Глава 1
13 августа 2021 г., 10:00
Напарница Эммы по лабам раздражает.
Это слово использовала напарница по отношению к Эмме однажды. Что ж, взаимно.
— Да что с тобой такое! — говорит Эмма. — Я всего лишь допустила одну крохотную ошибку. И мне жаль.
— Уверена так и есть, Мисс Свон. Дай сюда скальпель, я сама вырежу это сердце.
— Прекрати называть меня «мисс Свон»! — отвечает она, протягивая своей напарнице по лабам скальпель. — Меня зовут Эмма. А ты говоришь как старуха.
— Приму к сведению. — отвечает ей ледяной голос.
Эмма шумно выдыхает, борясь с желанием выбежать из класса. Она так уже делала. В итоге оказалась у директора Голда в кабинете.
Ее партнершу по лабам зовут Реджина, чье имя, если верить ее подруге Мэри-Маргарет означает королева на латыни. Честно говоря, имя подходящее. С тех пор как эта девчонка переехала из своей предыдущей частной школы в Сторибрук, чтобы закончить выпускной год здесь, она ходит по коридорам в своей дизайнерской одежде так надменно, что легко сможет сойти за королеву.
Эмма не знает почему Реджина выбрала именно эту школу. Она уверена, что родители Реджины могли бы позволить себе частное образование для дочери — ее мать генеральный директор какой-то крупной компании, а отец богатый наследник — но Эмма еще не выжила из ума, чтобы говорить с Реджиной о ее семье. Эмма с ней вообще старается не говорить без крайней необходимости.
— Она даже по имени меня не называет. Я не знаю, что с ней не так. — высказывает Эмма своим друзьям во время обеда. Она ест черствый бутерброд, который ей дала утром ее приемная мать. Ее теперешняя семья не самая лучшая, из тех, что у нее были, но и не самая худшая. Они, в основном, просто не интересуются ее жизнью, что, конечно, лучше, чем те откровенно жестокие семьи, в которых ей довелось пожить.
— О, дай угадаю. Мы опять о Реджине. — ее подруга Руби ухмыляется, забавляясь пристрастием Эммы. Почему она не может воспринимать ситуацию серьезно?
— Руби, я серьезно. Она превращает эти уроки в сущий ад. Она ненавидит меня без объективной на то причины. Я честно не пойму почему.
— Разве не ты пролила на нее кофе?
— Всего-то один раз! — возразила Эмма.
— Я просто говорю, что ты произвела на нее не самое приятное первое впечатление. — указала Руби, бросая виноградинку себе в рот.
Эмма вздыхает. Ей кажется несправедливым, что ее наказывают за неуклюжесть.
— Если бы мы были героями романтической комедии, вы двое были бы вместе в конце фильма. — говорит мечтательно их подруга Мэри-Маргарет, не отрываясь от книги. — Я бы хотела, чтобы такое произошло со мной.
— Ты хочешь, чтобы кто-то пролил на тебя кофе? — почти смеётся Руби. Она абсолютная противоположность спокойной и застенчивой Мэри-Маргарет, хотя они обе — волевые девушки с добрыми сердцами.
— Что? Мне не нравится Реджина. — говорит Эмма, осознав что сказали ее подруги.
Абсолютно точно не нравится. Только потому что Реджина выглядит как богиня, сошедшая с небес, еще не значит, что она нравится Эмме или когда-либо понравится. Реджина заноза в ее заднице. А Эмма натуралка.
— Конечно, Эмма. — говорит Руби, опять ухмыляясь. Эмме уже начала надоедать эта ухмылка.
— Да не нравится она мне! Она чудовище!
— Ты так много о ней говоришь, что я тебе уже не верю, но ладно. — Руби пожимает плечами и съедает еще одну виноградинку. — Кстати, хотите пойти на вечеринку к Авроре в эту субботу? Она пригласила меня на уроке математики. Возможно, она так пытается меня отблагодарить за то, что я ее бужу каждый раз, когда она вырубается в классе. А может мы правда подружимся. Она сказала, я могу взять вас.
