Shadow of the Storyteller

Кровь перестала литься из раны, края немного затянулись, а бинты не нужно было менять с завидной переодичность уже на следующий день. Теперь Агата могла ходить и заниматься несложными вещами. Например, пойти на праздник. Скакать под песни бардов она там не собиралась, а каких-то активных действий там больше и нет. Люди уже собрались на площади, но девушка решила, что посетит его ближе к вечеру. Пробежавшись взглядом по своим вещам, она решила, что наденет. И теперь у нее был свободный день, который можно посвятить отдыху, обдумыванию прошедшего дня и недели или выбросить все эти отвратительно-прекрасные цветы. Сказитель ушел только недавно, прочитав заново нотацию о ее идиотизме, о том, что ей нужно обойтись без лишних движений, иначе рана снова откроется, сказал, что если такое случиться, чтобы она не звала его. Но они оба знали, что он бы пришел. Еще парень сказал, что сам доложит об Агенте и поделился мыслями о том, что у Агаты рука не поднимется ради того, чтобы получить помощь более сильного. Тень лишь скрипнула зубами. Она не то, что не хочет принимать помощь, нет. Она хочет доказать, что сама может со всем этим справиться, что она тоже что-то может. Когда Сказитель все же покинул ее, не позабыв хлопнуть на последок дверью так, что несчастный старик Гёте подпрыгнул на своем месте, Агата устало села в кресло и решила отдохнуть с чашкой чая в руках. Запах кардамона наполнил все помещение, перебив даже аромат цветов. Уже через два дня их со Сказителем будет ждать корабль в Снежную и Седьмая не думает, что в этот раз все так же сорвётся. Они наконец-то смогут отдохнуть друг от друга, заниматься чем-то без чужого дыхания за спиной. Но сейчас Агату это уже не радовало. Агата едва ли хотела возвращаться обратно в страну. Там ее ждет служба, задания, Крио Архонт, отчеты, работа с сотрудниками и огромная толпа вечно чем-то недовольных лиц. Девушка не хотела этого. Она хотела отдыха. Чтобы просто о ней забыли на пару недель, без заданий, Сказителя, Царицы и остальных проблем. Но такого ей не дано, она уже сделала свой выбор несколько лет назад. Теперь об отдыхе ей свойственно только мечтать. Пока она, тихо поднявшись, допив чай и снова оглядев бинты, выбрасывала каждый букет, что ранее ставила в тонкие стеклянные вазы, она думала о вчерашнем дне, о том, что зря не убила Агента. Теперь он будет портить ей кровь, пока рапорт не окажется на столе Царицы, а его голова не будет торчать из петли. Но эту петлю можно связать и собственными руками. Нужно только чуть-чуть подождать, пока рана не затянется насовсем. Лишь к вечеру девушка опомнилась, надев черную блузку с прозрачными рукавами «фонариками», которая открывала вид на оголенные плечи и ключицы, и штаны, она встала напротив перчаток и шарфа. Первое она надела сразу, а вот над шарфом пришлось думать. Пятно прошло, но с красной тканью на шее было теперь привычнее… она накинула его сверху. Подведя глаза и мазнув помадой по губам, девушка покинула номер. Праздник Ветряных Цветов — Мондштадтский праздник, который жители празднуют в честь освобождения города от тирании. По совместительству — это праздник любви и страсти. Город был украшен потрясающе, так ярко и уютно, что Агата почувствовала мурашки, пробежавшие по оголенной спине. Такое количество цветов может посоперничать только тем, что часами ранее были расставленны по всем горизонтальным поверхностям ее номера. По улицам бродило множество парочек, и это единственное, что не нравилось девушке. Она не любила это, ходить с кем-то под ручку и шептать что-то на ухо. Вспомнив про одну вещь, Агата решила подняться на площадь возле Церкви. Она не забыла слова Венти. Она помнила что он будет играть на празднике. Поднявшись туда, девушка увидела огромную толпу людей. Здесь собрался почти весь город. Возле статуи Анемо Архонта стоял бард и играл на своей лире. Переливы его мелодии можно было спутать с песнью ангела, настолько спокойно становилось на душе, при ее звучании. Это можно было слушать вечно, но девушка боялась, что даже у Анемо Архонта не хватит скорости регенерации на восстановление своих пальцев. Но все же, это было волшебно. Будто играет Бог. Сделав два шага вперед в толпу, она замерла. Песня перешла в ту, что заставляла глаза покрыться рябью печали. По коже пошли мурашки. Бард заметил девушку. Он был рад что она смогла прийти на праздник и его выступление. Он играл свою его лучшую мелодию. От неё можно было потерять рассудок. Закрыть глаза и забыться. Закончив играть, Венти окинул взглядом толпу людей. Все они аплодировали, некоторые даже свистели, кидали шляпы в небо. Музыкант на это лишь поклонился. Агату вывели из транса звуки прекратившийся мелодии и аплодисментов. Спустя некоторое время, толпа начала расходиться, лишь девушка стояла неподвижно, наблюдала за бардом. -Я рад, что ты пришла на праздник. — на эти слова Агата улыбнулась. -Как видишь, я тоже. Планы поменялись и нам пришлось остаться. Но послезавтра мы уезжаем, это точно. — Голос девушки погрустнел. Венти слегка расстроился, ведь ему хотелось чтобы Агата ещё немного побыла в городе. Но всё же он был рад, что она здесь. -А где твой напарник? Ты же приехала ещё с кем-то. — Агата не понимала к чему он это сказал. Венти заметил её смятение и пояснил: -Я думаю, ты знаешь какое второе название носит этот праздник? — подмигнув, сказал бард. И тут до Агаты дошло. Она сразу же возразила парню. -Во-первых, мне в компании себя любимой и так прекрастно, во-вторых, у него, как я поняла, наметились дела. — пояснила девушка. Венти на это лишь ухмыльнулся. Он заметил лёгкий румянец на лице Предвестника. -Ну хорошо, развлекайся. Я пойду, не буду мешать компании тебя и тебя любимой, наслаждайтесь ароматом цветов. — после этих слов бард ушёл, ехидно фыркнув. Агата ещё раз удостоверилась в том, что этот парень смышленый. Девушка решила погулять по площади и посмотреть на предстоящий закат. Сложив руки на перилах, она стала смотреть на небо. Тёплый, пахнущий цветами ветерок дул ей в лицо. Ей хотелось, чтобы этот вечер. никогда не заканчивался. Ничто не могло его испортить, даже Скарамучча с его дурными шутками. Зря она так подумала. Кто-то коснулся её плеча. В секунду Агата материализовала мелкий клинок и приставила его к горлу человека позади. Если бы не народ на площади, она бы еще им и полоснула. -Дорогая, я знаю что ты рада меня видеть, но… Может ты уберешь свой меч? Люди же смотрят. — Эдуард поиграл бровями, но клинок все же рассыпался тьмой в руке девушки. -Отвечай на вопрос. Что тебе здесь надо? — ледяной голос полоснул не хуже лезвия, разве только кровь не брызнула. Она не понимала одной вещи, разве Скарамучча не доложил Царице об его поступке? -Я же говорил, что пойду на этот праздник в твоей компании. Раз ты здесь, значит приняла мое приглашение. — маслянно улыбаясь, говорил Эдуард. -Ходить на праздник с таким мерзким червем мне ниже по статусу. Я лучше всю жизнь проведу на поводке Шестого Предвестника. — Она только не плюнула ему на ботинки. Сальная ухмылка расплылась только шире. -А где же твой «враг»? Не захотел пойти с тобой на торжество или ты, дорогая, отказала ему ради меня? — Эдурд оглянулся за ее спину, где вообще-то заканчивались перила. -Ты, сдается мне, совсем позабыл кем являешься? Думаешь, если голова все еще на месте, то можешь тратить свои немногочисленные мозги на то, чтоб действовать мне на нервы? — Агата сделала пол шага вперед, почти уткнувшись в грудь Агента, абсолютно не принеся ему чувство превосходства, наоборот, напряженности, словно сейчас в сердце войдет лезвие. — Я сделала выбор, что не пойду ни с одним из вас, иначе полетят головы. А тебе твоя пустая еще дорога. — отвернувшись от парня произнесла Агата. -Да, дорогая, прямо как ты. Кстати, как рана? Я был удивлён, что ты смогла вообще пойти на праздник. — проявляя свою ядовитую заботу, говорил Эдуард. — Ты и сам видишь. Если это все, что твой скудный ум придумал, то уходи. Пока еще есть чем. — Агата махнула рукой, словно клинком и, развернувшись, хотела уйти, но ее запястье перехватили. -Видиться мне, после вчерашнего твой язычок стал еще острее… Ну ничего, у тебя будет, обо что его точить. — от этих слов девушке показалось, что чай, ранее выпитый, сейчас окажется на плитке. — Как ты смотришь на то, чтобы обновить твою новую дырочку? — схватив ее за талию, Эдуард потянул Агату на себя, сжимая пальцы чуть выше и ниже раны. Агата почувствовала резкую боль, края разошлись. Она хотела оттолкнуть Агента, но боялась потерять слишком много крови. Сознание девушки наполнили панические мысли. Где достать еще бинт? Может стоит зашить рану? Сколько крови она может потерять? Насколько