Мягкие лапы, да когти остры

Брок честно хотел завести этого Джо в лесок и потерять его там, а ещё напугать до обосранных штанов, чтобы и живым выбрался, и к принцу больше соваться не смел, но всё это противоречило уже его собственным методам. Хотел же не вмешиваться, не приглядываться к принцу, но тот, стервец, сам так и притягивал взгляд, делая возможность оставаться равнодушным к нему нереальной. И это бесило ещё сильнее. Брок скрипел зубами, а вёз любовника Джонатана к месту назначения. Через полчаса они были на месте. Принц даже вышел встречать это убожество и улыбался так, что никаких сомнений не оставалось — между этими двумя что-то большее, чем простой секс. Перепиху никто так не радуется, тем более имея возможность в любой момент сорваться к лучшим блядям Шайло. Смотреть, как эти двое лобызаются, Брок не стал. Припарковавшись, он тут же вылез из машины, стащил с себя майку, потянулся всем телом, подставляя левый бок закатному солнцу, весь встряхнулся и направился прочь от дома, туда, где принц иногда изволил купаться нагишом. Отчего-то слушать охи-ахи Джонатана с девицами было проще. До понедельника о принце было кому позаботиться, а сам Брок лучше кого из прислуги за задницу прихватит, раз уж тут такая странная атмосфера разврата и вседозволенности. Джек же и правда был очень рад. Даже тому, что первым делом Джо вытащил из небольшой сумки с вещами несколько журналов и распечатки. — Потом, — мягко произнес Джек. — Давай сначала поужинаем, активист. Джо оживился, заулыбался, начав рассказывать, что они наняли нового фотографа, и у него даже есть квадрокоптер с камерой. Джо мог говорить бесконечно о двух вещах: о Джеке и о своей деятельности как ЛГБТА-активиста. Даже свою работу он мог задвинуть на задний план, если того требовало дело. — Еда, — настойчиво повторил Джек. — В столовой уже накрыли. Он в чём-то понимал Джо. Сам Джек не бывал в других странах, но интернет в Гильбоа не цензурили, всё ж не Северная Корея и не коммунистический Китай, так что он знал, как живут гомосексуалы и бисексуалы в других странах. Джек даже был согласен с Джо, что стране надо идти в ногу с прочей просвещённой и толерантной Европой. Но сейчас, когда король… В общем, сейчас Джек не собирался выходить «из шкафа», как бы Джо его ни агитировал. Это было попросту опасно для жизни. Нет. Джек поступит иначе. Совсем иначе. Но подумает об этом в понедельник. — А ты покажешь, что у тебя где? — переключился Джо, переодеваясь в яркую, похожую на гавайскую рубашку и светлые шорты. — Но сначала да, ужин. Пока ехал, подрастрясся. Он подхватил Джека под руку, переплёл свои пальцы с его, явно наслаждаясь возможностью прикасаться к любовнику. Им никогда не удавалось побыть вместе дольше нескольких часов, а тут предстояли целые выходные. — Будешь приезжать ко мне по выходным? — спросил Джек, поднимая их сплетённые ладони к губам и целуя руку Джо. — Конечно, — заулыбался Джо и почти сразу как-то попритух. — Ты ко мне этого Рока отправлять будешь? Побаиваюсь я его. Он так смотрел, что мороз по коже пробегал. Меня никто ещё взглядом не разделывал до этого. — Ты просто совсем гражданский, — объяснил Джек. — А Рок — военный, как и я. И отличаемся мы только внешностью, поверь. Они уселись в столовой за небольшой, накрытый льняной камчатной скатертью стол. Лакей подал тарелки с жарким. — Принеси вина, — велел ему Джек. — Сухой мускат. Ел Джо торопливо, всё время поглядывал на Джека, словно поверить боялся, что находится здесь, улыбался, рассказывая о новой инициативе, которую они хотят выдвинуть в следующий День Суда, о том, что газету согласился распространять