Экстрим для альфы или как принять роды в полевых условиях

POV Рейвен - Если я развод выберу, ты ведь навсегда из моей жизни исчезнешь? Как всегда проницателен. Это даже пугает порой. Делаю очередной глоток обжигающего чая, и только после этого отвечаю: - Да. - Так просто? После всех признаний и уверений вычеркнешь из жизни меня и Дори? - Нет, - из-за проницательности собеседника я не лгу и не прибегаю к недомолвкам. Лучше сразу все решить, чем юлить, выигрывая время. От этого будет только больней. – Сначала забьюсь в какую-нибудь нору, и с месяц буду там упиваться до невменяемого состояния. Дольше родные не позволят. Я ведь уже упоминал, что у меня большая семья? – уточняю, и, получив кивок в подтверждение, продолжаю, - Они меня из-под земли, если надо, достать смогут, а достав – тут же обеспечат персональный Ад. Угрозами, мольбой, слезами или же криком меня будут еще с полгода в человеческий вид приводить. Сначала буду сопротивляться, а потом – научусь, как и мой вдовствующий двоюродный дядя улыбаться восковой улыбкой и правдиво лгать, что все хорошо. - Так сильно любишь? – забрав у меня чашку, Перчик отошел к окну. От меня ждали ответа. Подсказки, благодаря которой он смог бы принять окончательное решение… А я молчал. Жестоко, но он должен сам принять решение. Моя же участь – смиренно принять его. - Молчишь? - сжимаю руки в замок, не зная чем их занять. - … И правильно делаешь, потому что мне-то как раз есть что сказать!! - нарушив затянувшуюся было тишину, Кайенн уселся напротив меня. – Сам видишь – я не типичный омега. Не красавец. Высокий, не утонченный. И характер у меня не сахар. Профессию нормальную получить хочу, чтоб самому деньги зарабатывать, а не у мужа на шее сидеть… - Ты ребенка не упомянул, - подсказываю, против воли улыбаясь. - Я к этому факту еще не дошел, - мило надуло губки это чудо. – Опять же, вместо одного отца ты получишь троих. И характер у них, заметь, один другого гаже… - Четырех, - поправляю. – Ты Марка забыл. - Не-е-е, Марк скорее папа, чем отец, - по детски подперев щеку ладонью, поправил меня Кайенн. Киваю в знак согласия. Такие уравновешенные и сердобольные люди даже среди омег редкость, а уж для бет – и вовсе исключение из правил. - Но мы отвлеклись, - напоминаю, не позволяя себе расслабляться. – О том, что у тебя семья большая; характер скверный и дочурка милая в придачу мы выяснили. Это все или есть еще что-то, чего я не знаю? - Но ты меня все равно любишь? - Люблю. - И хочешь прожить со мной всю оставшуюся жизнь? - Хочу. - Ты – сумасшедший, - получаю диагноз. – Вокруг столько нормальных омег, а тебя заклинило на дефектном… Договорить эту ересь я ему не позволил, встряхнув за плечи так, что у бедняги зубы клацнули. Вот же чушь несусветная! Как у него только язык повернулся такое ляпнуть??! - Не смей о себе так говорить!!! – рычу, притянув его за шкирку к себе. - Ты красивый, сильный, добрый! И то, что ты не похож на современных манерных плоскодонок только плюс для меня! И если ты еще не понял – то Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!! Люблю таким, какой ты есть! Со всеми недостатками! И Дори для меня, что родная!! Помнишь, на днях мы в парке гуляли, и какой-то малыш ей цветочек подарил? Будешь смеяться, но я уже тогда представил, как буду ухажеров ее в будущем со ступенек спускать. Даже пожалел, что у нас всего два пролета, да и те зарешечены. А ты говоришь – ущербный… - Дефектный, - поправили меня тихим шепотом. - Да без разницы!! Все равно для меня ты самый лучший. - Значит, состариться вместе со мной, ты все же согласен… - Сейчас стукну! – обещаю на полном серьезе. - Не посмеешь, за такое тебя мои опекуны прибьют! - Не прибьют! - При… хотя, - видимо, припомнив недавнее побоище, омега призадумался. И если судить по тому, как при этом он бровки нахмурил – ничего хорошего мне это не предвещало. Чтобы отвлечь – целую упрямо сжатые губки, и, о чудо, мне отвечают. Даже совестно как-то стало за то, что я наших горе-сводников так избил. Надо будет извиниться перед ними. Когда-нибудь… При случае…. ====================================================== Месяц спустя… Не буду я ни перед кем извиняться. Много чести! Они и так за мой счет нехило повеселились! Закончив избивать ни в чем не повинную подушку, устало растягиваюсь на диване. Настолько измотанным я в последний раз был, когда помогал старшему брату с его воспитанниками возиться в летнем лагере. Я тогда еще думал, что помру, но, как оказалось, быть рядом со своей парой во время течки, и не иметь возможности прикоснуться – во сто крат хуже оравы малолетних искателей приключений на пятую точку опоры. Нет, началось