Один из них должен погибнуть от руки другого

— Благодарю вас, мистер Поттер, — проронила Нарцисса, столь же холодно, что и всегда. — Где она? — Андромеда уже была на ногах, в глазах ее сверкало воодушевление. — Почему ты прятал ее от нас? Полгода, Гарри! — Мы ценим вашу помощь, — продолжила Нарцисса, не обращая внимания на слова Андромеды. — С вашей стороны было очень любезно позаботиться о ней, и мы этого никогда не забудем. Но теперь она может вернуться домой, к своей семье. Гарри выдал им ту же байку, что и Гермионе. Роули отправила письмо, Гарри отправился к ней и нашел Дельфини на чердаке. Малфою он рассказал правду; это было за день до того, как ему пришлось встретиться со всеми ними здесь. Гарри прожигал его взглядом, сидя рядом с его женой на кухне у Андромеды. Малфой знал. Так вышло, что Роули написала ему, когда прочла, что Лестрейндж мертв, и никто не пришел за Дельфини, как тот обещал. И Малфой ничего не предпринял. — Я отправил Роули деньги, чтобы покрыть ее расходы. Но, безусловно, я не имел желания воспитывать девочку, мой Лорд может это понять. Я все время находился под пристальным вниманием Аврората… это было бы неблагоразумно. Откуда мне было знать, что Роули держит ее голодной и грязной? — Я хочу удочерить ее, — произнес Гарри, расправив плечи. Андромеда вскинулась. — Что? Нет! Она наша! Удочерить?! К чему тебе брать такую ответственность — тем более за отпрыска рода Блэк. Ты и сам еще ребенок… — Мистер Поттер, — оборвала Нарцисса монолог сестры, взяла ту за руку и потянула ее, сажая. — Возможно, вы не знакомы с законом, но как ее семья, ее родная кровь, мы имеем не только право, но и обязанность… — Я знаю закон, — произнес Гарри. — Тогда вы должны знать, что мое право имеет приоритет над вашим. Нет необходимости привлекать Визенгамот, поскольку мы можем урегулировать этот вопрос в частном порядке… — Я не хочу, чтобы кто-то знал, что ваша сестра мать Дельфини, — выплюнул Гарри. — Я могу это понять, — согласилась Нарцисса. — Мы скажем, что она дочь Сириуса. Гарри вздохнул. Почему это решение было очевидно всем, кроме него? — Она все еще наша родня, даже при таком сценарии, — кивнула Андромеда своим словам. — Мне жаль, — проговорил Гарри. — Я привязался к ней; она хочет жить со мной. Мне правда жаль, миссис Малфой, но я собираюсь удочерить ее. Андромеда вспыхнула. Нарцисса держала эмоции при себе. — Вы проиграете, — просто сказала Нарцисса. — Не проиграет, — наконец заговаривает Малфой. — Боюсь, мы не станем предъявлять права на девочку, Нарцисса. На это заявление она не могла не отреагировать. Всего на мгновение, но на ее бесстрастном лице проступило удивление. — Заткнись! Как ты смеешь? У тебя на неё нет никаких прав! Я не потерплю, чтобы она росла рядом с Молли Уизли! Она тоже никогда не забудет и не простит Молли. — Андромеда… В эту секунду она была как никогда похожа на Беллатрису, в ее темных глазах искрилась ярость, магия сгустила воздух вокруг нее, закручивая и взлохмачивая ее волосы. — Я иду в Министерство прямо сейчас, — заявила она. Гарри встал. — И как ты собираешься ее растить? — спросил Малфой и тоже поднялся. Андромеда повернулась, чтобы посмотреть на него. — Ты в своей жизни и дня не проработала, и нет такого дела, в котором бы ты хорошо разбиралась. Твой муж едва ли был богат, и ты давным-давно потратила те скудные сбережения, что он тебе передал. Люпин был так беден, что не мог купить себе одежду, из чего я делаю вывод, что он ничего не оставил. У тебя нет близких друзей. Как ты собираешься растить Дельфини, Андромеда? Как ты собираешься растить Эдварда? Потому что его воспитываю я; твой дом, защитные чары вокруг него, твоя одежда, твоя еда — это все даю тебе я. Гарри почувствовал, как расширились его глаза. Он и подумать не мог, что Андромеда… ладно, не удивительно, что он не знал. Он никогда не испытывал недостатка в деньгах, поэтому почти и не думал о них. Он, безучастный и запертый в собственной голове, был слишком занят, тоскливо слоняясь по дому, чтобы поинтересоваться тем, как Андромеда заботится о себе и Тедди. — Если заберешь девочку, то будешь предоставлена самой себе. И когда ты не справишься, когда тебе придется признать, что ты не можешь содержать ее, Министерство отдаст ее мистеру Поттеру. А Эдварда отдадут мне. С невероятной скоростью палочка Андромеды оказалась в ее руке, и в мгновение ока пурпурное заклятье отправилось в Малфоя. Он пригнулся, и как раз вовремя; прежде чем Андромеда успела послать еще что-нибудь, Гарри с Нарциссой одновременно поставили щиты. — Хватит, — обратилась Нарцисса к своей сестре, не глядя на мужа. — Помоги тебе Мерлин, если ты достанешь палочку, Люциус! — Я подожду снаружи, — произнес Малфой, привычно растягивая слова. Андромеда попыталась проклясть его снова, пока он шел на выход, но Нарцисса не дала ей этого сделать. Гарри отнюдь не нравилась перспектива остаться наедине с женщинами, так что он последовал за Малфоем. Он стоял рядом с воротами, все еще похожий на мраморное изваяние. — Вы не кажетесь таким уж испуганным, — заметил Гарри. — Я больше года жил в одном доме с Беллатрисой; Андромеда с ней не сравнится. Гарри фыркнул. — Более чем уверен, — пробормотал он, и Малфой почти улыбнулся. — Кроме того, мы не ладим с Андромедой с самого детства, с тех времен, когда еще даже ходить не умели. Я привык к этому. Гарри в