Такесика

Как только Акутагава открыл дверь квартиры, сразу понял, что в ней кто-то есть. Ну, то есть не просто кто-то, а вполне себе конкретный полосатый кто-то. Он специально не закрывал балконную дверь на замок, а просто прикрыл, и теперь по ногам потянуло прохладой. Наверное, это было опрометчиво, но оборотень.. Акутагава хоть и дразнил Тигра, но в целом верил, что недонапарник вполне мог и не контролировать зверя в тот момент, когда того словно цепями тащило в квартиру Акутагавы. Он взвесил все за и против и, уезжая в командировку, просто прикрыл балкон, беспокоясь, что с оборотня станется выбить твердолобой башкой балконное стекло, заметь он преграду. И вот теперь, запирая дверь, Акутагава мысленно похвалил себя, поджимая губы и закатывая глаза от предсказуемости Джинко. Оставив чемодан у порога, он медленно прошёл в гостиную. Оборотень спал, развалившись на полу в квадрате тёплого летнего солнца, проникающего сквозь распахнутые шторы. В солнечных лучах танцевали пылинки. Акутагава присел около оборотня, отстранённо думая, что после двухнедельного отсутствия квартира его нуждается в хорошем клининге. А может, в следующий раз заставить недонапарника убираться? В конце концов, тот бывает в его доме чуть ли не чаще Акутагавы. Джинко, словно почувствовав, что на него смотрят, резко распахнул глаза, и Акутагава от неожиданности отшатнулся от недонапарника. Тот, быстро моргая, сфокусировал взгляд на Акутагаве и резво подскочил. – Ой! Ты вернулся! Акутагава медленно встал и, нацепив на лицо любимое – специально для недонапарника натренированное – суровое выражение, ядовито повторил: – О-ой.. Я вернулся. Оборотень заморгал, растерянно оглядываясь, когда Акутагава – так, для проформы – поинтересовался: – Что ты тут делаешь? Скорбный вздох, невозможные глаза в пол: – Да, понимаешь.. Тигр.. Акутагава, пока Джинко не видит, коротко улыбнулся. Конечно, старая песня: Тигр пришёл без ведома хозяина. Слышал уже и когда оборотень застрял в пакете у него на кухне, и когда оборотень приревновал его – Акутагава ухмыльнулся – после кошачьего приюта. Поэтому просто перебил оборотня: – Всё понятно. Оборотень снова вздохнул, и Акутагава заметил, как заалели щёки недонапарника. Он покачал головой и собрался к двери за чемоданом, как вдруг кое-что вспомнил: – Я привёз тебе подарок! Джинко аж подпрыгнул, неверяще вытаращившись на Акутагаву: – Правда? О!.. Пода-а-рок? Он прижал руки к сердцу, умилительно приподняв светлые брови и сверкнув золотом. Акутагава важно кивнул: – Ага, в прихожей на столике. Джинко резво рванул в коридор: – Это так мило! А что там Акутаг.. Акутагава широко улыбнулся, закидывая чемодан в спальню и делая себе пометку – отдать вещи в прачечную. Оборотень подозрительно притих, только шуршание крафт-бумаги раздавалось ото входа. Акутагава прикрыл глаза, предвкушая.. –Акутагава, что это? Нерешительно-удивлённый голос оборотня раздался прямо перед ним. Акутагава открыл глаза. Оборотень стоял, держа обеими руками небольшую коробочку с цветком, с округло-вытянутыми листами, с зубчатыми краями и матовой поверхностью с небольшим пушком. – Это кентрантус. Недонапарник засунул нос в мелкие бледно-розовые цветочки и глубоко и жадно втянул запах. Акутагава ждал. Джинко развезло моментально, он мельком осоловело глянул на Акутагаву и снова нырнул носом, блаженно прикрывая глазищи. Что-то муркнул. Снова зарылся лицом в мелкие соцветия. И так несколько раз. Надышавшись вволю, недонапарник ошалело улыбнулся: – Кентрантус? Видят боги, Акутагава очень надеялся, что Джинко задаст этот вопрос. Поэтому хмыкнув про себя, он впился глазами в блестящее возбуждённое золото: – Кентрантус, – медленно начал он, запрещая себе даже моргать, – декоративная валериана красная.. Джинко медленно облизнулся и сглотнул, в глазах его вспыхивало наслаждение, а в широком чёрном зрачке Акутагава рассмотрел своё отражение. – З-зачем мне э-это, – заикаясь, проворчал чуть трезвеющий недонапарник. Акутагава усмехнулся: – Эмпатия ж.. Не дожидаясь, пока до Джинко – словно пьяного, по голове стукнутого – дойдёт, развернулся и пошёл звонить в прачечную. За спиной недовольно засопел оборотень: – Акутагава! Зачем мне валерианка? Акутагава лишь пожал плечами. Сопение сделалось громче и агрессивнее: – Ты! – обвиняюще заголосил догадавшийся Джинко, – знаешь! Ты! Я не.. Акутагава засмеялся, когда оборотень пулей вылетел из гостиной. Позвонив в прачечную, Акутагава сделал заказ на полный клининг квартиры и решил, что оборотня – судя по звукам возившегося на кухне – пора выпроваживать. Незваный – но подозрительно частый – гость действительно нашёлся на кухне. Он, прислонившись задницей к подоконнику, жадно пил воду из высокого стакана, обнимая одной рукой коробку с цветком. На морде – вселенская обида. Акутагава, проигнорировав показательное выступление Тигра, обвёл взглядом кухню. Она выглядела так же, как и в день его отъезда. Чисто – не считая небольшого слоя пыли на поверхностях. Значит, Джинко тут особо не хозяйничал. Вот только.. Он, прищуриваясь, возвратился взглядом к подоконнику. Джинко, заметив его взгляд, незаметно – а то как же, тушка такая! – переместился так, чтобы Акутагаве не было видно.. – Знаешь, твой подарок.. – заблеял оборотень сладким льстивым голоском. Акутагава махнул рукой, заставив оборотня замолчать, и направился к заинтересовавшему его подоконнику. Оборотень вскочил, шагнув ему навстречу, преграждая путь: – Такой миленький цветочек! – расплылся чарующей улыбкой Джинко, – ты.. ты такой.. э-э-эмпатичный, Акутагава! Акутагава подозрительно посмотрел на пританцовывающего оборотня и подошёл к нему, ёрзающему, взволнованному, вплотную. Дыхание того тут же сбилось, зрачки расширились, а ноздри забавно затрепетали. Акутагава свалил такую подозрительную реакцию на валериану и попытался отодвинуть его рукой с пути. Но Тигр стоял скалой. Акутагава снова посмотрел в глаза оборотня – на этот раз добавив строгости во взгляд. Джинко глубоко вздохнул и сдался. Повинно опустив голову, он отодвинулся, позволяя Акутагаве, наконец, добраться до подоконника. – Что это? – удивлённо пробормотал Акутагава, зацепив пальцами свою нижнюю губу. Он выпрямился и указал на длинный приземистый горшок, стоящий на подоконнике. – Это горшок, – зашептал куда-то в сторону Джинко. Акутагава выгнул бровь: – Серьёзно? Я в курсе.. Где мой грунтовой овёс, который рос в этом горшке? Уголки губ оборотня грустно опустились. Акутагава снова повернулся к горшку. Остатки травы, которую он выращивал почти четыре недели, примяты. Кое-где видны погнутые стебли, а на некоторых и того хлеще – следы зубов. Справа все травинки обгрызены. Он негромко хмыкнул, разворачиваясь к оборотню. – Где овёс? Оборотень удивлённо – хреновый из него актёр – высоко воскликнул: – Какой овёс? И вид такой невинный-невинный.. – Джинко. Где овёс? Оборотень жалобно вздохнул, крепче прижимая к себе валериану: – Я нечаянно столкнул его с подоконника. Он упал и поломался. Акутагава прищурился, а недонапарник несмело улыбнулся: – Но я всё убрал. Акутагава снова присмотрелся к горшку: – Он упал? Радостный кивок головой: – Д-да, но я всё-всё прибрал. Акутагава посмотрел внимательно на Джинко: – Стебли-то у овса не сломаны. – Вот какой живучий, да? – восхищённо потянул Тигр. Акутагава важно кивнул, борясь с подступающим смехом: – Ага. Стебли не поломаны. Они откусаны.. Оборотень распахнул разноцветные глаза: – Правда? – Джинко, ты зачем съел мой овёс? Оборотень, видимо, решил, что лучшая защита – это нападение, поэтому выпрямился во весь свой немалый рост, воинственно приподнял подбородок и сверкнул фиолетовым: – А зачем тебе вообще овёс на подоконнике? – Я проводил эксперимент. Вся наигранная воинственность шелухой слетела с Тигра и в глазах его по-детски наивных вспыхнул ярко интерес: – Ого! А какой? Как дитё, ей богу, – подумал Акутагава, прежде чем ответить: – Да так. Для себя, – и тут же внезапно задал вопрос: – вкусно было? Оборотень заулыбался и часто-часто закивал головой, а потом, вдруг спохватившись, ладонями закрыл рот, распахивая фиолетовые глаза. Акутагава с превеликим удовольствием насладился всем спектром эмоций на лице недонапарника. Который сначала покраснел, потом побледнел, а потом и вовсе зазеленел. Прямо в цвет слопанного овса. – Я рад, что тебе было вкусно.. Значит, эксперимент удался.. Акутагава подмигнул опешившему недонапарнику и вышел из кухни. – Ты на что это намекаешь? – полетело ему вслед. Когда сзади раздался торопливый топот, Акутагава лишь пожал плечами. – Я тебе не ко.. – Да нет, конечно! Ты не.. – Акутагава намеренно недоговорил слово, – ты просто от души нанюхался кентрантуса.. Джинко возмущённо засопел и открыл рот, но Акутагава цокнул, заставив его молчать, и продолжил: – .. и съел мой грунтовой овёс. – Знаешь, что! Ты и твой кек.. кентр.. тьфу, как его там.. короче, твой подарок! И твой овёс! Акутагава отвернулся, скрывая широкую улыбку, а Джинко продолжил возмущаться ему в спину: – Я не кот! – Вкусный грунтовой овёс! – прокричал из гостиной Акутагава, – и подарок мой тебе понравился.. Недонапарник поднял голову и зарычал: – Я НЕ КОТ!!