широко разошлись края? Почему это больнее, чем само ранение? Пока в его руках металась девушка, по коже Эдуарда прошлась ледяная волна. Он почувствовал, будто острый клинок впивается ему в основание шеи, готовый войти глубоко, прямо до горла. -Так вот он какой, Агент Фатуи служащий под именем Эдуард. — раздалось из-за спины мужчины. Там стоял Сказитель собственной персоной, возбужденно потерая ладони друг о друга. В первый раз Агата была так рада его видеть. -Отпустил Седьмого Предвестника. Я считаю секунды, столько пальцев у тебя будет сломанно. — парень поморщился, все еще не видя девушки. Кинув на Агату унизительный взгляд, Эдуард швырнул ее наотмашь, медленно разворачиваясь лицом. Тени показалось, что она сейчас упадет, но ее что-то остановило, сразу же отпуская, как только она встала ровно. Кроме раны теперь болела еще и спина, наверное остались следы от пальцев. Агата встала за спину Сказителя, не скрываясь полностью, но пряча руку и рану, которую она ей закрывала. На одежде выступило немного крови. -Какая прелестная пара — Шестой и Седьмой Предвестник. — Агент развел руки. — Не ожидал, что ты, Сказитель, вообще придёшь. Мы с твоим «врагом» лишь беседовали. — выделяя слова «твоим» и «врагом» произнёс Эдуард. Агата почувствовала, как гнев подступил к горлу. Она на нем отыграется, обязательно отыграется. Девушка не смотрела на Шестого, но чувствовала, как эта же волна злости исходит от него. У нее в голове всплыли две синие светящиеся яростью радужки. -Расскажи мне, все Агенты такие идиоты или ты у нас особенный? Остатки мозгов совсем из головы вылетели при ее виде? — Сказитель махнул головой себе за спину. — Впредь следи за тем, что делаешь, ничтожество. В камере у тебя будет достаточно времени, чтобы обдумать свое поведение. Царица узнает о твоих действиях. — парень поднял подбородок, заметив блестнувший в чужих глазах страх. И Архонты, как ему это нравилось. Похоже, Агент забыл, с какими фигурами играет партию. — Если есть желание лешится одной-двух конечностей, то оставайся. — хищная улыбка расползлась на его лице. — Хоть одно слово о Седьмом или Шестом Предвестнике и до камеры ты не доживешь. А если так… -То выбирай число от одного до двенадцати. Там самые холодные комнаты, не камень, а сталь. — Агата перебила его, заглядывая в зеленые глаза. Они полны страха. — Надеюсь тебя больше не увидеть, Эдуард, иначе эта встреча будет твоей последней. Мужчина вздрогнул и, как Предвестникам показалось, коленки у него почти подкосились. Он развернулся в сторону и прошептав пожелание о смерти, быстрым шагом ретировался. Пару секунд посмотрев мужчине в спину, Агата развернулась к Сказителю. Встретив на его лице смешинки, она не смогла удержаться. Остановился их внезапный приступ веселья только тогда, когда Агата закашлялась, а на ладони осталась кровяная роса. Она тут же перевела взгляд вниз. Пятно только разрослось. -Расскажи мне, Агата, как ты умудрилась влезть в неприятности только покинув отель? — Сказитель подошел близко к ней, тоже разглядывая кровь на блузке. — Или мне тебя, как ты сама сказала, на поводке держать? — Агата на эти слова лишь возмущенно фыркнула, -У меня встречный вопрос: как долго ты нас подслушивал? — она заглянула в синие глаза. — Достаточно чтобы иметь право отрубить этому Агенту его дрянную голову. — он поморщился, вспоминая слова, что говорил Эдуард. На самом деле он был рядом с начала их разговора, просто надеялся, что не придется вмешиватся. Это бы ее унизило. Когда Агата снова поморщилась, чувствуя, как при каждом движении уже засохшая кровь отрывается от кожи, Сказитель махнул головой. -Пойдем. — не дождавшись ответа, он сразу взялся за быструю ходьбу,. Но прислушивался к шагам, замедляясь, когда они останавливались. В таком ослином темпе Предвестники через весь город доковыляли до отеля. Сказитель удержал дверь, пропуская вперед Агату, далее лестница, коридор, дверь, поиск ключа в ее многочисленных карманах, и Агата лежит на кровати, прямо, как вчера. -И почему только этот Агент увязался за тобой? Ладно увязался, так почему он все еще жив? — Шестой возмущался, игнорируя все просьбы умолкнуть хоть на минуту. У Агаты трещала голова, перед глазами немного кружилось и появилась тошнота. -Этот малец совсем из ума выжил, ты ему вчера тоже клинок под ребра всадила? Я просто не понимаю, почему его пустую голову не посещали мысли о… -Замолчи! — перед глазами пошли круги, любые звуки раздражали, а рана ныла. Агате было плохо. Она решила, что потратить свои немногочисленные силы на крик будет хорошей идеей. — Заткнись и посиди молча, Скарамучча! Она прикрыла глаза рукой, чувствуя немного влаги. Нет, это не слезы, просто глаза слезятся от боли. У нее не получилось себя убедить. Сказитель замер. Он потерял связь с реальностью на секунду, не понимая, что происходит. Она плачет? Она не может плакать. Только не она. Агата вжала руки в лицо еще сильнее, давя чуть было не сорвавшийся с губ всхлип. А парень понял, что все оборачивается не в его сторону. Он тут же поднялся. -Раздевайся. — он встал в изножии кровати, смотря на девушку, что все так же вжимала перчатки в глаза. Но она замерла. Агата не поняла, что произошло, но за это короткое промедление она уже не лежала, а сидела на кровати. -Что ты делаешь? — она резко стукнула Шестого по рукам, оторвав свои от лица, когда холодные пальцы начали стягивать с нее блузку. -Мне бинтовать тебя так? Или может и сама справишься, как и в прошлый раз? — он скептично поднял бровь, забирая ладони назад. Агата решила подумать. Сегодня с нее достаточно было всякого дерьма, безусловно. Помощь, хоть даже сопроваждаемая ядовитыми высказываниями и непроходимым желанием либо оглохнуть, либо умереть, была нужна, хоть ситуация и не смертельна физически. Не смертельная физически, но Агата думала, что если сейчас останется в одиночестве, то умрет. И она кивнула. Раздался облегченный выдох и холодные пальцы снова коснулись ее кожи через ткань. -Не бойся. — раздалось тихое, легкое, словно южный ветерок, когда Агата вздрогнула. Сказитель стянул с девушки блузку, с усилием отдерая ткань от бинта, стараясь не сместить бинт при этом. Не смотря больше никуда, парень разглядывал вновь выступившую кровь. Словив доверчивый взгляд серых глаз, он обошел кровать и развязал узелок на спине. Легким движением повязка сошла с тела, пока не дошла до самой раны и свежей крови. -Сейчас будет больно, терпи. — Шестой провел пальцами по краю бинта. Агата, что чуть раньше сидела, как замершая статуя, зажмурилась. Если этот человек говорит, что будет больно, значет будет невыносимо. Заметив это, парень не смог не съехидничать: -Как ты хочешь: медленно или быстро? — он сказал это чуть изменившимся тоном. Словив холодный взгляд, в котором сквозило отвращение, Сказитель прикусил язык. Не сейчас, видимо. Не когда она слаба перед ним. Агата прокусила внутреннюю сторону щеки, когда маленький край бинта отошел, притягивая за собой и край раны, державшийся на запекшейся крови. Следующий сантиметр она чувствовала, словно ей не снимают бинт, а отрезают этот кусок кожи. Агата прикусила ребро пальца, не сдержав всхлипа. Она не открывала глаза. Она знала, что наткнется на сочувствующий взгляд. Когда ей показалось, что она сейчас отключится, Агата ощутила, что боль ушла, осталось лишь легкое пощипывание. -Все, теперь можешь лечь. — Сказитель все это время наблюдал за ее мучениями, только Агате это знать не обязательно. Слегка кивнув, Агата, руками поддерживая поясницу, чтобы не делать резких движений, опустилась на кровать всем телом. Она закрыла глаза, стараясь забыться и забыть о том, что только что произошло. -Ты как? — Шестой снял шляпу и уложил ее на стол рядом. Главное сейчас: не показывать своего волнения, ведь Агата такого не принимает. -Ты же понимаешь, что я такая слабая только из-за раны? — она говорила это с закрытыми глазами. -Конечно. Ты бы не была Седьмым Предвестником, в ином случае. — парень сел рядом на кровать, снова оглядываясь на кровь на женском животе. — Мне нужно еще наложить повязку, Агата. От болезненного тихого вздоха в груди у Сказителя защемило. Девушка снова села, опираясь руками о подушки позади, открывая свой живот для любых действий. Парень взял марлю, оторвав кусок и стер легким движением всю выступившую кровь. Затем прикрыл рану ватой и крепко закрепил ее бинтом, обматывая вокруг живота Агаты. Она все это время молчала. Она устала, ей просто нужно помолчать. Руки ее подкосились и она шлепнулась обратно на простыни. Сказитель поднялся и хотел было уже выйти за дверь, но его остановили тихие слова: -Скарамучча. — Агата лежала с закрытыми глазами. Она не боялась, что он нападет. — Спасибо. Почувствовав в груди странное ощущение, парень незамедлительно покинул комнату. Агате даже стало чуть смешно от того, какие быстрые шаги топали по полу до соседней комнаты. Она будто проклянула его и его семью на семь поколений вперед. От легкого смешка она скукожилась, подбирая ноги под себя и накрываясь одеялом. Сегодня она поступила еще глупее, понадеявшись на письмо, ведь это не сию минутная мера, оно придет Крио Архонту только через дни. Нужно решать все здесь и сейчас, и если Эдуард еще хоть один раз попадется ей на глаза, не находясь у эшафота, она незамедлительно его прикончит. Теперь у нее в этом начинании есть напарник. Агата отключилась, понимая, что из-за нее они оба пропустят половину праздника. Но когда она проснется, они вернутся. Обязательно вернутся. Спустя три часа тревожного сна, прямо под самый вечер, Агата постучала в дверь к Сказителю. Он сначала что-то прокричал из-за нее, а потом о стену уже что-то ударилось. Подняв брови немногов шоке, девушка решила действовать. Она резко открыла дверь и так и застыла. Перед ней стоял полуголый Шестой Предвестник, с растрепанными волосами, которые так и захотелось пригладить и споткнулся о что-то на полу, когда поднял глаза и увидел Агату. Он тоже замер, не сводя с нее глаз. Казалось, неловкость можно было резать ножом, а ручка двери, которую еще сжимала ладонь, тихо поскрипывала. -Я хотел пожелать счастливого пути в ад тому, кто решил меня навестить, но тебе он уже обеспечен, так что…- парень махнул рукой. -Тебя стучаться не учили? -Кто бы говорил, Сказитель. — Агата фыркнула. Ей повезло, что в комнате было темно, ведь парень спал, и она не смогла разглядеть выступивший на его щеках легкий румянец. Иначе ей бы не сносить головы. — Так вот, я зову тебя на Праздник дальше. Мне лучше, можем погулять еще по улицам. — прочистив горло, озвучила свое предложение девушка. -Если ты настаиваешь. — Шестой оскалился и развернулся спиной. Побежали мурашки. Напоследок он махнул рукой. — Теперь шагай отсюда, и так нарушила все видимые границы. -Кто бы говорил, еще раз. — словив перед уходом острый взгляд, Агата все же вышла и поплелась на выход из отеля. Послушав пару историй от старика Гёте, который так удачно решил прогуляться, девушка дождалась своего спутника в шляпе. -Я удивлен, что ты не послала меня ко всем чертям и не свалила сама. Очень в твоем стиле. — чуть загнанно дыша, Сказитель приблизился к девушке. -Это было бы не самой лучшей идеей, после всего произошедшего. — Агату передернуло, а холодок пробежал вдоль позвоночника. -То есть, я теперь что-то вроде твоей личной охраны? — бровь взлетела чуть ли не к Селестии. — Когда это нашей всесильной Тени понадобилась помощь? -Мне не нужна твоя помощь, Сказитель, ты лишь попал на не самый удобный момент. И как же ему нравилось, как она отрицает очевидное. Да, может она и справится сама, но для этого ей нужна либо дополнительная опора, либо хороший пинок под зад. Дальше они продолжали путь в тишине. Аромат цветов сменился на аромат выпивки, шум шелеста ветра на гул пьяных голосов, что просиживали свои штаны в тавернах. На секунду Агате показалось хорошей идеей к ним присоединиться. Когда Предвестники все же дошли до скамьи, Агата задала вопрос: -Как ты там оказался? — девушке показалось, что Шестой чуть вздрогнул. Видимо, зашел глубоко в мысли под размеренный шум. -Где там? Можно чуть конкретнее? — он поморщился раздраженно. Не то, что после короткого сна ему хотелось много разговаривать. -Как ты нашел меня и Эдуарда? Что ты делал до этого? Сказитель был немало удивлен этим вопросом. Какая разница где он был, если в нужный момент оказался рядом? Но он все же ответил: -На каком-то там утесе, потом переместился в город. Пошел на площадь и набрел на цирк двух актеров. — он пренебрежительно фыркнул. Агата никогда не узнает, что по его коже в тот момент пробежали мурашки, а глаза прикрыла алая пелена ярости. Но он был рад, что лицом к лицу увидел это ничтожество. Агент играл с чистым пламенем. Хоть Сказитель не раз видел такое отношение к Предвестникам, но до такого абсурда не доходил никто. Агент должен радоваться, что все еще носит свою пустую голову на плечах, а лист с его именем не лежит на столе Царицы. Но ничего, он это исправит, сегодня же напишет письмо. Только Шестой не понимал, какой все же резон у этого идиота лезть к Агате? Да, они были напарниками в прошлом, но там не было никакой романтики, если посмотреть на эти убийственные взгляды. Вчерашним вечером Агенту определенно досталось с легкой руки, но причем тут вообще «твой враг»? Парень сидел на одном месте и не двигался, но чувствовал, как закипает его кровь. Этот Эдуард раздражал до скрежета в зубах. Он хотел самолично взятся за исполнение его приговора. Еще Сказитель подумал о том, что лично будет следить за тем, чтобы Седьмой Предвестник и Агент Эдуард не пересекались. Они так и сидили в тишине. Парень думал, девушка разглядывала ночный пейзажи неба, светлую плитку, освещенную фонарями и окна. Окна, за которыми текла жизнь. -Агата! — знакомый мелодичный голос окликнул девушку и выдернул Сказителя из дум. Светлая голова обернулась за спину и Тень увидела Венти, что воодушевленно махал ей рукой. Парень так же развернулся и встретил взгляд ярко-берюзовых глаз. И за ними определенно что-то скрывалось, только он не мог понять, что. И его это раздражало. -Я вижу, ты все же нашла себе компанию на вечер? — юноша добродушно улыбнулся девушке, стреляя глазками в ее напарника. Сказитель лишь отвернулся и закатил глаза. Агата, смотря на это, подавила смешок. -Не думаю, что эта же компания простоит весь вечер. Много людей, гул и шум — не сильные его приятели. — она махнула головой в сторону все еще отвернутого Предвестника. А сам он сжал кулаки, сложенные на груди. Ему было неприятно. Особенно, когда такие вычурные выводы делает другой человек. Тем более, он все еще помнит их уговор. -Не так легко, Тень. — Сказитель обернулся, искря хищной ухмылкой. — Я пытаюсь испортить тебе праздник, забыла? Так легко от меня не избавишься. — он встал за ее спиной, накланяясь, чтобы полушепотом говорить в самое ухо. Агата почувствовала, как по шее пробежали мурашки. Барбатос же в этот момент почувствовал себя лишним. Подумать только — Анемо Архонт на своей же земле! Но при одном взгляде на эту парочку, хотелось облить себя холодной водой — искры летели во все стороны! Венти кашлянул, переводя внимание на себя, потому что слова, что кидали Предвестники наводили на определенные мысли, ведь переходили все границы, а никто из дисскусирующих уходить не собирался. -Раз выдался такой случай, то предлогаю затащить твоего спутника в нашу самую прославленную таверну. Вина лучше вы во всем Тейвате не найдете, обещаю! — подмигнув, Архонт схватил Агату за руку и вприпрыжку потащил к вывеске с надписью «Доля Ангелов». Агата весело смеялась, потакая шалостям совсем не юного юноши, но предупредила, что пьют они сегодня не много, завтра начнутся сборы к отплытию. Сказитель отнесся к этому предложенияю скептически, но все же поплелся за взбудораженной парочкой. Прямо у дверей в таверну им повстречались двое молодых людей, они были полными противоположностями: от одного веяло северным холодом, он пробирал прямо до костей, другой же словно состоял из огня, если смотреть на него дольше положенного, Агата была уверенна, что на лбу выступят капельки пота. -Мастер Дилюк, капитан Кэйа. — Венти воодушевленно кивнул им, в секунду чуть поджимаясь, но при этом будто находя то, что ему нужно было. — Прекрасный вечер, не находите? Мужчины прервали свой спор, услышав мелодичный голос. Кэйа, ранее обозначенный как «холодный», неожиданно тепло улыбнулся всем, а тот самый солнечный Дилюк лишь сложил руки на груди и прошелся по всем ледяным взглядом. -Здравствуй, Венти. Надеялся, что ты и твой прекрасный инструмент составили бы мне компанию этим вечером, но видимо, придется проводить его под яркой луной нашего прекрасного города, ведь, — капитан почесал затылок. — Я уже битый час уговариваю нашего мастера впустить меня внутрь. — закончил он свое приветствия опечаленно выдохнув. Агата почувствовала, как от его тона у нее появилось желание очень громко и безостановочно смеяться, но она настойчиво его прогнала, когда обнаружила себя, сверлящей глазами лицо Сказителя, что тоже прижал кулак ко рту, стараясь сдержать улыбку. Венти лишь вопросительно посмотрел на Дилюка. -Господин Дилюк, — парень сделал самый жалобный тон, на который был способен. — Я бы хотел рассказать и показать нашим друзьям на деле всю винную индустрию города. Самую прекрасную, прямо в честь Праздника! — на последних словах он оживленно вскинулся. -Впустите