очередной раз был вынужден признать, как хорошо эти люди знали друг друга. Она сбежала. Она не казалась жестокой или особенно высокомерной; она вышла замуж за маглорожденного, но это не отменяет того, что она росла вместе с Люциусом и Беллатрисой и всеми остальными Пожирателями. Они семья. Эта мысль всегда поражала его. — Вы знали Сириуса? — спросил Гарри спустя несколько минут молчания. Из дома доносился голос Андромеды, высокий, но неразборчивый. Малфой на это лишь поднял бровь. — Я имею в виду, знали ли вы его хорошо? — уточнил Гарри. — Да. Гарри ждал, что он продолжит, но Малфой не стал развивать тему. Так будет лучше. Гарри не думал, что готов узнать, что Сириус, возможно, тоже когда-то давно был близок с этими людьми. — Теперь она всегда будет меня ненавидеть. Она не позволит мне видеться с Тедди… — Она переборет это, — произнес Малфой. — Вы будете приводить к ней девочку, вы будете молчать и терпеть ее оскорбления, и, в конце концов, все наладится. Если же нет, шантажируйте ее. Если она не позволит вам видеть Тедди, не позволяйте ей видеть Дельфини. Гарри вздохнул. — Я не такой, вы же знаете. Я не могу… — Вам придется, — Малфой изучающе посмотрел на него. — Учитывая… обстоятельства, советую вам подкорректировать свое поведение как можно скорее. Вы не выживите, если просто будете хорошим, мистер Поттер. Гарри не мог это слушать. Он не согласен. Если чтобы выжить, придется стать кем-то вроде Малфоя, Гарри предпочтет умереть. — Тебе бы больше стоило беспокоиться о Нарциссе, — продолжил Малфой. — Андромеда легко впадает в ярость, но так же легко остывает. Нарцисса… — он делает паузу. — Люди забывают, что она тоже Блэк. Гарри не исключение; легко забыть, учитывая ее светлые волосы и ледяной темперамент. — Как бы ты справился с Кингсли на моем месте? — спросил его Гарри. Раз уж они здесь, почему нет? Если бы в любой другой момент его жизни кто-нибудь сказал бы ему, что Люциус Малфой будет единственным человеком, с которым Гарри может поговорить откровенно, Гарри бы расхохотался до колик. Но теперь это его реальность. Малфой подходил для этого вопроса как никто другой; он знал, что Волдеморт живет с ним и что Кингсли был в курсе этого. Рон и Гермиона тоже это знали, но то, что Волдеморт владел палочкой и своей магией, держалось от них в секрете. — Несомненно, мой Лорд мог бы предложить нечто, превосходящее все, что я могу придумать… — Твой Лорд сказал передать Кингсли, чтобы он шел нафиг, — пожал плечами Гарри. — Очень в этом сомневаюсь. Гарри закатил глаза. — Не слово в слово, но общая мысль была такая. Он сказал, что Кингсли придется смириться с тем, что он не сможет запретить мне забрать Дельфини до тех пор, пока не найдется тех родственников, которые захотели бы ее взять. — Так и есть, — ответил Малфой пару секунд спустя. — Ага, согласен. Я просто думаю, что это не лучшая идея… — Гарри потер лоб. — Кингсли с каждым днем становится всё более подозрительным, и мне это не нравится. Это того стоит, ведь Дельфини сможет жить с нами безо всяких проблем, но разве мы не можем больше ничего сделать? Вы хороши в… подобных вопросах. Что бы вы сделали? Малфой раздумывал над этим некоторое время. Андромеда наконец перестала кричать; или Нарцисса наложила на дом полог тишины. — Если мой Лорд согласится, я мог бы забрать Дельфини по бумагам, — Малфой взглянул на Гарри. — Фактически, она будет у вас, я буду настаивать на своем требовании опекать ее, и в этом не было бы ничего подозрительного. Гарри быстро моргнул. — У меня были бы все права на нее, так что я не думаю, что вам подобное придется по душе, но будьте уверены, я не собираюсь делать что-либо, идущее вразрез с пожеланиями моего Лорда. Гарри нахмурился. Да уж, звучало не очень. — У Кингсли не возникнет никаких вопросов на этот счет… — С чего бы вам хотеть растить дочь Сириуса, Кингсли же знает, что отношения между вами были далеки от дружеских, — произнес Гарри. — Она наследница Блэков. У нее есть место в Визенгамоте, и технически она может претендовать на дом на площади Гриммо и на хранилище Блэков, неважно, кому Сириус его оставил. В данном случае ее родство ставится превыше его завещания. Точно так же, как завещание матери Сириуса не помешало ему получить дом и деньги после ее смерти. Для меня это достаточно веская причина хотеть получить контроль над ней. Всем известно, что я жажду власти. Такой мерзкий человек… но он прав. Никто не усомнится в стремлении Малфоя заполучить такие активы. — Не говоря уже о том, что они с Нарциссой близкие родственники. Блэков осталось совсем немного. Гарри колебался. — И, конечно, общественность знает, что Сириус был твоим крестным — никто не посчитает странным то, что ты терпишь меня, только чтобы видеться с ней. Никто не усомнится в том, что я позволяю ей проводить с тобой время. Все знают, что моя семья в долгу перед тобой. Все воспринимали бы абсолютно нормально то, что ты гуляешь с ней по Косому переулку или куда ты захочешь ее взять. — Я не знаю… — Конечно, меня должны видеть с Дельфини на публике где-то раз в месяц, а она должна посещать play dates в меноре с другими детьми, как если бы она жила здесь. Как минимум Кингсли не станет сомневаться в твоих здравомыслии и верности, как то было бы, если бы ты привел ребёнка туда, где живет Темный Лорд. Это звучало как подходящее решение. Разумное. Но это был Малфой.

