Night butterfly

Жалеешь. Ты всю жизнь о чём-то жалеешь и лишь зацикливается на этом. Все мысли заполнены лишь сожалением о содеянном или наоборот о не свершенном. Мучаешь и душишь себя этим, превращая все счастливые моменты в одно лишь смутное пятно, которому не место в твоём разуме. Ты тонешь в своих мыслях и сам же себя губишь, превращая жизнь в кромешную тьму. Никогда. Слышишь? Никогда не жалей ни о чем. Совершай опрометчивые поступки, о которых будешь с улыбкой вспоминать, и всегда слушай своё сердце, которое направит тебя на пусть истинный. Сколько бы эти слова Пак не повторял про себя, они ему никак не помогали. У него в голове полная каша из «никогда никого не слушаю», «жалкий человек»,«ничтожество». Когда ты понимаешь, что окончательно сломлен? Когда перестаёшь чувствовать боль. Ни когда, перестаёшь чувствовать счастье. Ни когда, перестаёшь общаться. Никогда, когда перестаёшь чувствовать сердце. А именно когда перестаёшь чувствовать боль. Тебе не больно, ты не думаешь о следующих днях и следующих местах, где тебя могут избить. Тебе не больно когда в твою сторону обращаются как с дерьмом и отбросом. Кромешная пустота наступает, когда внутри уже нет повода для слёз и криков. Тишина. Она напрягает всех, особенно когда ты пытаешься выбраться, но ничего не слышишь кроме стука каблуков об пол. Каблук об пол? -Жёнушка~ просыпайся уже! Доктор обработала тебе раны, прости дорогой, я так сильно испугался когда ты сбежал, испугался что у тебя могут быть проблемы и я не смогу помочь, тебе досталось, ой как же мне стыдно… Будто специально, после того как тронул лицо омеги, вытер об чистый платок, потом выбросил его в ведро. -Ты стал таким грязным. Провонялся этим запахом кофейных зёрен и чертовым тирамису. Ты же не любишь сладкое, да и кофе тебе не нравится. Этот альфа… он абсолютно не симпатичен, тебе такие не нравятся, думал тебя какой-то студент защитит? Было очень глупо подвергать опасности бедного человека, который сейчас возможно уже лежит в канаве. И все это из-за тебя, гребаная сучка. Он пнул носком обуви об пол, тем самым смахивая всю пыль на лицо омеги, которое он не может даже с пола поднять, из-за большой боли в голове. На лице Хвана читалось, что ему все нравится. -Знаешь. Когда тебя не было пострадало очень много омег. Они все так не похожи на тебя, в них нет этой искры надежды, так быстро ломаются, всего за считанные часы, тут же ложатся на землю и молят о пощаде. Когда ты такого делал? Правильно, никогда. Ты у меня весь такой правильный и хороший. Если больше такого делать не будешь, возможно я снова разрешу тебе устроится на работу. Но сейчас, ты берёшь, встаёшь и идёшь готовить мне кушать. Я не ел нормальной еды все эти 3 дня, потому что тебя не было рядом, моё животное. -Иди нахуй! Чимин плюёт это буквально в ботинок альфы, и выхаркивает кровь, плюясь в рубашку. Он встаёт резко на ноги и бежит к выходу. Его тут же снова кидают на пол и наступают на грудную клетку. Сдавливают так сильно, что у омеги сейчас могут просто сломаться рёбра. -Не правильный поступок. Хван улыбается и рывком поднимает на ноги Чимина, припечатывает его к стене. -Ты так возбуждаешь когда боишься. От других стран выглядел совсем не так, с ними я попробовал все что было между нами, ты самый лучший, ты знал это? Мой любимый… У Чимина не льются слёзы, потому что все перерастает в гнев. Слово «любимый» из уст Чона звучало намного лучше. Да, он сказал «любимый учитель» но даже эта фраза была пропитана гребанным теплом. От Хвана звучит как острие стрелы, которое медленно вонзается со спины. Альфа блуждает, уже по голому телу и кусает плечи. -Подожди здесь. Приказным тоном говорит альфа и бьёт по ногам Чимина, а тот с грохотом падает. У него внутри пустота и так много вопросов. «Что случилось с Чонгуком?» «узнал ли Хван про флешку» «сможет ли он выбраться на этот раз?». Металлические наручники и цепи утяжеляют руки и само тело омеги. Так хочет все кинуть и ослабить организм, чтобы его просто хватил инфаркт, чтобы просто его не стало. Но почему-то хочется жить, у него же даже ещё нет родных детей, которых