Котик

Тихая, спокойная ночь. Летом и за городом бывают только такие. Никаких тебе ночных машин, которыми, судя по рёву двигателей, управляют Шумахеры или персонажи Форсажа. Только щёлканье ночных птиц и каких-то неведомых насекомых. Иногда шелестели невидимые сейчас кроны деревьев. Свежий воздух – на нём должно идеально спаться. Вот только Серёже не спалось. И дело не в том, что он, дитя города, до сих пор привыкал к деревенскому дому – нет, он как раз не неженка и чувствовал себя тут прекрасно. Но как же спать в такую ночь… нужно дождаться. И лишь тогда ложиться спать. Есть, чем заняться: почитать пьесу, которую они ставят осенью. Как только унять волнение? «Ну где ты…», - подумал Серёжа, нервно закуривая. «Обещал же не позже двух вернуться». Глоток чая с вареньем из морошки. Вкусно, уютно. Но без него ужасно пусто. - Мяу! – нарушило тишину кухни торжествующее мяуканье. На окне появился кот с тёмной пушистой и немного волнистой шерстью. - Кто тут пришёл.. И не дай бог, что-то притащил, – Серёжа открыл форточку и кот, урча, впрыгнул в тёплую кухню, – Или кого-то. Обратно выгоню. Кот не внял угрозе, но в пасти никакого трофея, к счастью для них обоих, не было. Мяукнув, кот запрыгнул в форточку, встречаясь взглядом с Серёжей. Тот вернулся за стол. Голубые глаза с узким зрачком приветливо моргнули зелёным. - Ну иди сюда, иди, – Серёжа выдвинулся из-за стола, чтобы коту было удобнее. Тот спрыгнул, пробежал по деревяному полу – под пушистыми лапками не скрипнула ни одна половица, и забрался на колени к парню. - Блять, опять репей, Тиш, ну скажи, ты в какую жопу там залезаешь? – ловкие пальцы принялись вытаскивать колючки из роскошного меха. - Ма-а-а-а-у! – кот едва впился когтями в домашние штаны, чтобы не поранить тонкую нежную кожу, украшенную пятнами. И покорно терпел издевательство. - Что? Потом сам развлекаться тогда будешь, – он взял с соседнего стула щётку, и принялся вычёсывать своего парня-кота. Тот ответил на это довольным урчанием и ласковым боданием в руку. - Теперь он подлизывается, конечно, из кудрей вытаскивать неохота, – Серёжа осторожно вытащил несколько иголочек сосны из хвоста. С любовью у Серёжи были странные отношения. Точнее… в 16 лет он узнал от Светы, что он просто был удобным, а теперь на неё смотрит сам Игорь, а у него эти пятна…. Сам должен понимать, словом. Потом на первом курсе появилась Даша. Она была старше, училась на режиссёрском и быстро объяснила, что отношения бывают разными. Не только вы двое, по желанию вас может быть и трое или четверо. На третьем курсе Никита любезно «объяснил», что ты можешь с одинаковым упоением заниматься сексом как с девушками, так и с парнями. И есть куча игрушек, чтобы было поинтереснее. Итого к 22 годам у Серёжи был огромный опыт, с которым можно было вести секс-блог. Но любовь.. Знания о любви так и остались на уровни 16 – он что-то должен понимать. Что значит, что спать с ним будут многие, но любить похоже нет. А потом появился Тихон. Нет, во время сьёмок они воспринимали друг друга только как классных партнёров по сцене. Тонко чувствующих, когда можно смеяться, когда наоборот надо собраться. Жизневский на клеточном уровне чувствовал, в какой момент нужно обнять этого кото-ёжика: - Серый, дыши. Нормально всё идёт. Просто ты себя перегрузил. Горошко тоже чётко понимал, после какой из смен нужно сесть рядом с Тихоном и отдать свой кофе: - Ты хорошо всё сделал. Правда. Мне нравится. Ну и можно на минутку, даже