***
Сторибрук маленький город, где ничего особенно не происходит, но Эмма вполне довольна. Одна из причин почему жизнь в этом городе не такая уж невыносимая, так это, потому что она завела здесь хороших друзей. Всю жизнь она была одна, сиротка, которую никто на самом деле никогда не хотел, которую швыряли из одной семьи в другую, но здесь у нее есть Руби и Мэри-Маргарет. Она и не помнит, когда в последний раз заводила с кем-то близкую дружбу, после того, как их с Лили разделили, когда им было по пятнадцать лет. С Мэри-Маргарет они познакомились в ее первый день в этом городе. Девчонка мгновенно взяла Эмму под свое крылышко, и предложила показать Сторибрук. Позже в этот же день они встретили Руби, когда тур по городу от Мэри-Маргарет завел их в закусочную «У Бабушки», которой владела бабушка Руби. Сейчас троица стучится в дверь дома родителей Авроры (нет, Эмма поправляет себя, не дом, а особняк). Их скоро встречает семнадцатилетняя рыжая девушка. — Руби! Я так рада, что ты пришла. — говорит Аврора, когда открывает дверь. Держа в руках красный пластиковый стакан, она приобнимает одной рукой полураздетую Руби. — И ты привела друзей! Добро пожаловать! — Привет, Аврора. — смущенно говорит Эмма. Она не уверена, почему согласилась прийти на эту вечеринку. Она задумывается на секунду почему Аврора вообще ходит в городскую школу вместе с ними, но потом вспоминает, что ближайшая частная школа, Академия Броселианд, находится в двух часах езды отсюда. — Эмма, верно? Приятно познакомиться! — она обнимает и Эмму, на что Эмма тоже неловко отвечает. Обычно строгая и строптивая Аврора кажется совершенно другой, когда выпивает. — И Мэри-Маргарет! — затем Аврора обнимает и ее. — Давно не виделись. Мы не встречались вне школы кажется целую вечность. — Да, много времени прошло. — Мэри-Маргарет улыбается. Она как-то рассказывала Эмме, что их семьи устраивали совместные игровые дни, когда девочки были маленькими, но со временем они расстались на дружеской ноте. — Я надеюсь вечеринка вам понравится. Если что-то понадобится, найдите меня, Фила или Мулан. — прощебетала Аврора и улетела встречать других гостей. — Так, Фил — парень? — спрашивает Эмма Руби. — Да, а Мулан лучшая подруга парня, которая также стала другом Авроры. — Понятно. — отвечает Эмма. Она видела Мулан в школьном спортивном зале, а их троицу в коридорах. Они, казалось, никогда не расстаются. — О. Мой. Бог. Посмотри кто здесь. — Руби указала на вход с другой стороны зала. Эмма оторвала взгляд от емкости с пуншем и заметила трех девушек из Академии Броселианд. Странно это. Что они забыли на вечеринке Авроры, думает Эмма, учитывая, что между одной из девушек (по имени Мал) и Авророй, если она не ошибается, своего рода, давняя вражда. Эмма не совсем понимает, почему Руби создает шумиху вокруг их прихода, пока Эмма не замечает четвертого человека в их компании: Реджину. — Я думала она держится сама по себе и не ходит на такие вечеринки. — продолжает Руби. — Хотя она в нашей школе недавно, может поэтому мы видим ее здесь только сейчас. И ты посмотри с кем она пришла. — Мы с Реджиной были друзьями, когда были младше. Она несильно старше меня, но для меня она всегда была старшей сестрой. — с тоской говорит Мэри-Маргарет. — Не знаю, что с нами случилось. Она в какой-то момент начала так раздражаться, когда я рядом, и никогда не заводит разговор со мной без надобности. — Слушай, не знаю, может быть дело даже не в тебе, Мэри-Маргарет. Она вроде так со всеми общ ... — начинает Эмма, но