все очень даже радужно. На мои поцелуи он отвечал с охотой, и даже позволял невинные шалости вроде нежных покусываний ушек или объятия. Вот только это было обманчивое затишье перед бурей. В этом я убедился уже через неделю, попытавшись перевести отношения на новый уровень. Таким напуганным я рыжика еще не видел. Он дрожал, отбивая зубами чечётку, но все равно упрямо твердил, что все нормально. Что я могу продолжать… Ага, словно я извращенец или маньяк какой. Пришлось, объяснять, что мне такие жертвы с его стороны и даром не нужны, а потом еще полночи успокаивать расчувствовавшегося омегу. Ну а на утро, у Кайенна, по закону подлости, началась первая после родов, полноценная течка. И теперь уже я начал от него шарахаться. Это изнуряло. Не раз хотелось сдаться… Да и страстные стоны моей пары не прибавляли стойкости… Вернее очень даже придавали, но не в том месте где надо. Останавливало только то, что поддавшись инстинктам, я бы уподобился тем ублюдкам. Вот и держался. Сначала – из чистого упрямства, а как стало совсем невмоготу,- все же я молодой, здоровый Альфа, - неожиданно помог доктор Фрост, снабдив специальными таблетками и целым ворохом игрушек для взрослых, половину из которых я видел впервые. Поняв, что именно лежало в миленьком розовом пакете с забавными рисованными спаривающимися зайками, я едва еще раз не подкорректировал шутнику лицо. Но потом, когда выяснилось, что это очень даже нужные вещи, гнев был сменен на милость, и уже на следующее же утро после первого с успехом опробованного агрегата доку в благодарность была отослана бутылка лучшего виски. От дальнейших раздумий меня отвлек тихий зов рыжика. Забросив многострадальную подушку куда-то в сторону прихожей, плетусь на кухню за очередной дозой успокоительного и только после этого - в спальню. Малыш… Его глаза еще затянуты сонной пеленой. Волосы – взъерошены… Такой милый и желанный. Касаюсь приоткрытых губ мимолетным поцелуем. Слегка прикусываю нижнюю. Шепчу: “Люблю - в ответ на тихий стон, и слышу полное желания: - Рейвен!.. " - Сейчас, милый. Отвлекая Омегу пока еще невинными ласками, одновременно пытаюсь достать из нижнего ящика тумбочки очередную неопробованную "игрушку". На этот раз улов составила светло-розовая, почти прозрачная цепочка анальных шариков с впаянными в силикон алыми сердечками и розочками, а значит – сегодня у нас в программе классика. Вскрыв упаковку, в который раз задаюсь вопросом, сам док покупал эти игрушки или заслал за ними какого-то провинившегося бедолагу. Скорее всего, второе, хотя… Призадумавшись – отвлекаюсь, чем тут же пользуется рыжик, ощутимо цапнув меня за ключицу. - Рейвен!.. - Сейчас, малыш, - шепчу в который раз. Из одежды на нем лишь моя рубашка, которая больше подчеркивает, чем скрывает соблазнительные изгибы столь желанного тела. Усиливая и без того пылающую страсть. На миг, поддавшись порыву, жадно целую покорные губы, отстраняясь лишь тогда, когда у обоих заканчивается кислород в легких. Наконец-то он мой! Пресекая попытки обнять, спускаюсь вниз. Прокладывая дорожку из мимолетных поцелуев от виска. Вдоль шеи. Ключицу. Задерживаюсь на груди, чтоб уделить должное внимание дерзко торчащим розовым соскам. По опыту я уже знал, Кайенну нравится, когда их нежно посасывают или вылизывают. А вот покусывания он не любит. Вдоволь наигравшись, продолжаю путь вниз. Вдоль ”блядской дорожки”, параллельно щекоча бока ладонями. Малыш в ответ хихикает, забавно морща носик, но отстранится, как поначалу было, не пытается. Добравшись до половых органов – лишь обдаю их горячим дыханием и сразу переключаюсь на внутреннюю сторону бедра. Слегка покусываю нежную кожу и тут же зализываю следы. Доведя омегу столь не хитрыми ласками до исступления, когда он только и мог что скулить, будучи не в силах озвучить свои желания, возвращаюсь к позабытым на время анальным шарикам. Не встретив сопротивления, легко укладываю его животом на одну из многочисленных подушек, и только после этого сосредотачиваюсь на той части тела, которая давно уже жаждет моего внимания. Раздвинув полушария, слегка надавливаю на тугое кольцо мышц. При таком обилии смазки, он легко примет меня даже без предварительной подготовки, но я предпочитаю не торопиться. Задрав рубашку, целую его спину вдоль позвоночника, ласкаю и разминаю податливое тело, и только убедившись в том, что малыш полностью расслабился - ввожу шарики. Первые три входят легко. Я даже не уверен, что Кайенн их вообще почувствовал. Зато с последним пришлось повозиться. Из-за обилия смазки, паршивец то и дело норовил выскользнуть из рук. Но это с лихвой окупилось, стоило только