Альберт. Начало

Кровь… Ярко-алые пятна покрывали мои дрожащие руки, в ладонях образовались две небольшие лужицы. Сердце бешено колотилось, будто бы пытаясь вырваться из тесной грудной клетки. Перед глазами стояла пелена, я едва мог сконцентрировать взгляд, но руки… Мои руки были в крови, я ничего не мог сделать, я не мог ничего исправить, ничего… Задыхаясь от кошмара, я сел в постели. В глазах щипало. Вокруг был человеческий дом. Мартин спал, уткнувшись носом в стенку дивана, его ровное дыхание не сбилось от моего внезапного пробуждения. Олди, свернувшись в ногах, пускал слюни на одеяло. Я медленно приходил в себя, всё чётче осознавая, что мне приснился дурной сон, всего лишь сон. Но так ли это? Ощущение беспомощности в кошмаре было ужасным и слишком реальным. Я осторожно соскользнул с дивана, утёр глаза и поплёлся на кухню. За окном светало. После пережитого во сне страха на меня внезапно свалилась горькая апатия. Даже рассвет, неспешно заливающий город нежными утренними красками, не сумел спасти меня от её липких объятий. Всякий раз я радовался, когда мне удавалось застать момент восхода солнца, но не сегодня. Я опустил глаза на футболку, что мы купили с Максом на распродаже в минувшие выходные — тёмно-синяя. Я никогда не носил одежды тёмных тонов. На Небесах позволено ходить только в светлых одеждах. Этакий дресс-код для ангелов. Тебе по шее не надают, но смотреть все будут косо. Я зажал между пальцами тонкую ткань. Всего лишь одежда, какая-то одежда, может сформировать о тебе мнение общества. И все будут судить тебя исходя из того, какой формы, какого цвета и размера твой костюм… За окном моросил дождь, явление, которое я уже видел не раз. Пришла серая череда пасмурных дней. Я интересовался у Макса, как устроена погода: он рассказал, что череда тёплых дней сменяется дождями, а потом настанет холод и выпадет снег. Он рассказывал о разных природных явлениях, но приятные людям — только тёплые деньки. Угрюмые мысли поглотили меня, а кошмар не давал покоя весь день: было стойкое ощущение, что я потерял что-то ценное. До самого вечера не происходило ничего особенного. Мы с Мартином отправились на работу, а позже, к нам присоединился Макс. Я провёл в человеческом мире не слишком много времени, но мне казалось, что я могу выполнять нехитрые людские ритуалы с закрытыми глазами. Люди почему-то ценят такое постоянство, они боятся перемен. Даже если человеку не нравится работа, он часто не может бросить: его пугает неизвестность. То ли дело Мартин: не понравилось семейное дело — и вот демон уже в человеческом мире, расставляет тарелки перед краснеющими посетительницами. Хотя, где бы он был, если бы не встретился мне? Кто знает… Этот мальчишка, скорее всего, просто занятное исключение из правил. Кстати, некоторые человеческие ритуалы можно назвать забавными. Взять, к примеру, повара, что помоложе — каждое утро он напевает одну и ту же мелодию, когда переодевается, а затем неизменно идёт к фарфоровой фигурке слона на холодильнике и щёлкает её по носу. Поначалу я не замечал этого, думал, что он читает меню, которое обычно налеплено на стенке, но однажды столкнулся с ним там и увидел. На мой немой вопрос парень весело подмигнул мне и прошептал: — На удачу! Несмотря на мрачное настроение, мне было интересно общаться с людьми. Я часто беседовал с друзьями Макса, ещё чаще — с посетителями кафе, слышал много историй из жизни. Некоторых людей хотелось пожалеть, некоторых похвалить, а некоторым — дать пинка. Я закрыл глаза, подставляя ладони под тёплую струю воды. Сегодня мне было