нас, пожалуйста! — умоляюще проскулил Архонт. И Дилюк бы впустил, все же от выручки он не откажется, и даже если Лорд Барбатос и капитан Кэйа начнут буянить, он их запросто вышвырнет, только подозрение в нем вызывали не они, а как раз таки эти самые гости. В городе их он не видел не разу, значит либо сидят по домам, либо только прибыли. Мог ли он им, если не доверять, то хотя бы верить, что Доля Ангелов простоит до утра, как и весь город? Но этот маленький и приставучий бард так от него не отстанет, как и братец. Оба найдут способ войти, даже под строжайшим запретом. -Ну давай же, в честь праздника! Если не в его честь, то хотя бы пощади даму в нашей компании, в ее честь! — капитан подмигнул Агате, а та лишь отвернулась, стараясь сдержать то ли дерганье глаза, то ли очаровательную улыбку. Сказитель лишь отвернулся, закатывая глаза. Он даже не заметил, как сам не понимая сжал кулаки до боли. Дилюк все же отошел от входа, пропуская пополнившуюся компанию внутрь. -Но запомните мои слова, если все повториться, как в прошлый раз, — эти слова были адресованны завсегдатаям, — То и ноги вашей здесь больше не ступит. Даже не буду смотреть на праздник или даму. — Кэйа и Венти лишь отсалютовали ему, уже приветстуя бармена. -Не переживайте, мастер Дилюк. Мы проследим за ними. — Агата обнадеживающе улыбнулась ему. Хозяин таверны лишь кивнул и удалился, сложив руки на груди. Сказитель в какой-то степени понимал его. Тоже ненавидел, когда люди напиваются до потери сознания, а при этом еще и творят всякое мракобесие. Кожа Агаты же покрылась марашками. Холод, исходивший от Дилюка просто заставлял леденеть кровь. Компания заняла стол в самом углу, недалеко от бара. Кружки были наполненны вином, что, в общем-то, оставляло довольно положительное впечатление, насколько бы Предвестники не переносили алкоголь. Разговор складывался лишь устами капитана и барда, иногда Агата вставляла что-то, лишь слушая. Шестой лишь изучал окружение: люди нет, не одна конкретная девушка, мирно отпивающая из кружки, мебель, освещение и стойка. На сколько бы не хотел опьянеть Сказитель, он не мог, ведь завтра была куча дел, в которую придется закопатся с головой и желательно в процессе не разбить ее себе или кому-то другому. Эта мысль также все время была на горизонте сознания Агаты, так что число кружек не перевалило больше, чем одной. Чего нельзя было сказать о Кэйе и Венти. Голос капитана во время его монологов путался и невнятно перескакивал с одной мысли на другую, бард же пытался что-то спеть, петляя в словах. Дилюк, наблюдая за этим, лишь тяжело вздохнул и продолжил натирать бокалы. -Вы, если я верно понимаю, пара? — голос Альбериха слегка мурчал. Забавно. Вместе с прозвучавшим вопросом в таверне повисла тишина, Венти перестал пытаться выдавить из себя песню. Сказитель почувствовал лишь раздражение. Он старательно не замечал, как печет его лицо. Но был уверен, что Агата сейчас готова провалиться сквозь землю. Она определенно не понимала, почему все так отчаянно воспринимают их, как пару? Они настолько хорошо вместе выглядят? -Нет, капитан, ты ошибся. Мы лишь коллеги и между нами не все так сладко. — Агата слегка мотнула головой, скидывая пелену. С губ Кэйи сорвался тихий разочарованный выдох, он правда надеялся, что эти двоя пара. Они ведь так друг на друга смотрят! Венти решил воздержаться от ехидства над мужчиной, но его улыбка стала чуть шире, как только тот бросил на него взгляд. -Можно я на две минуты заберу вашего гида по винной индустрие? Мне нужно проконсульствироватся с ним о напитках следующего сезона. — Альберих подмигнул Агате, схватил Архонта за кружева на плече и потащил за собой, прямо к лестнице на второй этаж. Предвестники непонимающе перегрянулись, но сразу разошлись взглядами. Сказитель махнул рукой, делая заказ на еще одну бутылку вина. От того, чтобы плеснуть напиток в кружку, его остановила легкая хватка на запястье. -Ты сам говорил, что завтра много работы. — Агата сразу же убрала руку, поймав недовольный взгляд. -Я все прекрасно помню, но другого способа скрасить этот серый вечер мне еще не предоставилось. — он опрокинул в себя сразу половину. Покатал вкус на языке, а потом вспомнил. — Хотя нет, если я испорчю тебе сегодняшний вечер, то для меня он станет лучшим за последнее время. — гаденькая улыбка расползлась по его лицу, как и легкий румянец от хмеля. -Тем, что напьешся ты только испортишь себе завтра настроение. Это монштадтское вино берет не хуже огненной воды. — девушка неодобрительно покосилась в свою кружку. -Только не говори, что тебе плевать на то, что ты разговариваешь с пьяным человеком. Сам видел, как тебя коробит от этого. — Сказитель поймал серые глаза в свои, положив подбородок на руку. -И твой план — это просто напиться так, чтобы стоять не мог? — бровь узлетела на ее лице. -Ага. -Ты же понимаешь, что я оставлю тебя здесь, а Дилюк пинком отправит до центральной площади? — она скосила взгляд на недовольного бармена. В это же время на втором этаже шла оживленная дисскуссия, участники которой будто в миг отрезвели: -Ты правда хочешь проверить их чувства? — Венти эта затея пока что не очень сильно завлекала. — А ты не думаешь, что это не наше дело, друг? -Ну друг, ты же сам видел, как они друг на друга смотрят! — он кинул взгляд на стол, где почти распластался Шестой Предвестник, а Агата наоборот пыталась его собрать, периодически пихая в плечо. — Ты же знаешь, я не могу смотреть за терзаниями двух неравнодушных друг другу сердец, что бояться признать это! Давай, друг мой, ты же все сам видел! — Кэйа оперся на периса, склонив голову к плечу. Барбатос задумался. Да, дела Предвестников не стезя, но вот задача свести их — это то, что ему подвластно. -И каков твой план? — Венти вздохнул, все же принимая такой по-юношески глупый план. -Значит так, — Альберих победоносно улыбнулся. — Первым кандидатом предлагаю паренька. Как там его? -Сказитель. — насколько понял Венти, имена Предвестников имели не такой широкий охват известия, в отличии от титулов. -Так вот. Ты сыграешь на лире, а я приглашу Агату на танец. Если в его голове мелькала хоть единственная мысль о заинтересованности в ней, то и глаз не спустит. — план был едва ли действеннен, так как парень за столом пока что даже не оторвал от него голову. — На тебе будет задача расспросить его о ней. — Кэйа раздосадованно причмокнул губами. — Сам придумай что, только постарайся так, чтобы мне не пришлось собирать голову по осколкам с пола. — широкий плечи чуть поджались. -Хорошо, а что с Агатой? — Венти глянул из-за плеча друга на девушку. -Предлагаю познакомить его с какой нибудь девушкой. Он разговориться с ней, я уверен. Ну, если вообще еще в сознании. — Агата за столом все еще ругала мерно дышащее тело. — Будем ждать, пока она что-нибудь не предпримет. Весь план был готов, осталась одна мелочь — нужна еще одна девушка. Кэйа перегнудся через перила, стараясь остаться незамеченным, но парочка за столом была занята руганью, Сказитель аж поднялся. Капитан осмотрел зал взглярм, не находя подходящей кандидатуры. Как тлько он хотел разочарованно обернутся и оповетсить Венти о том, что ему самому придётся играть женщину, колокольчик на двери звенькнул и в таверну вошла девушка в остроконечной шляпе. Мона. -Кажется, я нашел. — один глаз, не спрятанный за повязкой, загорелся веселым огнем. Бард посмотрел вниз. Да, этот вечер обещает стать веселее. Прямо с выхода на первый этаж до ушей парней стали долетать обрывки ругани, которые с периодичность посылали друг другу Предвестники. -Прошу простить нас, мы немного задержались. Все же новый сорт вина это то, что нужно будет людям через сезон! — капитан кавалерии прервал этот поток, гладко вторгнувшись. Будто бы невзначай он повернул голову к Моне, что сидела за стойкой. -Так, прошу извинить меня еще раз! — даже не успев сесть, он свел свое направление к бару, оставив остальных непонимающе глядеть ему в след. А потом перевели взгляд на несчастного барад, которому пришлось оправдывать друга: -А, это его подруга…он не может к ней не подойти, дружба, кодекс, все такое…- Венти неловко хихикнул. Агата лишь иронично хмыкнула. -Да, ее зовут Мона. — будто вспомнив что-то гениальное, юноша возвул палец к небу. А Предвестникам показалось, что на них в этот день свалилось все дерьмо, размер которого они будут отрабатывать всю жизнь. Какая была вероятность, что девушка, доставившая обоим достаточно проблем — это и есть та самая подруга Кэйи? Видимо, большая. Спустя пять минут напряженного молчания капитан возвратился. Не один. И, полный решимости, начал их знакомить. -Знакомтесь — это Мона. Мона — это Венти, ты его знаешь, Агата и Сказитель. — Два