такими «окнами» были холодно, а летом жарко. На входе возле растрескавшихся деревяшек, которые были дверью, была небольшая грядка с зачарованными растениями. Лишь существа, знакомые, хотя бы отдаленно, с магией, могли понять, что эти росточки были базовым набором любого некроманта: пушистый лучок, усиливающий силу заклинания, розовый каркариус, восстанавливающий силы, и многое другое.       Как раз над одним из кустиков склонилась небольшая фигура, которая могла сойти лишь за человеческую. Представители других рас были либо совсем маленькими, либо гораздо большего размера. Лишь люди были средними и «никакими». В былые времена они подвергались гонениям и частым порабощениям, потому что остальные расы всегда были в чём-то лучше: эльфы быстрее, гномы сильнее, демоны выносливее.       Очередной порыв ветра внезапно поднялся. Импровизированная крыша высоко вздулась, а деревяшки мерзко заскрипели. Человек, сидевший на корточках, покачнулся и прямо коленями плюхнулся в грядку, придавив растение. – Моя бедная орша! Прости меня, я не хотел, – спохватился паренек, отряхивая колени. Он аккуратно стал расправлять листики, но все еще сильный ветер не давал ему этого сделать, продолжая призывно поднимать полы плаща. В конце концов матушке природе надоел такой упертый человек, поэтому собрав все силы, резкий поток воздуха сначала свалил его, а потом придавил к стене. Глаза жутко защипало от пыли и грязи. – Да что же за день сегодня такой! Только решил наконец удобрить свои росточки, как все решило сыграть против меня. И еда закончилась, и этот ветер теперь мешает, – человек подтянул к себе колени, пытаясь хоть как-то скрыть лицо.       Недалеко послышался странный треск ломающейся ветки. Вот это уже довольно сильно напугало. Вокруг было полно сухих деревьев, и, не дай бог, такая громадина прилетит по голове. Только успел об этом подумать некромант, слегка поднимая голову, как точно в лоб ему прилетел кусок дерева. – Сегодня явно не мой день, – настигли его последние мысли, пока он плавно стекал на землю. – Вставай, Хави! Давай уже! Поднимай свой зад и тащи его на площадь. Ты не слышишь, что-ли? – чья-то рука грубо схватила человека за капюшон.       Засохшая кровь на лбу, слипшиеся черные волосы и, в целом, невнятное состояние оттолкнули шумное существо. Некромант что-то промычал, пытаясь прийти в себя. Он медленно начал подниматься на ноги, когда острая боль ударила в голову: – Как же больно, – пробубнил себе под нос, ненавистно искря глазами. – Хави, ты сегодня не пришел торговать, поэтому я подумал, что ты опять бездельничаешь и шляешься где-то на болоте, как крыса какая-нибудь, а ты тут, оказывается, валяешься без сознания. Господин Дорче обещал увеличить свой процент, если ты вовремя не придешь. Может он, конечно, этого не сделает… Ну, если узнает все обстоятельства твоего отсутствия.       Некромант к этому моменту уже достаточно очухался и даже ровно стоял на ногах. Теперь же он коротким ногтем ковырял корку засохшей крови на лбу. – Знаешь, я уже не удивляюсь этому Господину Дроче, – незваный гость прыснул. – Ему лишь бы дай повод поднять свой процент. Я скоро уже со своих продаж буду получать сущие копейки, которых не будет хватать даже на черствый хлеб. Ах да, простите, уже не хватает, – скривился Хави.       Он бросил отчаянный взгляд на свою грядку, на которой остался лишь вдавленный в землю цветок, остальные растения были вырваны с корнем и находились неизвестно где. По лбу некроманта потекла струйка крови, капая на пыльный жилет. Вот и доковырялся… Незваный гость блеснул глазами, а между тонких губ внезапно появились острые клыки. Весь он внезапно напрягся, будто перед хищником покрутили кусок свежего мяса. – Так, Центрус, мы успокаиваемся. Сейчас я уберу кровь, а ты пока сдерживаешь свои вампирские инстинкты, – медленно проговорил Хави, отступая к своей двери. Пальцами он пытался нащупать край деревяшки, но они настолько сильно дрожали, что даже ухватиться за что-то не представлялось возможным. Послышалось утробное рычание.       Как же давно такого не происходило! Некромант старался на раниться в присутствии своего друга, зная его проблему неконтролируемой жажды.       Когда они только начинали дружить, Хави часто пропадал в библиотеках, изучая некромантию. Дар ему достался довольно в раннем возрасте, а в его окружении не было никого, кто мог бы хотя бы ввести в курс дела. Там же они и познакомились. Центрус был отпрыском богатых вампиров, поэтому множество личных преподавателей задавали такое же множество домашнего задания. Юный житель ночи не мог впихнуть столько знаний в свою голову, поэтому, чтобы хоть как-то с этим справляться, ходил в библиотеку за ответами. Это ему еще повезло, как он сам думал, что у него дара не было, а то пришлось бы еще кучу всего изучать, но уже связанное с магией. В один из таких занудных дней он и встретил Хави. Маленькое человеческое дитя сидело в самом углу огромного зала и обложилось со всех сторон горами книг по некромантии. Черные кудрявые волосы скрывали личность, а крошечный бубенчик на единственной косичке возле лица побрякивал всякий раз, когда переворачивалась очередная страница. Центрус не мог понять, что делал человек в графстве вампиров, ведь было огромное множество городов, где было смешанное население, где шанс смерти человека был бы гораздо ниже, но, все же, он был тут.       