Чёрное кладбище звёзд

4 января 1979 года

      Осторожно постучав в дверь комнаты Сириуса, Фиби не услышала никакого ответа, но всё же решила тихо зайти. Парень сидел за письменным столом, подперев голову рукой, то ли что-то читая, то ли записывая. Он не заметил Макс, и она также беззвучно подошла к нему со спины, положив руки на плечи бывшего гриффиндорца. Тот слегка вздрогнул от неожиданности, вполоборота повернув голову в сторону девушки.       — Мерлин, это ты, — тихо выдохнул он, устало прикрыв глаза. — Прости, не заметил, как ты вошла.       — Ничего страшного, — спокойно ответила Фиби, наклонившись ближе к Сириусу, и нежно поцеловала его в губы. — Чем занимаешься?       — Тем, о чём ты так сильно стремишься узнать, — с наигранной усмешкой произнёс парень, на что Макс лишь удивлённо приподняла брови, делая вид, словно не понимает, о чём он. — Неважно, — отмахнулся Блэк, закрывая книгу и складывая свои записи. Он скинул их в верхний ящик своего стола, сразу же захлопнув тот. — Я не хочу вмешивать тебя в это ещё больше, чем есть сейчас.       — Опять ваши крестражи? — печально вздохнула девушка, закатив глаза. — Может, я всё же смогу вам помочь?       — Самой лучшей твоей помощью, змейка, будет, если ты не станешь лезть во всё это, — серьёзно ответил Сириус. — Сколько раз мне ещё нужно повторить, чтобы ты наконец меня услышала?       — Расскажи мне, что такое крестраж, и тебе больше не понадобится мне это повторять, — с вызовом сказала девушка, скрестив руки на груди.       — Прости, Фиби, но то, чем мы с Регулусом занимаемся, правда очень опасно. И я уже очень много раз говорил, что о крестражах мы тебе ничего рассказывать не будем. Ни Регулус, ни я не можем взять на себя ответственность за тебя, если хотя бы даже намекнём на истинную нашу цель. Да, мы занимаемся их поиском, но большего тебе знать не нужно. И я всё ещё на тебя злюсь за то, что ты пошла с нами в ту хижину.       Макс тяжело вздохнула, отвернув голову к окну, за которым пролетели друг за другом две маленькие птички. Сириус не тот человек, кому можно попытаться заговорить зубы, чтобы тот проболтался хоть немного, как и Регулус. Оба брата скрывали от неё что-то очень важное и опасное, и оба не собирались давать даже и малейшего намёка, что именно. А ни в одной из книг найти про крестражи хоть что-то путное ей так и не удалось.       Ножки стула тихо скрипнули, когда Сириус немного отодвинулся от стола. Парень взял Фиби руками за талию и посадил к себе на колени, из-за чего девушка тихо ойкнула. Пальцами коснувшись её подбородка, он повернув лицо бывшей слизеринки к себе, проницательно заглядывая в избегающие его взгляда карие глаза.       — Расскажи мне лучше, — Блэк прижал её ближе к себе, позволяя Фиби удобнее устроится, — как ты себя чувствуешь? Больше ничего не болит? Что сказал лекарь? — обеспокоенно спросил он, переводя тему, и аккуратно поправил волосы девушки за её уши.       Макс молча посмотрела в серые глаза Блэка, внимательно следящие за ней. Да, она действительно плохо себя чувствовала последнюю неделю, периодически кружилась голова и было сильное недомогание. Но причиной тому служило обстоятельство, которого она никак не ожидала. И рассказывать об этом кому-нибудь из семьи у неё желания не было. Особенно Сириусу и Регулусу, после того, как те сами решили скрывать от неё что-то серьёзное.       Девушка тихо прыснула, убрав с себя руки Блэка, и попыталась встать, но парень не дал ей этого сделать, быстро вернув Фиби обратно к себе на колени.       — Фибс, — серьёзным тоном обратился к ней он.       — Всё в порядке, — равнодушно сказала девушка, вновь посмотрев на Сириуса. — Разве может быть что-то не так? — изумлённо приподняв вверх брови, поинтересовалась она.       