длинных хвоста на девичьей голове резко замерли, а сама она перевела взгляд на собравшуюся компанию. Великолепно, только ей могло так повезти. В таверне Предвестники, но не простые, один из них хотел ее убить, а в другую она врезалась по своей глупости. Ее вечер тоже обещает быть интересным. Венка на лбу чуть вздулась. -Привет, Мона. Давно не виделись. — перехватив взгляд девушки, Венти расслабленно ей улыбнулся. А сам Архонт не понял, почему глаза, встретившиеся с его, были такими испуганными. -Да, здравствуй, Мона. Как удачно ты решила к нам присоединиться. — Шестой сразу оживился и вступил в эту игру. Ему тоже стало интересно, что же из этого выйдет. -Как место твоих важных переговоров? Все же дошла? — Агата опустила все приветствия, начиная с вопросов. Чтобы подовить хитрую улыбку, девушка схватила кружку вина и сделала глоток. Ради такого можно и выпить. Шестой неодобрительно покосился на нее, будто взглядом говоря: «И сама же мне читала нотации. " -Приветсвую всех. Да, встреча была весьма удачна. — уголки тонких губ растянулись в сухой улыбке. Мона сжала пальцы за спиной. Руки тряслись. Астролог не понимала, почему капитан и бард якшаются с Предвестниками. Кэйа же, из разговора чуть ранее, понял, что эти троя знакомы между собой. Так еще лучше. -Давай, подруга, садись с нами, выпей, я сегодня угощаю! — капитан махнул рукой, призывая девушку. -Я не знаю…это вроде не входило в мой план… — астролог замялась. Она пришла сюда лишь за одной вещью, а затем собиралась пойти домой. — У меня еще остались дела и… — ее прервал поднятый указательный палец. -Ну давай же, Мона! Если не ради нас, то в честь праздника! — дуэт из барда и капитана кавалерии умоляюще сверлил девушку. В ее голове промелькнуло то, что они что-то задумали. Предвестники, будто совсем не обращающие на нее внимания, беседовали о своем. Они невероятно напрягали. -Ладно. — обреченно раздалось с сухих губ. Ногти впились в ее ладони, когда она села рядом с Кэйей и оказалась прямо напротив Сказителя. К стойке плетел заказ на еще одну бутылку вина. Бард же, беззаказно, призвал свою лиру. Таверну наполнила чарующая мелодия. Неожиданно для Агаты из-за стола поднялся Кэйа, протягивая ей руку. -Не желаете потанцевать, мадмуазель? — он поиграл бровями, растягивая сладкую улыбку. Чуть поколебавшись, девушка все вложила свою ладонь в его, ощущая, что она не такая холодная, как она ожидала. Весьма и весьма теплая. Выведя Агату в середину таверны, Кэйа положил другую руку на ее талию, начиная вести танец. Пара кружила по таверне неожиданно синхронно, приковывая взгляды собравшихся. Это будто не они танцевали под мелодию, а мелодия создавалась под них. Глаза астролога, несмотря на напряженность, не отрывались от танцоров, настолько это было великолепно. Венти все переберал струны инструмента, снимая с них новые звуки. Через ресницы он глядел на Сказителя. И на секунду ему показалось, что Предветник сейчас нападет. Глаза скользили лишь по прямой, кулаки сжаты, спина выпрямленна, словно встроена в спинку стула. Он наблюдал за ними. Оссобенно за действиями капитана кавалерии. Его веко слегка дернулось, когда ладони мужчины сместились чуть ниже талии, а потом обратно. В игру вступил Венти. -Скажи же, красиво танцуют? — Архорт подмигнул парню в шляпе, отвлекая его от весьма нервного занятия. -Танцуют и танцуют, мне какое дело. — Сказитель вовремя разжал кулаки, успевая к моменту, как к ним развернулась Мона. — Слежу, чтобы ваш капитан завтрашним днем калекой не остался. — парень сложил руки на груди и откинулся на стуле. Барбатос лишь закатил глаза. У них все между собой настолько плохо? Что за детские высказывания? Когда взгляд Архонта съехал на Мону, он ехидно улыбнулся, сразу давя это в прочистке горла. Продолжая перебирать струны, он спросил: -Мона, как ты познакомилась с ними? — бард словил взгляд девушки и махнул головой в сторону обоих Предвестников. — Мне просто интересно! — если бы он мог, при этом не сорвав план, Венти бы поднял руки к небу, показывая невиновность, настолько недовольный взгляд его прошил. После глаза астролога переместились на Сказителя. Он напрочь игнорировал присутствия людей, с кем по-идее должен вести диалог. Ей же лучше. -Встретились на Утесе, когда прогуливались с Путешественницей и Фишль. Разговорились, а затем разошлись. — когда она снова посмотрела на Шестого, она встретила синий взгляд. Он улыбался. Мону аж передернуло слегка. — Агату же я встретила совсем недавно. Не увиделась, врезалась. Как по мне, весьма смешное знакомство. — девушка выдавила из себя скупую улыбку. Уже стихшую мелодию разбавил звук смеха. Сказитель хохотнул, представив эту картину. А танец все продолжался. Пара все еще кружила по таверне, слыша тихую мелодию и следуя такту. Но голова Агата быльшее количество времени была повернута в сторону. Она наблюдала за компанией. Если честно, то по большей части за огромной шляпой. Ей стало интересно, что же за шутка вызвала такой смех у ее обладателя. Да и шутка ли? В ее груди появилось смешенное чувство, когда она поняла, что объект ее взгляда имеет не один на себе. Мона не сводила глаз со Сказителя. Она не выглядела уж слишком встревоженной сейчас, даже чуть расслабленной. Агате это не нравилось. Совсем. Даже раздражало. Кэйа заметил, куда направлен взгляд Тени и решил задать вопрос. -Откуда вы с Моной знакомы? — мужчина перехватил ногу девушки, чуть наклоняя ее к полу. -Столкнулась с ней, она бежала куда-то и не заметила меня. — сведя брови к перегосице, девушка все же свела глаза со стола и ответила на вопрос. -Весьма забавное знакомство, не находишь? — Кэйа сверлил девушку взглядом. Она слегка улыбнулась. -Да. Легкий смех слетел с губ обоих и долетел до угла таверны. Все взгляды снова были обращены на них, хотя один так и не покидал танцующие фигуры. Компании аж самим стало интересно, чего же смешного они так обсуждают. Венти снова слегка скосил глаза на Сказителя. И Боги, его кулаки снова были сжаты! Вы его больше не переубедите! Закончив мелодию легкой нотой, Венти взмахом руки спрятал лиру. Танцоры сделали последнее па и расцепив руки, вернулись к столу. Аплодисменты наполнили заведение, лица пары зарумянились. -Я танца красивее в жизне не видела… — Мона восхищенно сверлила их глазами. Агата лишь благодарно кивнула и залпом опустошила свою кружку. Не хотела она с ней любездничать. Астролог этого, по-видемому, не заметила. Сказитель сверлил взглядом вино в своем бокале. -Капитан Кэйа, как вернетесь домой, пересчитайте пальцы. Боюсь парочки не будет доставать. — Предветсник почувствовал, как к горлу подступает злость. И едва ли он старался ее подавить. Он яростно вскинул голову, когда его ногу придавило каблуком. Тут же на него беззвучно шикнула Агата. Если бы они могли, то сципились бы прямо здесь. -С ним все будет прекрасно, идиот. — яда в голосе Тени тоже было хоть отбавляй. — Если тебе так жалко себя из-за проигрыша, то тащи свое бренное тело на улицу и полови голубей. — девушка махнула головой на дверь таверны. Сказитель продолжил недовольно сверлить ее взглядом, мысленно посылая куда подальше. Заведение наполнила неловкая тишина. Все будто остеклянело, кроме глаз Венти и Кэйи. Они переглянулись. И только они понимали, что сейчас происходит. Все стало очевидно еще на середине вечера. Эту парочку, что будто делила мысли на двоих, из них же вырвал голос Агаты: -Через десять минут мы вас покинем, ребята. На завтра еще много планов. Так ведь? — она сурово глянула на напарника. Сказитель лишь кивнул. Спустя еще минуты переглядок погрустневшей парочки и воодушевления Моны, два стакана вина и нескольких звенящих монет моры, Предвестники покинули эту тщетную компанию. Дилюк за стойкой был удивлен. Неужели сегодня ему не предоставится возможности выкинуть пьяное тело за порог? Шаги Предвестников уже отдавались от стен здания, готового отпустить их на родину, как прозвучал слишком глухой голос: -Зайди ко мне, Агата. — Сказитель не останавливался, лишь зашел а свою комнату, не закрыв дверь. Любые причитания девушки о том, что она устала, успешно игнорировались и лишь доставляли неудобство другим жителям здания. Шесть раз проклянув парня про себя, Тень все же прошла следом, прикрыв слегка дверь. И тут же была к ней прижата. Ее разум чуть плохо соображал, выпитый алкоголь давал о себе знать, отдаваясь тупой пульсацией в стукнувшейся о дерево голове. -Упс. — холодные пальцы коснулись ее затылка, когда шипение слетело с губ, чуть массируя. Синие глаза бесстыдно пялились в серые, увлекая то ли в водную пучину, то ли в темноту Бездны. Агата задержала дыхание. Слишком близко ощущалось чужое, прямо на коже щеки. Сказитель, казалось, одеревенел. Его