Реджина кажется другим человеком, когда общается с Мал и компанией. Она больше смеется и улыбается, ее привычное раздражение исчезает. Она красиво выглядит, объективно говоря, конечно, вырез на ее дорогущем платье почти достаёт живота, а на шпильках она кажется выше, чем обычно. Ее губы выкрашены в темно-алый и Эмма ума не приложит, почему продолжает пялиться на неё. — Осторожнее, смотри, чтобы слюнка не потекла на рубашку. — говорит Руби, выдергивая Эмму из ее мыслей. Она допивает остатки пунша и одаривает Эмму очередной ухмылкой. — Что? — Я говорю, что ты так на нее запала, что это уже слишком очевидно. Держи себя в руках, Свон. — продолжает Руби, подливая себе побольше пунша. — Да не запала я! — Конечно, Эмма. — ответила Руби. — Но знай, я вижу, что ты в ней нашла. — Руби, пожалуйста. — говорит Эмма. — Тогда ты не против, если я к ней подкачу? — игриво спрашивает Руби. Эмма уверена, Руби не станет этого делать, пусть даже она недавно рассталась со своим парнем и сказала Эмме, что ей плевать на пол, когда дело касается симпатии. Руби постоянно так шутит. Она не станет нацеливаться на того, на кого, по ее мнению, запала Эмма. Не то, чтобы Эмма правда запала. Определенно точно нет. — Конечно, с чего мне быть против?! — отвечает Эмма, но ее голос звучит фальшиво и слишком высоко, даже для нее самой. — Боже мой, здесь Дэвид. — прерывает их Мэри-Маргарет. — Дэвид? — говорит Эмма. Она не помнит никакого Дэвида. — Подожди, тот Дэвид? — спрашивает Руби. — С которым вы подрались из-за той книги, а потом он тебе ее отдал? О, этот Дэвид. Эмма была так взбешена из-за Реджины, когда Мэри-Маргарет рассказывала эту историю, что не смогла запомнить имя этого парня несмотря на то, что Мэри-Маргарет была необъяснимо очарована им. — Иди поговори с ним. — говорит Руби, а Эмма согласно кивает. Дэвид кажется достаточно хорошим парнем. — Ты думаешь? — спрашивает Мэри-Маргарет. — Да. — шепчет Руби. — Они с Кэтрин расстались, как ты уже знаешь. Она теперь встречается с Фредериком из футбольной команды. Так что иди! — Ладно. — говорит Мэри-Маргарет, у нее даже пальцы побелели, от того, как она крепко держит сумочку. Она закрывает глаза и делает глубокий вдох. — Я пошла. Мэри-Маргарет уходит от них и подходит к Дэвиду, который стоит на другой стороне комнаты. Он кажется приятно удивлён. Он улыбается Мэри-Маргарет и смеётся над тем, что она говорит. И это наводит на мысль, что, возможно, их подруга, которая так увлечена идеей об истинной любви и которая так любит смотреть романтические комедии, найдёт своего Прекрасного Принца. — Так, а ты должна поговорить с Реджиной. — говорит Руби спустя какое-то время. — Ты видно смерти моей хочешь! Она, наверное, сердце мне вырвет за одну только попытку заговорить с ней. — Эмма думает о сердце той лягушки, которую Реджина препарировала два дня назад с довольной улыбкой на лице. — Или отравит меня. И потом, я не хочу с ней разговаривать. Почему ты думаешь, что я вообще с ней хочу говорить? Мне не нравятся девушки, а она хуже всех. Она ... — Прошу прощения, Мисс Свон, но если ты закончила наливать пунш, то уйди с дороги, не мешай другим. Эмма оборачивается и видит Реджину, которая стоит прямо позади неё. Везет как никогда. Руби кажется пытается остановить норовящий вырваться смешок. Предательница. — Хэй, ты же напарница Эммы по лабам? — говорит Руби с таким притворным безразличием, на какое только сейчас способна. Эмма уже готовится придушить подругу. Реджина кивает, отталкивая Эмму, чтобы пройти к ёмкости с пуншем. Ее движения менее изящные, чем на лабораторных, поэтому Эмма догадывается, что Реджина успела что-то выпить, прежде чем приехать на вечеринку. — Эмма так много о тебе рассказывала. — продолжает Руби. — Действительно? — говорит Реджина. Ее бровь вздёргивается вверх, когда она отпивает глоток напитка. Эмме хочется испариться. Чтобы Руби не задумала, это плохо закончится. — Да, и у меня сложилось впечатление, что ты умная, продуктивная и хороша в лабораторках. И симпатяшка. Это скрывалось где-то между строк. — Руби пожимает плечами и машет рукой, почти выплескивая алкоголь на Реджину, но, в отличие от Эммы, на самом деле умудряется удержать напиток в предназначенном для него стакане. — Эмма научила меня читать между строк. Эмма хочет провалиться под землю. Какого черта Руби делает? Она сейчас потенциально может сделать лабораторные занятия Эммы еще хуже, чем они уже есть. — Это правда, мисс Свон? — спрашивает Реджина, ее идеально очерченная бровь все еще вздернута вверх. Кажется вся эта ситуация ее забавляет. Эта задорность ей идет, ее губы изгибаются... Сконцентрируйся, Эмма. — Ну, ты действительно продуктивная. — Эмма пожимает плечами, в надежде, что этому разговору пришел конец. Она чувствует, как с каждой минутой ее лицо становится краснее, и действительно надеется, что тусклый свет в комнате скроет ее смущение. — Понятно. Если вы не против, я вернусь к подругам. С тех пор как я переехала, нам не часто удается встречаться. — она бросает взгляд на трио, сидящее на кожаном диване в центре комнаты. — Увидимся, мисс Свон. — Ты ей нравишься! — шепчет Руби, после того как Реджина присоединяется к своим подругам на диване. — Ты вообще слышала этот разговор? — спрашивает Эмма. Руби ведет себя просто смехотворно. — Слышала. Ты ей нравишься. Я нюхом чую. — кивает Руби, играясь со свои кулоном на шее в форме волка. — И она нравится тебе. — Нет! — Эмма уже устала от всего этого. С чего Реджина должна ей нравиться? Она заноза в ее заднице, она девушка и ... — Почему такие красивые девушки как вы стоят тут в одиночестве? — раздается позади Эммы голос с сильным акцентом. — Нас тут двое, значит уже не в одиночестве. — утверждает Эмма, после того как разворачивается, чтобы увидеть с кем имеет дело. Киллиан Джонс. Парень, который сидит впереди нее на уроках истории. Очередная заноза в ее заднице, хотя он выводит ее раздражение на совершенно другой уровень. Если Реджина грубый, помешанный на контроле фрик, который не переносит Эмму на дух, то Киллиан не может отстать от нее ни на минуту и продолжает звать ее на свидания каждую неделю, даже после того, как она каждый раз ему отказывает. Он постоянно использует тупые пошлые метафоры, потому что думает, что они смешные, и никогда не забывает упомянуть как он умопомрачительно красив. — Ай да Свон, ты права. — отвечает он, но не собирается уходить. Он подливает себе пунш, затем достаёт из своего кармана фляжку. — Немного рома, чтобы придать напитку остроты. — объясняет парень и Эмма борется с желанием закатить глаза. У Киллиана какая-то странная любовь к пиратской атрибутике, носится везде со своей фляжкой рома как с писаной торбой. — Как насчёт свидания в следующую пятницу? — В сотый раз тебе говорю, Киллиан, нет. — она вздыхает. Что ещё ей надо сделать, чтобы он наконец понял, что ей не интересно? Она не хочет идти с ним на свидание, и она не может понять отчего парень не может понять, что нет значит нет, а не старайся сильнее. — Тогда можем прямо сейчас уйти с вечеринки. Поедем