Устало вздохнув, парень залез ладонью под край футболки Макс, ласково поглаживая кончиками пальцев нежную кожу, по которой тут же пробежали отзывчивые мурашки.       — Змейка, то, что ты так стремишься помочь нам с крестражами весьма похвально, но на этом жизнь не должна зацикливаться, понимаешь? Я не хочу, чтобы все наши разговоры сводились к тому, что мы начинаем ссориться из-за этого. Мы уже сто раз тебе повторяли, что не можем тебе рассказать о том, чем занимаемся, по очень простым причинам, — спокойно начал он. — Это опасно и втянуть тебя в подобное нельзя, опять же потому, что это действительно опасно. Но твоё здоровье...       Сириус не успел договорить, ведь Фиби перебила его: — Ты можешь поговорить с Грюмом? Или с Кингсли, хотя бы. Мне надоело, что они относятся ко мне как к беспомощной девочке, — с раздражением произнесла девушка, обиженно надув губы. — И если я только узнаю, что это ты их надоумил не отправлять меня ни на какие сложные испытательные задания и тяжёлые тренировки... — с угрозой начала она, на что Блэк лишь мягко и обезоруживающе улыбнулся.       — Я поговорю с ними. Так что с твоим здоровьем?       План перевести разговор провалился. Сириусу действительно невозможно было заговорить зубы и уж тем более обмануть. Он, словно охотничий пёс, мог вынюхать всё, что было ему необходимо, и никогда не отступал от принципов, которым был предан. Но и Фиби сдаваться не собиралась, не желая идти наперекор своей гордости.       — Когда мы поженимся? — всё так же на несколько повышенных тонах спросила девушка, гордо вскинув вверх подбородок.       — Сразу же, как только закончится вся неразбериха с Пожирателями смерти и Волан-де-Мортом. Если я не ошибаюсь, то ты сама мне так говорила. Разве нет? — с подозрением спросил он. Конечно говорила, и не один раз. Но разве это имеет значение? — Может всё же расскажешь, что случилось?       — Всё в порядке, — сухо ответила Фиби, поджав губы, что всегда делала, когда врала или не хотела говорить лишнего. — Может, моя помощь всё же сможет вам пригодиться? — с надеждой спросила она.       — Если спросишь у меня это ещё раз, я привяжу тебя к кровати и оставлю одну в запертой комнате на неделю, — строго проговорил Сириус. — Понадобиться твоя помощь, ты первой узнаешь об этом. Но пока, змейка, для тебя это небезопасно. Не переживай лишний раз.       — Привяжешь к кровати? — растянувшись в загадочной улыбке, переспросила она. — Звучит заманчиво, Блэк.       — И не надейся, змейка, — лениво хмыкнул парень в ответ. — Может, уже наконец ответишь на мой изначальный вопрос? Что сказал лекарь?       — Ничего особенного, — отмахнулась Макс, отведя взгляд к потолку. — Разве что только то, что я беременна.       Девушка затаила дыхание, накрыв сверху ладонь Блэка, лежавшую на её талии, и переместила её на низ своего живота, не сводя взгляда с глаз парня, удивлённо смотрящих на неё. Он явно не ожидал услышать это прямо сейчас, но понять, рад он или больше обеспокоен, было слишком сложно.       — Серьёзно? — едва сдерживая счастливую улыбку, спросил он, переводя взгляд со своей ладони на глаза Фиби и обратно. Макс осторожно кивнула в ответ. — И ты не хотела мне говорить об этом?       — Ну а кто сказал, что ты отец? — лукаво поджав губы, хмыкнула она. — Ты правда рад?       — Разумеется, змейка! Но только теперь дальше порога дома я тебя никуда не пущу, — также в шутку произнёс парень, хотя Фиби понимала что всё же в его словах была доля правды. Не давая девушке ответить хоть что-то, Сириус прижал её к себе ещё ближе, трепетно поцеловав в слегка припухлые губы.

