4 глава. Птицы пели от тоски, красота завыла от отчаяния.
18 сентября 2021 г., 09:05
«Надо быть красивой, чтобы быть счастливой».
Она больше часа сидела у туалетного столика, рассматривая своё отражение в зеркале, «ты красива». Говорили ей часто в школе, «красивой быть хорошо», говорила мама дома. Самовнушение. Страх. Несовершенство. Она быстро поднялась со стула, стягивая с себя шёлковый халатик нежно — жемчужного цвета, встала чуть подальше, дабы рассмотреть себя с головы до ног.
И недовольно нахмурилась, резко почувствов накатившее раздражение и ненависть. Чёртов лишний жир. Плюс два килограмма за несколько месяцев, Боже, это всё делает её некрасивой. А некрасивой быть нельзя, нужно быть идеальной, худой. Злость и гнев сделали своё, рука потянулась к другой руке, и до боли сильно царапнула нежную кожу, заставляя девушку зажмуриться от боли.
Снова нахмурилась, поняв какую ошибку совершила, теперь рана будет долго заживать, а возможно даже останется шрам. О нет. Этого допустить нельзя, это сделает её не совершенной, некрасивой, не идеальной;
«Она должна быть совершенна».
совершенна.
Пригляделась. Не так сильно, чтобы оставался шрам, но и не так слабо, чтобы быстро зажило. Не идеально, как должно быть. Подняла голову, снова рассмотрев свое почти нагое тело и недовольство собой вновь заполонило разум густым, обволакивающим, ядовитым туманом ненависти к себе. Жир. Выдохнула, стараясь успокоиться.
«нужно просто перестать есть, и всё будет по — прежнему, всё будет совершенно».
Выровнила дыхание, опустила глаза. Самовнушение. «Я должна быть стройной, умной и красивой». Тогда всё будет хорошо. Твердила себе девушка, продолжая стоять у зеркала и разглядывая своё отражение в полный рост. «Одни минусы». Казалось ей.
— Неплохо. — послышался пугающе знакомый голос сзади неё, заставив её вздрогнуть от неожиданности и испуга. Том. — Я смотрю… — придержав некую паузу, начал юноша. — Ты опять взялась за старое?
Он стоял у двери, оперевшись о дверной косяк всем телом. Томас без всякого стеснения и правил приличия с неким увлечением рассматривал почти нагое тело своей сестры, прикрытое лишь прозрачной, нежно — жемчужной сорочкой. «Жаль на ней было нижнее белье». Подумалось молодому парню.
Гермиона же стояла в полном ступоре от неожиданного появления старшего брата в своей комнате. Хитрые глаза Тома пугали её, но его последующее действие заставило её испугаться не на шутку. Облизнулся. Он без стеснения, внимательно рассматривал всё видимые и невидимые прелести тела своей младшей сестры облизнулся. Заставив ту вздрогнуть, но то ли от страха, то ли от ветра дующего из широко открытой форточки её комнаты.
Наконец Том поднял свои серо — льдинистые глаза, хищно сверкнув ими, одаривая её наглой улыбкой.
— Том. — резко поднимая с пола халат и натягивая его обратно на себя, завязывая по привычке узелок в бантик, холодно сказала Гермиона. — Когда ты приехал?
— Час назад. — равнодушно ответил юноша, отводя взгляд от сестры к картинам, весевшим на стенах её комнаты. — И знаешь ли, Малышка Ми, я был очень огорчён, когда в толпе встречающих не увидел свою любимую младшую сестру. Неужто ты совсем не соскучилась по мне? — сделав пугающие несколько шагов вперёд, спросил парень.
— Том, уже очень поздно. Давай поговорим завтра. — включив холодный тон, попыталась вырваться из цепких объятий его взгляда, сказала Гермиона. — …и пожалуйста, прекрати называть меня Ми. Мне не нравится.
«но Тому всё равно, ведь Том жесток».
— О, да брось, Малышка Ми. Ты ведь знаешь насколько сильно твой брат скучает по тебе, да? — подходя всё ближе, спросил юноша.
— Том. Давай поговорим завтра, я очень устала и уже поздно. — боясь даже пошевелиться, ответила девушка.
Но Томас продолжал её игнорировать, подходя всё ближе и ближе, доходя до пугающе близкого расстояния. — Мы поговорим сегодня.
«холодно, сухо, грубо, властно».
всё как подобает Тому.
— Тебя уже познакомили с Лестрейнджами?
— Да.
Видимо нечто опасное пришло ему в голову, судя по выражению его лица и отвратительно — мерзко — пугающей улыбке. Это всё так пугало. Дыхание старшего брата ощущалось так близко, что Гермиона казалось, что одно неверное движение и губы Тома коснуться её лба.
«как мерзко для неё»
Он сделал небольшой шаг назад, давая ей облегчённо выдохнуть, но следующий его вопрос. — Тебе уже сказали за кого из них собираются тебя продать?
— Что? — оскорбленная и удивленная вопросом, спросила Гермиона.
— «улыбка». Не понимаешь? — с ядовитым сарказмом, вопросом на вопрос, сказал старший брат. — Пересформулирую, кому из двух братьев выпала удача тебя поиметь?
•••• звук пощёчины. Оба стояли неподвижно. Его голова чуть повернулась в бок от силы удара, нанесённого, казалось бы, хрупкой девушкой. Постепенно на бледном лице выступал красный след её ладошки, уродуя его красивое лицо большим пятном, а возможно и будущим синяком.