особенно радостно заняться грязной посудой: ощущение крови на руках неприятно зудело где-то на окраине сознания. Вечером Макс решил испечь торт по поводу какого-то праздника. Я, по правде, даже не спросил какого. Сидел за столом, погрузившись в себя, и крутил в пальцах остывшую кружку с чаем. Мартин же, напротив, очень воодушевился. В конце концов демон втянул меня в процесс. Сначала он наблюдал, а потом стал помогать Максу. Работал с таким деловым видом, что мы с человеком подумали, будто у парня талант. Правда, мы всё же ошиблись: то, что получилось было невозможно есть. Мартин крутился по кухне и беспрестанно извинялся. Через несколько минут меня это начало раздражать. Я взял пакет с мукой и хотел поставить его на верхнюю полку шкафчика, но, когда открыл дверцу, из темноты на меня свесился огромный монстр. От неожиданности и испуга я отпрянул назад, налетел на Мартина, и вместе мы оказались на полу, обсыпанные с макушки до пят. — Ну вот, теперь и мука закончилась, — меланхолично заметил Макс, оглядывая погром, — нужно сходить в магазин. — Ты с ума сошёл так прыгать? — демон извивался под моей спиной, отплёвываясь от муки. Он был похож на кучерявую статую из музея. Я поднялся на ноги и виновато глянул на человека. Тот уже суетился с веником вокруг нас. — Извини, Макс, — мне стало ужасно не по себе, — давай я помогу. Мне удалось выхватить у него веник. — Ты паука испугался? — Марти подошёл ко мне с чёрным монстром на ладошке. Я скривился, выставил перед собой веник и отошёл на несколько шагов. Макс и демон залились хохотом. — Ну, ничего, — глядя на мою обиженную, заляпанную мукой физиономию, ребята поутихли, а Макс отправился за курткой, — я пойду за продуктами, а вы приберитесь тут, идёт? Я едва только открыл рот, чтобы согласиться, но вдруг меня пронзило безумное чувство опасности. — Стой! — выкрикнул я, роняя веник. — Стой… — повторил я уже тише, — не ходи. Перед глазами заметались моменты из кошмара: красная пелена, металлический привкус и запах крови… — Что? — он обернулся. — Со мной пойдёшь? — Просто не уходи, ладно? — меня бросило в жар, я опустил взгляд и потряс головой, чтобы отогнать дурные воспоминания. — Эй, Альберт! Что с тобой? — Макс бросил куртку, подлетел ко мне и потащил на диван. — Подожди… мука, — бормотал я, но человек не слушал. Наверное, на мне лица не было, потому что Олди и Мартин тоже напугались. Демон принёс мне воды. Всё же Макс никуда не пошёл. Мы медленно и молча прибрали бардак на кухне, а чуть позже пришёл доктор и принёс пакет со сладостями. Мне немного полегчало. Когда все уселись пить чай, раздались весёлые голоса, и я успокоился. Ведь это так важно, чтобы те, кто дорог, были рядом. Да, пора бы признать: я стал волноваться и за Олди, и за демона… то есть, за Мартина. Пора бы прекратить звать его демоном. Он ведь не зовёт меня ангелом. Между тем, за окном послышались раскаты грома. Вестей с Небес не было, Амиль в гости не залетал. Дни медленно тянулись, однообразные и серые… а теперь ещё и холодные. Но, как сказали в каком-то телешоу, "после дождя всегда выходит солнце". Так и случится. Так всегда и бывает. У Макса, например, наступили летние каникулы, и он с радостью стал больше времени уделять баскетболу и подработке. Он даже признался, что с нашим появлением у него будто появились братья и теперь ему не так одиноко. Его отец, Вадим Александрович, тоже уже относился к нам как к своим хорошим знакомым, правда, видели мы его очень редко. Он постоянно занят на работе или в разъездах. Кровавый сон вскоре позабылся, дурных предчувствий