ещё один клуб, который к ЛГБТА относится сочувственно. Джек ел и улыбался. В данный момент его не волновали проблемы сообщества, дискриминация бисексуалов и предубеждение перед ними внутри сообщества и прочая незначимая ерунда. Он наслаждался обществом Джо. Потому что именно он, переписка с ним позволяли ему держаться на фронте. Ему было к кому вернуться с войны. Ужин затянулся. Джо не спешил подниматься из-за стола, но вскоре тарелки опустели и были убраны, сидеть стало бесполезно. — Может, немного погуляем, — предложил Джо. — После еды сразу в постель — не самая лучшая идея. Мы так редко просто бываем вместе. Они отправились гулять по поместью, держась за руки, как влюбленные подростки, и то и дело целуясь. Даже добрели до речки, в которой кто-то плескался, несмотря на сгущающиеся сумерки. — О, Рок купается, — с лукавой улыбкой сказал Джек. — Давай подглядывать! Сам он подсматривал за своим шофёром-телохранителем уже не раз и не два. Тот был хорош, по-настоящему хорош! Интересно, Рок доносит Томасине или нет? Хотя тут и без него… хватает. Тот же лакей, к примеру. — Подглядывать? За Роком? — удивился Джо, но отговаривать или тащить прочь не стал. — Зачем? Холодная ещё вода знатно бодрила. Брок выбрался на берег, лениво потянулся всем телом, подставляясь свежему ветерку, наклонился к брошенным прямо на песок шортам, достал сигареты, закурил. — Ну смотришь же ты мужской стриптиз, — прошептал Джек на ухо Джо. — А тут всё ещё лучше, потому что натуральное. Джо не ответил, только кивнул, прикипев взглядом к широким плечам, красивой рельефной спине телохранителя Джека. Посмотреть и правда было на что. То, что он не один, Брок просёк почти сразу, услышал тихие голоса, в одном из них узнав принца, и не стал торопиться выдавать свою осведомлённость. Хочет смотреть? Пусть смотрит. Тем более что Брок тщательно за собой следил и несмотря на то, что практически находился в отпуске, не упускал шанса потренироваться. Своей формой он мог заслуженно гордиться. — Пойдём, — Джо дёрнул Джека за руку, когда совсем стемнело. — Я замёрз. Джек приобнял Джо за плечи и повёл к дому. Джо, конечно, был неженка, горожанин и штатский, но Джек его любил. Просто за то, как сильно, верно и ненавязчиво Джо любил его самого. Вон Джек уже два месяца как с фронта и совсем забыл про Джо, а тот даже не обижается. Всю дорогу обратно до поместья Джо помалкивал, о чём-то задумавшись, но руки Джека не отпускал, только в комнате выпустил его ладонь из своей. — Дашь мне пару минут душ принять и… подготовиться? — на последней части фразы он покраснел и даже взгляд отвёл. — О, иди, в ванной всё есть, — улыбнулся Джек и облизнулся, зная, как это действует на Джо. Сам он мылся перед ужином, и сейчас, пока Джо плескался, неторопливо раздевался, не забыв запереть дверь в спальню изнутри. Перед внутренним взором то и дело всплывали плечи, спина, подтянутая задница Рока. Если начистоту, заводили до беспамятства Джека именно такие крепкие мускулистые мужики, как Рок. Но подставляться он боялся и потому избегал их, дроча втихомолку. В плане секса Джо был безотказным и абсолютно нетребовательным. Иногда ему хватало одних только поцелуев и лёгких прикосновений, чтобы кончить с тихим вздохом, зато потом он любил подолгу лежать в обнимку, наслаждаясь теплом партнёра. С Джеком так не получалось. Времени не хватало ни на что, а раз уж им выпали целые выходные вместе, Джо собирался использовать их на максимум. Из ванной он появился в полотенце, обёрнутом вокруг бёдер. Джек предвкушающе улыбнулся ему и позвал: — Иди сюда. Подлую мыслишку, что Джо не помешало бы походить в