Возвращение в Хогвартс

Гермиона Грейнджер и Люциус Малфой вернулись в школу вместе ближе к полуночи. Очень недовольный Аргус Филч ждал их около ворот. - Право, Аргус, не стоило, - бросив презрительный взгляд на завхоза, проговорил профессор Малфой. - Извините, мистер Филч, - пискнула Гермиона. Она совершенно не ожидала увидеть его так поздно. Люциус взял девушку за руку и настойчиво потянул за собой. Извиняться перед сквибом, еще чего не хватало. - Сегодня такое красивое небо, - восхищенно сказала Гермиона, поднимая взгляд наверх, и не обращая внимания на изменившееся настроение ее спутника. - Хочешь, поднимемся на астрономическую башню? – Люциус Малфой с трудом признавался сам себе, что не хочет отпускать эту девушку от себя так скоро. - Правда? - Правда, - он притянул ее к себе и коснулся губами макушки. Идеальное для наблюдений ночное небо было усыпано миллиардами звезд. Все облака исчезли как по волшебству. Люциус Малфой настроил телескоп. Он показывал юной ведьме свои любимые созвездия, рассказывая забавные истории из своих ученических лет. Гермиона никогда не могла представить его таким. - Смотри, - и он повернул телескоп немного в сторону, - видишь скопление звезд? Ничего не напоминает? - Похоже на… одуванчик? - Да, так и есть. Созвездие одуванчика можно увидеть только зимой. Ты обращала внимание, что это единственный цветок, который содержит в себе две ипостаси: жизнь и смерть? - Если честно, нет, не было необходимости. Но, я тут кое-что вспомнила, - Гермиона отошла от телескопа и крепко сжала свои ладони. Люциус Малфой внимательно смотрел на нее, ожидая продолжения. - У тебя в библиотеке есть «Трактат об одуванчике»? - Он есть и в школьной библиотеке, - уклончиво ответил мужчина. - Меня интересует первое издание. Люциус Малфой внимательно уставился на Гермиону. Он долго молча разглядывал ее. - Могу я узнать, зачем? – наконец спросил он. Гермиона смутилась. Румянец покрыл ее щеки. Девушка растерялась от такого ответа. - Меня попросили помочь, - начала говорить она. - Это небезопасная книга, - попытался объяснить ей мужчина. – Книги по целительству вообще стоит открывать очень осторожно, особенно такие старые и такие могущественные. На многих из них лежат проклятия. - Почему? – не выдержав, спросила Гермиона. - Потому что они требуют слишком большого количества энергии, волшебства. К тому же в них содержится информация, обладая которой можно заполучить господство над миром, если правильно ее использовать. Кому понадобилась эта книга? - Мисс Лавгуд, - Гермионе нечего было скрывать от него. - Интересно… Мисс Лавгуд весьма неординарная личность, неудивительно, что ее заинтересовала именно эта книга. Но остается вопрос, для чего она ей? - Чтобы помочь родителям Невилла, - Гермиона сказала это очень тихо, она не была уверена, что вправе разглашать эту тайну. - Что ж… я наслышан про них… чистокровные волшебники, проявившую большую отвагу… Они ведь так и не предали тех, кого защищали. Это большая редкость, - Люциус Малфой говорил с горечью в голосе. – Но, насколько я знаю, смягчить последствия «Круциатуса» еще никому не удавалось. - Ребята работают в команде, и у них есть идеи на этот счет, - Гермиона крепко сжала бортик руками, так, что побелели костяшки ее пальцев. - Книга у меня есть, - растягивая слова начал он. Его тон не предвещал ничего хорошего. – Гермиона, прости и пойми меня. Я готов открыть доступ к книге только мисс Лавгуд и только в Малфой-мэноре, и только на условии, что если у них все получится, мое имя будет значиться в разработках. При этом, я готов предоставить им полностью оборудованную лабораторию, но они должны держать меня в курсе своих достижений. Мужчина перевел дыхание и замолчал. Гермиона смотрела на него широко распахнутыми глазами. С одной стороны, она понимала зачем это ему. Ведь такое мощное и полезное лекарство могло полностью обелить его имя, а с другой… она не была уверена, что ее друзья согласятся. Вся былая романтика вечера испарилась безвозвратно. - Я замерзла, - ведьма опустила глаза и обняла себя руками. - Пойдем, я провожу. Весь путь до Гриффиндорской гостиной они проделали молча. - Спасибо, за прекрасный выходной, профессор Малфой, - прошептала Гермиона ему на прощание, слегка коснувшись его щеки пальцами. Спящие портреты не внушали ей доверия. - Сладких снов, мисс Грейнджер, - а вот ему было наплевать. Он резко притянул девушку к себе и впился в ее губы коротким, но страстным поцелуем. Люциус Малфой понимал, что их последний разговор будет дорого стоить их начинавшимся отношениям. Но он не мог поступить иначе, ведь он был Малфой. Гермиона тихонько пробиралась к лестнице, ведущей в спальни девочек, совершенно не ожидая никого увидеть в такое время суток, однако ее взгляд уловил какое-то движение в кресле около камина. Джордж Уизли осторожно спустил с колен ее кота и подошел навстречу. - С кем ты была сегодня? – по его голосу девушка поняла, что он точно знает с кем. - Тебя, как и кого-либо другого, это не касается. - Герм, ты нравишься мне намного сильнее, чем ты думаешь, но это неважно сейчас. Просто будь осторожнее. Прошу тебя, - он взял ее за руку, но Гермиона быстро вырвала свою прохладную ладонь из его горячей руки. - Джордж, спасибо, конечно, но я разберусь сама. - Девочка выросла, - ухмыльнулся грустно Уизли. - Да, девочка выросла, - резче, чем хотелось, ответила она. – Спокойной ночи. Гермиона не дала Джорджу больше ничего сказать. Схватив на руки Живоглота, девушка быстро устремилась в свою спальню.