***

— Люциус такой интриган, — засмеялся Волдеморт, откладывая книгу. Гарри снял футболку, прежде чем забраться на кровать. — Не такой уж плохой выход из ситуации, по-моему. Конечно, это же Малфой, но… ты пугаешь его; вряд ли он станет взаправду использовать свою власть над ней. — Разумеется, нет. Просто однажды вы с ним и Дельфини пойдете вместе в Косой Переулок, по крайней мере, в первый раз точно. Тебе будет некомфортно оставлять ее с ним наедине. Тебя будут видеть в меноре время от времени. Люди без ума от тебя, они дорожат твоим мнением. Если великий Гарри Поттер считает, что Люциус изменился достаточно, чтобы позволить ему растить дочку своего любимого крестного… окружающие станут смотреть на Люциуса более радушно. Гарри сморщил нос. — Да, даже я это понял. Малфой пытается вновь завоевать благосклонность народа. Он залег на дно на несколько лет, но пришло время возвращать утерянное влияние. — Решать тебе, — сказал Волдеморт. — Мне все равно, в любом случае. На практике ничего не меняется. Дельфини остается с нами. И имей в виду, даже если ты возьмешь ее на законных основаниях, тебе все равно придется отправлять ее в менор на выходные. Или на неделю. — Думаешь? — засомневался Гарри. — Да. Ты должен понимать, что Нарцисса и Андромеда так просто не отстанут. Как минимум, они захотят проводить время с Дельфини. И тебе нужно принять это; ты же не станешь лишать ее единственной семьи, женщин, которые будет любить ее. Когда Дельфини познакомится с ними поближе, она захочет проводить с ними время. Вот увидишь, ей понравится у них. Гарри уже начинает ревновать. Порой он беспокойно ворочается в постели. Что, если Дельфини, как и Тедди, больше полюбится поместье с его пышными, изысканными садами и множеством животных вокруг? Что, если ей понравится Нарцисса, которая сможет помочь ей с нарядами и научит, как устраивать чаепития, и другим вещам, о которых Гарри понятия не имеет? Волдеморт видел его насквозь. — Не будь смешным, — сказал он. — Она всегда будет хотеть вернуться. Она сильно привязана к тебе. Гарри очень на это надеется.

