Черничное мороженое

Конечно, Петербург – город экстравагантный. Как и его жители. И поэтому здесь можно часто увидеть на улице что-нибудь экстраординарное, но вот мусоровоз на Дворцовой площади – это что-то новенькое. Оглядев неустойчивую конструкцию в виде разбитой плитки, мусоровоза и помятой под ним машины инкассации, я ухмыльнувшись, отпила кофе из пластикового стаканчика и продолжила свой путь в сторону главного здания МВД. Конечно, здания нашего отдела полиции выглядит шикарно, начиная от облицовки в стиле классицизма и заканчивая живописными колоннами внутри. Вот бы ещё эту красоту не портили неумёхи, называющие себя полицейскими, а на деле умеющие только булки жрать и неуклюже шутить. Но о наших «доблестных полицейских, каждый день жертвующих своей жизнью» можно сказать ещё очень много лестных слов и написать про моих коллег целую поэму. А вот про начало моего рабочего дня можно сказать кратко: скандалы, интриги, расследования. Хотя, начиналось всё, как обычно. Я, цокая ботинками на высокой подошве, вошла в здание. На этом моменте я поймала на себе несколько взглядов, либо направленных на мой чёрный, кружевной топ, который еле прикрывала фирменная косуха того же цвета. Либо же направленных на мои джинсовые шорты, оголяющие ноги. Хорошо, что хоть братец опаздывает, а то ему не всегда по вкусу мои наряды. Ну, а что? Он хочет, чтобы я такой же картуз, как у него надела и ходила только в широких джинсах? Извольте, я на такое не подписывалась. - Ооо, Гром-младшая пришла, – присвистнул один из полицейских, комментирую моё появление. - Аля, а ты решила наверстать упущенное? – перевёл на себя внимания главный стендапер. Знакомьтесь, Костя Цветков – человек, который думает, что может шутить, но так ни разу этого и не доказал. – По клубам в студенчестве не находилась? - Это у меня комар возле уха летает или Цветков опять пытается говорить? – риторически спросила, направив свой взгляд в другую сторону от парня. На мою реплику пара десятков полицейских издали смешок, за что Цветков грозно посмотрел на них. Правда, получилось это у него из рук вон плохо. – А, или ты пытался пошутить? Я сняла солнцезащитные очки (которые к слову были без надобности в дождливом Питере, но имидж – это имидж) и уместила их на голове. - Тебе, Костик, в стендап надо было, что ж ты в полицию пошёл? – спросила у Цветкова я, пытаясь установить с ним зрительный контакт, но тот умело отводил взгляд. – Хотя, ты и здесь людей смешишь своим видом неуклюжего полицейского. Полицейские перешёптывались и открыто смеялись, из-за чего начинали выбешивать Цветкова. Он исподлобья посмотрел на меня, на что я открыто ухмыльнулась. - Ха-ха, очень смешно, - саркастично ответил Костя. - Вот видишь, Кость, как люди должны шутить. Я шучу – тебе смешно. Всё на своих местах, - развела руки в стороны я и не отводя взгляд от парня, прошла спиной пару шагов в направление кабинета Прокопенко. – Правда, к твоему глубочайшему сожалению, в этот раз я не шутила. Словив ещё один обиженный и даже разгневанный взгляд Цветкова, я развернулась к нему спиной и прошла вперёд. Вспомнив о всеобщей традиции, я достала из кармана пятитысячную купюру и положила её на соседний стол. - Понеслась! – сказал кто-то из полицейских, пока я поднялась в кабинета генерала-полковника. Постучав в дверь и не услышав ответа, я решила сразу зайти. – Здравствуйте, Фёдор Иванович. - Явилась, - сказал Прокопенко, закрывая ноутбук. – Ну, здравствуй, здравствуй. Рассказывай, теперь. - Что рассказывать? – сделала непонимающий вид я, параллельно садясь за стол. – Если вы интересуетесь, как я провела сегодняшнее утро, то мой ответ – прекрасно. Оказывается, что неподалёку от сюда открылась кофейня. Круассаны там отвратительные, а вот эспрессо очень даже. - Ты мне зубы не заговаривай, - прервал мой рассказ Фёдор Иванович. – Я тебя спрашиваю о том, какого чёрта ты вчера пошла брать этого барыгу в одиночку? - А вот у меня вопрос, какого чёрта это дело оказалось у Москвы? – сложила руки в замок я и положила их на стол. - Потому что они пасли эту рептилию уже полгода и решили её взять, - дал новое прозвище криминальному авторитету Прокопенко и показал на меня. – А ты без моего разрешения, решила прихлопнуть его мало того, что в одиночку, так