I am not my mother's shadow

С того момента, как остальные ребята, включая меня, вступили в легион разведки, прошло четыре дня... Я не совру, если скажу, что в какой-то мере сожалею о принятом мной решении. Нахождение рядом с людьми, большая часть из которых вечно косо смотрит в мою сторону, начало изрядно раздражать меня. С тех пор, как я избавила кадетов 104 набора предвзятого мнения о моей персоне, прошло чуть больше двух лет, теперь же я вынуждена провернуть это по новой. Это будет сложнее... Эти люди уже, с высокой вероятностью, испытали на себе специфический характер высших сословий, следовательно, стереотипы об аристократии у них обоснованы. Поэтому следует заранее выяснить особенности отдельных людей. А каких людей – это уже другой вопрос. Общество привыкло делиться на группы. Как правило, группы формируются по интересам, мировоззрению, религии и другим факторам. На данный момент я насчитала около 40-45 подобных групп, но скорее всего их больше... Я нервно вертела карандашом в руках, раздумывая над характеристиками отдельных людей, с которыми мне не стоило конфликтовать. Помимо командования, в этот список вошла и Петра Рал. Её способности были признаны капитаном Леви, помимо этого добрая и заботливая. Недостатки для меня (они же и причины не идти с ней на конфликт) – не умеет держать язык за зубами. С ней стоит быть дружелюбной, разговорчивой, но несильно. Петра знает практически весь состав легиона разведки и со всеми в хороших отношениях... «Неужели именно такие люди нравятся людям?» – задалась я вопросом. Для меня это было достаточно легкомысленным поведением. «Если быть со всеми доброй...это же и на шею сесть могут». Я подпёрла голову рукой и, устало выдохнув, закрыла свой ежедневник. Очень опрометчиво делать заметки в разгар обеда, а уж тем более, когда кое-кто так и косится на мои записи. – Имир, некрасиво читать чужой дневник, – обратилась я к знакомой. Та насмешливо фыркнула. – Ну, простите, ваше величество, за раздражающие шкрябанье карандаша по бумаге, – парировала Имир. – Имир! – воскликнула Криста. – Она и так не может писать в комнате, потому что ты вечно донимаешь её, – решила вступиться она за меня. Я ей была благодарна, но этот поступок был вовсе не обязательным. – Хотела бы я посмотреть на твою реакцию, если бы в этой книженции было написано совсем другое мнение о тебе. – Я на это решила не отвечать. – Даже если так, Карин имеет право на личное пространство. Если мы живём вместе, надо относиться терпимо друг к другу, – в привычной ангельской манере, пролепетала Криста. – Тц. Ну почему нельзя было её к Микасе с Сашей подселить? Были бы мы сейчас вдвоём... – на последних словах на лице. Но стоило ей переключить внимание на меня, как улыбка сошла на нет. – Но к нам подселили этот балласт. – Тебе ничто не мешает подойти к ответственному за расселение и попросить ранее упомянутого о пересмотре решения, – сказала я, отпивая чай из кружки. После добавила: – Было бы желание. – Я бы с радостью, но, похоже, эти люди совсем отчаялись, раз кроме нас не нашлось подходящих соседей для нашей принцессы. – Не вижу смысла отвечать на это. Стоило Имир понять это, она слегка высокомерно фыркнула и перевела на себя внимание Хис...Кристы, которая всё время нашей «перепалки» не сводило с меня взгляда. После обеда нас, новоприбывших, собрали для выбора нашего сопровождающего вне стен – парнокопытного друга. На данный момент за нами приглядывал Дитта Несс и его лошадь, Шарет, любящая лишний раз отведать волос своего хозяина. – И так, – начал наш надзиратель, – вы уже должны знать, что без лошади за стенами не выжить. Они довольно спокойные и не боятся титанов, так же стоит учитывать их выносливость и прочие показатели, которые ставят свою цену. Ваша задача присматривать за ними. – После этих слов, я уже начала представлять «райскую» жизнь, что ожидала меня впереди. Единственное что меня успокаивало – это факт того, что я сама смогу выбрать своего скакуна. Я убеждена, что лошадь должна быть такой же, как и ты сам – она твоё отражение. От осознания этой мысли, я резко поняла, почему Ядвига, лошадь её светлости герцогини Роздзенст, ненавидит, когда её запрягают. Все ребята разбрелись по конюшне, подойдя к первому попавшемуся мерину или лошади, в то время как я стояла в стороне. Не горю желанием толпиться, всё равно дело несрочное. Возможно, я кажусь ленивой и неторопливой...со вторым я, пожалуй, соглашусь...но, на самом деле это не так. Я правда не хочу стоять там, чтобы все топтались мне по ногам, повезёт если это будут люди. Я зевнула, прикрыв рот. Возможно, не следовало читать очередные лёгкие романы посреди ночи. Ну, что поделать. Мне нравится читать истории о искренней, можно сказать, чистой любви, которую не встретить в нашем жестоком мире... – Всё-таки... – с моей стороны последовал очередной зевок, – ...надо бы спать по ночам. После этой фразы на ум пришли те дни поле небольшой травмы... Травма не большая, а шума много...раздражает. Причём паниковал Армин. Он винил себя, по непонятным мне причинам. Ноги и руки на месте, морально не травмирована, тем более я выспалась...не вижу негативных сторон. Даже если бы я умерла, не много потеряли бы, но мне было бы грустно. Прошло какое-то время прежде чем я решилась отвлечься от созерцания своих ботников и заняться более продуктивной работой. Возможно, вам интересно: почему мы сами выбираем лошадей. По-моему, когда мы сами выбираем лошадь, содержим её в чистоте и так далее, большая часть ответственности ложится исключительно на нас. Из этого следует то, что если с лошадью что-то будет не так, то у руководства не будет лишних проблем... Хотя в теории всех скакунов проверяют ещё до поставки в легион разведки. Хм...ну, думаю этому есть объяснение. На время я вновь провалилась в свои мысли, периодически бубня себе что-то под нос. – Ты ведь понимаешь, что время не бесконечное? – отвлёк меня Жан. Я обернулась на его голос. – Что застыла? Шевелись, давай, – он замолчал, но после добавил: – Или тебе помощь нужна? – подняла на него вопросительный взгляд. – Я только предложил. – Помощь мне не нужна, – сдержанный ответ последовал с моей стороны. Я посмотрела на мерина, который стоял позади него. – Тебе без надобности стоять со мной, ты лишь зря время потратишь. – Он ещё раз посмотрел на меня, и от чего-то на его щеках появился румянец. – