Отличительные черты...

      Многие задумываются о смысле жизни и о том, в чём он заключается. Многие говорят, что он находится со временем, через пути и препятствия. Другие же пытаются доказать, что его вовсе нет. Но истина запрятана в другом. Не нужно говорить или спорить о его существовании, ведь для каждого он разный. Для кого-то смысл это продолжение рода, а для кого-то другого — богатства и слава. Но для нашего заражённого смысл жизни был заключён совсем в другом: в друзьях, в истории и даже в милой Сэмми. Он не искал его так, как упорно ищут другие. Его смысл нашёлся сам, давая понять, что вот и настало время. Какое время? Время простить прошлое и подумать о будущем…       Корабли проплывали мимо многих препятствий: рифов, островов, монстров — но ни одно не смогло устоять перед «Неотвратимостью» и «Галкой». Монстры убегали, боясь оглушающих выстрелов, а рифы и острова оплывались. Смотря в подзорную трубу и замечая неладное, Бликсер свистнул, обратив на себя внимание капитана «пурпурного» фрегата…  — Барра, ты чувствуешь это?  — Да, дружище, Лика и я тоже это чувствуем.       Кто-то хочет узнать, что именно троица морских волков чувствует? Жажду убийства, ужасную смерть и долю безумия, словно существа не из этого мира преследуют их души… А так и было на самом деле, ведь три существа и вправду преследовали наших героев по пути к Сэм…  — Бликс! — успела крикнуть Лика перед тем, как из воды вышли три существа, окружив корабль.  — Кто вы и что вы забыли здесь? — спросил Чумной Король, готовя клинки к длительному бою.  — Мы защитники ауры добра во всех девяти мирах, а также сыновья Мглы и Хаоса! Гиннунг, Кербер и Дисс! И мы уничтожим тебя, порождение Эклипсы! — существа вскинули оружие к небу и, выстрелив им, почти отправили капитана «Неотвратимости» в нокаут. Повезло лишь, что квартирмейстер был рядом и смог блокировать часть атаки врага.  — Гернол, будь чрезвычайно аккуратен! Это тебе не безмозглый Кракен! — вскрикнул Бликсер, атакуя Пламенной рапирой и Ледяной саблей и иногда выстреливая из двух пистолетов. Но существа превосходили как в силе, так и в числе.  — Капитан, нам нужна помощь! — вскрикнул Гернол, отражая очередную молниеносную атаку Кербера.       Поняв, что на галеоне что-то не так, Барракуда и Лика схватились за тарзанки и быстро перепрыгнули на палубу «Неотвратимости», словно при абордаже. Два квартирмейстера сразу же объединились для быстрого уничтожения противника, но Химера не сдавалась и успела оставить ядовитый змеиный укус на руке девушки. Что же до капитанов, то они сражались спина к спине, как в старые добрые времена, защищая друг друга от атак беспощадного Гиннунга и быстрого матово-чёрного Ди. Сталь звенела, точно церковные колокола, а искры летели в сторону, испаряясь, словно светлячки перед рассветом. Кровь проливалась, и команда двух кораблей пришла на помощь своим капитанам и квартирмейстерам. Звон мечей, кровь и смерть — именно это сопровождало всю битву, словно это не сражение, а целая гражданская война.  — Капитан! Аккуратнее! — крикнул Гернол заражённому, но тот даже не успел ничего предпринять, как два меча проткнули ему плечи. Заметив это, Барракуда попытался помочь другу, но его откинул Ди.  — У тебя уже не выходит, ведь ты поддался своим эмоциям, — Ди проткнул руку Барракуде и привязал верёвкой к мачте. — Гиннунг! Подожди Кербера, он ещё возится с смертными.  — Хорошо, Ди, — ответило космическое существо. Кербер же накопил достаточно энергии и волной из своего тела отправил в полёт многих: Лика, Гернол и некоторая часть команды ударилась об бортики и вырубилась, кроме Лики. Других же выкинуло за борт и некоторых даже на борт «пурпурного» фрегата, тоже вырубив из клии пиратской армии. Взглянув на друзей, Лика хотела закричать, чтобы они не сдавались, но сильная боль в районе руки помешала ей это сделать. Холодный пот скатывался по лбу, а страх за друзей усиливался.  — Бликсер Ходлан, ваша жизнь — это неудавшаяся смерть Эклипсы. Мы пришли избавить вас от мучений, — подойдя к своим товарищам, Кербер зловеще прошептал. — Но также, мы хотели бы знать, где находится мистический «Саркофаг».       Бликсер улыбнулся и плюнул в лицо Керберу, тем самым получив быструю и бесконтактную смерть…  — Бликсер! — закричал Барракуда, пытаясь выбраться, но второй меч приковал его надёжнее, попав во вторую руку. Крик беспомощности и гнева раздался по кораблю, но когда капитан «пурпурного» фрегата увидел ужасное, а может даже, и летальное состояние своей подруги, то сорвался и начал плакать, проклиная всех и вся.  — Не… не с… сдавайся… Баррочка… — со слезами на глазах Лика улыбнулась, и в тот же момент её глаза опустели, словно капли жизни в их пропали навсегда. Барракуда кричал и молил о том, чтобы его подруга и друг встали, но ничего не произошло. Из последних сил он даже вызвал духовную змею, но ничего не помогло.  — Ты уже слишком слаб, чтобы хоть что-то сделать. Просто умри, как и твои друзья, — сказал Кербер, подняв меч.       Видимо, вот он конец. Герои почти мертвы, а бедную Сэм уже некому будет спасти. Жители, Хранители, даже дорогой народ и мирные семьи. Зло живо, Остралис не уничтожен, а Затмение не остановлено. Так зачем они вообще были рождены? Зачем страдали? Зачем видели только смерть и ощущали много страданий? Видимо, всё напрасно… Или же нет?       Подняв меч, Кербер почти убил последнего заражённого из группы сильнейших, но просто не успел что-либо предпринять, ведь Ди вытащил из сердца заражённого странной формы кулон.  — Брат, тут даже я не помогу, — подходя, ответил Кербер, как вдруг тело Бликсера поднялось.  — Регенерация или возрождение? — спросил ошеломлённый Ди, ведь он ни разу не видел такого.  — И ни то и ни другое, брат, это сдерживающий камень.  — Но для чего? — но вдруг Ди осознал, и улыбка на лице заражённого стала дьявольской. Резкий выпад, и Кербера откинуло в море.  — Здравствуйте, Братья-Стражи, как ваши жизни? — сказал Бликсер, ухмыляясь и тихо смеясь. — Я рада вас снова увидеть!  — Эклипса, неужели ты можешь вселяться в тело собственного сына? — спросил Гиннунг, чрезмерно спокойно.  — А ты всё так же спокоен, первый. Я даже не удивлена, — рапира прошлась по чешуе матового дракона, откинув его в мачту.  — Ты всё та же стерва, Эклипса. Удивительно, что ты смогла наложить заклинание на собственного ребёнка, — ткань из космической материи начала подниматься, как и сам её хозяин.  — Как ты меня назвал, первый? — резкий выпад был заблокирован одноручной секирой, но следующий молниеносный удар пришёлся по красочной одежде, откинув её владельца. Пролетев достаточно много, Гиннунг остановился и, осмотрев свою рану, заметил кровь.  — Что за… — не успел он ничего сказать, как быстрое тело с огромной скоростью ударило его в лицо, отправив на дно моря. И направившись за ним, Эклипса в теле Бликсера с каждым вздохом чувствовала в себе настоящую жизнь.  — Как тебе такое, первый? — спросила девушка, смеясь, но вместо ответа получила удар в живот и с огромной скоростью приземлилась на корабль. — Вау, а ты всё такой же сильный!  — Сильнее тебя, — сказал Гиннург, и Кербер появился на палубе, заковав Эклипсу в цепи.  — Попалась! — весело крикнула Химера.  — Уверен? — движение тела — и цепь порвалась, а тело Кербера проткнула одноручная секира «Ритта». — Ты даже попасть в меня не можешь, Гиннунг!  — Вот… сволочь… — Кербер схватился за ранение и упал на одно колено.  — Я прочитала все ваши действия ещё в тот момент, когда вы меня свергли! — тело Бликсера подняло руки в воздух. — Приди, Затмение!       На огромной луне, закрывающей солнце, появился змеиный зрачок, и огромный луч выстрелил в трёх братьев. Гиннунг, Кербер и Ди может и вовремя поставили защиту, но даже она была слаба против этого синевато-огненного луча. Пробив щит, луч пробил и Гиннунга, ведь если бы он не оттолкнул своих братьев, то умерли бы все и сразу. Схватившись за свою рану, Гиннунг впервые упал на землю от ранений.  — Брат! — Кербер и Ди закричали, пытаясь не дать брату умереть раньше времени. — Что значит кровь?! Брат! Ответь!  — Кербер… Ди… камень… — передав в руки братьев кристалл, Гиннург закашлял.  — Брат… нет… прошу не исчезай! — на лице Ди появились первые за несколько миллионов лет слёзы. Он и вправду плакал, пока Кербер со всей яростью пытался навредить Эклипсе.  — Братец… мы… мы ещё увидимся… — тело Гиннунга начало исчезать, словно тысячи светлячков разлетелись из высокой травы в лесу, словно тысячи звёзд встали на свои места в космическом пространстве.  — Ты заплатишь за это! — Кербер в бешенстве атакует Эклипсу, пытаясь нанести ей хоть какое-то повреждение, но всё безуспешно.  — Удачи пожелаю, ведь без брата вы ничто! — смех разошёлся по морю, и Костяной Змей проснулся, узнав, чей это смех… Получая новые раны от Эклипсы, Химера только сильнее бесился, словно огромный адский пожар бушевал в его душе, не давая остановиться.  — Брат! Хватит! У меня есть план! — крикнул Ди, но брат его не услышал. — Брат!       Смех и ярость — вот что перебивало голос молодого стража. Но что если использовать это… Осмотрев мачту, Ди придумал и залез наверх, выжидая прекрасного момента.  — Глупец! Ты лишь клон первого! — смеялась девушка в теле Бликсера. До того момента, пока…  — Попалась! — крикнул Ди, спрыгнув на Эклипсу.  — Отпусти! — кричала девушка, летая с огромной скоростью и разбивая скалы на дне океана.       Нацепив на её шею каменную цепочку, тело перестало двигаться, и бессознательный, но живой Бликсер упал на корабль вместе с матовым китайским драконом. Подойдя к телу, Кербер поднял меч и уже хотел расквитаться с виновником смерти его брата, но Ди его остановил…  — Стой, брат, не надо, он и так настрадался…  — Но в его теле живёт убийца нашего брата! — вскрикнул Кербер, пытаясь убить надоевшего заражённого. Но змея Барракуды обвила ногу и отпила яда Химеры. — Ай!       Барракуда наконец развязался, и у его появились силы для следующего боя.  — Ты уже пришёл в себя? Твой запас выносливости впечатляет, — сказал Ди, следящий за капитаном фрегата.  — Я… я сделаю всё возможное, чтобы вам отомстить! — выкрикнул заражённый пират, и из его тела вырвалась огромная духовная змея Кобра и несколько других змей. Они набросились на Кербера, атакуя со всех сторон. Но Химеру было не взять обычным ядом и укусами. Он сильнейше топнул ногой, и галеон под ними слегка прогнулся, и змеи отлетели в стороны.  — Я… не… проиграю… — чуть говорил Барракуда и вскинул руки к небу. Его глаза засветились, но ненадолго: его тело также бессознательно упало.  — Вырубился? — спросил Ди брата.  — Скорее всего… — подходя к телам пиратов, Химера хотел нанести последний удар, но его снова остановил младший брат.  — Прекрати, мы и так убили ту бедную девушку, хватит с нас смертей!  — Ты что совсем с ума сошёл? — Кербер уже знатно разозлился, и его глаза покраснели. — Ты защищаешь тех, кто не достоин защиты!  — Я защищаю добро! — крикнул Ди, но его живот пробил палаш Кахандор, выпустив немного крови на палубу «Неотвратимости». Схватившись за рану, Ди спросил. — За что, брат?  — Ты ведёшь себя как предатель! — выкрикнул Кербер, но, осознав, что натворил, быстро пошёл помогать брату. — Извини… я не хотел…  — Пошёл ты! — слегка злобно выкрикнул Ди и отбросил собственного брата в мачту. — Ты всегда был таким! Мне надоело это терпеть!       Ещё бы чуть-чуть — и братья устроили бы бойню, но галеон резко толкнуло в сторону, словно что-то огромное проплыло под ним. Братья оглянулись в левую сторону и услышали, что за их спинами плескается вода. Обернувшись, они увидели слегка ужасающее для обычных смертных зрелище: огромная змеиная морда из настоящих костей смотрела на двух братьев; красные, словно стеклянные, глаза наблюдали за их действиями, а черепа, которые были включены в состав морды, повернули головы с раскрытыми ртами и красными глазами. Пасть открылась, и громкий рык раздался на всю округу. Братья даже опешили, увидев создание Великой Матери-Прародительницы — Элеоноры.  — Это тот заражённый призвал?  — Без понятия…       Братья до конца не понимали, но всё пришло в норму чуть позже…  — Какие люди меня встречают! Братья-Стражи, а где же первый? — огромная змея обвилась вокруг корабля и спрашивала братьев женским и нежным голоском.  — Элеонора? — спросил Ди, когда-то даже познакомившийся с порождением Света и Тьмы.  — Почти, но мимо… — сказала змея, открывая пасть, и из её вышла девушка с розовыми волосами в розоватом платье. — Я её тёмная версия! Саманта!  — Саманта? — переспросил Кербер.  — Да, дружище, и вас я ненавижу от слова совсем! — Саманта подняла руку, и огромная змея громко зашипела. Но это продлилось недолго, ведь голубопарусный бриг, на всей скорости влетел тараном прямо в Змея, от чего тот скрылся под водой. Но это ведь ненадолго?.. Верно: из воды с огромным всплеском выпрыгнул Костяной Змей и почти напрыгнул на бриг, но Ди сбил его снарядом.  — Что ты делаешь? — спросил Кербер, перед тем, как защититься от удара Саманты и её Ядовитого Плюща — живого оружия, выкованного Доллом и Золлом в кузнице душ. Странная форма разрезала плоть не хуже обычного меча, а вызванные приспешники, похожие чем-то на цветы росянки, всегда были готовы разорвать любого врага на куски.  — Защищаю наших знакомых! — сказал Ди, сражаясь со Змеем, но сколько бы он ни бил, его черепа только дико смеялись, издавая неприятную звуковую волну в сторону матового дракона. Призвав молот Тора, Ди молниеносно кинул его в Змея, но тому хоть бы хны, ведь от его костей молот отскочил, как мячик от стены.  — Огонь! — закричал Кэп, и пушки голубопарусного брига выстрелили по Змею, нанеся не очень серьёзный урон. — Готовьте бочонки с порохом!  — Стой! — прикрикнул Ди, но в ту же секунду его откинул огромный змеиный хвост. — Твою ж… как же тебя не хватает… Гиннунг…       В то время, как Ди и Кэп с Ханой пытаются уничтожить Костяного Змея, Кербер и Саманта сражаются не на равных.  — Ты ведь проиграешь! — закричал Химера. — Я знаю это!  — Скорее всего, но точно не от твоей руки! — рассмеялась девушка, и в Химеру полились оглушительные выстрелы из пистолетов на поясе и даже на груди. Четыре пистолета — четыре выстрела, попадания два. Задев ногу и руку Кербера, Саманта усмехнулась и почти добила Стража, но её остановили…  — Что за!.. — хотела выкрикнуть «Сэм», но, обернувшись, она увидела обессиленного Бликсера. Быстро отпрыгнув, она заметно занервничала, ведь настоящая Сэм хотела вновь взять над телом контроль. — Ты… Ты! Какого ты тут забыл?! Не помнишь, что я тебе говорила?!  — Сэмми… я…  — Не пытайся сказать, что дорожишь мной! Я больше не поведусь! — огромные клешни приковали сначала Кербера к мачте, а потом схватили Бликсера. — Отвечай мне!  — Я… — пытаясь сказать, Бликсер слабо улыбнулся. — Я… здесь ради… тебя…       Глаза Сэм округлились, и на лице появился румянец, оповещавший о растопке ледяного сердца. Быстро выгнув клешню, она выбросила Бликса в океан, от чего тот лишь усмехнулся и постепенно начал тонуть.  — Нет… нет. Нет! Я больше не поддамся твои речам и сладкому голосу! — девушка кричала и плакала, ведь отобрать у тела контроль она пока не могла. Но могла его остановить. Быстро раздевшись, девушка-пилотка прыгнула за Бликсером. И когда она уже почти подплыла, огромные красные зрачки открылись и посмотрели на неё из тёмной глубины. Взяв заражённого, она пыталась молниеносно выплыть наверх, но услышала жуткий смех и увидела отдаляющуюся поверхность океана. Воронка, нечто снизу затягивало их, и когда они оказались у пасти твари, они были проглочены… Смех разошёлся под океаном, и Костяной Змей изменился: пропеллер над головой, огромные зубы и шипы, розоватый цвет глаз, даже где-то была видна вторая пара голубовато-синих глаз, а женско-мужской смех пугал до глубины души.  — Что ты сделала? — прокричал Ди.  — Я… я не знаю! — закричала обеспокоенная девушка. — Я не видела вторую пасть в костях!  — Отмени это! — закричал, пытаясь выбраться, Кербер.       Подняв руки в воздух, Саманта что-то прошептала, но ничего не произошло. Оглядев свои руки, она поняла, что управляет своим телом.  — Я… я вернула себе контроль…  — Что?! — крикнул Кербер в клешнях.  — Я вернула себе контроль! — довольно закричала девушка, но, осознав ситуацию, она не на шутку испугалась. — И что нам теперь делать?..  — Для начала помоги мне! — весь в ярости прокричал Химера.  — Да, да, конечно! Извините! — убрав клешни, девушка извинилась.  — Присмотри за ними… — указав на Лику и Барру, парень наконец встал и, потянувшись, взлетел, направляясь к Костяному Змею. — Ди! Сконцентрируйся на обнаружении слабой точки!  — Понял! Ищу! — отлетев чуть-чуть от монстра, Ди высматривал слабую точку и увидел в воде другие красные глаза. — Керб!  — Что?! — обернувшись, Кербер обратил внимание на Ди, который почему-то летел на него. Но в тот самый момент столкновения двух братьев, из-под воды вырвалась огромная пасть, проглотив Кербера. Змей попытался преобразиться, но что-то было явно не так, и он начал странно вздыхать, а иногда то ли кашлять, то ли чихать. Дым шёл из его тела, и спустя мгновение изо рта вырвался Кербер, весь в огне.  — Ненавижу быть съеденным! — крик прошёлся по океану, и огромная огненная волна распространилась по телу Костяного Змея. — Ненавижу Змей!  — Керб! Слава Хаосу! — Ди спокойно выдохнул, ведь его старший братишка был жив.       Но вот Змею было всё равно на чувства и ощущения. С огромной силой выплюнув Кербера изо рта, монстр так же откинул матового дракона и, выпрыгнув из воды, распространил по морю волну, которая слегка откинула корабли. Подплыв к Керберу, Змей выгнулся и двумя головами хотел сожрать за это пламенное представление, но…  — Любишь барбекю? — спросил у Змея Кербер. Тот лишь удивлённо посмотрел на того и кивнул. — Значит, люби и древесные угли носить! — вспыхнув, огромная волна синевато-тёмного огня так прошлась по Змею, что от того остался только Главнокомандующий Демиургов и розовато-синий кокон с Бликсером и Ханой. Упав в море, скелет начал тонуть, ведь у его не было лёгких.  — Керб! Ты победил! — радостно, закричал Ди.  — Да… — тихо ответил Кербер.  — Всё в порядке? — взволнованно посмотрел на брата Ди.  — Д… да… — ответил брат, но когда он присел на корабль, его рука рассыпалась в пыль.  — Брат! — Ди прыгнул к брату и, оглядев его, принялся лечить. — Ты только не умирай… Я же этого не переживу…  — Не… умру… — улыбнувшись, сказал Химера, но его вторая рука тоже рассыпалась.  — Брат… прошу… — Ди умолял отца Хаоса остановить Сестриц Судеб, но ничего не происходило. — Я… я не смогу… один… — пролив новую порцию слёз, Ди всё же обнял брата, извиняясь за все обиды. Но когда отстранился, в его руках была только кучка угольков и пепла, которую в один момент развеял ветер.       Это был конец двум из тройки Братьев-Стражей, ведь даже Полубоги не бессмертны… Ди просто сидел и смотрел за пеплом и уже потухшими угольками. Он не двигался, не дышал и даже не шевелился. Словно жизнь его уже покинула… Подошедшая Саманта только погладила того по плечам, пытаясь слегка утешить.  — Они хотели лучшего для этого мира… Я уверена, что они всё равно счастливы…       Посмотрев на Сэм, Ди встал, подняв вокруг себя ветер, исчез в грозовых тучах, словно молния пробил атмосферную оболочку насквозь и направился прямиком к Затмению. «Я сделаю так же, как и они… Я спасу этот мир!» — такие мысли у него были. Слёзы на глазах всё наворачиваются, но он смотрит на это с улыбкой. И с огромной скоростью тело молодого Полубога-Стража врезается в планету. Частицы закрытого солнца обжигают чешую, делая её сероватой, а жуткая атмосфера луны обледеневает взгляд, но он не сдастся. Он сделает так же, как и его братья. Он пожертвует собой во славу мира. Скорость увеличивается, и божественные цепи рвутся, заставляя луну слегка отсоединиться от солнца. Но существо катастрофических размеров приходит в разум нашего Ди, говоря о скорой смерти. Слёзы на глазах и улыбка. Это было последнее перед тем, как божественные цепи разделили тело Ди надвое, тем самым отправив его к братьям. Но его заслуга осталась: несколько цепей разорвались, открыв две половины: половинку солнца и половинку луны. Он сделал, что мог. Он помог миру.       Смотря на это, Сэм расплакалась, ведь ей было очень жаль того, кто потерял всё в один день… Это словно убить самого себя, словно заставить себя презирать и ненавидеть общество. Может, для этого иногда и нужен любящий человек? Для поддержки и помощи, чтобы не свалиться в пучину безумия… Не знаю…       Многие опустили шляпы и склонили головы во славу трёх Полубогов: Дисгарда, Кербера и Гиннунга. Смотря на слегка посветлевшую погоду, все увидели и другую потерю… Лика Антрофи. Девушка прекрасных кровей. Квартирмейстер и девушка капитана. Она умерла, как воин. Как настоящий пират. Барракуда, склонившись над ней, оплакивал её, ведь любовь его грешной и пиратской жизни умерла. Она была той, кто мог рассмешить и умилить всех и вся. Она была прекрасной. Когда капитаны стали за штурвалы, корабли отплыли, опустив флаги. А Бликсер с Сэм так и не смогли поговорить. Ведь настоящих объятий достаточно, чем длинных речей и сладких поцелуев. Корабли плыли медленно, ведь теперь главное было немного нормализовать жизнь. Тихая шанти звучала в голосах пиратов и приватиров, провожая так полюбившихся им героев…       Там, на небесах, знают всё за нас. Слышишь, плачет дождь? А с ним моя душа. Верю, что ты здесь; чувствую тебя. Знаю, где-то есть на небе звёздочка твоя.       Прощай, мой друг. Я слышала, как сердце билось. Прощай, мой друг; но оно остановилось… Прощай, мой друг. Я слышала, как сердце билось. Прощай, мой друг; но оно остановилось…       Когда моя печаль не даст опять уснуть, Как Ангел за спиной, прошу: со мной побудь. Согрей меня теплом и снова дай огня. Укрой своим крылом, побереги меня.       Прощай, мой друг. Я слышала, как сердце билось. Прощай, мой друг; но оно остановилось… Прощай, мой друг. Я слышала, как сердце билось. Прощай, мой друг; но оно остановилось…       Прощай, мой друг. Я слышала, как сердце билось. Прощай, мой друг; но оно остановилось… Прощай, мой друг. Я слышала, как сердце билось. Прощай, мой друг; но оно остановилось…