ещё и не обладая о нём никакой информацией. - Так я эту информацию и пыталась добыть, а Москва мне всю малину обломала. Я бы этого Змея прихлопнула уже через пару часов и с весомыми доказательствами. – жестикулируя руками, пыталась объяснить генералу-полковнику я. - Альбина, вот твоя самодеятельность… - начал говорить Прокопенко, но был прерван вошедшим Игорем. - Здравствуйте, Федор Иванович, - сказал мой братец и кинув взгляд на меня, вскинул брови. – Ты то здесь, что забыла? - И тебе доброе утречко, любимый братик. – вздохнула я и протянула руку для пожатия. Игорь быстро ответил мне и сел на против. - Так, вся семья в сборе, - сказал Фёдор Иванович и обратился к Игорю. – Теперь ты мне расскажи, что ты там вообще делал, у тебя сегодня выходной, что ты туда в одиночку полез? - Да, какая разница, я же справился. – спокойно ответил Игорь, пока я сидела не понимая из-за чего весь сыр бор и когда это мой братик успел накосячить. - Справился? – вздохнул Прокопенко. – Ты там всю дорогу разворотил. Там ремонт только на десять миллионов. - Ну так её всё равно каждый год заново выкладывают, - продолжил Гром-старший, а я начала понимать, что по-видимому та инсталляция на Дворцовой – его рук дело. – За наши с вами деньги, между прочем. - Да? – спросил Фёдор Иванович, на что Игорь утвердительно ответил. После этого Прокопенко окончательно вскипел и взяв рядом лежащую папку, со всей силы ударил её об стол. – Да ты знаешь, что ты этим весь отдел этим подставил! – теперь генерал-полковник, обратился ко мне. – И ты тоже! Весь отдел. - Фёдор Иванович, я всё просчитал, - перевёл стрелки на себя Игорь. - Счетовод хренов. Всё просчитал он, - повторил за Громом Прокопенко и кинув взгляд на меня продолжил. – Вы кто, супергерои что ли? Достали вы меня оба, вы у меня вот здесь! – приставил руку к горлу Фёдор Иванович. – Табельное мы не носим, инструкции не соблюдаем, на последствия нам плевать. Слегка остановив свой пыл, Прокопенко оперся об край стола и продолжил: - Я вот не понимаю, чего вы оба добиваетесь? Доказать, что вы круче всех? - А что, разве ни так? – вопросительно вскинула бровь я. - Мы по одиночке делаем больше, чем весь отдел вместе взятый, - добавил Игорь, кинув на меня взгляд а-ля: «Почему это я попала с ним под одну гребёнку супергероев и крутых людей». - Да на хрена, на хрена вы это делаете, - поставил руки на спинку стула Прокопенко. – В команде надо работать, а вы всё время в одиночку на рожон лезете. Ладно бы вы хоть вдвоём работали, а так только я потом ваши жопы прикрываю. - Но это же в ваших интересах. Без меня, - начала говорить я, но почувствовав на себе взгляд Игоря, поправилась. – Без нас раскрываемость ниже плинтуса упадёт. - Так давайте, увольтесь, увольтесь оба, и мы сравним. - взъерошился Прокопенко и протянул нам листы бумаги. – На, пишите. Взяв в руки бумагу и ручку я пробежавшись глазами по листу, начала заполнять, заметив, что Игорь выглядит на много беспокойней меня, хоть и отчаянно скрывает это. - Прошу уволить меня из органов внутренних дел, по собственному желанию, - начал диктовать Фёдор Иванович, перебирая какие-то бумаги. – Прошу лишить меня всех офицерских званий от рядового до майора, пишем, пишем, дата, подпись. Закончив с заполнением этой бумажки я и Игорь почти одновременно положили заявления с удостоверениями перед Прокопенко. Через пару минут мы, как говориться «громко хлопнув дверью», вышли из кабинета. А тут ещё Костя стоит, ухмыляется, зараза такая. Пройдя пару шагов вперёд, я услышала недовольный вой Цветкова вместе со всем отделением. Обернувшись, я поняла, что по-видимому Прокопенко заявления выбросил. - Ух, вечер перестаёт быть томным, - процитировала я, персонажа одного советского фильма. Легонько постучав по плечу Игоря, я сказала. – Можешь забрать деньги себе, хоть продуктов себе купишь. На мою фразу Игорь ухмыльнулся и проводив взглядом, не последовав моему совету, отдал деньги какому-то пенсионеру. Тоже верно, поступил, как Робин Гуд. После этого цирка с Цветковым и Прокопенко в главных ролях, я, из-за отсутствия дел в отделе я направилась по не менее важному для себя делу, чем приход на работу. По идеи меня можно сравнить с Шерлоком Холмсом – я высокоактивный социопат. И мне контакты с людьми