Потоптавшись недалеко от ребенка, вампир задумчиво сжал губы, не решаясь подойти. Поэтому вернуться к своему заданию показалось ему более возможным, чем заговорить с этим человеком. Однако при всем его желании сконцентрироваться, он безустанно продолжал бросать заинтересованные взгляды. В какой-то момент незнакомец начал чувствовать себя уже некомфортно. Ему и самому было тяжело воспринимать все эти работы из-за довольно сложного языка написания, а тут ещё и кто-то упорно продолжает за ним наблюдать. Человек поднял голову и нервно обвёл взглядом помещение, но никого не заметил. Вампир, тяжело дыша, сидел на полу за скамьёй. «Ещё бы чуть-чуть и он бы спалил меня! Спасибо вампирской чуйке», – подумал он. На лице расцвела задорная улыбка. В следующий раз он обязательно подойдёт и познакомится!       Хави дернул деревяшки на себя и прошмыгнул в свою конуру. В панике он стал искать волшебную болтушку, способную за пару секунду заживить любые небольшие ранки. Открыв ящичек со стеклянными бутылочками, он сразу стал по очереди смотреть этикетки, в надежде найти необходимое. Послышался скрип и треск деревяшек - вампир пытался пробраться в конурку. – Ай, какой я дуралей, – прошептал Хави, – я же сегодня утром повесил болтушку к себе на пояс! Надеюсь, она осталась в целости, после такого-то ветра.       Он откинул полы плаща и стал перебирать бутылочки уже у себя на поясе. В некоторых из них были порошки усиления магии, в каких-то порошки защиты. В пяти самых маленьких колбочках хранились души, которые в любой момент мог призвать некромант. Эти материи сохраняли личности, которыми обладали при жизни, но становились более покорными, во всем слушаясь своего повелителя. Что произойдет, если бутылочка разобьется, Хави не знал, но точно понимал, что уже такой душой воспользоваться нельзя будет.       Лечебная болтушка висела с самого края. Открыв ее зубами, некромант стал поливать свой лоб содержимым. Ранка начала постепенно затягиваться, и, в тот самый момент, когда оставалось совсем чуть-чуть, импровизированная дверь пролетела мимо растерявшегося человека. Вампир, тяжело дыша, стоял в проходе и шумно вдыхал ноздрями воздух, пытаясь учуять хоть каплю свежей крови. – Какой же ты дурной, Центрус! Только недавно натаскал досок, чтобы хоть как-то сделать вход в свой дом, а ты его так варварски уничтожил! – ворчал Хави, пиная ногой куски дерева и стекла, ведь угораздило же этой «двери» попасть прямо в полку с сухими ингредиентами в мисках. – А я уже давно говорил: давай я попрошу у отца нормальное жилище для тебя. Какой-нибудь скромный особняк с парой слуг никому не помешает. А ты все упираешься, –виновато засопел вампир, приходя в себя.       Хави так злобно зыркнул на него, что вампир аж вжал голову в плечи. Этот вопрос давно уже обсуждался, но человек ни в какую не хотел становиться должником жителей ночи. Уж лучше самостоятельно жить в конуре, чем потом по несколько литров крови пускать, чтобы расплатиться. Он всегда был один, так он, по крайней мере, себя убеждал, стараясь забыть плачевные причины получения своего дара.       Когда-то у него была семья, был дом. И в один миг это все изменилось из-за проклятой войны, в которой больше всего потерь понесли именно люди, как ему казалось. Просто в какой-то момент отец и мать не вернулись из очередной вылазки за продуктами, а брат внезапно озверел. Чтобы выжить, юному Хави пришлось взрослеть. Как бы он ни пытался забыть события той ночи, вечным напоминанием стал его меч, всегда висевший на поясе. Пусть он и был отличным проводником некромантии и позволял ее лучше контролировать, но цена была слишком велика.       Еще раз взглянув на беспорядок вокруг, который придётся потом разгребать, взгляд Хави остановился на письме, которое все так же осталось лежать на кровати, где оно внезапно и появилось утром. На конверте не было ни отправителя, ни обратного адреса, просто большими красными буквами было написано: «Для Хави». Оно было довольно увесистым и явно содержало какой-то предмет, но времени его открыть не нашлось. Поэтому просто запихнув его к себе в карман, Хави вышел. Центрус последовал за ним. Верный пёс и его хозяин – только так можно было назвать эту парочку.       