ресницы не шевелились, зрачки не двигались, но ладонь с затылка съехала вниз, на плечо. -Какого дьявола тебе от меня нужно? — Агата вырвала вдох из цепких лап шока. Она попыталась отпихнуть Предвестника, но не вышло. — Отпусти меня! Совсем без царя в голове?! — Тень дернулась еще раз, но от резкого действия рану чуть кольнуло. Шикнув, она снова прижалась поясницей к стене. -Где-то я это уже слышал… — едкий оскал стал шире. — Если будешь продолжать дергаться, то ничего хорошего из этого не выйдет. — парень сжал пальцы на предплечие. -Поздравляю, ты пока не потерял память! — прошипела девушка, смотря из подлобья. — А теперь отпусти меня, ради Архонтов! Тебе совсем занятся нечем? -Ответишь на мои вопросы и, возможно, через минуту уже будешь сладко сопеть в кроватке. — он кинул взгляд через свое плечо на свою кровать. Агата натяжно улыбнулась. -Ключевое слово — возможно. Какие, Бездна, вопросы? — ее голос стал непозволительно громок в такой час. -Вместе с твоими криками уходит и вероятность мирно покинуть эту комнату. — парень повел головой чуть в сторону, будто в его ушах начало гудеть после громких звуков. Но Агата затихла. -Ну теперь, собственно, и вопросы. — Сказитель стрельнул искрами из глаз. — Поведай мне о том, что ты делала там с этим вшивым Агентом? На секунду Агата зависла. Это его так мондштадское вино взяло? Шестой сам все видел и отогнал Эдуарда, так что теперь не так?! -Первое: он полез ко мне и ты это прекрасно видел сам. — обстановка начала накаляться, Агата приподняла подбородок, чтоб не смотреть снизу вверх. — Второе: он нашел меня сам. Третье: мы бы сегодня его не увидели, если бы ты, — тычок острым ногтем в грудь. — Доложил Царице. Ты сам взялся за это. — Агата сжала челюсть, ожидая реакцию. От Шестого сейчас можно ожидать чего угодно: и ножа у шеи, и криков, и ладони, перекрывающей дыхание. Тень была готова отбиваться, несмотря на рану. А Сказителю на секунду показалось, что он отключился, а затем очнулся. Он вспомнил, как наблюдал за сценой на площади, вспомнил, как потом присоединился к ним и отбил Агату у этого урода, затем перед глазами появилось ее шокированное лицо, кровь и бинт. А потом он вспомнил про таверну. То, как Агата танцевала со здешним капитаном кавалерии. Да, он был виноват, что не отправил сегодня письмо, но ему было так мерзко внутри, когда он даже с закрытыми глазами видел их пируэты. Сказитель прочистил горло. -Завтра письмо будет на главном столе Снежной. — он чуть отвел взгляд, но тут же вернул его к серым глазам. — Зачем ты танцевала там, в таверне, с Альберихом? — его до скрежета зубами бесил этот синеволосый интриган. -Тебе какая разница, дорогой коллега? — Агата ядовито выплюнула это слово. — Я танцевала, ты заливался на всю таверну смехом, все по честному. Ведьма, я уверена, довольна. С последних слов Сказителю показалось, что он снова в бреду. Но нить разговора он не потерял. -Уж прости, коллега, но ваше абсурдное знакомство не может не заставить смеяться. — его брови иронично приподнялись. Агата фыркнула. -Только не говори, что не видел, как она строила тебе глазки? — роли Предвестников сменились — теперь Тень задает вопрос. -Ты серьезно? Она не глазки мне строила, а планировала делать ноги, как только я сделаю лишнее движение в сторону! — синие глаза излучали спутанность, иногда мелькала злость, серые были холодны, словно снег. Агата хмыкнула. Сегодняшний вечер обещает много обсурда, если не закончиться через пару минут. -Как оправдаешь то, что этот одноглазый чуть ли тебя не лапал? Ты же пресекаешь это на корню? — Сказитель двумя пальцами приподнял ее подбородок. Воздух в его комнате ощущался плотным, как сироп. Им невозможно было нормально дышать, лишь хлопать ртом, как рыба на суше. И они пользовались этим, ощущали эту густоту, вливая в чужие легкие вместе с возмущением. Шестой Предвестник Фатуи, именуемый Сказителем, дернулся, когда Агата не спросила, а констатировала факт: -Ты ревнуешь. Внутри него что-то затряслось, когда он осознал эту липкость внутри. -Ты в своем уме? — хмель полность покинул его голос вместе с истеричными нотками. — Ты мне кто, чтобы это делать? — он подавил резкий вдох. Его словно парализовало. Но внутри липкость заменило чувство спокойствия, Сказитель сам не до конца понял, почему. -К чему тогда эти вопросы, ты же нормальный человек? — ее глаза не моргали. — Что, по твоему, они еще могут означать? -Лишь обычные вопросы, да и с чего ты взяла, что я нормальный? — его дыхание оседало на щеке прохладным покалыванием, с нотками чего-то мятного. Он приблизился настолько, насколько позволяла гордость. А она не отодвигалась. -Такие же обычные, как тепло в Снежной. И мне прекрасно известно, что ты…- она не успела договорить, вдоль шеи прошелся ледяной палец, очерчевая контур. -Лучше опомнись, пока не поздно. Не забывай, с кем разговариваешь. — Шестой начал выходить из себя, венка на виске вздулась. Она так его раздражала, терпеть это становилось невозможно. Она была слишком похожа на него. Агата словила чужую руку за запястье, небрежно откидывая от себя она не могла признать, что от этого жеста коленки чуть не подогнулись. Ядовитый оскал разросся на ее губах. От этих метаний у нее нещадно болела голова. Нужно было либо разбить ее другому, либо…прижать ее к себе. -Я не понимаю тебя. — девушка снова выпрямилась, встречаясь с чужими глазами. Они затягивали. — В один момент ты хочешь вспороть мне глотку, часом позже заматываешь бинты и отгоняешь настырного урода. — левая рука легла на живот, ощупывая повязку. Та все еще ровно там, где была оставлена. — А затем вообще делаешь невиданное для тебя — ревнуешь. И только попробуй сказать, что это не так. — указательный палец с аккуратным ногтем появился на уровне носа. А Сказитель и не думал сопротивляться. Внутри была лишь растерянность. В нем правда есть такие эмоции? Если есть, то почему он их показал, откуда они вообще взялись, что за причина? И почему он рядом с ней испытывает эти странные чувства? Будто жар, озноб и сердечный приступ одновременно… Синие глаза не сходили с серых, они будто искали ответ в этой глубине. -Долго еще будешь во мне дыру жечь? Я говорю со Сказителем или бездушной куклой?! — она повысила голос, приближая свое лицо к его, всматриваясь в замерзшие озера. -Ты не представляешь, как чертовски права. Агата не успела ничего ответить, тело было припечатанно к стене, а на губы пал смазанный поцелуй. Сначала в ее голове была святая пустота. А затем появилась мысль: «Что происходит?» Нет, это было предельно ясно: Предвестники прижаты к стене, телам друг друга и чужие губы хаотично скользят по агатиным. Но почему? В ее светлейшей голове промелькнула хаотичная мысль: «Плевать почему.» Было сложно это принять, невероятно сложно, но она этого хотела. Она хотела губ, что касались ее, желала пальцев, что гладили тело, и жаждала раствориться в глазах, таких же синих и глубоких, как Бездна, неуловимых, как бурные воды Инадзумы. Агата не понимала причины, почему так рьяно жалась к чужому лицу, хваталась за напряженные плечи и сжимала волосы в руках. Не понимала, но шла дальше за этим моментом, желая раствориться в ощущениях. Тело, тепло, холод, ветер, электричество, рассеяное и тихо потрескивающее где-то на задворке сознания… Этого было много. Чужой язык скользнул в рот, когда Тень приоткрыла его интуитивно, пытаясь сделать вдох. Но дышать получалось только другим человеком. В груди появилось странное жжение, оно подстегивало действовать, тянуть, кусать, давить. От него Агата и оттолкнулась, отрываясь от двери. Шаги, у кого назад, у кого вперед, но в колени Сказителя врезалось изножие кровати, вынуждая сесть. Все еще мучая чужой рот, парень улыбнулся, языком проходясь по мягкому небу, понимая, что это доставит забавный дискомфорт, от которого избавиться будет трудно. Агата надавила на плечи, ощущая твердость мышц, что сопротивлялись, словно это обрежет момент. Нет, они оба надеялись, что это не закончиться. Они оба желали никогда не останавливаться. Уронив Шестого на матрас, девушка ощутила ладони на бедрах. Они легли туда так удобно, будто место было именно их. Легкие поглаживания, сменяющиеся мягкими щипками, кожа, что скользит все выше. Прохладные пальцы коснулись повязки под рубашкой. Она вдруг стала непосильной преградой. Синие и серые глаза встретились, сходя снизу вверх. В них немой вопрос, что не желает быть слетевшим с поалевших губ: «Можно?» Нет, это не неловко. Нет, это не неудобно и не является некой нежелаемой необходимостью. Синева горит, но где-то внутри она полна страха. Страха получить отказ, пощечину, гневный искры. Потерять то тепло, что именно сейчас заставляло кровь течь по венам, рукам греться. Но вместо ответа Агата лишь снова подалась вперед, врезаясь губами, чувствуя, что если бы не плоть, то зубы бы громко стукнулись. Язык скользнул по их кромке, обводя ровный край. Прохладные ладони скользнули вверх по талии, обходя бинт, обходя пару пуговиц, достигая затылка и переходя на подбородок. Пальцы сжались на кости, оттягивая вверх. Зубы чиркнули по нежной нижней губе, оставляя после себя солоноватый привкус. Груди обоих Предвестников стремительно взымались, хватая так нужный сейчас кислород, нужный, чтобы продлить этот момент, продлить это чувство. Желание. Сказитель поддел пуговицу чужой рубашки, обводя языком мелкую ранку после себя, мягко зализывая, извиняясь. Нет, не словами. Действиями. Камушек выпал из петли, открывая вид на конец глупого красного шарфа и выделяющиеся ключицы, так просящие, чтобы их разукрасили. И эта немая просьба была сразу выполнена. Им не нужно было слов, для понимания друг друга. И рука, что вплелась в волосы, но не пыталась оттянуть, лишь доказывала это. С влажными звуками Сказитель скользил вдоль тела девушки, на ходу расстегивая другие пуговицы, оголяя белье, повязку, что скрывала мягкий живот и мерзкую, подлую рану. Агата забрала свою руку с уже ноющего от натяжения чужого затылка и схватила чужой подбородок, снова впечатываясь в покрасневшие губы. Они оба были покрасневшие, в комнате стало даже жарко, но это исправит нагота. А вот слишком решительные действия партнера исправит только ласка. Перехватив ладонью запястье парня, что тянулось к застежке бра, Агата сомкнула пальцы на его ремне. Тяжелый выдох слетел через сжатые зубы. Сказитель не хотел отдавать контроль, он лишь сменил зону действия, стягивая шарф. Зрачки скользнули вверх по белёсой шее, на которой ярким предупреждением все еще выделялся след. Ха, возможно скоро он обновит его. Шелковые простыни под спиной Шестого не делали лучше, он лишь лип к ним сквозь тонкую ткань водолазки. Поставив привыше наслаждения свой комфорт, он сместил руки и сдернул с себя мешающую вещь, оголяя грудь. И Агата бы соврала, если бы сказала, что ее рот не наполнился слюной от этого, а сердце не остановилось на секунды, что синие глаза были закрыты, давая разгоряченному телу насладиться моментом прохлады. Он не прервался даже тогда, когда с подачи шаловливых рук, шляпа улетела на другой конец комнаты. Пока глаза были закрыты, руки Сказителя тоже проследили дорожку к поясу штанов Агаты. И она не стала мешать стянуть их с себя, оставаясь в нижнем белье. Синева, уже явившаяся миру, тут же вспыхнула ярче. Кончики пальцев проследили путь от ребер к тазовым костям. Было щекотно. С губ Агаты слетел легкий стон, глаза зыкрылись, поддаваясь на мягкую ласку. Грудь выгнулась колесом, а проворные пальцы сразу поднырнули под застежку, стягивая лиф и отбрасывая его в какую-то Бездну. Ну и ладно. Потом найдут. Сказителю не верилось в то, что происходит. Он либо беспробудно пьян и это его предсмертные галлюцинации, решившие быть в кое-то веке более добросердечными, либо Агата после его последней выходки, закрывшей глаза словно пелена желания, приложила его хорошенько об косяк и сейчас он униженно лежит прямо у двери своего номера. Да. Все именно так. Ну не может Агата сейчас смирно сидеть у него на коленях, давая в какой раз подняться и вцепиться то в губы, то в шею, и тающе поддаваться под касания, выгибаясь навстречу и очаровательно хмуря брови. Наверное это сон. Да. Точно. Но это мнение было быстро рассеяно, когда эта самая мягкая ладонь снова вцепилась ему в затылок и повалила назад, оседлав теперь бедра. Серые глаза, на его веку, никогда так не горели. Во время заданий, убийств, сражений и даже дружеских баталий с кем-то. Нет, сейчас они горят только для него, украшая вид еще и прекрасным телом. Соски ярко выделялись на груди, сама она вмещалась в прохладную ладонь идеально, так, будто была отлита из нее. Обведя мягкие бусинки, Сказитель улыбнулся, завидев прикрытые глаза и закушенную губу. Он с груди переместил ладони к девушке за спину, потянув на себя. Они чуть не влетели друг в друга лицом. И даже не появилось никакой неловкости, будто не они угрожали друг другу клинками, будто все шло, как должно. Мягкие пальцы одним движением стянули штаны вместе с бельем Шестого, он даже не успел ничего предпринять. А в серых глазах блестнула еще более яркая искра. Агата почувствовала щемящее чувство в груди, когда одна ладонь легла на чужую, а вторая сжала стоящий член и по лицу Сказителя пробежала волна, смывающая все напускное безразличие, серьезность в Бездну. С его губ сошел тихий всхлип, а тело дернулось, будто током ударило. Какой же он чувствительный. -Это твой первый раз? — вопрос сам по себе легко слетел с губ, когда синие глаза сильно зажмурились, а весь парень напрягся, когда ладонь двинулась вверх-вниз. Сначала зрачки не могли сфокусироваться, но моргнув, Шестой сквозь зубы почти прошипел: -Нет. Если тебя так удивила моя реакция, то…- дальше он не смог продолжить, снова почти подлетев на кровати. Агата обхватила ладонью головку, неумело потирая, оставляя ответный неозвученный вопрос висеть в воздухе. Сказитель поморщился: несмотря на естественную смазку, трение оставляло желать лучшего. -Тумбочка слева. — закрыв лицо локтем, он чуть улыбнулся ощутив щепок на бедре. У Агаты в животе плясали бабочки. Он такой спокойный, поддаётся, как никогда прежде. Ее сердце трепетало от власти, которую она получала и от доверия, что он ей давал. Девушка оставила смазанный след губами на чужом плече, прежде чем, не вставая с колен, перегнуться на другую сторону постели. Ящик шкафа открылся без промедлений, все содержимое вылетело на свет, ударяясь со стуком о стенку. -И много ли у тебя здесь таких интересностей? — Агата ловким движением выудила из комода то, что отдаленно было похоже на колбу с зельем. -Тебя интересует совсем не то, что должно. — голос Сказителя звучал одновременно насмешливо и разгоряченно. Да и он сам чувствовал, как не кровь, а накаленный свинец лился по его венам. Холодная рука дернула девушку за талию, возвращая в обратное положение. Бутылек со смазкой упал куда-то в шелковые простыни, что стали липнуть к коже обоих. Губы встретились не в поцелуе, нет. Это была настоящая борьба — укусы, засосы, царапанье, зажимание. Но в итоге это все сменялось влажными движениями языка, зализывающими все раны, что были получины. Но легкий привкус крови от этого не исчезал. Он наоборот лишь прибавился, когда Агата легким движением открыла бутылочку, щедро выплескивая содержимое на ладонь, и провела по члену снова, уже сопроваждая это тихим хлюпаньем. С губ Сказителя слетел резкий вдох, когда его сжали у основания, с силой скользя, обхватывая верхушку и обводя ее легкими движениями. Тень улыбнулась. Ей было в новинку иметь дело с такой высокой чувствительностью. Пальцы мягко скользили по коже, что уже готова была начать пульсировать. Подушечка большого провела поверху, смазывая капли и случайно пережимая в нужном месте. Голова Шестого откинулась на подушки, он чуть выгнулся, пытаясь самому скользить в ладони, но его бедра были прижаты к кровати другими. Не осталось ничего кроме звезд перед глазами, частого дыхания, воздуха с тяжелым хмельным ароматом и желания что-то сдавить. Агата чуть дернулась, когда чужие пальцы сжали ее бедра, но будто сразу опомнившись от того, как это было резко, расслабились, поглаживая места отпечатков. В отместку она ускорила темп одной рукой, второй оглаживая ребра и припадая губами к влажной разгоряченной шее, скользя поцелуями и легко посасывая. Сказителя уже трясло на кровати, он прижимал девушку настолько близко к себе, насколько позволяла кристаллические решетки их тел и повязка. Из его рта с короткими перерывами срывались томные вдохи, обрывочные выдохи и тихие стоны. Когда температура в апартаментах поднялась почти до критической отметки, как и желание либо потерять познание от удовольствия, либо сейчас же оттолкнуть, когда Сказитель задержал дыхание перед пиком, он почувствовал неестественное давление. Когда он открыл глаза, перед которыми все поплыло, то увидел Агату. Девушка хищно улыбалась, пережав член прямо под головкой, не давая закончить. -Нет, Скарамучча. Не сейчас. — она хихикнула, увидев, как темные брови сошлись на переносице, а веки гневно прикрылись. Предвестник понял, что с таким раскладом удовольствия он не получит никогда. Одним резким движением Агата оказалась на спине, выталкивая воздух из легких, сжимая пальцы уже на сильных плечах. Ладонь все же оказалась под поясницей, спасая от неприятного касания раны и поверхности. Горячее дыхание обдавало ее лицо, на лицо напротив же налипли