Роковая ошибка

Подойдя к круглому резервуару, Олеся убедилась, что под слоем кислоты действительно есть две большие кнопки. Я очнулась и внимательно посмотрела вниз, от всей души надеясь, что пережитое сегодня не больше, чем дурной сон, и что Кристиан сотрет слезы с моей мордочки и начнет шептать что-то нежное на ушко. Вместо этого я очнулась в тех же путах, сковывавших мои лапы, и увидела Олесю, напуганную и сломленную, которой предстояло это жуткое испытание. Слезы покатились из моих глаз и я начала с мольбой шептать себе под нос. –Нет, пожалуйста! Пощадите её! Я не достойна того, чтобы за меня кто-то так мучился!.. Олеся в очередной раз пыталась разбить бассейн, но стенки, которые, казалось, были стеклянными, скрывали в себе надежный каменный слой. Поняв, что так она ничего не добьется, лисичка перевесилась через край бассейна и осторожно докоснулась до поверхности прозрачной жидкости. Субстанция показалась водой на ощупь, но через секунду жгучая боль пронзила пушистую лапу, словно на рыжей шерсти поплясали языки пламени. Вскрикнув, Олеся отдернула конечность и с ужасом увидела, что в месте соприкосновения шерсть и кожа потемнели и покрылись волдырями. Лисичке было трудно представить, что случится с её телом, даже если она погрузится в кислоту только наполовину. Олеся понимала, все нужно сделать максимально быстро, и прикинула в уме, что сможет нажать обе кнопки одновременно. Оставалось лишь собраться с духом. Решившись, лисичка вздохнула, стиснула зубы и нырнула в бассейн. Слезы потекли из её глаз, а из-за сжатых губ раздался мучительный стон. Когда лапа коснулась кнопки, кислота поднялась выше, накрывая Олесю с головой. Когда СОБЕЗовец увидела это и то, что её кожа покрывается отвратительными спрутьями, слезы брызнули из её глаз ещё сильнее. Но самым ужасным было то, что приломление света сыграло с ней злую шутку: лапа не могла нажать на обе кнопки одновременно. Рыжова поняла, что все её мучения были напрасны и резко выскочила из бассейна и, дав волю слезам, истошно завопила. Когда боль из невыносимой стала хоть немного терпимой, лисичка, постанывая, начала изучать себя. Некогда рыжее тело было изуродовано. Огромные ожоги покрывали его целиком, кое-где шкура лопнула и отслаивалась лоскутами, а остатки ужасной жидкости смешивались с кровью и ровными струйками стекали по лапам и капали на пол. Лисичка плакала почти до крови, кусая губы, и подрагивала от боли. Никогда в жизни ей не было так плохо. Гегемон засмеялся: шоу начинало ему нравиться. Перебарывая себя, Олеся снова нависла над резервуаром. Ее передернуло от одной только мысли, что ей придется пережить это вновь. –Отправляйся следом за своим паршивым дедушкой! –крикнул Гегемон. –Это самая худшая вещь, которая могла со мной произойти!.. –тихо зарыдала Олеся. Лисичка набрала в легкие побольше воздуха, нацелилась на кнопки, зажмурилась и резко погрузилась в бассейн. Дотянувшись до кнопок и со всей силы ударив по пульту управления, она быстро вынырнула и начала кататься по полу, выгибаясь дугой в агонии и оглашая комнату душераздирающими воплями. Шкура на том месте, которое дважды соприкасалось с кислотой, полностью растворилась и обнажила кровоточущую плоть. Один из сиреневых глаз лисички не открывался, а её прическа почернела, став похожей на обуглившуюся солому. С трудом волоча лапы, Олеся направилась в сторону команды. Федор, Захар и Вольдемар кинулись ей навстречу, поддерживая лапами. А я лежала на полу и ужасалась, на какую жестокость способен Гегемон. Сил, чтобы встать, у меня не было: при падении с такой высоты я, казалось, сломала лапу. От удара мордочки с полом, мой рот наполнился кровью, и я чуть не захлебнулась красной жидкостью. Смех носорога-убийцы стал вдвое различимее, когда я все-таки поднялась с пола. Одна из лап была сломана и ужасно болела, как я и предполагала. Другого выхода у меня не было. Даже если придется ползти, я должна выбраться отсюда и помочь остальным. Я хорошо успела изучить эту крепость, пока меня не схватили. Если идти прямо по коридору, а затем свернуть налево, то мы доберемся до лифта. А в том случае, если он ещё и доедет до первого этажа, то до улицы, а значит и до цеппелина будет лапой подать. Единственной проблемой было то, что к СОБЕЗовцам и ко мне приближались носороги, вооружённые электрошокерами. –Нет! Это не может так кончиться! –закричал мой внутренней голос, и я почувствовала, что ломаюсь. А когда мой взгляд упал на СОБЕЗ, какая-то часть меня умерла. Через мое тело прошёл удар током, и краем глаза я успела заметить, как адъютант Гегемона что-то кричит ему, размахивая лапами, а затем мой мир померк…