Погода стала гораздо спокойнее и приятнее. Солнышко выглянуло из-за облака и ярко осветило всю округу. Развалины, а значит и дом некроманта находился за пределами города. Их разделяла высокая каменная стена, когда-то являвшаяся частью крепости, но после войны осталась только она.       Городок назывался Андриус. Обыкновенное поселение на границе между Северной страной и Мокрон, по факту являлось негласной столицей вампиров, так как там обитала самая древняя семья представителей этой расы. Пусть на уровне закона теперь регулировалось количество существ различных рас в каждом городе, но тут всегда было «чуть больше» вампиров, чем всех остальных.       Стража лишь лениво бросила взгляд на странную парочку, подходящую к вратам. Весь город их знал. Ведь Хави был единственным человеком, который дружил с вампирами, а Центрус являлся двоюродным братом наследника древней вампирской семьи. – А мы куда идем-то? – Куда надо, – все еще ворчливо прошипел некромант.       Он, конечно, всегда готов к возможным последствиям в общении с более сильным другом, но разбитая дверь стала настоящим ножом в спину! Хотя, конечно, сейчас он уже излишне драматизировал. – Наведаемся к Господину Дорче, выслушаю череду угроз и лекцию о моей безответственности и, может, пойдем в «Бородатого гнома». – А работать ты сегодня не будешь? – Я разве похож на безответственного работника? Завтра двойную смену отработаю… Сделаю побольше настоек сегодня ночью и, ничего, успокоится этот сварливый вампир.       Центрус одобрительно кивнул головой. Хави давно стал работать у этого скряги. Являясь единственным некромантом в городе, лишь он мог создавать смеси от различных недугов - последствий черной магии. Существовали, конечно, жрецы, но они лечили лишь внешнюю оболочку, а душой занимались служители Темного Бога- Балабора. Только им была подвластна такая тонкая работа. И, пусть вампиры были довольно сильны, но их души были очень уязвимы для черной магии. Поэтому Хави и стал работать на Дорче, старого вампира, дальнего родственника чуть ли не божьих посланников. Но это, конечно, все было чисто с его слов. Пусть и некромант был уникален и незаменим в городе, но он все еще оставался слабым человечишкой, поэтому им вертели как только хотели. Чтобы у Хави была возможность создавать и продавать свои болтушки, Дорче предоставил ему свой магазин, но взимал огромный процент, который увеличивался каждый раз, когда человек совершал ошибку: прогуливал работу или грубил клиентам. Этот список можно продолжать до бесконечности, ведь инстинкт самосохранения, видимо, у него совсем отсутствовал из-за протекции высокопоставленного вампира, отца Центруса. Сам Хави не знал об этом, ведь он вечно отказывался от любой помощи и думал, что ему удаётся оставаться живым только благодаря его неотразимому обаянию.       В этот раз злостный господин Дорче поднял его до опасных 80. Он вылил целую ненавистную тираду на некроманта, который лишь изображал раскаяние, задумчиво ковыряя мыском ботинка треснувшую плитку в магазине. Вскоре вампир успокоился, понимая, что всего его слова все равно пролетают мимо ушей провинившегося, и бросил мешочек с монетами на прилавок. Раздался звон. Хави дернулся от неожиданности, удивленно подняв взгляд. Он даже и подумать не мог, что хоть что-то сегодня получит. Поэтому забрав его, поклонился практически до самого пола, чем вызвал одобряющий кивок. – Ну, что? Теперь в «Бородатого гнома»? 27, 28, 29… 29 серебряных! Видимо, сегодня был прибыльный денек, на эти деньги можно купить кружку клюквенного пива и куриную ножку, – мечтательно улыбнулся некромант, гордо щеголяя в сторону таверны. – Может, ты уже наконец начнешь откладывать их, чтобы постепенно вернуть долги? Их у тебя столько накопилось, что я не удивлюсь, если завтра к тебе заваляться какие-нибудь наемники, подосланные кем-нибудь. – А, может, ты, наконец, перестанешь совать свой, – тут Хави резко остановился и надменно глянул на вампира, – аристократичный нос не в свои дела? Я как-то смог прожить 24 года без твоей опеки. Поэтому любые слова о моих деньгах и моей жизни в целом – излишни. Так ты идёшь со мной?       В «Бородатого гнома» они пришли конечно вместе. Шум таверны оглушал. Практически все столы были заняты разношерстными компаниями. За самым большим столом по центру сидело шестеро орков, которые громко обсуждали недавнюю вылазку на эльфийские территории. Разобрать слова и какие-то конкретные детали были невозможно, если ты не вникал в суть с самого начала. Чуть правее от них сидели эльфы. Это можно было понять по торчащим капюшонам. Они настороженно зыркали по сторонам и нервно сжимали рукояти мечей под плащом. Их явно напрягала компания орков. Весь оставшийся зал был занят уже смешанными компаниями, поэтому за них особо не цеплялся взгляд. Никому не было дела до Хави и Центруса, кроме одинокой фигуры, скрытой в тени, за самым дальним столиком.