хотелось бы воспитать и вынести под своим сердцем. Он не проводил ночи со своим любимым за пачками чипсов и за просмотрами фильмов и сериалов. Чон обещал что покажет ему все фильмы Марвел. Почему-то именно это всплывает в памяти. Тот хороший вечер, когда ни о чем не думалось. Когда было по-настоящему. Всё было словно в второсортном фильме, который хочется постоянно пересматривать.. Хван выходит из комнаты с кожаным ремнём и бляшкой. Он был толстым, и по нему сразу можно было понять. Будет больно. Чимин даже никак не среагировал и отвёл взгляд. Нужно просто снова оказаться в том месте, где его по-настоящему любят и ждут. Тот вечер был незабываем. -Где Чон? Что ты с ним сделал? Яростные глаза смотрели на омегу, и затянутый ремень тут же оставил след на белоснежной коже. Спина почти полностью побагровела, а Чимин не издал ни звука ни писка. Он не станет больше прогибаться и плакать. -Спроси ещё раз. Спроси правильно. Медленными шагами, Хван приближался и томно следил за омегой, у которого резко началось трястись тело и холодный пот капал с виска. Он не принимал блокаторы три дня. Какая же глупая ошибка. Он не принимал не блокаторы не противозачаточные. Это слишком ужасная ситуация. Нет, нет, нет, нет, нет, только не сейчас, пожалуйста. -Г-де! Где Чон?! Трясущиеся ноги не слушались, но Чимин всеми силами старался подняться. Он понял насколько он выглядит жалко и беспомощно. И выглядит таким всегда. Очередной удар ремнём об икры ног, и сразу же второй по спине. Пак лег головой об пол и его тут же придавили ногой, впечатывая в твёрдый паркет. -Ты жалкое дерьмо. Забудь об этом глупом альфе. Он. Давно уже. Сдох. Лежит где-то среди леса и кормит лесных жителей, надеюсь его сожрут полностью до корочки. Он так спешил к тебе, когда понял какой ты тупой на самом деле, разрешил вернуться сюда. Я так и знал что ты просто не можешь без меня. Сейчас же забудь о нем, иначе отправишься к нему в канаву и быстро встань, приготовь мне вкусный ужин, без всяких сюрпризов. Даю два часа, я не настолько изверг. Безумными глазами и зловещим лицом он прогибался все ниже и шептал ядовитым шёпотом прямо в лицо омеги. Давит сильно на голову и откидывает вдаль. Вытирает свои руки платком и кидает на лицо омеги, выходя из дома. Нужно проверить. Правда ли Чон уже лежит в канаве. Пак лежит 10 минут неподвижно, приходя в реальность. Все зудит и щиплет. Первая попытка встать, окончилась провалом. Руки так ломит, они уже затекли, и Чимин просто уже не может ими двигать, как он приготовить этому ублюдку жрать? Он даже встать не может, а слова о том, что Чона уже нет, заставляет чувствовать глубокую вину за бедного юношу. Он был невероятно добрым и жаль что мир потерял такого прекрасного человека. Снова хочется увидеть эту родинку под губой и большой нос, с яркими глазами. -Боже! Он снова это сделал! Господин Пак?! Это вы?! Я думала вы смогли сбежать! Айгууу~ вам помочь встать? Какая же незадача. Взрослая, пышная, с кудрявыми волосами женщина в чёрном костюме подбегает к мужчине, и пытается его поднять, делая это с первого раза. Она сожалеюще смотрит на голое тело омеги и качает головой. Помогает ему устроится на мягком диване и говорит подождать. Она заходит в супружескую комнату и направляется в гардеробную. Скидывает все вещи в небольшую сумку. Когда она приходит к Чимину, тот уже встал, но она просто понятия не имеет какого усилия ему этого стоило. -Боже мой! Господин Пак, пожалуйста сядьте, я вам помогу одеться. -Флэшка… пожалуйста мне нужно её взять. Вдруг он нашёл её. Он неразборчиво говорит даме и смотрит стеклянным взглядом прямо ей в душу. -Подождите, подождите, давайте сначала оденемся, он приедет через час. Она помогает одеть всё и смотрит на цепи. У неё нет ключа, нет никаких средств и идей как снять эти кандалы. Она помогает снова встать мужчине и идёт по его направлению. За телевизором, всегда доска была сломана, но это знал только Чимин. -Там. Там внизу дощечка, сломанная, внутри флешка есть. Мне очень нужна, пожалуйста. Он мольбами взывает светлую женщину, которая похожа сейчас на ангела хранителя для Чимина. Она