Спасение

— «Не отступлю. Этому должен настать конец». — Так… Зачем ты меня позвали? На небольшой залитой солнцем лужайке неподвижно стояли и не сводили друг с друга взгляда две ведьмы. — Давай присядем, — этот обычно спокойный, но сейчас немного волнующийся голос принадлежал невысокой фигуре с ярко-выделяющимися на тёмном оттенке кожи короткими волосами цвета свежей мяты. Это был молодой бард по имени Рейн Висперс. — Спасибо, но я пожалуй постою, — а этот голос, в противовес предыдущему, всегда был полон эмоций и энергии. Но и обычно звонкий голос одной из самых талантливых молодых ведьм на кипящих островах Идалин Клаторн сейчас звучал до необычного натянуто и неестественно. Её собеседник лишь кротко кивнул, а сам же опустился на мягкую, ещё по-летнему свежую траву и, слегка обхватив согнутые ноги в коленях, устремил свой взор куда-то вдаль, в тёмный и густой лес. Вообще, эта поляна, которая занимала в жизни обоих находившихся здесь особое место, располагалась в уникальном и потаённом месте. Незнакомец вряд ли мог сюда забрести, а даже если бы и дошёл, то, не найдя совершенно ничего особенного и привлекательного, направил свой путь дальше, в более приятные локации. Но эта поляна имела особое значение не из-за красоты, а из-за воспоминаний, чувств и эмоций, пережитых здесь. Когда-то сюда совершенно случайно, стараясь уйти от городской суеты и народа, забрёл ученик школы Хексайда. Лесное пространство приветствовало нового обитателя мрачно, а пожелтевшая и прожжённая из-за недавнего сезона кислотных дождей трава совсем неприятно колола тело, пытавшееся присесть и отдохнуть от мирского шума. Но Рейн это не остановило, намереваясь всё же здесь остаться они, как можно аккуратнее, опустились на траву. Несколько минут прошли в полной тишине, лишь где-то далеко наверху потоки ветра порой задевали деревья, заставляя последних медленно покачиваться, создавая приятный успокаивающий шелест. Фигура на траве, видно наконец-то освобождённая от тяжёлого груза, неторопливо поднялась и… Достала скрипку. Последующие плавные движения смычком по струнам, видимо, наконец полностью успокоили душу и сердце молодого музыканта. Он продолжал играть, становясь всё более раскованнее и даже сначала не заметил, как природа вокруг преобразилась. Поляна, очарованная протяжными звуками мелодии, словно заполнилась ярким солнечным светом, стало так тепло и приятно, от прежней мрачности не осталось и следа. Казалось, что даже трава стала приветливей и мягче. С тех пор Рейн посещали это место регулярно. Иногда для выплеска накопившихся эмоций, а иногда и как раньше, для того, чтобы просто посидеть в тишине, прислушиваясь к звукам густого леса или поиграть на инструменте, пробуя, экспериментируя и создавая совершенно новые произведения. Время шло, но всё оставалось как прежде. И всё-таки судьба не любит стабильности и устойчивости, она имеет склонность к переменам. Они-то и пришли вскоре в жизнь юной ведьмы.