тоже не было. Скорее всего, это просто сон, и мне не стоит так много думать об этом. Пролетела мрачная неделя и снова выглянуло солнце. С ним природа начала вновь оживать. На смену унылости пришла жара. Мартин повсюду таскался за мной, и по его лицу я видел, что мысли демона сходны с моими. — Вы такие забавные, — улыбчивый Макс присел на скамейку рядом с домом, там же сидели и мы с Марти. — У вас нет такого? Ну, смены погоды, сезонов... Я пожал плечами. — Пожалуй, нет. Это удивительно: когда я тут появился, было тепло, но потом пришли дожди, снова тепло и вот уже так жарко... А ещё и ночи. Такие тёмные и долгие. Мартин задумался: — Ну, у нас есть особенные сезоны, когда цветут некоторые растения, и в это время рядом с ними лучше не появляться, — он передёрнул плечами. — Съедят? — усмехнулся Макс и с интересом посмотрел на Мартина. Для человека подобные рассказы были сродни просмотру диковинного фильма. — Ну… — демон вздохнул, — В лучшем случае… Я и Макс одновременно поёжились. Некоторое время мы втроём молча наблюдали, как солнце закатывается за горизонт, оставляя на ярко-зелёном дереве всё меньшую полосу света. Вскоре к нам выбежал Олди и начал радостно скакать в траве. На душе моей потеплело: столько задора и счастья было в маленьком лесном создании. Старушки, сидящие на лавочке неподалёку, увы, не разделяли нашего веселья. — Развели тут диких животных! Гляди, покусают, заразят бешенством! — начала бурчать бабуля из соседнего подъезда. Я часто видел её: ходила по утрам по двору, заглядывала в окна. Женщина не поленилась встать и подойти ближе, размахнулась своей клюкой, даже попыталась ударить лису. Олди, не понимая причин ярости старушки, поджал хвост и уши и махнул к нам под скамью. Я нахмурился, хотел было вставить веское слово, но Мартин внезапно вскочил со скамьи. Мы с Максом просто обомлели: тихоня, боящийся в ином случае открыть рот, выглядел взбешённым. — Не смейте обижать мою лису! — сказал он твёрдым голосом, не терпящим возражений. — Убирайтесь отсюда и не мешайте нам отдыхать! — Ах ты паршивец! Наркоман! — завопила старуха, но всё же повернулась и, бормоча грязные ругательства и всякие угрозы, поспешила к своему подъезду. Её подружки, всё ещё шепчущиеся на скамье, возмущённо зароптали. Макс поднялся: — Ребята, идёмте в дом, она ведь вернётся с подкреплением… Поглядите: ещё пять минут и мы станем предателями Родины. Шушуканье на соседней скамье переросло в злобный бубнёж. Мы согласно закивали и последовали за Максом. Всё же, банда бабушек — это нечто внушающее неподдельный ужас. В тот вечер Олди то и дело лез к Мартину. Видимо, лис стремился отплатить демону за то, что тот заступился за него. Мы с Максом переглядывались, улыбаясь. Дошло до того, что Олди стал приносить Мартину разные вещи, которые мы упоминали в разговоре, мол, на, держи, друг, даже ходить не надо! А ночью, несмотря на наши с Максом смешки, он улёгся на Мартина, сопя своим мокрым носом в лицо смущённому демону. — Друзья навеки? — ухмыльнулся я и зевнул. Всё же здорово, что они подружились. Мартин был добр ко всем, он боялся крови и не переносил жестокости. Ну что за демон такой? За время совместной жизни, я привык к нему, но, когда вспоминал о его сущности, всякий раз диву давался. Но, несмотря на спокойное тянущееся время, в мире людей наступил странный праздник… — Вообще, его у нас не то чтобы празднуют, — пояснил Макс, — но детям весело, поэтому они не остановятся. Пожилых людей никто не трогает, но, если ты молод, сухим не останешься. Я ещё не совсем вник в суть, но, раз это