ко мне, приятно проведем время. Интересует? — спрашивает Киллиан. Он подмигивает, думая, что Эмма не сможет устоять перед этим жестом, но она лишь пытается подавить насмешку и желание закатить глаза. У него ведь даже своего собственного дома нет. Прежде чем Руби и Эмма успевают придумать план спасения, к ним подходит Реджина. Она уверено держится на своих двенадцатисантиметровых шпильках, учитывая что не особо-то трезва. — Какие-то проблемы? — спрашивает она, ее взгляд сосредоточен на Киллиане. — Никаких. — отвечает Джонс, глупая улыбка все ещё приклеена к его лицу. —Присоединишься к нашей афтерпати? Больше девчонок, веселее вечеринка. А я всегда хотел попробовать с латиночкой. Ему скорее всего не следовало это говорить, потому что в следующий момент, Миллс стоит лицом к лицу к Киллиану. Несмотря на своё одурманенное алкоголем состояние и на то, что она определённо ниже Киллиана, то, что девушка произносит дальше звучит действительно устрашающе: — Проваливай с этой вечеринки и оставь моих друзей в покое, иначе я тебя уничтожу, даже, если это будет последнее, что я сделаю. Эмма не в состоянии понять, как после такой пафосной фразы Реджину, которая ко всему прочему пьяна, можно воспринимать серьезно, но это работает, потому что Киллиан на удивление быстро уходит, даже не попрощавшись. Эмма одновременно благодарна и впечатлена. — Так мы теперь твои друзья? — спрашивает Эмма, когда Реджина заканчивает наполнять стаканчик пуншем. — Не нарывайся, мисс Свон. — говорит она и уходит, но в ее тоне Эмма не улавливает злого умысла и Эмма поклясться может, что Реджина почти улыбается ей.***
Той ночью Эмме снится Реджина. Ей снится улыбка Реджины, ее шрам над верхней губой. Эмма мечтает о том, каково бы это было прижаться своими губами к губам Реджины. Ей снится Миллс в своём роскошном платье, которое красиво обтягивает ее тело и подчеркивает оливковую кожу. Ей снится ее грудь и то, как она прикасается к ней руками, ощущая соски под тканью бра. Она мечтает во сне о том, каково это, почувствовать аромат Реджины и попробовать ее губы на вкус. Эмма просыпается. Она отходит ото сна, тяжело дыша, качает головой и винит алкоголь и эти идеи, которые Руби вбила ей в голову. Кому-то снятся ещё более странные сны. Ей самой снился более странный сон. Однажды ей приснилась Мал в обличие дракона и Эмма должна была одолеть ее мечом. Нет ничего странного в том, что она видит сексуальные сны о красивом человеке. Даже если это девушка.***
Именно это Эмма продолжает повторять себе ровно до понедельника. Пока она не приходит в лабораторный класс и Реджина садится рядом с ней. Девушка посылает Эмме легкую улыбку, такого раньше она не делала, и Эмма чувствует, как все внутри трепещет и ее щеки горят. Что происходит? Это просто смешно. Она продолжает проклинать свои сны и Руби. Черные, блестящие волосы Реджины пахнут яблоками (не то, чтобы Эмма обращает внимание), а идеально наманикюренные, короткие ноготки выкрашены в темно-красный. Она носит ... кольцо на безымянном пальце, и прежде чем Эмма подумает, она спрашивает: — Ты помолвлена? Когда она не слышит ответа, Эмма оборачивается посмотреть на Реджину. Она, кажется, поражена вопросом. — Прости, это не мое дело ... — Это кольцо обещания. — отвечает Реджина, не смотря на Эмму. — Его звали Дэниэл. Он умер. А я все еще ношу кольцо ... Наверное, пока не готова отпустить. Эмма в шоке и от того, что пережила Реджина и от того, что она решила поделиться этим с Эммой. — Эмм, мне очень жаль. Это