***

Когда они читали про нападение на Невилла, Волдеморт выглядит таким же разъяренным, как и Гарри. На секунду у Гарри появилась надежда, что… — Какая некомпетентность! — прорычал Волдеморт. — Как это возможно, что Лонгботтому удалось сбежать? — Он великий волшебник, — рявкнул на него Гарри. — Он ведь убил твою глупую змею, не так ли? Ему не стоило этого говорить, но он слишком растроен. — Это было лишнее, — заметила Дельфини. — Отец, у тебя была змея? Кто-то убил ее… Волдеморт просто вышел из-за стола, пылая яростью. — Что происходит, Гарри? — спросила Дельфини, но Гарри покачал головой. — Мне нужно идти, хорошо? Невилл мой друг, и я хочу его увидеть. Вернусь домой позже. Дельфини нахмурила брови. — Но отец зол. Ты никогда не оставлял меня с ним, если он зол. Гарри вздохнул. — С тобой все будет хорошо. Дельфини прожгла его взглядом, Гарри не понимал почему. Она была права, он был ужасным параноиком, и не покидал дом без нее, если Волдеморт был не в настроении. Но это было давно. Сейчас же у него не было сомнений в том, что Волдеморт не станет причинять ей вред. Для Дельфини, похоже, это тоже не было секретом. Она все еще подчинялась его словам более резво, чем словам Гарри, меньше ему грубила, но она не выглядела неуверенно рядом с ним. — Теперь тебе совсем плевать на меня! — прошипела она. — Ты отсылаешь меня к этому Малфою и тебе плевать, что отец зол, ты все равно уходишь! Ты не любишь меня! — Дельфини… Она скрестила руки на груди. — Давай же, иди к своему другу. ИДИ! — Конечно, я люблю тебя. Я не отсылаю тебя, это просто прикрытие, ты останешься здесь… Но она не желала слушать его и умчалась из кухни. Гарри на секунду прикрыл глаза и потер пульсирующий болью висок. Он поговорит с ней, когда вернется. Сначала нужно проведать Невилла.

***

— Только так тебя можно вытащить из дома, — пошутил Невилл. — Если бы я знал, что нынче, чтобы увидеться с тобой, нужно сцепиться с темным магом, я бы стал аврором, а не учителем. — Ой, помолчи, — усмехнулся Гарри, принимая чашку чая от Ханны. Невилл сказал, что он в порядке. Выглядел он неплохо. — Они выбрали ужасный момент, чтобы напасть. Я хотел пропустить по пинте с Симусом и Дином… — Они снова вместе? — спросила Гермиона, кинув взгляд на часы. Ей предстояла важная встреча по работе, но она хотела увидеть Невилла. — Луна сумела заставить их поговорить, — ответила Парвати. — Я помогла. Нам просто надо было запереть этих идиотов в одной комнате. — Эй! Меня чуть не убили. Может, поговорим об этом? — Невилл кинул в Парвати салфетку. — Ничего такого не случилось, — поправила его Ханна. — Авроры и целители уверены, что ни одно из посланных в тебя заклинаний даже близко не было смертельным. — Интересно, почему, — озвучил Рон то, о чем подумал Гарри. — Возможно, это были новички или что-то в этом роде, и это было их посвящение, — выдвинул догадку Невилл. — Кто знает? Должен признаться, это было довольно захватывающе. Ханна похлопала его по плечу, все еще выглядя встревоженно. — Надо сказать, авроры отреагировали очень оперативно. Они прибыли меньше чем через две минуты. Гермиона кивнула, вставая. — С тех пор, как Тени стали чаще появляться на публике, в департаменте были приняты новые предписания. Люди из спец. подразделения Аврората постоянно дежурят в штатском в каждом магическом квартале. Она поспешно поцеловала Рона, потом одной рукой приобняла Гарри, напомнила Невиллу с Ханной, что мысленно она с ними — и ушла на работу, выглядя встревоженно. Гарри тоже не остался надолго. Он хотел вернуться домой и убедиться, что с Дельфини все в порядке. Она замкнулась в себе, с тех пор как узнала, что Малфой станет ее опекуном. Гарри даже в голову не приходило, что это беспокоит ее, ведь он много раз уверял ее, что на практике ничего не изменится.