Ana ta hama da shi o odorokaseru (Ты все еще меня поражаешь)

Посреди ночи Наруто просыпается в холодном поту. Его окутывает смутное ощущение приближающейся и неминуемой беды. Вот-вот что-то должно произойти… Он резко поднимается на кровати, сжимая в руках одеяло – сильное напряжение сковало, казалось, все тело и мышцы, он озирается по сторонам, но в темноте не получается разглядеть никаких признаков чужого присутствия или следов чакры. Ничего не слышно, вокруг, наоборот удивительно глухо, только сердце все еще слышно колотится и отдает прямо в виски. У него плохое предчувствие, кажется, что-то важное начинает происходить, не видимое его глазу, и он не может понять что именно. Что-то ловкое и подлое как теневая техника его главного помощника. Рука непроизвольно потянулась к затылку - как назло теперь эти опасения сопровождаются еще и жжением где-то в области шеи. Как будто из кипящего чана вынули ложку с супом и приложили к нему, расплескав жидкость на соседние участки кожи. Но через пару мгновений эта боль проходит, как будто ее и не было. Наруто, несколько успокоившись и уняв первичную тревогу, натыкается взглядом на спящую почти на самом краю постели Хинату – ее лицо выражало полное спокойствие и безмятежность, мягкие черты напоминали о жизни вдали от войн и нелегкой судьбы шиноби. Обычно Узумаки окутывал приступ нежности при взгляде на жену и ее красоту, но уже не первый день эти тонкие и женственные, почти идеально сложенные линии, не вызывали в нем прежнего отклика и постепенно меркли в гуще событий и забот, ровно как и сейчас. Все же его жене не ведомы такие тревожные сны и пробуждения, и задача Хокаге поддерживать этот покой, прилагая все его возможные и невозможные силы. «Дурной знак» - заключает Узумаки, и весь следующий день проводит в обычной рутинной работе и самое главное - молчит о произошедшем, при этом старается быть настороже больше, чем обычно. Но на следующее утро пытка повторяется вновь, и теперь она преследует Узумаки несколько раз на дню. В моменты дурного предчувствия он ощущает резкий жар и жжение в затылке, к которому непременно хочется прикоснуться и надавить, чтоб перестало болеть. Предугадать это кажется невозможным. Какое же это неудобство, когда нужно быть максимально сосредоточенным на работе главы деревни! Так, с нестерпимым и резким зудом он непроизвольно начинает искать причину происходящего. Хокаге приглядывается к своим доверенным лицам, боясь упустить что-то из-под самого носа. Но никто из них не подает подозрительного вида, зато он узнает много новых тем для дальнейшего изучения, то, что не стоит просто пускать на самотек. Например, что Шикамару стал брать чуть больше работы, потому что не хочет быть рядом с Темари, когда она занимается подготовкой к приезду Гаары и беснуется по каждой мелочи. Узнал, что Боруто активно стал наведываться к Мицуки, что означает неминуемую связь с Орочимару, но благо последний все ещё держит приличную дистанцию и не даёт ни намека на компрометирующее поведение. Наконец, он узнал, что Сакура стала получать весточки от Саске в виде писем, где текст становился все короче и короче, что на их языке отношений для нее значило "он занят чем-то опасным, ему не до нас". Получив вроде бы достаточные основания для своих тревог (всё-таки активность Орочимару по сближению с сыном не может быть просто о чем-то, его главный помощник теряет бдительность из-за личных проблем, а главный медик Конохи то и дело грустно вздыхает и жалуется на непомерную усталость от всего), Наруто все равно мог нетерпеливо начать грызть свои ногти и душевно метаться. Потому что все это было не о том, что он чувствовал. А чувствовал он, буквально ясно осязал то, что обычный ход вещей был сломан, и его тревога сейчас имеет прочное и незыблемое основание, не терпящее отлагательств. А своей интуиции он привык верить ещё с совсем детских времён, и она его еще не подводила. Но ты попробуй объяснить другим, что априори ты прав и где-то за его спиной происходят совсем не хорошие делишки? Быть может, где-то там за монументами лиц Хокаге растет и распускает свои щупальца зла угроза Конохе. Вот только он не решается никому об этом сказать. Почти никому. - Ты выглядишь измотанным. Опять до рассвета вглядывался в отчёты своих неумех-Анбу? Саске смотрел на него крайне неодобрительно, даже обвиняюще, несмотря на подразумевающийся намек на заботу. "То же мне правая рука, даттебайо…". - Ха! Иногда твой шаринган тебя подводит. Я искал источник своих...