21 февраля

столовая дома на Гриммо 12

      — У тебя сейчас рот порвётся, если продолжишь так счастливо улыбаться, Реджи, — негромко усмехнулась Фиби, наливая себе и двум братьям крепкий чай.       — А разве я могу иначе? У меня вот-вот на свет появится дочь, что я по-вашему должен испытывать, кроме как счастье? — спросил Регулус, нервно поправляя края рукавов своей мантии.       Он только несколько минут назад вернулся с собрания Пожирателей смерти просто в ужасном настроение, но как только услышал приятную новость от брата и сестры, то уже не мог перестать радоваться.       — Уже представляю, как наши дети поступят в Хогвартс и найдут себе приключения на одно место, — расслабленно хмыкнул Сириус, откинувшись на спинку стула и взяв чашку из рук Макс. — Спасибо, змейка.       — Не дай Мерлин хотя бы один из будущих Блэков попадёт на Гриффиндор, — закатив глаза, произнесла Фиби, опершись о край стола. — А если ещё и Поттеры сейчас присоединяться, то тем более Блэкам на Гриффиндор дорога будет закрыта. Иначе вся школа повесится.       — И в первую очередь Макгонагалл. Регулус, — улыбнувшись, сказал Сириус, — прекрати так улыбаться. Мне уже страшно.       — Единственное, что меня сейчас очень сильно расстраивает, так это то, что я не могу быть сейчас вместе с Мионой. Но если же она сказала, что ей так будет спокойней, то значит, так и должно быть.       — И я её прекрасно понимаю, — хмыкнула Фиби, неторопливо отпивая чай из своей чашки. — Вы Блэки - жуткие собственники. Стоит только лекарю чуть не так посмотреть на Гермиону и ты же тому голову оторвёшь.       — И то верно, — согласно кивнул Регулус. — Но именно за это вы, милые дамы, нас и любите.       На кухне неожиданно появилась Вальбурга с мрачным серым выражением на лице. Отодвинув от стола стул, женщина без сил села, подпирая голову рукой. Регулус тут же подскочил со своего места, так быстро и резко, что стул, на котором он сидел, отлетел на пол, ударяясь о него деревянной спинкой.       — Матушка, что случилось? — обеспокоенно спросил он, внимательным взглядом смотря на женщину, следя за каждой эмоцией, отражающейся на её лице.       — Иди к ней, сейчас, пока не поздно, — дрожащим голосом произнесла Вальбурга, коснувшись холодной рукой ладони младшего сына. Парень спрашивать больше не стал и мгновенно трансгрессировал.       Фиби села на стул рядом с миссис Блэк и бросила короткий взгляд на Сириуса. Парень достал из одного из кухонных столов бутылку с огневиски и стакан, быстро заполняя тот алкоголем.       — Мам, что случилось? — взволнованно спросила Фиби. — Не пугай так, пожалуйста...       Сириус подошёл к ним, протянув матери стакан, наполовину наполненный огневиски. Вальбурга сразу же его взяла, благодарно кивнув, после чего залпом осушила. По её щекам потекли слёзы, и теперь уже точно было понятно, что всё плохо.       — Магия ребёнка оказалась слишком сильной по сравнению с её, — шёпотом проговорила она, прикрыв глаза. — Состояние Гермионы близко к смерти, протянет не больше получаса. Ребёнок умер ещё в утробе из-за сильного всплеска магии. Салазар, бедная девочка...       Женщина тихо заплакала, уткнувшись лицом в свои ладони. Фиби мягко обняла её, прижавшись к плечу Вальбурги. Она сильно привязалась к Гермионе за всё это время и охотно ждала появления первого ребёнка своих сыновей, мечтая стать бабушкой. Но все надежды бесследно исчезли за одно короткое мгновение.       Сириус молча трансгрессировал в больницу. Он бесшумно зашёл в палату, где должны были быть его брат и Гермиона.       Девушка полуживая лежала, с любовью смотря на своего мужа и улыбаясь из последних сил. Регулус держал её за руку, прижимая ладонь Гермионы к своим губам, трепетно целуя, и глазами, полными слёз, смотря на умирающую девушку.       Сириус не стал подходить к ним, тихо остановившись в стороне. Он понимал, что сейчас его помощь и поддержка будут лишними. Не сейчас, но чуть позже.       — Так больно... — с трудом прошептала Гермиона, поджав губы и прижимая ладонь к своему животу.       — Ничего, Миона, это пройдёт, — стараясь хоть немного успокоить девушку, произнёс Регулус, хотя сам слабо верил в хороший исход.       Боль действительно скоро пройдёт, но не для него. Отвратительно-солёный привкус слёз ощущался на губах. Теперь их совместным призрачно-приятным планам никогда уже не будет суждено сбыться, и попытаться сделать что-то заново - невозможно. Регулус чувствовал, как вместе с сердцем его любимой жены замедляется ход его собственного сердца, неприятно сжимающегося в груди от отчаяния.       — Неужели ничего нельзя сделать? — хриплым шёпотом спросил Регулус, мягко сжимая холодные тонкие пальцы девушки и вновь прижимаясь к ним губами, стараясь хоть немного согреть.       — Лекари сказали, что бессильны, — тяжело дыша, стараясь незаметно захватить больше воздуха ртом, словно задыхаясь, произнесла Гермиона. — Но я всё равно счастлива, Реджи. Ты рядом со мной и наша дочь будет счастливо жить вместе со своим отцом. Уверена, ты сможешь дать ей всё самое лучшее. Жаль, что только мне не дали подержать малютку на руках, но так надо, — смиренно добавила она, приблизившись к Регулусу и с мольбой заглядывая в его печальные серые глаза. — Ты ведь будешь любить и оберегать её?       — Обязательно, Гермиона, обязательно, — понимая, что это обещание он уже никогда не сможет выполнить, с болью сказал он и едва ощутимо прикоснулся к губам девушки, нежно поцеловав её в последний раз. Их последний раз. Её ресницы мелко задрожали и последний выдох сорвался с губ бывшей когтевранки.       Её хрупкое тело навсегда обмякло в его руках. Навсегда... Парень уткнулся лбом в её грудь, тихо застонав от невыносимой душевной раны, разверзнувшейся в сердце, и обнял Гермиону, прижимая к себе. За одно мгновение мир рухнул. Он потерял самое дорогое, что было в его жизни, что придавало ей смысл.