тренажёрку, он прогнал. У Джо есть право самому решать, каким будет его тело. Но если у него не хватает денег на абонемент в фитнесс, Джек запросто может сделать ему такой подарок. Полотенце, аккуратно сложенное, отправилось на кресло, а Джо, прикрывая ладонью пока что ещё вялый член, шагнул в сторону постели. Свет его нервировал, заставлял стесняться самого себя, своего тела, но просить погасить его Джо не решался, прекрасно зная привычки и темперамент любовника. Он готов был на всё, что нравилось Джеку. Почти на всё. Джек притянул его к себе за худые бёдра и нежно облизал розовый сосок, пощекотав его кончиком языка. Джо такая ласка заводила мгновенно. Да и Джек на темперамент не жаловался. Насколько лучше было ласкать мужчину! Никакого сравнения с девками! …Интересно, каков на ощупь Рок?.. Джо тихо вздыхал, льнул к Джеку, но сам особой инициативы не проявлял, отдаваясь на волю любовника, только гладил Джека по плечам, прижимал тихонечко его голову к своей груди. Возбуждение, разбуженное ещё около речки тем несносным Роком, потихоньку закипало. Короткий, загнутый влево член Джозефа налился желанием. Джек усадил Джо к себе на колени, раздвинул его ягодицы, потискав, огладил пальцем смазанную и растянутую дырку. Поцеловал в шею, чуть прикусывая, и спросил: — Как ты сегодня хочешь, дорогуша? — Будь со мной нежнее, — попросил Джо, коснулся губ Джека слабым, смазанным поцелуем и повалился на постель, стыдливо переворачиваясь на живот, подставляя тощую бледную задницу. Джек едва заметно вздохнул: у него были немного другие планы. Что ж, сам спросил. Так что Джо ждал медленный, неторопливый, вдумчивый и неоднократный трах. *** Едва зрители убрались, Брок опустился прямо голым задом на песок и потряс головой, позволяя личине соскользнуть и открыть его настоящее лицо, изрезанное грубыми узлами шрамов, коснулся ладонью порванного острого уха. Всё же регенерация работала, хоть и не обещала, что вернёт всё к тому, что было до падения чёртовых хэлликерриеров, но хоть ухо ампутировать не пришлось, а лицо… лицо значения не имело, когда продолжаешь дышать, не морщась ежесекундно от боли. Бегать ночью по территории поместья Брок любил именно так, полностью самим собой, не всерьёз охотиться на сов, больше пугая, чем стараясь поймать. Он давал себе возможность немного скинуть груз забот, только по ночам особенно остро ощущалась не только собственная природа, но и то, что жить-то хотелось свободным, без ограничений, только мест, подходящих для этого, на пальцах одной руки перечесть. И возможно, кот-король способен что-то изменить? Хотя Сайлас явно был не в своём уме. Джек же, вдоволь поваляв Джо по кровати, голышом уселся на подоконник в лунный свет и под басовитое жужжание майских жуков принялся гуглить людей-котов. Джо спал, тихо и умиляюще посвистывая носом. Далеко-далеко крикнул козодой, силуэты летучих мышей метались, на мгновение заслоняя луну и охотясь на насекомых, а Джек читал про то, что люди-коты — правящая династия далёкой африканской Ваканды, что только там перевёртыши законны, а обычные люди подвергаются дискриминации. Но они все негры. А найти информацию о том, способны ли негры-коты превращаться в белых, Джек не смог. В Европе и Северной Америке перевёртыши дискриминировались похуже негров в девятнадцатом веке. Они не могли занимать государственные должности, работать в полиции, работать с детьми… Если при вступлении в брак с человеком перевёртыш скрывал свою природу, в большинстве стран брак расторгался, а перевёртыша сажали в тюрьму. Как-то слишком жёстко. Джек вздохнул, зевнул, понял, что ничего не понял, и решил лечь спать.