даются, конечно, лучше, чем Игорю, но они мне не всегда приятны. Но на каждого Шерлока должен быть свой Ватсон, не так ли? И он был, точнее она. Саша Юсупова – журналистка из одного небезызвестного издания. Она была хорошим информатором и, возможно, даже хорошим другом. Полгода назад она погибла, разбилась в автокатастрофе вместе с мужем. Но её сын остался тогда жив. Это был мальчик по имени Женя. Он – восьмиклассник, с каштановыми волосами и ярко-зелёными глазами. Боже, как же сильно он похож на свою мать. Парня сейчас отправили в детский дом «Радуга», где он часто показывал свой характер. Но об этом позже. Сегодня я решила навестить парня и пришла сюда. Не найдя его в жилом корпусе, я направилась в главный холл. Здесь было вполне светло благодаря панорамным окнам, а красок помещению добавляли развешенные на стенах лозунги и бегающие вокруг дети. Юсупова я заметила в дальнем углу коридора, разговаривающего с каким-то парнем. Его собеседник стоял ко мне спиной, и я смогла рассмотреть только его рыжие патлы волос и солидный наряд - белая рубашка, чёрные, идеально сидящие брюки и кроссовки с каким-то незамысловатым рисунком. - Жека, - крикнула я, подходя к Юсупову. Но, как бы я не хотела адресовать фразу именно ему, на неё обернулся другой парень. «Либо у меня глюки, либо это и правда она, - пронеслось в голове парня. - Да нет же, это точно она. Её голос, её черты лица и даже её взгляд. Да, он изменился и стал более серьезным, но за ним все равно скрывалась та самая Альбина». Секундное осознание, сердце пропускает пару ударов, время во круг останавливается и остаются лишь его глаза на против. Но, нет, не может это быть он? Вдох, выдох, я подхожу к Юсупову и даю ему «краба», не теряя зрительного контакта с Разумовским. - Здорово, - ответил без энтузиазма парень и заметив мои переглядки с компьютерным гением, продолжил. – Аля, познакомься, это... - Сергей Разумовский, - продолжила вместо парня я и натянув улыбку, протянула Разумовскому руку. - Рада встречи, Сергей, мы давно с вами не пересекались. - А вы знакомы? - удивленно спросил Юсупов, пока мы обменялись рукопожатием с Разумовским. Его рука была слегка влажной от волнения, но это он отчаянно пытался скрыть. Но от моего цепкого взгляда эта деталь скрыться не смогла. - Да, мы общались лет шесть назад, не так ли? - обратилась к Сергею я, пытаясь держать верх над эмоциями и чувствами. А кто-то говорил, что время - лечит. Как оказалось, это чистая ложь. Вот стою я, живое доказательство - последний раз я видела Разумовского много лет назад. Я любила его тогда, в прошлом. Но вот прошло шесть грёбанных лет и ему стоит просто появиться в этом коридоре, чтобы заставить меня подбирать слова и пытаться успокоить бешеное сердцебиение. - Да, кажется столько, - поддакнул мне Разумовский, чувствуя себя даже хуже меня. - О, так вы старые друзья? - вскинул брови Женя, взглянув на меня. - Можно и так сказать, - посмотрела на Юсупова я. - Жек, давай ты сейчас пойдёшь к себе в комнату, и через пару минут я приду к тебе. - О’кей, - кивнул мне парень и пошёл в сторону жилых помещений. - Старые друзья, вот как сейчас это называется, - ухмыльнулся Разумовский, когда Юсупов скрылся из виду. - На самом деле нас можно охарактеризовать, как старых знакомых, не больше. - отвела взгляд в сторону я. - А что делают старые знакомые при встречи? - слегка улыбнувшись спросил Серёжа. Я отзеркалила его действие и уцепилась за одну мыслью своей голове: «Он не Серёжа, он Сергей мать его Разумовский, заруби себе на носу, Гром!» - Спрашивают друг у друга, как дела и чего они добились, - начала перечислять я. - Ну и как у тебя дела, чего добилась? - легкомысленно спросил Разумовский, хоть мы и оба чувствовали витавшее в воздухе напряжение. - Это долгий рассказ, может быть в другой раз, - попыталась уйти от ответа, а уж лучше и от Разумовского в целом, я. - Может тогда мы сегодня где-нибудь встретимся и обсудим? - выгибая пальцы рук, спросил Разумовский. Тем временем мой телефон прислал уведомления и перевернув устройство вверх, я прочитала: «Приедешь сегодня на ужин? Игорь тоже должен быть». Сие мэседж мне прислал Прокопенко, чем избавил меня от необходимости врать. - Увы, сегодня я занята, давай потом. - протараторила я, не