По лезвию

Сегодня все идет не так. Партнеры требуют расширения, к которому мы не готовы. Брайан бесится, снова отказывается брать на себя ответственность и принимать бразды правления компанией. Еще и Лиз названивает наверняка с очередными жалостливыми историями о несчастном художнике. Мы дружим уже давно, но она всегда поддерживает брата чуточку больше. Но мне и не нужно ее внимание, пусть лучше приглядывает за младшим Бейкером. В кабинете душно, и я снова беспомощно шарю по столу в поисках пульта от кондиционера. Твою ж! Без личного ассистента тяжко, а поиски кандидата занимают слишком много времени, которого у меня нет. Конечно, Сара обещала подыскать замену, но я особо ни на что не рассчитываю. Она была так рада выбраться из-под завалов документов, бесконечных встреч и моей внезапной агрессии, что сбежала, едва ли не сверкая пятками, к своей настоящей любви. Так, нужно открыть планер и отменить к чертям все встречи на сегодня. Сначала порядок в офисе, потом все остальное, иначе я сойду с ума быстрее, чем Брайан наберется ответственности. Достаю пачку сигарет и, быстро щелкнув зажигалкой, затягиваюсь, впуская спасительную дозу никотина в организм. Прикрываю глаза, задерживая дым в легких, и медленно выпускаю серое облако. Повторяю. И еще несколько раз, пока не чувствую облегчение. Но докурить в тишине мне снова не дает Лиз. Эта заноза трезвонит уже второй день. — Слушаю, — на вежливость нет желания. — Привет, Ходж, — ее улыбку слышно даже через динамики. — Куда пропал? — Работаю, ты же знаешь. Без Сары здесь пиздец творится, — тру переносицу и тяжело выдыхаю. — Зачем звонишь? — Ого, да ты и правда не в духе, — удивляется, будто я так часто бываю «в духе». Не помню, когда в последний раз давал себе расслабиться. — Ладно, все равно скажу. Тут моей подруге нужна помощь. — Ты же знаешь, я завязал с благотворительностью, — усмехаюсь. Бедовые девицы — не мой профиль. Нет у меня ни времени, ни желания разгребать то дерьмо, в которое они попали. Так еще потом и мнят себя либо вечно обязанными, либо планируют захомутать. Проходили, знаем, спасибо, не надо. — Постой! — одергивает она меня. — У Кэтрин и правда большие проблемы, и ей нужны деньги, причем срочно. Она продает машину, может, у тебя есть знакомые, которые могут выкупить ее старенький «Форд»? После имени я уже с трудом понимаю, что происходит. Неужели это та самая Кэтрин, которая и во внимание меня не ставила в доме Брайана, а потом испуганно прижималась к моей груди в лифте? Ворох воспоминаний отрезает от реальности: дрожащие ресницы, напряженное стройное, но сильное тело, ужас в глазах и желание спастись. Не знаю, чем она меня зацепила, что я позволил себе разоткровенничаться с ней в баре, но девушка и правда с трудом вылезала из моей головы, особенно по вечерам, когда я оставался один в квартире, представлял, как она уже не от страха, а от желания льнет ко мне, скользит пальцами по широкой груди, медленно раздевается, по сантиметрам обнажая загорелое тело. — Ходж?.. — слышу растерянное и выныриваю из фантазий. — Да? — Так что, ты поспрашиваешь у знакомых? — Да, приходите завтра вечером в клуб. *** Она отчаянно долго копошится в сумке, даже не обращая внимания на мое присутствие, в упор не замечает, и мне становится смешно. Я весь блядский день думал о ней, о том, как увижу ее, а сейчас она сидит и трясется, как маленький воробушек, от пронизывающего ветра на террасе. Что-то внутри сжимается, и я, не думая, снимаю пиджак и набрасываю на ее плечи, пользуясь тем, что Кэтрин до сих пор меня не увидела. Девушка испуганно осматривается и застывает от изумления, а я улыбаюсь, заглядывая в светло-ореховые глаза. — Сегодня гораздо холодней обычного, — лениво поясняю, будто этот жест для меня ничего не стоил. — Нам надо перестать вот так встречаться, — холодно отрезает Кэтрин, опуская меня в бассейн со льдом. Серьезно? Никакой благодарности и