Она ожидала всего, что Том начнёт кричать, ругаться, угрожать, ударит в ответ её, начнёт всё крушить. Но Том был не так прост. Он повернулся лицом к сестре, в его стеклянных глазах застыл всепожирающий холод и огонь одновременно, но, что пугало, так это ужасаюшая улыбка, коей Том так любезно решил одарить свою сестру.
— Милая. — с таким пугающим спокойствием и сладострастием сказал юноша, что девушка с каждой секундой начала опасаться за свою жизнь. — Я кажется, был слишком груб? Извиняюсь за это, ты ведь знаешь, что твой брат любит и очень скучает по тебе, да? — одной рукой поглаживая её волосы, так нарочито спокойно и медленно говорил он.
— Том…
— Ш-ш-ш. Не надо лишних слов. — перебил сестру, парень. Заскользив рукой по её телу.
Господи, помоги.
Страх…
— Том, что ты…
— Тише. — так же спокойно, но теперь в его голосе отчётливо чувствовался холод и приказ. Его рука спустилась к животу, аккуратно развязывая неуклюжий бантик из узелка её нежного халатика. Халат снова оказался на полу, представляя взору Томаса невероятно красивое и сексуальное тело своей младшей сестры. — Ты прекрасна. — сказал юноша, нежно погладив её плоский животик.
— Том прекрати — это не смешно! — отходя назад на пару шагов, строго сказала Гермиона.
— Стоять. — резко схватив девушку и больно потянув на себя, приказал Марволо. — Не выводи меня из себя, милая. Ты знаешь, что это всегда плохо кончается.
— Это неправильно, Том!
— Я сам решу, что правильно, а что нет.
Наконец он отпустил её, грубо, небрежно кинув на пол. Давая ей почувствовать себя униженной. Юноша посмотрел на девушку с высоты своего роста и криво улыбнулся, подметив, насколько неплохо она смотрится на полу, почти обнажённая перед ним. Отвернулся и ушёл к себе.
…это наконец закончилось.
~♧♧♧~
Том Редлл всегда был образцовым ребёнком. В детском саду, в который его приняли лишь из жалости к бедному ребёнку, Томаса обожали воспитательницы, ведь Том был необычным ребёнком. Он никогда не плакал, не просил позвать маму, не капризничал, не плакался домой и уж тем более не дрался и не ругался с остальными детьми. Вёл себя всегда подобающе. Что всегда удивляло взрослых, ведь мальчик рос в нищете, в самом опасном и бедном районе, населённым преступниками и различными отбросами общества, да что уж говорить, сама его мать была отбросом. У мальчика были выдающиеся успехи в школе, он знал все правила этикета, всегда был лидером во всём, за что брался. Казалось бы, в школе, в которой несколько лет проучился Том, он запросто мог стать одним из тех хулиганов, а точнее, одним из тех детей отбросов, коих не пощадила судьба и теперь одна дорога им в тот мир, откуда возвратиться очень трудно. Но Том был очень умён и очень опасен. Ему не составило особого труда подчинить тех, кого казалось бы, подчинить невозможно. Стайка уличных, побитых жизнью детей, в чьих сердцах кроме ненависти, злобы и гниющей надежды внутри, нечего не было. Том знал на какие рычаги стоит нажать, что следует сказать, и что следует предложить. Знал и воспользовался. Для них Томас был своего рода авторитетом, они уважали и ценили его, беспрекословно выполняя все его поручения. «он для них своего рода крестный отец». Умный, обаятельный, красивый и обходительный Редлл искусно умел обвести вокруг пальца кого угодно. Даже директор школы; старый, жадный, толстый и хитрый мистер Грииди, не сомневался в Томе. Искренне веря прекрасному юноше с чистыми серо — льдиныстыми глазами, так наивно и искренне смотрящему на людей. — Том, тебе понравился банкет мистера Сельву? Как по мне слишком вычурно, но признаться — это компенсировало присутствие очень обаятельных фурий. — медленно идя по школьным коридорам, сказал Абраксас. — Мне не было дело до вычурности, я был занят разговорами высших чинов, признаться только их присутствие стало причиной моему присутствию. — сухо ответил Томас. — А жаль. Я подметил, как дочь мистера Сельву всё время неловко поглядывала на тебя весь вечер. Может ей выпадет удача. — как-то задумчиво сказал блондин. Марволо резко остановился, поворачиваясь лицом к другу. — Уже есть та, кому эта удача выпала.~♧♧♧~
«короткий диалог» — …дорогой, Том, что? — ошарашенно переспросила Джейн. — Мой сын хочет, чтобы мы устроили его скорую помолвку. — довольный новостью, гордо ответил Питер. — Но с кем? — Нашими будущими партнёрами станут Россы. Просто отличная партия для моего сына, их дочь славится своим непревзойдённым умом в учёбе, а сам Ричье Росс является одним из самых продвигающихся бизнесменов страны. Просто представь какой фурор и рекламу мы сделаем помолвкой Тома! — Россы… — Ох, мой сын столь умён и избирателен в плане будущей жены, это достойно похвалы. Изабель Фидикция Росс — дочь владельца компании «Rosspresidententertainment». — Будущее в наших руках, Джейн.