несколько дней спустя

      В гостиной дома Блэков даже воздух был напряжён, как никогда раньше. Вальбурга сидела в кресле возле камина, прижав белый платок к своим губам и периодически тихо вздыхая, не позволяя подбирающимся к глазам слёзам стекать по щекам. Пустой взгляд наблюдал за плавно переплетающимися языками пламени. Фиби разместилась на диване напротив, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Девушка задумчиво уставилась в одну точку, периодически слабо заламывая собственные пальцы.       — Кикимер! — громко крикнул Сириус, без остановки расхаживая вдоль гостиной, скрестив на груди руки. — Кикимер!       Регулус должен был быть здесь уже как полчаса и даже больше, но до сих пор не появился. Орион Блэк отправился в Министерство Магии, надеясь найти своего сына хотя бы там. Но никаких известий от него пока не было.       — Кикимер! — гневно повторил парень. — Да мать твою, где этот сраный домовик шляется?       — Сириус, — шёпотом с укором произнесла Вальбурга, подняв на разгневанного сына блестящие от слёз глаза.       Вместе с Регулусом пропал ещё и старый домовой эльф, и это наводило лишь на мысль о том, что домовик исполнял приказы своего младшего хозяина, что напрягало ещё сильнее. Ничего хорошего это значить не могло, и эта неизвестность пугала.       — Чёрт... куда пропал Регулус? Где носит этого... — парень со злостью поджал губы, бросив недовольный взгляд на мать, из-за которой и промолчал. — Договорились же быть дома к вечеру.       — Может он решил вернуться на могилу Гермионы? — предположила Фиби, заметно оживившись.       Сириус с недоверием посмотрел на девушку, остановившись на месте, и не долго сомневаясь, сразу же трансгрессировал. На несколько минут во всём доме воцарилась тишина, а после парень вернулся обратно.       — Нет, его там нет, — сухо заключил Блэк, вновь продолжив ходить вдоль гостиной. — Кикимер!       Старый домовик, робко поджав большие уши и мелко вздрагивая всем телом мгновенно появился посреди гостиной. В слегка трясущихся костлявых руках существо пугливо сжимало что-то. Эльф стыдливо опустил голову, уставившись потерянным взглядом в пол, и что-то тихо промямлил, едва шевеля сморщенными губами.       — Где Регулус? — строго спросил Сириус, схватив домовика за шиворот, встряхивая.       — В пещере, хозяин, — от страха прикрыв глаза, ответил Кикимер, протягивая парню то, что держал в ладонях. — Он приказал отдать вам это.       Он сразу же узнал его. Блэк взял медальон Салазара Слизерина, слегка подкинув в ладони, после чего со злостью швырнул его в стену, и лишь сильнее сжал ту жалкую тряпку, что была надета на эльфа. Сириус быстро повернул голову в сторону матери, в замешательстве смотрящей на медальон, валяющийся в шаге от неё на полу.       — Что это значит? — осторожно спросила женщина, посмотрев на сына.       — Не смейте его трогать до моего возвращения, — грубо сказал бывший гриффиндорец, а после вновь обратился к домовику. — Перемести меня туда, немедленно, — зло приказал Сириус, меньше, чем через мгновение ощутив холодное прикосновение пальцев на своей руке.       — Я с вами, — спешно проговорила Фиби, когда Кикимер уже начал трансгрессировать.       Домовик переместил их в мрачную пещеру на небольшой остров посреди огромного подземного озера. Блэк недовольно посмотрел на девушку, успевшую попасть сюда вместе с ними, но времени на спор тратить не стал.       — Где Регулус? — раздражённо спросил Сириус. — Я с тебя три шкуры сдеру, старый сукин сын, если сейчас же не скажешь, в чём дело?       — Хозяин Регулус выпил его... — домовик слабо кивнул в сторону расположившейся посреди кристального острова чаши на выступе, куда уже успела подойти Фиби, задумчиво проведя рукой по зелью. — На дне был медальон. Он отдал мне его и приказал уходить...       — Это изумрудное зелье, — негромко, но уверенно произнесла Макс, — оно вызывает жуткую жажду и может заставить человека желать своей смерти, потерять волю...       — Да, — дрожащим голосом подтвердил Кикимер. — Хозяин Регулус направлялся к воде, чтобы утолить жажду. Кто-то схватил его из темноты и потащил на дно, а после вы позвали меня.       — Проклятье, — зло выругался сквозь зубы Сириус, а после бросил холодный взгляд на Фиби. — К воде ни на шаг.       Сириус быстро спустился вниз к краю маленького острова и прыгнул в подземное озеро прямо в одежде, быстро скрываясь под тёмной гладью. Было плевать на намокшую одежду, на холод и пугающую непроглядную темноту. Единственное, что волновало его сейчас - потерянное время и брат.       — Сириус? — взволнованно спросила Фиби, мгновенно обернувшись, едва услышала громкий всплеск воды, и в последний момент заметила скрывшегося из виду Блэка. — Сириус! Ты с ума сошёл?!       Девушка тут же спустилась вниз по пологим скользким камням, вглядываясь в черноту пещерного озера, но бестолку. Кикимер осторожно подошёл ближе к ней, ступая босыми ногами на мокрые выступы и коснулся её плеча, слабо потянув назад.       — Хозяйка, отойдите от воды, прошу, — тихо пролепетал домовик, но Фиби лишь смахнула его костлявую ладонь с себя, со страхом смотря в сгущающуюся черноту. Но ничего не было видно.       — Мерлин, Сириус...       Сердце испуганно забилось в груди, а по щекам девушки быстро потекли солёные слёзы. Что делать? Прыгнуть следом за ним? Ждать или бежать как можно дальше из этой пещеры, пока её собственная жизнь всё ещё принадлежит ей?       — Сириус! — громко крикнула девушка, чувствуя боль в надрывающихся связках. Разрыдавшись от отчаяния, она шагнула на небольшой выступ в ледяной воде. Было страшно остаться одной, особенно в этом жутком месте, и ещё страшнее было потерять Сириуса.       Его не было уже несколько долгих мучительных минут, и это наталкивало только на одну мысль. Утонул. Хотел спасти брата, но погиб сам. А если Регулус жив и Сириусу не за чем даже было приходить сюда? Если Регулус выбрался, а старший брат погиб из-за старого неразумного эльфа?       По глади озера пошла лёгкая рябь и Фиби с надеждой выдохнула, внимательнее вглядываясь в туманную черноту. Из воды показалась голова Сириуса. Макс тут же бросилась ему на встречу и зашла по колено в холодное озеро, с облегчением улыбаясь сквозь слёзы. Парень быстро подплывал к берегу, придерживая брата за шиворот его кофты.       Фиби помогла вытащить бледное тело Регулуса на берег, наблюдая за мелко трясущимся от холода Сириусом. Парень бросил на неё недовольный взгляд, раздражённо поджав посиневшие губы.       — Я сказал не подходить к воде, — грубо произнёс он, склонившись над телом брата.       — Прости. Сириус, — осторожно произнесла Фиби, коснувшись его плеча, но Блэк быстро сбросил её руку с себя.       — Не сейчас, — огрызнулся он, коснувшись вены на шее Регулуса, ища хоть какие-то признаки жизни. Бестолку.       Блэк быстро достал из-за пазухи свою волшебную палочку, уверенно взмахнув.       — Анапнео, — направив палочку на шею младшего брата, Сириус уверенно произнёс заклинание и повернул голову Регулуса на бок, позволяя попавшей в горло и лёгкие жидкости вылиться наружу.       Отбросив волшебную палочку в сторону, Сириус быстро пересел, сложив крестом ладони на груди брата и, выпрямив руки, плавно и ритмично стал надавливать на грудную клетку. Фиби, не сводя взгляда с пустых глаз младшего брата, медленно опустилась на холодные камни, прикрыв ладонью рот. Тихий всхлип сорвался с её губ от осознания, но старший Блэк не собирался так скоро мириться со смертью брата. Парень приблизился к лицу Регулуса, закрыв пальцами нос и сделал несколько выдохов ему в рот. После вновь уверенные сильные толчки грудной клетки, и снова несколько выдохов. Ещё раз и ещё. Бесконечно по кругу одно и тоже.       — Сириус, — по щекам Фиби скатывались слёзы, но в глазах было пусто. Девушка приподнялась, приблизившись к парню и положила сверху на его руки свою холодную ладонь, останавливая. — Он мёртв, — надрывным шёпотом произнесла она.       