ужасно. — Да. Спасибо. Они сидят в тишине, ожидая начала урока. Эмма задается вопросом, почему она пришла на урок за десять минут до начала. — Что насчет тебя? — спрашивает Реджина. Ее тон стал гораздо легче. — Насчет меня что? — Встречаешься с кем-то? Полагаю, определенно, не с Киллианом Джонсом. У тебя, кажется, более утонченный вкус, чтобы ходить с ним на свидания. — Реджина почти смеется, и Эмма очарована этим звуком. — Эмм ... да, он ужасен. — отвечает она, озадаченная тем, почему Реджина вообще интересуется ее личной жизнью. — Я встречалась с Нилом. Ну знаешь, Нил Голд? Сын директора. Между нами было что-то в десятом классе, но нам лучше оставаться друзьями. — Эмма чувствует себя счастливее, после того, как они решили расстаться друзьями. Ей всегда казалось, что чего-то не хватает в их отношениях. Нил сейчас встречается с одной девушкой из команды пловцов, Тамарой, которая вполне вероятно настоящая богиня, а также лучшая пловчиха в команде. Эмма рада за них. — У нас есть золотая рыбка по имени Жук, и она все еще у Нила. — Почему вы назвали рыбу Жуком? — Реджина выглядит на удивление заинтересованной. — Мм, ну ... Была одна желтая машина, Фольксваген Битл. Ну знаешь, Жук его еще называют. Мы его однажды увидели и подумывали угнать. Но не угнали. И вместо этого назвали золотую рыбку — Жук. Было два варианта, либо этот, либо Генри. — Генри — не имя для золотой рыбки. — говорит Реджина. Эмма не уверена, потрясена она или удивлена. — Моего папу зовут Генри. — О, правда? — Да, я на самом деле перешла в эту школу из-за него, чтобы быть ближе к дому. Он болеет. Мама была в отчаянии. Она сказала мне, что я не имею права ходить в государственную школу после всего, что она сделала и запланировала для меня. — Реджина закатила глаза. — Но я не оставлю папу сейчас. Эмма кивает и ждет что еще Реджина расскажет о себе. Она продолжает и отвечает на многие вопросы, которые Эмма не посмела бы задать. Эмма узнает, что отец Реджины очень приятный человек, а мать хочет принимать все решения за Реджину. У нее еще есть старшая сестра, которая переехала в Лондон и работает ассистентом режиссера-постановщика мюзикла «Злая: Жизнь и приключения Злой Западной Ведьмы». Жизнь Реджины так отличается от жизни Эммы. Эмма столько раз меняла детские дома, ее перебрасывали от одной приемной семьи к другой, что у нее даже не было возможности где-то пустить корни. Сейчас у нее есть Руби и Мэри-Маргарет, они для нее как семья. Но синдром брошенного ребенка до сих пор преследует ее и она чувствует, что никто на самом деле не хочет, чтобы она оставалась с ними навсегда. — Так почему Жук остался у него? — спрашивает Реджина, когда Артур, их одноклассник, которого бы Эмме не хотелось никогда видеть, сел, ссутулившись, на своем обычном месте впереди нее. — Что? — Ты сказала, рыбка у него. Почему не у тебя? — уточняет Реджина. Эмму удивляет, что Реджина даже думает об этом. — О, я тогда должна была переезжать в другой детский дом, поэтому было лучше, чтобы Жук остался с Нилом. — честно признается она. — Понятно. — отвечает Реджина. Ее выражение лица не меняется после того, как она узнает, что Эмма приемная, но она меняет тему. — Я бы назвала сына Генри. В честь отца. — Ты хочешь детей? — спрашивает Эмма. Она сама не думала об этом. Ей кажется она не знает, как это — быть мамой, потому что никто не был по-настоящему мамой для нее. — Безусловно. — отвечает Реджина, когда их учитель, мистер Вэйл, заходит в кабинет.
Примечания:
Буду рада отзывам, любого рода и размера))