оставляет Пака стоять, а сама наклоняется, двигает столик с телевизором и отшкрябывает незаметный лак, тут же задевая ногтем маленькую дырочку. Она тянет из под низа вверх доску и она тут же поддаётся, а в под ней была в пакете флэшка. -Он не нашел её! Какое облегчение! Спасибо аджума, вы лучшая, вы мой ангел! Вы герой, вы- вы просто волшебная. Пак готов возвышать её ещё очень долго, даже кланяться, если бы был в состоянии. -Не нужно дорогой. Ты так напоминаешь мне моего сына, он такой же светлый лучик солнца, правда он был Альфой и от него омег никогда невозможно было отлепить. Она улыбается и обнимает крепко Чимина. Почему-то прямо сейчас хочется расплакаться и обнять в ответ. Такое чувство будто его укрывает пледом мама. Может она правда его ангел хранитель? Всякое же бывает… -Был? Этот вопрос остался без ответа. -Беги. Беги Чимин, я помогу тебе поймать такси, пожалуйста уезжай куда подальше. В твоей сумке лежит паспорт и карточка. Ты главное живи, хорошо? Она целует в лоб. Совсем забыла что ему почти 27, а не 18 как было ее сыну. Он в ответ одаряет её счастливой улыбкой и медленными шагами собирается к выходу. Он заслужил этих мгновений, от которых скашивается ноги. Заслужил свежий воздух. На этот раз это настоящий побег, из под глаз монстра. Возможно у него небольшой перелом. Возможно у него внутреннее кровотечение. Возможно он больше не сможет пользоваться правой рукой. Но он обязательно будет жить. Дышать свежим воздухом и может когда-нибудь снова станцует. Снова прыгнет в шпагате в счастливые воспоминания. Его руки трясутся, они все ещё скованы, и гребаная цепь тянет вниз. Однако это его совсем не останавливает. Он одевает тапочки и просит в последний раз помочь, аджуму. Открыть ему просто дверь. Ей это сложно даётся. Она даёт надежду на хорошую жизнь и боится что эту надежду просто снова раздавят. Когда Чимин с сумкой через голову, с завязанными руками садится в такси, у него сердце будто начинает стучаться. Потому что Пак почувствовал его только сейчас и понял что до этого, он даже почти не дышал. -Куда вас? -Можно пожалуйста в полицейский участок Инсадон? Водитель ему кивает и выдвигается в путь. Он так рад что ему помогли. Эта хорошая женщина, ее даже не хотелось оставлять, он знает какая участь её ждёт. Это игра на выживание и он обязательно будет ее помнить и молиться за неё чтобы та была жива. Он тут же вспомнил слова Хвана «Его больше нет. Давно наверное кормит лесных жителей» он сказал наверное и Пак надеется что все хорошо. Он смотрит в окно и видит невысокие здания. *** Он видит как Пак заходит в дом и хочет закричать. Но тут. Резко боль в области головы и темнота. Не видно и не слышно ничего. Как такое произошло? Проснись сейчас же! Неужели в обморок упал, потому что бежал слишком долго? Сознание Чона надеется что у них не схватил инфаркт и он не умер. Но он даже готов себя из того света вытащить, чтобы спасти Пака. Он должен прямо сейчас проснуться! Давай! Давай! Его разум потихоньку просыпался и он уже чувствовал как в неудобном, очень тесном месте, трясётся. Видимо едет в багажнике маленькой машины. У него затекло буквально всё. Он резко открывает глаза и зря это сделал, у него тут же закружилась голова. Он хотел начать искать телефон, но руки связаны какой-то дрянной веревкой. Они думают что это его остановит? Это было опрометчивое решение. Он всеми силами пытается ее разорвать, но ему и так и так не получается. Он замечает чемодан с инструментами, там же должно быть хоть что-то острое. Еле дотягиваясь головой, он зубами открывает чемоданчик и кидает себе в руки канцелярский нож. Он раскрывает его и начинает тереть об веревку. Несколько раз задевает кожу, но его это вообще не колышет. Уже разрывая собственными руками наконец-то освобождает руки. Первым делом прокручивая их, чтобы они пришли в чувство, так как кровь долгое время не приливала к конечностям. Следом он освобождает ноги. Когда он полностью освободился, они резко остановились и Чон ударился об верх багажника. Тут невероятно тесно, не повернуться и не двинутся никуда. Он чувствует как машина