переключить игрушку в режим ”ВИБРО”. - Правда, ведь приятно? – шепчу на ушко урчащему, словно сытый котенок, Кайенну. Теперь его можно оставить ненадолго. Ровно на столько, чтоб снять собственное напряжение. - Не уходи… - слышу тихий шепот, едва успев подняться с постели. - Все хорошо, малыш. Я на минутку… - Опять пойдешь дрочить на мой светлый образ? – скорее констатация фактов, нежели вопрос. И все это с несвойственной ему злостью в голосе. – Может, позволишь, для разнообразия, и мне поучаствовать? А то не справедливо как-то получается! Только я один удовольствие получаю… - Не только позволю, но и требовать буду, - предпринимаю попытку урезонить неожиданного бунтаря. – Но не сейчас, когда тобою больше инстинкты движут, чем разум. - Тогда дай хоть посмотреть!! - Э-э… - реально зависаю, - На что посмотреть?? - На то, как ты дрочить будешь! Что не понятно-то? Если потрогать не даешь – так хоть посмотреть разреши! Или ты меня больше не любишь? Ну и где здесь логика? Подавив тяжелый вздох, решаю, что проще будет выполнить просьбу, чем доказывать ее абсурдность. Хотя… Заметив, как ерзает в нетерпении малыш – решаю пошалить. - Давай устроим соревнования? – предлагаю, уже взявшись за резинку спортивных штанов. – На желание, - подливаю масла в огонь. - Условия-я-я, - тянет гласные рыжик, содрогаясь от очередного оргазма. - Кто дольше продержится – тот и победил. - Согласен. Избавившись от ”игрушки”, малыш жестом поманил меня к себе. И судя по самодовольной улыбке – он уже мысленно праздновал победу. Ну-ну, - пряча улыбку, устраиваюсь напротив, - кажись, кому-то тут недавний оргазм самоуверенности прибавил? Вот только сомневаюсь я, что это может сойти за фору. Он ведь, в отличие от меня, в первый раз, увидит подобное. После коротких раздумий, все же избавляюсь от штанов. А вот боксеры – оставляю. В паре с расстегнутой клетчатой рубашкой очень даже эротично смотрится, да и малышу к моей наготе проще привыкнуть. - Начнем? Несмотря на дискомфорт, я не спешу, позволяя себе лишь легкое поглаживание сквозь тонкую ткань. А вот Кайенну явно не хватает выдержки. Его движения рваные и суетливы. Стараясь сосредоточиться лишь на члене он, то и дело, забывшись, переключался на грудь, чтоб поиграть с сосками или норовил запустить шаловливые пальчики в сочащуюся смазкой дырочку. Естественно, что подобного рода действия лишь усиливали возбуждение, и уменьшали шансы на победу. Противник это понимал, и злился, забавно дуя губки. Возбуждение давит, требуя разрядки, но я начинаю действовать, лишь после того как убедился, что мы оба одинаково на взводе. Перехватив взгляд омеги, пошло облизываю пальцы. Теперь медленно вниз. Слегка задеть соски и приспустить белье. Чуть-чуть, чтоб только оголить головку. Да, малыш. Вот так. Смотри внимательно, ведь вряд ли я еще хоть раз решусь на нечто подобное. И только решив, что мои действия не вызывают в нем даже намека на отвращение – позволяю большее. Избавившись от рубашки, после коротких раздумий, избавляюсь от белья. Смотрю – не испугался ли. - Нечестно, - не сумев подавить полный восхищения вздох, малыш готов был расплакаться от досады. - Да? А как по мне - все честно, - пожимаю плечами, и, проследив, чтоб взгляд противника направлен в нужную точку, наконец-то начинаю двигать рукой. Вверх. Вниз. Вверх. Помассировать головку, размазывая выступившую жидкость и снова вниз. - Не честно! - малыш уже явно на пределе, от того и истерит, - Нельзя быть таким соблазнительным!!! Победа уже за мной, но вместо этого жестом маню его к себе. - Давай вместе, - шепчу и следом охаю, под тяжестью навалившегося тела. Рыжик ведь далеко не пушинка. Тогда – после разрядки – мы еще долго лежали, лениво лаская друг друга, а на утро мне поставили жесткий ультиматум: или я таки трахну Кайенна в ближайшее время, или в следующую течку он поимеет меня. Пришлось выполнять… Сейчас, глядя на улыбающегося омегу, даже не верится, что нам пришлось столько преодолеть. - Давай быстрей, копуша! – кричу, забирая в машину очередной ворох пакетов. - Я не копуша, - слышу ворчание в ответ. - Может зря я так быстро тогда согласился? - Поздно о чем-то сожалеть, малыш. Да и брак наш все четверо одобрили, - напоминаю. - Скорее уж подстроили. Все, не могу больше. Отбросив пакеты – зажимаю бестию в ближайшем углу и целую до тех пор, пока из его милой головки не выветрятся все эти глупости. Даже мелькнула мысль отказаться от поездки и переместится в спальню, но я тут же отбросил ее. Ведь это первый раз, когда все дорогие Кайенну люди наконец-то соберутся вместе. - Пойдем? – с трудом отстранившись, уточняю. На что слышу в ответ искреннее: -Люблю…