праздник, должно быть весело! — Итак, это праздник Купалы! — Макс открыл диван, внутри лежал большой водяной пистолет, — это, конечно, крутое оружие, но можно и бутылками обойтись. Уже спустя несколько минут бутылки были подготовлены к бою. Всё, что требовалось, — прорезать в крышке дырку. — А почему просто не открутить крышку? — спросил наш недалёкий черноглазый друг. — Так вода быстро выльется и всё, — Макс улыбнулся, — но, если ты уверен, что попадёшь, можешь открутить и хорошенько обдать всех водой. Мартин кивнул. Потом предприимчивый демон соорудил себе пояс и повесил на него аж четыре бутылки. — Ого... А ты бегать с ними сможешь? — Конечно, — Мартин уверенно кивнул. Он был полон решимости, так что я даже загорелся желанием облить его поскорее. Но кто знал, что, выйдя на улицу, мы все в один миг окажемся атакованными. Удивительно. Я никогда не видел столько людей, а преимущественно детей, на улице. А ещё неимоверное количество мусора на дорогах. Пакеты, бутылки, что-то ещё… — Не переживайте, — усмехнулся Макс, — в этот день нельзя остаться сухим. С этими словами он "расстрелял" из своей водной пушки Мартина и побежал к парку, пуляя водой в пробегающих детей. Дети же, обрадовались новым жертвам. Я заметил, что они бегают набирать воду недалеко от дома. На улице есть вода. Значит, это будет база. День выдался действительно жарким, поэтому обливание водой было настоящей благодатью. Жаль, что так каждый день нельзя! Мартин где-то затаился и, видно, задумал что-то неладное. А я побежал догонять Макса, чтобы отомстить за мокрую футболку. Подобраться к нему было трудно, а мочить не было смысла, потому что он и так был мокрый. Нас окружили около пятнадцати детей с разным оружием. У кого шары с водой, у кого-то пакеты, бутылки, а у некоторых пистолеты и самые настоящие пушки, даже больше, чем у Макса! Но я был бы не я, если бы не постарался отбиться. — Всё равно намокну, — я только усмехнулся, — ну давайте, нападайте! Драка была бурная. Я отбивался, как мог, и у меня даже хорошо получалось! Дети пытались попасть по мне, но я так ловко уворачивался, что пробудил интерес даже у взрослых. И вот меня уже пытаются «замочить» человек 20, а то и больше. Макс отстреливался из пушки, а Мартина было не видать. Я даже подумал, что ему повезло… он бы тут не выжил. — Всё веселье пропустил, — мы направились к дому спустя пару часов, мокрые до нитки. Да что там мокрые! Вода стекала с нас ручьями, особенно с Макса. На мне она, каким-то чудом, высыхала чуть быстрее. — Кстати, а может, демоны воду не любят? – предположил Макс. — Точно. Я не подумал, — мы дошли до подъезда, где на скамейке сидел почти сухой Мартин. — О... Ты здесь. А что не пришёл? – Макс устало шлепнулся на скамейку рядом с ним. — Ты, что ли, тут сидел всё это время? — Нет. Я... Мартин поведал нам печальную историю, как он собрался идти к нам в парк, но ему преградили дорогу старушки и стали поливать его святой водой. Макс приложил руку к щеке. — О нет... — Ничего-ничего, — Мартин помахал руками, — она же без серебра... Поэтому я не пострадал. — Фух. Значит, святая вода тебе не страшна? — спросил я почему-то с облегчением на душе. — А кто её освятил? Вроде обычная была. Макс усмехнулся: — Да поди у телевизора заряжали. Мы все весело рассмеялись и отправились домой. Но только подошли к подъезду, Мартину на голову прилетел пакет с водой откуда-то сверху. — Изыди, нечистый! — крикнула бабулька и, весело смеясь, как малолетняя девчонка, побежала прочь с балкона в дом. Мы с Максом уже устали смеяться, но лицо Мартина того стоило.