Блэк поднял на неё пустой потерянный взгляд, полный боли и дрожащих на веках слёз.       — Нет... нет, нет, нет, нет... — словно в бреду повторял Сириус, с надеждой смотря на своего брата.       Мёртвого брата. Любимого младшего брата... Это было именно то, чего он так сильно боялся. И теперь бездыханное, холодное тело лежало прямо перед ним, безжизненными серыми глазами смотря в никуда.       — Будь ты проклят! — крик, больше походящий на звериный рёв, разнёсся по всей пещере, эхом отражаясь от холодных стен.       — Сириус... — с мольбой произнесла девушка, коснувшись его щеки и смотря в такие же полные слёз глаза, как и её собственные. — Его уже не вернуть.       Они не успели. Оба не верили в это, но прекрасно понимали, что ничего изменить уже нельзя. Слишком поздно.       Из воды медленно, осторожно подкрадываясь, стали выползать инферналы, незаметно и бесшумно приближаясь к своим жертвам. Старый домовик Кикимер слегка попятился назад, едва заметив их и тихо замямлил, не в состоянии произнести ни слова. Фиби испуганно вскрикнула, когда один из мертвецов коснулся костлявой рукой её ноги, крепко схватив. Блэк тут же поднял на девушку вопрошающий взгляд, а после посмотрел за её спину, увидев и там с десяток жутких существ.       Ни секунды не медля, парень поднял свою палочку, встав на ноги, и сразу в нескольких инферналов подряд полетел смертоносный зелёный луч. Огромный язык пламени захлестнул по кругу весь остров, поджигая даже воду. Блэк не щадил бледных неживых существ, откидывая их в разные стороны и сжигая их тела. Тихий писклявый крик сотен голосов разнёсся вокруг, слабо оглушая.       Сириус быстро подошёл к Фиби, взяв её за руку, а она в свою очередь взялась за холодное предплечье Регулуса. Они исчезли в воздухе, вновь появившись посреди гостиной дома на Гриммо 12.       Сириус свалился в кресло, склонившись вперёд и закрыл глаза ладонями, чувствуя себя убитым изнутри. Он не успел, не смог, не спас брата от ошибки. И теперь Регулус мёртв. Из-за него. Из-за собственного брата. И из-за чёртового глупого домовика, не предупредившего их и так сильно медлившего. И теперь посреди их гостиной лежало мёртвое тело младшего сына Вальбурги и Ориона Блэков.       Все было словно в тумане, отчаянный голос матери и старавшийся успокоить её голос отца не казались реальными. Не было сил даже дышать, а горло стянуло отвратительными спазмами. Холод потери пробирал до костей и было ясно, что ничего вернуть больше нельзя. Нельзя вернуть мертвеца к жизни, нельзя вернуть время вспять, нельзя исправить ошибку.       — Сириус. Сириус, посмотри на меня, пожалуйста, — слёзно умоляла Фиби, тряся парня за плечо.       Блэк поднял голову, затуманенным взглядом посмотрев на девушку перед собой. Та сразу же обняла его, прижимаясь к мокрой холодной рубашке и уткнулась лицом в его шею, тихо всхлипывая на его плече. Сириус осторожно обнял Макс в ответ, подняв взгляд на тело брата, лежавшее на полу прямо перед ним. Сердце замирало в груди от боли.       — Ты не виноват. Ты не виноват в его смерти, — дрожащим шёпотом повторяла Фиби. — Прошу, не вини себя в этом.       Девушка мелко трясущейся рукой вложила в ладонь парня скомканную записку. Она, как никто другой, понимала, что Сириус не сможет смириться с этим, не сможет не видеть своей вины в смерти Регулуса. И это могло слишком плохо закончиться для него самого. И ещё более ясно, чем Фиби, это понимал сам Регулус.

Простите меня, хотя вряд ли меня можно простить за мой глупый поступок. Но это моё решение. Я не мог поступить иначе. Похороните моё тело рядом с моей женой и дочерью, чтобы мы навсегда были вместе. Надеюсь, хотя бы ваш ребёнок будет жить в мире, где не будет войны и Тёмный Лорд навсегда окажется мёртв. Пусть он знает, что его дядя погиб не напрасно.

Люблю вас, ваш младший брат, Регулус.