Альберт. Начало

Шёл декабрь. Улицы сильно замело, но хмурые небеса продолжали засыпать всё снегом. Говорят, в зиме, как и во всех временах года, есть своё очарование. Пока что я не мог согласиться с этими романтичными оптимистами: укрыться от холода по дороге на работу не помогали ни тёплая обувь, ни многослойная одежда. Он проникал под кожу, заставляя тело содрогаться. Я стал радоваться каждому выходному, потому что можно было не покидать тёплой уютной квартиры. В отличие от меня, Олди, например, нравилось кувыркаться в сугробах. Правда, когда он возвращался с прогулок, то приносил на своей шерсти холод, снег и запах зимней свежести, которые тут же преобразовывались в лужи там, где он отряхивался. И всё же снегопады в безветренные тихие дни были завораживающими. Мне нравилось сидеть на кухне с чашкой горячего чая и глядеть в окно. В один из выходных я по обыкновению поставил чайник и уселся, глядя на безмятежное снежное представление. Немного погодя в кухню зашёл Мартин, уселся на свободное место. Мы некоторое время молчали под шум закипающей воды, а затем сам собой завязался разговор. Теперь мы часто разговаривали о наших мирах: обоим было одинаково интересно послушать о месте, в котором никогда не сможешь побывать. С самых первых рассказов демона стало примерно ясно, отчего он убежал. На его месте я бы тоже удрал. Оказывается, мы проболтали больше часа. За окном успела разыграться метель. — Такой буран на улице. Ничего не видно… — на кухню зашёл раздосадованный Макс с книгой в руке. — Прям из дома не выйти: там подъезд замело. — А ты и не ходи, — я улыбнулся и пожал плечами. — Не пойду, — он сел с нами за стол и поставил себе кружку. Мартин, видимо, хотел о чём-то пошутить, даже улыбнулся, но внезапно раздался громкий стук в дверь. Демон клацнул зубами и зажал рот руками. — Твой отец дома? — я в недоумении поглядел на человека. — Кому понадобилось приходить в такую погоду? — Он после смены отсыпается, его сейчас и пушкой не поднять, — Макс отодвинул кружку и отправился открывать. Марти заёрзал на стуле, вид у него был испуганный. Будто бы он порывался броситься за человеком, но что-то останавливало его. Конечно же, я не мог этого не заметить. — Мартин? — я нахмурился и поднялся из-за стола. — Ты знаешь, кто пришёл? И тут в один момент меня накрыло знакомое ощущение — очень неприятное чувство. — Ну… — промямлил Демон, — это… — Макс! — заорал я и рванул наперерез человеку. Едва не расшибившись после случайного столкновения с Олди, а затем с комодом, я допрыгал до двери и отпихнул парня, который уже положил руку на ручку. Дверь, подхваченная ветром, распахнулась, и в комнату влетел вихрь снежинок. Макс повалился на пол, не удержавшись на ногах. В дверном проёме стояла девочка лет десяти на вид. Из-под длинной чёлки на меня поднялся чёрно-красный взгляд, полный ненависти и презрения. Заострённые уши, совсем как у Мартина, затрепетали, когда она зарычала и кинулась вперёд. Я расставил руки, пытаясь преградить ей путь, в руках незнакомки что-то блеснуло, а в следующий момент меня пронзил длинный нож. Остро отточенное лезвие прошло насквозь, забрызгав пол кровью. Человек вскрикнул и застыл, не в силах поверить тому, что видит. Я поморщился и покачал головой. Несмотря на яркое представление, демонесса не смогла нанести мне серьёзный вред, хотя было больно, конечно… — Я тоже рад знакомству, — спокойно сказал я. — Сдохни, — ядовито прошипела девочка и скривилась. Мартин выглянул из-за двери: — Люси… оставь их… — пропищал он виновато. — Ну, надо же, братец, объявился! А я везде тебя ищу, знаешь? В этом мерзком, гнилом мире, — она злобно зыркнула на меня пронизывающим, жгучим взглядом. — Оставь его… — немного смелее сказал Марти и вышел в коридор. — С каких пор ты с ангелами дружишь? — возмущённо воскликнула девчушка. Я ощутил прилив жара: когда демоны начинали проявлять агрессию, на светлых созданиях это, конечно же, сразу отражалось. Мартин, в свою очередь, тоже ощущал на своей шкуре мою ненависть, даже если злость была направлена не на него. Как только девочка закричала, меня обуяла злоба, и я краем глаза заметил, что демон задыхается. — Люси, хватит… — хватая ртом воздух, проговорил Мартин, — ты человека пугаешь… — Чего мне этот отброс! И его убью! — голос её сделался наглым и ещё более резким. Наконец мне удалось справиться со злостью: — Нет уж, девочка. Лучше тебе успокоиться, — хрипло проговорил я сквозь зубы. Я почувствовал, как струйка тёплой крови стекает по ноге в носок — не слишком приятное ощущение. Она только появилась, а уже насмерть перепугала Макса, загадила пол и продырявила мою новую футболку… Руки мои засветились, следом за ними — нож, а после и от пальцев девочки вверх поползли витиеватые узоры, обездвиживая незваную гостью. На лице её появилось удивление, а затем, подобно Марти, демонесса стала задыхаться. — Теперь поговорим, — я с неприятным чвакающим звуком вытащил из тела нож. Он был похож на мачете, но что-то с ним было не то… — Не смей! — заверещала девочка страшным голосом, способным, по-моему, поднять мёртвого из