легчает, значит из неё вышли. Неизвестно сколько тут людей и неизвестно где он находится. Но сейчас его главной задачей является вырубить противников. Он слышит щелчок прямо рядом с ухом и очень сильно напрягается. Когда дверь стала потихоньку открывается, он увидел две пары ног и тут же сообразив. Выпнул наверх укрытие и двумя ногами кидает соперников назад. Они видно не хиленькие, видимо просто не были готовы к такому. -Чтобы окончательно меня вырубить, вам придётся постараться. Он до сих пор ходит на тхэквондо. Помнит все от корки до корки. Вы зря перешли ему дорогу. Тхэквондо это вид борьбы, где часто используют именно ноги, поэтому у Чона они очень даже накаченные. Он делает подсечку как на борьбе и тут же носком ботинка бьёт по вискам вышибалы. Одним ударом ложа его на землю. Бьёт его легким и снова по голове. Это конечно не по правилам тхэквондо, но как говорится, самооборона. Второй мужик подходит сзади и замахивается локтем в голову, но Чон смягчает удар своей рукой, немного отшатнувшись. -Теперь моя очередь. И таким же приемом, замахивается локтем и тут же коленом бьёт по боку, а локтем попадает в лоб. Но тот не теряется и кулаком попадает по челюсти Чона. Альфы дерутся, но младший с сожалением бьёт в пах и три кулака в нос. Тот падает на колени и Чон решающим ударом ногой в голову вырубает того. Внутри всё кипит, как давно у него не было спарринга и до безумия в глазах ему нравится кровь на его руках. Ему всегда нравилась борьба, потому что можно всю свою агрессию, с которой у парня проблемы, выпустить на драках. Вы ещё просто не знаете прошлое Чона. Он оглядывается и понимает что находится посреди дороги в маленькую деревушку. Нужно либо возвращаться назад, либо ехать в деревню и спросить дорогу. Чон вспоминает про свой телефон и шарит по карманов лежащих людей. У них нет, может есть в машине? Он обходит её и садится за водительское сидение. У него конечно есть права, которые пылятся дома, но в этом то и дело что дома. Он чешет рукой затылок и заглядывает в кармашек и находит свой телефон, который нехило потрескался. Но жить будет, можно включить значит все нормально. Когда телефон включился, на него тут же посыпались уведомления о многочисленных звонках от Намджуна. Рациональным решением было позвонить ему. Гук набирает номер и ничего не слышит, даже гудки, потом смотрит на сеть и ужасается. Всего одна палочка, ну оно и понятно, кругом деревья и нигде не видно столбов с проводами. Как же теперь ему быть? Лучше наверное ехать назад, если он доедет до деревни, то его там просто за маньяка примут и возможно в местную тюрьму бросят. Он заводит автомобиль, прикрепляет ремень и включает фары. На телефоне показывает 17:23, значит с момент происшествия произошёл всего час. Но когда Чон посмотрел на дату, понял что прошёл уже гребаный день. Он лежал в отключке целый день, наверное поэтому он сейчас не чувствует себя чрезмерно уставшим. Его возили целый день? Или может где-то оставили, а потом снова начали везти? Ну местность вполне знакомая, главное что он сейчас в Корее и это уже хорошо. С течением времени, на телефоне уже появилась хорошая связь, можно и Киму позвонить. Пииип….. пииип…. пииип… -Алло! Чонгук это ты? -Хен! Да это я. Честно я не знаю что происходит и где я сейчас нахожусь, но я еду на машине куда-то. Его голос немного подрагивал из-за большого количества стресса и переживаний за эти несколько дней. -Как Чимин-хён? Я надеюсь с ним все хорошо. Этот вопрос так сильно мучает Чона. Не даёт ему спокойствия и только этот вопрос движет сейчас Чонгуком. Хочет увидеть. Хочет увидеть своего профессора. Хочет увидеть свою частичку души и убедится что всё хорошо. -Не волнуйся, ты лучше сейчас подумай как тебе выбраться из этой ситуации. У нас с Чимином всё хорошо. Нагло врет. Потому что не знает даже что творится с Паком, но не хочет нервировать Гука и поэтому просит быстрее приехать в ближайшие городки. Когда вешает трубку, Ким звонит в специальное отделение и просит отследить номер Чонгука, чтобы поскорее забрать его. Чонгук 600 км от Сеула. А Чимин 600 метров от своего спасения.