мокрые прядки. -Ты думала, что будешь сама тут всем управлять? — теплая рука легла на ее грудь и сжала. — Не получится. — Сказитель улыбнулся, когда увидел, как Тень поджала губы, раздраженно вплетая свои пальцы в его волосы, потянула на себя, впечатывая в поцелуй. Агата закинула ноги ему на бедра, но ее перехватили ладони, проявляя гибкость Предвестницы, укладывая их на плечи. Боли в пояснице не было, рана оставалась в сохранности, будто ее бережно защищали от возможных увечий. Тонкая бровь взметнулась вверх, а сердце Агаты забилось быстрее. Где-то за балконной дверью, окном, глубокой пеленой воздуха и шелковым балдахином кровати прошли люди, громко и развязно разговаривая. Сказитель цикнул, подаваясь вперед, теперь и грудью вжимаясь в агатину, провел губуми по краю ее уха, прошептал: -Не слушай. Слушайся. — он оскалился, ведя пальцыми по коже, затем и языком, обводя дорожки прямо вниз. Коснулся груди, оставляя легкие поцелуи вперемешку с вязкими укусами. Скользнул вниз, совсем вниз, почти выскальзывая из-под нее, по уперся ключицами в изножие, не оставляя. -Что ты… Ст… — Агата не успела договорить, ее прервал тихий стон, сорвавшийся изо рта. Предвестник прижал руку к ее промежности, чувствуя горячую плоть. Он улыбнулся и одним движением стянул белье, чуть разводя белые колени. Агата не могла на это влиять, она сжала колени еще сильнее, не давая доступа. Теперь уже две руки на ней, он не действует, лишь ждет, вопросительно подняв бровь, стараясь унять загнанное дыхание и пульсацию где-то внутри. Агата сделала один незаметный глубокий вдох и расслабилась. Это то, чего она хочет. Нет, она это желает, ей это нужно. Пальцы скользнули по внутренней стороне, мягко щекоча. Девушка дрогнула и Шестой медленно развел ее ноги. Агата хотела верить, что она не покраснела, когда Сказитель посмотрел сначал прямо перед собой, одновременно со взглядом перемещая пальцы, но когда ее глаза встретились с синими, она почувствовала, что ее лицо дико печет. -Расслабься. — поцелуй, оставленный на мягкой коже стал последним, перед тем, как Агата почувстовала влажное тепло и вся вскинулась вверх. Голова Сказителя была прямо между ее ног. Сейчас Шестой Предвестник Фатуи лежит у ее ног, стараясь вознести на пик удовольствия. Движения его языка не были быстрыми, нет, они были глубокими и горячими, от каждого перед глазами рассыпались белесые искры. Агата нежно вплела в его волосы руку, не прижимая к себе, стараясь лишь не лишиться сознания, ощущать что-то материальное, потому-что ее собственное тело уже не казалось таким. Когда соски оказались зажаты между пальцев, а язык мазнул по какой-то особой точке, Агата даже не успела ощутить неприятный холод и ощущение проникновения. Сказитель ввел в нее один палец, шаря по внутренним стенкам. -Архонты… Ты такая горячая. — он прошипел это прямо на ухо, резко преодолев не большое, но такое значимое пространство, скосив взгляд и ловя смущение, перемешанное с наслаждением. Агата не могла ничего ответить на эту дерзость. Слишком хорошо. И внутренняя и внешная стимуляция руками доставляли слишком много удовольствия. Ощутив напряжение, Сказитель снова хмыкнул и прижался ртом к ее промежности. Он ощутил, как сжимаються мышцы, пальцы в волосах и ноги. В одну секунду он дернулся, хотел отстраниться. Она не дала ему закончить, так почему?.. Но он не смог. Его голова оказалась зажата крепкими бедрами. Парень поднял растерянный взгляд наверх, где его встретила ухмылка, закатившиеся глаза и протяжный стон. Тень под ним резко расслабилась. Улыбнувшись своим мыслям и маленькому плану мести, что промелькнул в них, Сказитель ввел в девушку второй палец, разводя их в стороны, подготавливая. Она снова вздрогнула под ним, ощутив новую волну, но более слабую. Агате понравилось. Ей очень понравилось. У нее перед глазами еще никогда не блестели такие искры, даже от ново заточенного ножа. Это был какой-то новый уровень удовлетворения. Ее грудь покрылась испариной, она развела ноги, выпуская Предвестника из этого «капкана». Сказитель хотел было выдать что-то едкое, но перед его глазами всплыло лицо, преисполненное удовольствия. Ему вдруг очень резко перехотелось дерзить. Слишком красива она была. Он лишь сыто улыбнулся, принимая обычное положение на кровати, но повернул голову к Агате. Она тяжело дышала прикрыв глаза. Ему стало интересно: что же сейчас в ее голове? Она жалеет? Может быть она сейчас встанет, соберет вещи и сбежит? А как же нож, она и оружием может воспользоваться… он чуть дрогнул. Но она лежала. Агата не жалела. Агата не планировала уходить. Агата расчитывала еще на один раунд, но уже с другими правилами. Когда Сказитель было подумал, что она отключилась и обеспокоенно провел рукой по ее плечу, Агата немедленно вздернулась и снова оседлала его бедра. -Ох…- парень вздрогнул от неожиданности. — Я уже подумал, что ты умерла тут от удовольствия. — зубы чуть оголились от улыбки. Он не мог показать, что его руки чтуь ли не начали трястись от волнения. -Но признай, все же мы играем по моим правилам. — Агата провела ногтем по белой груди, оставляя красноватый след. Смешок разрезал плотную тишину, убирая все примеси кроме желания, страсти и…чего-то еще, что царит в воздухе. Не царит, пархает. Как бабочка. -Ладно, хватит слов…- Агата провела ладонью по низу живота парня, сжимая основание члена. Он сдержал глубокий вдох. Агата считала, что была достаточно растянута. Покосилась в сторону бутылька, думая, будет ли достаточно влаги. Ее взгляд перехватила рука, протянувшая смазку. Сказитель считал, что ее мнение будет чуть полезнее в планах ее же физиологии. Агата кивнула и капнула на головку, размазывая по всей поверхности. Аккуратно присела, почувствовала горячую плоть, прижимаюшуюся к ее. Медленно. Пространство разрезали тихие стоны, когда Агата сидела уже на половине, судорожно сжимаясь. Взяв на себя чуть инициативы, Сказитель немного резко толкнулся вверх, вызывая болезненной шипение и шепот: -Скарамучча…- он тут же замер, как и его грудная клетка. Она назвала его по имени, пытаясь остановить, когда ей больно. Что это могло бы означать? Она?.. Мыслительный процесс остановился, когда движения продолжились, руки уперлись ему в грудь. Свои же парень пристроил на бедрах, мягко поглаживая. Испытав легкий отпечаток боли на задней подкорке мозга, Агату полностью накрыло наслаждение. Ее будто убивало это удовольствие, давление и касания. Она смещалась вверх-вниз, судорожно хватая воздух, ее руки начинали трястись от постоянного напряжения, но эта волна была так близко, она уже готовилась быть накрытой с головой… Приметив, что Агата уже не выдерживает, Сказитель взял все на себя. Они оказались снова перевернуты, та же позиция, только фиолетовая макушка торчит между изгибом шеи и плеча. При первом же движении с нежных, таких сладких губ сорвалось: -Скарамучча…- и только от одного своего имени он был готов биться в экстазе, от того, с каким придыханием оно было сказанно и как сильно его при этом сжали внутри. Перед глазами мелькнули звезды, те самые, не поддельные, и он не медлил. Входил глубоко, не медленно и не быстро, подбирая лучший для нее темп, стараясь доставить ей удовольствие, не себе. Ресницы трепетали, руки шарили по кровати, но не найдя ничего лучшего, она притянула его к себе широко открыв глаза. Синие встретились с серыми, как и губы в поцелуе, языки в танце, а голоса слились в стоне. Они не могли дергаться потому, что были просто напросто соединены, находили утешение лишь в касаниях, засосах, скольжении и поглаживании. Только так они могли справиться с тем, что на них свалилось, в том числе удовольствием. Ощутив на горячей коже прохладный мондштадский ветер, Агата отмерла. Она ощутила на себе теплый взгляд. Отметины местами покрывали их тела, обоих. Присваивая ли себе? -Ты… — но хриплый голос оборвался. Сказитель не посчитал нужным заканчивать предложение. «Ты такая красивая». Одеяло укутало обоих, спасая от холода, мыслей, действий и других. Здесь были только Агата и Скарамучча, не Шестой и Седьмой Предвестники Фатуи. Они будут там, дома, в Снежной. Сейчас же эти личности здесь, в Мондштадте, городе, срезающем маски. И здесь Скарамучча и Агата являются самими собой, не титулами и действиями. Людьми. Каждый. Синие глаза сверлили серые, утопая в них. Это был не рай, это была Бездна. -Так кто из нас победил? — его голос стал чуть хриплым от стонов. Таким волнующим. -Мы оба выиграли. — Агата улыбнулась. Она не жалела. Это было в миллионы раз лучше, чем она ожидала. Скарамучча тоже. Они никогда не забудут этот момент. Синие глаза закрылись, как и серые. Оба провалились в Бездну, но не ту страшную. В ту, где все спокойно и хорошо.