отводя взгляд от экрана, хоть и в этом не было необходимости. Всё-таки собравшись с силами я посмотрела в глаза Сергею. - Ладно, мне пора. Меня ждут. - Да, конечно. Пока, Аль. - ответил мне Разумовский, переминаясь с ноги на ногу. Я лишь кивнула на прощание и направилась в жилой корпус. Я горем по полам найдя там 205 комнату, я чуть ли не влетела в комнату Жеки, но мой пыл остановил голос парней неподалёку. - Слышь, а это к нашему Графу пришли, - исковеркал фамилию Жени, какой-то блондин. - Чё, забрать его хотят? – отозвался его рыжий друг, имеющий худощавое телосложение. – Тьфу, даже года здесь не продержался. Послушав диалог парней и не найдя в нём ничего интересного, я всё-таки вошла в комнату. Положив свою сумку на тумбочку, я заметила, что парень сидел на кровати читая что-то в телефоне. - Конечно, разговоры тут, мягко говоря, больше похожи на сплетни бабушек на лавочки. - прокомментировала услышанное я, из-за чего мальчик поднял на меня глаза. Поняв, что под напором его проницательного взгляда, я долго молчать не смогу, я решила перевести тему. - У тебя здесь как-то душно. Я открою окно. Быстро преодолев расстояние от кровати Жени, стоящей в дальнем углу, до окна, я попыталась расправиться с оконной рамой. Но из этого ничего толкового не вышло. Я уже хотела воспользоваться фирменным методом моего брата (правда, он использует его с дверьми), но Жека быстро подбежал ко мне и помог открыть форточку. - Надо же, какая сложная система, - восхитилась функционалом окон, хоть и была в этой теме, как говориться «ни в зуб ногой». - Альбин, ну хватит. – сказал Юсупов и поправив один из своих многочисленных браслетов на правой руке, сел на подоконник. Я повторила его действие, пока он вытащил из кармана пачку сигарет. – Будешь? - Не знала, что ты куришь, - вскинула бровь я, но всё же взяла в руки сигарету. Конечно, она была очень дешёвая и норовила рассыпаться буквально в руках, но в молодости и не такую шнягу приходилось курить. - Я тоже раньше не знал, - ухмыльнулся он и поджёг зажигалкой сигареты. Прикурив её, я глянула на парня. Он стал другим, повзрослел, теперь напоминает меня в своё время. Когда родители погибли, я выглядела примерно так же, как он: хамила, курила, а синяки под глазами стали обычным явлением. Хотя, сейчас мало что изменилось. - Зачем ты здесь? – выдохнул дым в форточку Юсупов. - Всмысле? – переспросила я, слегка сощурив глаза. - На хрена ты сюда приходишь? – буквально выплюнул фразу Женя. – Чего ты добиваешься? - Я просто тебя навещаю, - ответила правду я, слегка наклонив голову. - Навещаешь, - Ухмыльнулся Женя. - Люди не умеют что-то делать просто так, тебе ли этого не знать. - Не смей разговаривать со мной в таком тоне, не до рос ещё, - стиснув зубы проговорила я. - А в каком таком тоне? - сузил брови Юсупов. - Я нормально с тобой говорю. Так и должны говорить с людьми, которых интересуют только деньги. Я же тебе нужен ради пособий? - Эти так называемые пособия - гроши. А я хочу помочь тебе по доброте своей душевной. - взмахнула правой рукой я. - Хуйню не мели тут, - встряхнул головой парень, от чего его русые волосы разлохматились. - Души нет, это лишь религиозное понятие. - Значит, Бога по-твоему тоже нет? - попыталась перенаправить диалог в другое русло я, ведь спорить с Юсуповыми - это хуже, чем с Игорем. - Будь он, он бы не допускал такого, - ответил парень, намекая на случившееся с его родителями. Женя одним движением вскочил с подоконника и встал в полный рост. - А ты можешь больше не приходить, мне подачки не нужны. Сам справлюсь. - Поверь, я сама разберусь что мне делать, - сказала в ответ на дерзость парня я. Юсупов широким шагом вышел из комнаты, даже не затушив сигарету. Опрометчиво. Увидь его сейчас в коридоре воспитательница, то ему не поздоровиться. Я опёрлась о стенку и медленно выдохнула дым сигареты и углубилась в рефлексию. Нет, конечно, мальчика можно понять. Я и сама была такой же, но в этом вся и загвоздка. Ведь я понимаю, что если бы меня тогда кто-нибудь трогал, то я отвечала бы и похлеще. Поэтому как добиться благосклонности сына Юсуповой, я была без малейшего представления. Но ведь должен быть хоть какой-то выход? Меня Саша прокляла бы, узнай, что её сын остался в дет доме. Эх, думай, Аля, думай!