нет, на секунду положить голову ему на плечо. К тактильности Горошко все привыкли и никого это не удивляло. Тихону так и вовсе нравилось. Новая встреча на досъёмках и начале раскрутки всё расставила по местам – они понравились друг другу. Серёжа бы хотел сказать влюбились, но вдруг.. это только он? Начались романтические отношения. Свидания – ночёвки. Чаще у Тиши, потому что квартира Горошко периодически использовалась как склад для реквизита к спектаклю или как перевалочный пункт заёбанных актёров, которым хотелось хоть где-то поспать пару часов. И всё было круто. До одной ночи. - Пузо своё давай, хочешь, чтобы как в тот раз, потом репейник на яйцах оказался? – Серёжа отложил щёточку и перевернул кота. Тот издал непонятный звук и прикрыл живот хвостом. – Ой, с каких пор мы стесняемся? После пары минут чесания щёк, кот с урчанием убрал хвост, представляя взору Серёжи чуть более светлый, кудрявый живот. Весь в листиках, мелких колючках, паре репейников и иголочек. - Я тебя обрею в следующее полнолуние. Серьёзно. - Мяу! - Ну и пофиг мне на твой имидж, - глотнув остывшего чая, Серёжа начал с листиков. Проще всего. - Мр-мрм-мрм, – любой бы зоолог сказал, что гортань кошки не позволяет им передавать человеческие интонации. Тем более такие, которые должны были быть заискивающими, ласковыми. - Не подлизывайся, - отрезал Серёжа, отщипывая кусочек колбасы от своего бутерброда и скормил его коту. – И лежи спокойно. - Мяф. - Ага, знаю, я чудо. И ты, – чмокнув в тёмный нос, Серёжа продолжил. Вспоминания тоже решили вновь ожить в голове. В ту ночь Серёжасам не понял, что его разбудило. Была долгая репетиция, потом Тихон его закомфортил по полной – накормил вкусным ужином, который сделал сам, размял плечи, которые могли расслабиться только от рук этого солнышка… Потом это солнышко ему так отсосало, что после оргазма Серёжа только успел мяукнуть: - Пара минут и ты… И вырубился. Так сладко он давно не спал. Ушёл страх премьеры фильма, непринятия. Ушла нервозность от нового тяжелого графика. Наступило блаженство. Покой. Он впервые себя почувствовал любимым… Чтобы проснуться в час ночи в пустой квартире. Первая мысль – вышел за чем то, а доставку заказать не хотел. Тихон не любил делать ночные доставки. - Из-за моих пачки макорон кто-то спать не будет… Лучше сам добегу. Но прошло 10 минут. 20. И никто не приходил. Стало страшно. Вдруг что случилось? Звонок – а телефон выключен. Как параноик Серёжа проверил сайты города – никаких драк, ограблений. Значит, всё… хорошо? Пара звонков в больницы – Нет, никто не поступал. Где Тихон? Уже час прошёл. - Вот тебе и «что-то тут не так», Серый, – горько усмехнулся сам себе Горошко. – Тебя трахнули, потому что ты без приглашения пришёл, и смылись к другому. Думать так странно? А что ещё остаётся, когда ты среди ночи один в чужой квартире и смотришь на луну. Нет, он не позволит себя так мучить. Не теперь. С Дашей он выяснил, что полиамория и открытие отношения – не его тема, если он влюбляется. А он влюбился. Так что... нет. В комнату выпрыгнул кот, прерывав поток сознания о деликатном расставании. - О, Тихон о тебе не говорил. Привет, - Серёжа вытянул руку, позволяя себя обнюхать. – Познакомимся, пока я не ушёл от твоего хозяина. Кот нервно мяукнул. А потом прыгнул на стол и принёс ему листок бумаги: «Это Тихон. Подожди пару часов. И мы поговорим». Разговор шёл со стаканом водки. Без него Серёжа отказывался воспринимать эту реальность. - Это всё