ощущений, - Наруто неосознанно прикоснулся к своей шее и отвёл взгляд в сторону, - и много думал об этом вчера. Даже пришел к кое-каким догадкам. - Во-первых, я очень удивлен тем, что ты наконец отвлекся от бумажной работы, во-вторых готов поздравить с тем, что думал... Но все же повторюсь, это только твоя паранойя. Я не чувствую никаких признаков опасности. Скорее всего, это происходит от затянувшегося переутомления, усаратонкачи. Саске позволил себе очень длинный монолог в его сторону, казалось, спустя столько времени. Даже когда они обсуждали важные стратегические шаги, он не позволял себе такого. Да и в большинстве случаев они ограничивались понимающими кивками и короткими фразами. Им пришлось резко повзрослеть после возвращения Саске в ряд союзников Конохи, и их отношения тоже, казалось, легко преобразились в нечто взрослое вместе с взаимопониманием и принятием друг друга. Наруто не мог не подметить такую резкую перемену в поведении. -Все же что-то ты мне не договариваешь, теме. Не рассказываешь, где пропадал последний месяц. Да и Сакура волновалась... «А я не находил себе места без тебя» - почти добавил он, но вовремя удержался, несколько смутившись своим мыслям. -Сакура единственная знает, что со мной было и она просто сильно ... скучала, - словно нехотя отрезал последнее слово Учиха. Наруто знал, что это та самая черта, которую было опасно переступать. Последние полгода обсуждения отношений с Сакурой не только приводили их в тупик, но и к неудовлетворенному исступлению обоих. Старая некрасивая и надоедливая пластинка. Саске был непреклонен, и даже хваленного упрямства Узумаки не хватает хотя бы на мелкую трещину в этой стене невозмутимости. "Где же ты тогда был, скотина из клана Учихи, и почему вы с Сакурой молчите?" -Ты закончил свои личные дела? – несколько сдержанно процедил Наруто, не вглядываясь в глаза собеседника. Он боялся увидеть в них какой-то немой ответ на все его закрадывающиеся ледяными когтями в самое сердце опасения, а именно, что однажды он скажет: "Прости. Я больше никогда не вернусь в эту деревню, можешь меня не ждать, какой же ты все-таки усаратонкачи...". Иногда Наруто просто ничего не мог поделать с собой и внезапно проникающими в самое его естество "глупыми мыслями", они просто возникали и периодически подрывали его уверенность в завтрашнем дне, от них хотелось привычно отмахнуться как от назойливой мухи. -Будь уверен, это касалось прошлого моего клана. Я стараюсь восстановить его наследие, но это не так просто, - его интонации заметно смягчились. «Он говорит это так спокойно и пространно, хочет ли он что-то скрыть от меня или это обычное состояние Саске-задница-Учихи?». -…И я остановился в этом деле, так как Сакура попросила меня активно присмотреть за тобой, она беспокоится, Сарада и Боруто тоже. Наруто искренне удивился такому резкому переводу стрелок в свою сторону. Он ли тот, за кем действительно стоит беспокоиться его семье и жителям деревни? Звучит так, будто бы они в нем не до конца уверены, сомневаются в нем, как в главе деревни. Похоже, что Седьмой Хокаге слегка подрастерял свою форму, наверное, в том числе в связи с этими странными ощущениями. -Может, тогда устроим спарринг, и я покажу тебе, за кем здесь стоит приглядывать? – Узумаки зарделся и кинул Саске самоуверенную ухмылку, как когда он был нахохлившимся и громким юнцом. Но одним боем дела не решаются, никогда не решались, и как не Наруто с его громкими фразами и верой в свою правду это не понимать? Учиха не удостоил его словесным ответом и словно со снисхождением, как будто исполняет прихоть капризного ребенка, указал единственной рукой в сторону лесной чащи. «Вроде как моим соперником себя возомнил ТЫ, а на спарринги приглашаю вечно я, почему, даттебайо?!». Наруто тоже решил принять вид того, кому это не так уж и нужно. Подумаешь, поставить на место какого-то там возомнившего себя невесть кем теме с его излишней заботой? Лучше пусть посвятит в свои «личные дела», «дела клана», которыми он так всенепременно занят и периодически находится для него, его Хокаге, вне доступа. Узумаки неожиданно для себя сжал свой кулак так, что впился ногтями в кожу. Драться все-таки очень хотелось. Но он уже не кидается в бой при первой же возможности, тотчас занося свой кулак прямо к лицу врага. Наруто сильно вырос за последние года, пройдя опыт действительно тяжелых боев, которые могли длиться днями… Выдержка, которую он приобрел, было одно из самых полезных приобретений и навыков техники боя шиноби. Седьмой Хокаге принял давно отточенную боевую стойку и с глубоким выдохом закрыл глаза. В следующий миг они приняли золотистый оттенок, а веко окрасилось алым. Он демонстрировал серьезность своих намерений. Саске не остается в долгу и в ответ активирует свой шаринган.