флирта? Она меня удивляет. — Это становится практически невозможным, — усмехаюсь. Неужели знает, зачем я здесь? — Кэтрин! — Лиз почти влетает на площадку. Ее слегка покачивает, но держится она уверенно в отличие от подруги. Она замечает меня и облегченно выдыхает. — Ах, вы решили здесь обсудить? — выразительно смотрит мне в глаза, но я не реагирую. Прости, малышка, но сегодня я настроен на разговоры только с твоей подругой. — Ты о чем? — хмурится Кэтрин. А это уже интересно. Все-таки Лиз не оповестила о покупателе, значит, предстану совсем в выгодном свете. — Кэтрин, знакомься. Это тот самый покупатель, Ходж Бейкер, — девушка выпрямляется и широко улыбается, как продавец в магазине. Вот только меня не нужно презентовать выгодной стороной. Я не заманчивый товар на полке, да и сам в состоянии выкупить все, что понравится. Не могу сдержать усмешки, когда вижу, как Кэтрин запахивает на груди мой пиджак и растерянно переводит взгляд с подруги на меня. Пугаю? Поражаю? — Это какая-то шутка? — Думаю, пора перестать бегать, мисс Хилл, — говорю фразу, глубинный смысл которой способна уловить только она. Да, милая, еще позавчера утром на моем столе лежало твое досье со всей подноготной, включая интересное взаимодействие с местными бандитами и мафиози. Я знаю о ней все и не премину воспользоваться, если потребуется. Вижу, что она поняла. Замирает ненадолго, а потом часто-часто хлопает глазами. Интересно, подружка знает? Сомневаюсь, иначе бы не отвернулась. — Кэт, все в порядке? — Лиз делает шаг к девушке, но я останавливаю ее, перехватывая руку. — Лиз, будь другом, распорядись на баре приготовить нам кофе и подать сюда. А мы пока поговорим без лишних ушей. Девчонка не собирается уходить и продолжает сверлить взглядом Хилл. Хочу выставить ее за дверь и закрыться здесь, чтобы никто не отвлекал, но пугать Кэтрин пока не в моих планах. — Все хорошо, Лиз, иди, — она оборачивается и натянуто улыбается. Подруга кивает и наконец уходит. — Ты знал? — спрашивает, как только за Лиз закрывается дверь. Ого, вот это напор. — Да, — она держится весьма бойко, но мои слова повергают ее в шок. — Я знаю все о вас, мисс Хилл, — Кэтрин хватается за поручень, но лицо держит непроницаемым. Если перед Оушеном она была хотя бы вполовину такой же смелой, то я понимаю, почему он вцепился в нее. — Невозможно знать о человеке все, — Кэтрин выпрямляется и снимает мой пиджак. — Спасибо, но я не стану продавать тебе машину. Извини, что отняла твое время, — она случайно касается моей ладони, прошибая электрическим зарядом. Трясу головой, отгоняя наваждение. Только романтического бреда в духе напряжения и химии мне не хватало. Она почти голая: разрез до верха бедра, голые плечи и соблазнительная грудь. Просто нужно снять девушку, иначе загнусь не только от работы, но и от отсутствия личной жизни. Девушка отходит и быстро спешит к выходу. Блядь. Ну давай, уйди еще с гордо поднятой головой, будто это не у тебя проблемы, а у меня. — И как планируешь рассчитаться с Оушеном? — спрашиваю, поворачивая корпус. Кэтрин застывает, а я усмехаюсь. Попалась. Она снова напугана, но сейчас мне плевать. Я единственный, кто сейчас может ей помочь. — Найду другого покупателя, — даже не отрицает и не спрашивает, откуда я узнал. Похвально, значит, неглупая. Как тогда, правда, ума хватило с мафией связаться? — Уверена? — что-то мне подсказывает, что за мной не стоит толпа желающих на старое корыто. Она открывает рот, чтобы вступить в словесную перепалку, но резко меняет решение и кусает губы. Блядь, она хоть понимает, как сейчас выглядит? Будь на моем месте кто-то другой, посчитал бы ее позу сигналом к действию. — Нет, — так тихо, что ветер подхватывает ее отчаяние. Кэтрин заламывает пальцы и наконец смотрит мне в глаза. — Но я не хочу продавать тебе машину. — Можешь не продавать. У меня есть более интересное предложение. — Какое? — Будешь на меня работать.