из-за Ваньки... Хотя, он это не специально, конечно… И до сих пор каждый день извиняется, но… - Чего?! - Прости, я собрался. Короче, мы тогда снимались в Архангельской области. Топи. Очередная ночная смена. Сил никаких. Из Минска осталось немного пуэра. И мы опять его не так заварили. - Я всё ещё не понимаю, как можно обдолбаться пуэром и как ваши чайные церемонии связаны с тем, что ты тут две минуты бился как контуженый, превращаясь обратно в человека. - Ну не умею я его походу заваривать… Короче стали рассуждать, что гулять бы самому по себе, а не это вот всё. Точнее я начал. Ванька палочку взял, как потом оказалось, бузины: Вот тебе моё цыганское – будешь котиком. Поржали, я сказал: «А вы точно цыган?». Он в шутку фыркнул: «Прокляну».. А через три дня полнолуние – херак я котик. - Охуеть. - Ага. Я думал, ебнулся. Хорошо, он тогда рядом был… И без пуэра. - Ванька твой что.. колдовать умеет? – кажется, Серёже нужно ещё стакан водки. - Ну, мы потом нашли цыганскую бабку, она его за уши оттаскала, что он на древних капищах баловался, кто вообще знал, что там какие-то капища были… Сказала, что магия вообще не мужское дело. И что он правда меня проклял. Типо неуважение к крови. Обернул моё желание против меня.. Классика. - А распроклять он тебя не может? Или там простить, ты ему жевачку золотую, коня в аренду снимешь.. - Я должен ему помочь, также как он помог мне. И тогда это исчезнет. - Это как? - Он мне роль эту нашёл. Я должен ему роль найти. - А с его критериями… - Ага, это надолго, – Тихон грустно вздохнул. – И он искренне должен захотеть эту работу, а не чтобы мне помочь. Иначе не сработает. - И что, ты каждое в полнолуние в полночь становишься мегапушистиком? - Не в полночь, а когда луна в самой высокой точке. Отпускает, когда убывать начинает. - Это больно? – Серёжа вытянул руку, осторожно погладил по спине. - Терпимо. Он же всё-таки бро и сделать больно не хотел. Я пойму, если ты не захочешь теперь со мной… - Да ладно, одну ночь в месяц пережить можно. - Серёженька, - Тихон сгрёб его в охапку, беспорядочно целуя лицо, – Поверь, мы очень с ним стараемся найти роль хорошую и обещаю, проблем у тебя со мной таким не будет. Кошек водить не буду. И кошек ебать тоже. - Ага, ещё не хватало алименты муркам платить. - Проблем со мной таким не будет, да, Тиш? – Серёжа закончил вычёсывать роскошное пушистое пузо. - Мя-да. - Понятно, - Горошко быстро сгрёб кота на руки и перенёс его в другую комнату на кровать. Того начало едва заметно трясти. В летние ночи луна опускалась совсем рано. И хоть Тихон и храбрился перед ним, Серёжа прекрасно понимал, что из пятидесяти сантиметров обратно вырасти почти в два метра – это не может не быть больно. Вспышка – и Тихон лежал на их койке в костюме Адама. - Твои труселя, – Серёжа протянул ему боксёры. - А что ты там не видел, – фыркая, Тихон натянул бельё. - Я с тобой много чего видел, - Горошко коротко чмокнул его. – Ты как? - Ночью у озера так прикольно, – глаза до сих пор горели как у кота. – И когда ты всё слышишь.. чуешь разное… Класс. - Звучит интересно, но проделать такое со мной я Янковского просить не буду. - Я ему отправил сценарий… Может подойдёт, – виновато потянул Тиша. - Может, подойдёт. Но в душе Серёжа был даже благодарен этой истории и ситуации. Теперь он точно знает, что любит. И пусть хоть в бегемота превращается, лишь бы ему плохо не было. Бегемота не придётся вычесывать. А Тиша - это котик Серёжи и без этой буквальности.