Бесконечная песня

      Когда Луна наконец пересекает границу между регионами Лейде и Даскай, дождь уже заканчивается. На небе ярко светит солнце, и первые, кого она видит, пройдя через высокие ворота – Умбра и Прина, бросающиеся ей навстречу. У Умбры на шее дневник, и Луна узнает, что Ноктис благополучно покинул Инсомнию и направляется в Альтиссию, где они и должны встретиться. С ее души будто спадает тяжкий груз, хотя она догадывается, что когда Ноктис писал эти скупые поспешные строки, он еще не знал, что случилось в Инсомнии. Луна вздыхает и поднимает глаза. Гентиана приближается к ней неспешной походкой и, как всегда, отрешенно улыбается. Луна оставляет собак и выпрямляется, а затем разжимает ладонь, показывая Гентиане кольцо. Гентиана едва заметно кивает.       Тишину ясного дня вдруг нарушает громкий гул двигателей. Луна хмурится, увидев приближающийся дредноут. Она уже решает спрятаться за какой-нибудь из стоящих вдоль дороги контейнеров, когда замечает, что дредноут всего один и движется с противоположной Инсомнии стороны. Значит, это не имперский флот, посланный за ней вдогонку. В голове проносится мимолетная мысль: «Может, это Равус?», но Луна отметает ее. Равусу сейчас не до ее поисков, и после того, что случилось в тронном зале, Луна сомневается, что он захочет искать ее.       Гентиана исчезает, и Луна остается вместе с собаками. Она бесстрашно шагает вперед и ждет, пока гигантская пасть шлюза дредноута разверзнется перед ней. Если понадобится, она сможет себя защитить.       Шлюз действительно открывается, и из него появляется тот, кого Луна меньше всего ожидает увидеть. Точнее, та – это женщина, наемница, и Луна вспоминает, что несколько раз видела ее в рядах имперской армии. И еще пару раз – рядом с Равусом. Непрошенная ревность вдруг тисками сжимает сердце, и Луна удивляется сама себе. Наверное, более десяти лет прошло с тех пор, когда она в последний раз ревновала Равуса.       – Леди Лунафрейя! – окликает ее женщина, не спеша покидать дредноут. Она расслабленно опирается плечом о край шлюза, скрестив на груди руки – похоже, ей здесь точно бояться нечего. Луна подходит ближе.       – Простите, я не помню вашего имени, – вежливо, но отстраненно произносит она. – Но если вы попытаетесь силой забрать меня в Гралею, то знайте, что живой я не дамся.       Серебристые брови наемницы взлетают вверх, а на губах расцветает понимающая улыбка.       – Я совсем не собираюсь никуда тащить вас силой, – отвечает она. – У меня послание от вашего брата.       Сердце Луны пропускает удар, а затем принимается биться в два раза чаще.       – Как он? – спрашивает она. – Он… жив?       – Куда он денется, – усмехается женщина. – С ним все будет в порядке, он довольно крепкий.       Она говорит о Равусе так, словно знает его очень хорошо, лучше, чем сама Луна, и та вновь ощущает прилив неконтролируемой и неуместной в данной ситуации ревности. Но никак не выдает этого внешне, а лишь вежливо улыбается, поднимаясь по откинутому трапу. Умбра и Прина следуют за ней, навострив уши. Луна протягивает руку, и женщина вкладывает в ее ладонь сложенный вдвое листок.       Письмо Равуса, как всегда, не отличается многословностью. В нем даже приветствия нет, как и подписи. Конспирация, к которой они уже давно привыкли. Фразы короткие и обрывочные, словно Равус писал его впопыхах, хотя, скорее всего, так и было, учитывая, в каком состоянии Луна видела его в последний раз.       «Я пришлю сопровождающих. Вы с Гентианой вернетесь в поместье. В Люцисе для вас опасно. Империя боится завета с Археем, и вскоре они придут за тобой».       – Равус попросил, чтобы я отвезла вас в Тенебре, – добавляет женщина. – И предупреждал, что вы можете отказаться.       – Я так и поступлю, – Луна высоко вздергивает подбородок, глядя прямо в ее зеленые глаза. – Мне нужно кое-что закончить здесь, пока я не могу уехать.       Женщина качает головой, отчего перехваченные кожаными шнурами хвостики в ее прическе колышутся из стороны в сторону.       – Ох уж эти Флёре… – бормочет она, а затем добавляет уже громче: – Говорите, куда подвезти.       – Вы правда собираетесь помогать мне? – удивляется Луна. – Я ведь сейчас считаюсь беглой преступницей.       – В первую очередь, вы – сестра Равуса, а ему я обязана жизнью, – твердо произносит женщина. – Так что кончайте разводить ненужную демагогию и запрыгивайте. – Не дожидаясь ответа Луны, она отворачивается, но затем вдруг поворачивается снова: – Кстати, я Аранея.       В ее глазах пляшут лукавые искорки.