***

Рейн сами по себе были довольно замкнутыми и стеснительными, никогда не начинали разговор первыми, а когда нужно было выступить с речью перед классом и вовсе не могли выговорить связно и пары фраз, из-за чего все одноклассники называли их по немного исправленной фамилии — Шёпот. Но Висперс смирились с этим, смирились с тем, что их право на имя просто украли, превратив в незаметный ничем не выделяющийся шёпот, который должен был существовать только в дополнении к чему-то, но никак не отдельно. Возможно, Рейн такими темпами и стали бы самым незаметным и не выделяющимся выпускником школы, если бы в один из, казалось бы, обычных школьных будней судьба не свела их с одной необычной ведьмой. Этот день должен был быть довольно нагруженным. Самое большое количество уроков, да ещё и общий контроль знаний по всему пройденному материалу, это вам не шутки. Проверку сделали общей для учеников всех факультетов, поэтому в тот день на нервах были абсолютно все учащиеся. Кто-то в отчаянии зубрил материал, кто-то решил наплевать и просто довериться судьбе и небесам. Особые счастливчики успели заранее «заболеть» в этот день, но таких ребят было крайне мало. Висперс не были отстающими, напротив, они всегда выполняли домашнюю работу и писали всё, что нужно на проходной балл. Но когда наступал контроль практических знаний — Рейн было ох как нелегко. С большой вероятностью, они проваливались и приходили потом на пересдачу, когда в присутствии одного лишь преподавателя они чувствовали себя более уверенными. Но сегодняшняя масштабная проверка включала в себя обе части, поэтому мысленно Висперс уже готовились к пересдаче одной из них. И вот наступил конец света — сдвоенный урок, устроенный специально для экзамена. В одно время в разные классы вошли ученики, обучающиеся на самых разных специальностях и в мёртвом и безнадёжном положении стали ожидать принимающих экзамен преподавателей. Но прошло пять минут, потом ещё десять, но никто так не объявился. Среди учеников уже начала зарождаться крохотная надежда на отмену проверки, как вдруг… БАБАХ! Громкий и мощный взрыв донёсся со стороны учительской. Для большего понимания нужно вам сказать, что перед экзаменом преподаватели всех факультетов должны были зайти в учительскую, где директор лично выдавал им набор заданий для всех учеников. Теперь у вас появились предположения, что могло случиться? Юные ведьмы с громким гулом повалили из классов, чтобы посмотреть, что же произошло. Рейн же, облегчённо вздохнув, встали из-за парты и направились к дальнему углу комнаты, подальше от толпящихся и галдящих учеников. Висперс выпал шанс повторить последнюю теорию, которая плохо давалась, и они не собирались терять время, ведь были уверены, что проверка начнётся, хоть и с задержкой. Но общее волнение и радость всё-таки оказали влияние и на Рейн, и они повторяли материал, иногда поглядывая в сторону выхода. — Идут, идут! — донеслось от ребят, находившихся ближе всех к двери, и все мощным потоком хлынули обратно за парты, пуская грязные слова обиды и досады, что их надежда разбилась в прах. Но в кабинет вошёл не преподаватель… На пороге, покрытый каким-то склизким и дурно пахнущим веществом, появился никто иной, как директор школы — Иероним Бамп. — Факультет Бардов, внимание! На сегодня проверка отменяется, но… — но ему не дали закончить, радостный гул прокатился по рядам и снова зацепил Рейн, они слегка улыбнулись, но продолжали сидеть молча, ожидая конца речи. — Но это не значит, что её не будет вообще! Преподаватели проведут его, как только будет устранён ущерб, причинённый школе… — вот здесь ученики стали успокаиваться и навострили уши. — Директор Бамп, а что произошло? — кто-то, вероятно, самый смелый отважился задать интересующих всех вопрос, Висперс тоже невольно стали прислушиваться. — Какой-то ученик нашей школы решил, что будет весело заложить мерзопакостные мины в учительской. Но если он думал, что мы не узнаем, кто это сделал, то это было его глубокое заблуждение, — на этих словах директор повысил голос и внимательно осмотрел класс, переводя взгляд от одного учащегося на другого. — «Страх какой, жуть,» — Рейн было безумно не комфортно и страшно от этого сурового взгляда. Однажды им нужно было передать записку от родителей, чтобы их отпустили с уроков пораньше (всё семейство собиралось на масштабный концерт классической волшебной музыки). Они простояли перед кабинетом около получаса, так и не найдя в себе сил постучать в дверь. Как итог, Висперс пропустили этот концерт, что огорчило и в то же время успокоило их, хотя бы не пришлось лишний раз пересекаться с этим могущественным существом, именуемым директором школы. Вот и сейчас, когда строгий проницательный взгляд мельком задел мятноволосого ученика, Рейн сто раз мысленно пожелали провалиться на месте. — На сегодня вы можете быть свободны. Я иду передавать это известие другим отделениям, — и директор, громко наступая на пятки, видно злясь, вышел из класса и направился дальше по коридору. — Свобода! Ура! Слава неизвестному герою! — уже законно отпущенные ребята снова навалились на выход из класса, теперь стараясь покинуть здание школы как можно скорее (и передать друзьям с других факультетов предложение погулять, вместо отменённых занятий). Висперс же подождали, пока последний одноклассник не покинет аудиторию и с лёгкостью на душе сами не спеша направились к выходу. Вот, ещё один поворот и свобода уже близко, они успеют подольше побыть в своём укромном месте и, быть может, даже отрепетировать ещё раз заклинания из практической части. — «Всё-таки не самый худший день,» — подумал юный бард и собирался уже заворачивать, как навстречу выскочило что-то быстрое и ярко-рыжее, это была ученица, тоже ведьма. Кажется, Рейн её уже где-то видели. Они, было, начали извиняться, но девчонка схватила их за руку и потянула за собой. Толчок был такой сильный, что Висперс не смогли устоять на прежнем месте и волей неволей, пришлось последовать за знакомой незнакомкой. — Куда мы бежим?! — попытались вставить фразу посреди быстрого бега Рейн, но девушка перед ними вдруг резко затормозила (настолько резко, что ещё бы немного и Висперс не удержались бы и сами врезались в ведьму) и, приложив палец к губам, дала понять, что нужно молчать. Будущий бард, не скрывая непонимания и даже страха, еле заметно кивнул и огляделся вокруг. Оказалось, что они прибежали к какому-то классу и, скоро, Рейн даже поняли к какому. Класс зельеварения… — «Точно, — пронеслось в голове у Рейн, — кажется, эту девушку зовут Ира… А нет, Ид-» — но их мысли об имени прервались громким и гневным восклицанием. — ИИИДАЛИН КЛАТОРН, ГДЕ ОНА?! ПОЧЕМУ КЛАСС ЗЕЛЬЕВАРЕНИЯ ОТПУСТИЛИ РАНЬШЕ, Я НЕ РАЗРЕШАЛ! — при упоминании своего имени рыжая преступница довольно хмыкнула, но тут же повернулась к бедным и испуганным Рейн. На них буквально не было лица, даже кожа, тёмная от природы, как будто стало светлей. Зрачки расширились, и взгляд выражал одно отчаянное желание — провалиться под землю или исчезнуть (желательно второе). — Ты же Рейн Висперс? — тихий голос ведьмы и лёгкое подёргивание ученика за рукав формы вывели музыканта из ступора и заставили утвердительно кивнуть. — Пожалуйста, помоги. Наш класс уже ушёл домой, а этот старикан винит во всём меня. Ты можешь сказать ему, что ты с отделения зельеваров. А если спросит про Идалин Клаторн, скажи, что меня не было сегодня на уроках, — по мере того, как девушка быстро шептала всё ещё слабо понимающим Рейн, шаги директора становились всё ближе и ближе. — А, что, да… нет, я не думаю, что… — но рыжая, услышав первое «да», обрадовалась и, решив, что это означает согласие, снова крепко схватила Рейн за руку и, фактически, вытолкнула их вперёд — навстречу идущему исчадию Ада.

Конец ознакомительного фрагмента.