могилы. — НЕ СМЕЙ ПРИКАСАТЬСЯ К НЕМУ! — на мгновение её тело изменилось, а по стенам пронеслись тени, пол задрожал, я видел не то летучую мышь, не то собаку, не то… вообще непонятно что. Так вот какие они «красавцы» на самом деле. Но от такой агрессии я почувствовал себя, буквально, в пекле. Меня отбросило в стену, по всему телу прокатился озноб. Мачете тяжело ухнулся на пол, отколов остриём кусок от пола. — Люси! — Мартин растерянно подбежал к сестре и протянул ей нож. — Успокойся, и мы поговорим, ладно? Удивление вперемешку с разочарованием окатило меня с ног до головы: — Мартин! Бесхребетный дурак! И со всеми ты так? Она просто маленькая девочка! Хоть и демонесса… Чего ты перед ней распинаешься!? Ты же демон в конце-то концов! Да ещё и её брат! — Альберт, молчи, — не оборачиваясь, разборчиво и твёрдо сказал Марти. Я медленно поднялся и подошёл к Максу, помог ему встать с пола. Вид у парня был такой, словно он попал в свой самый страшный кошмар. Я всё ещё был насторожен и не сводил взгляда с демонов. У Люси был такой вид, будто она готова была всех поубивать. Её глаза горели ненавистью, а на брата она глядела с пренебрежением, свысока. Пауза затянулась. — А… может, чаю? — внезапно предложил Макс, всё ещё стоя на ватных ногах. Мы с Марти посмотрели на него как на сумасшедшего, а Люси, совершенно обескуражив всех вокруг, сменила гнев на милость. Она вздохнула, передёрнула плечами и пробормотала: — Мне зелёный. Девочка замерла и прикрыла глаза, всё ещё связанная особыми ангельскими печатями. Мартин сглотнул и медленно кивнул мне. Пришлось освободить бестию. Потом я прибрал в комнате. Магией, разумеется, я очистил пол от крови. На одежде следов, тоже, не осталось. Правда залатать ткань не получилось, и в полу осталась дыра от здорового демонического ножа, ну что теперь поделать. Всей странной компанией мы отправились на кухню, хотя я, всё же, на всякий случай прикрывал Макса — мало ли что взбредёт в голову чокнутой сестренке. Выглядело это комично: я дёргался на каждое её движение. Но это не так важно: уж лучше, в случае чего, удар придется на меня, бессмертного… Наконец все расселись. Я заставил человека сесть подальше от девочки, а когда он принялся нарезать к чаю рулет, отобрал нож и сделал это сам. Некоторое время было слышно только хлюпанье Мартина, громко всасывающего чай. Остальные с чувством безумной отстранённости наблюдали, как гостья, только что проткнувшая меня ножом, с аппетитом уплетает рулет. Когда она закончила, то откинулась на спинку стула и вытерла рот полотенцем, а затем спокойно посмотрела на Марти. — Домой собираешься? — девчачьим голоском спросила Люси. — Нет… — тихо ответил старший брат и потупил взор. — Дурак, — зарычала демонесса и шарахнула маленькой ладошкой по столу так, что чашка подпрыгнула, — мама волнуется! Если бы не она, я бы ни за что не отправилась на эту помойку… Мы с Максом переглянулись и одновременно поднесли кружки к губам. Сейчас будет семейная драма. — Знаешь же… Не могу я, — Марти нахмурился и упрямо поглядел на сестру. — Знаю, что ты нытик и размазня, — с презрением пробормотала девочка, а затем продолжила с нажимом, — прими тот факт, что ты демон, и иди домой. Мартин опустил голову. — Позор семьи! И почему ты не родился ангелком!? Вон как хорошо с ними ладишь! Живёте тут. С человеком! С ангелом! С… с… Что это!? — ей в ногу ткнулся носом Олди. — СОВСЕМ СТРАХ ПОТЕРЯЛ!? Я хмыкнул, глядя, как глаза демонессы лезут из орбит, Мартин — тоже, а следом и Макс усмехнулся. Через мгновение над столом загремел хохот. — Чего это вы все! – её щёки вспыхнули румянцем. — Смеяться вздумали! Смертники! На этом на кухню вошёл сонный доктор: — Чего расшумелись? — он посмотрел на девочку. — Ох, Мартин, к тебе родственники? В такую погоду? Как доехали или, может, дошли? Люси совсем потеряла дар речи от возмущения. Огромными глазами она оглядела мужчину, затем моргнула на Макса, на меня, и, наконец, на брата. Затем детское личико скукожилось, будто его обладательница проглотила лимон. — Хорошо долетела, — пробурчала Люси и шмыгнула носом. — За пару секунд. Хотела его домой забрать, да вот понравилось ему тут. Она всё же бросила испепеляющий взгляд на Мартина. — Ясно, — доктор улыбнулся и пригладил растрёпанную со сна шевелюру. — Ну, так и ты оставайся, юная леди, куда же в такую метель? Люси вздохнула: — Что мне ваша погода… дома и посильнее ветры бывают. И ничего… — А где живёте, если не секрет? — В Аду. — Да... С такими ветрами по-другому и не назовешь… Вот так мы и познакомились с родственницей Мартина. На деле она оказалась довольно милой. По крайней мере, убить меня больше не пыталась. В квартирке становилось тесно. Мы с Мартином теперь спали на полу, Люси заняла диван. Я уже подумывал переезжать, но Макс слишком переживал, как я один со всем справлюсь. К тому же денег на аренду отдельного жилья практически не было. Всё же сложно в этом мире, даже если ты не человек, а людям так и подавно приходится несладко. Но, несмотря на все трудности, я стал понимать, что всем вместе жить куда проще и интересней, чем одному.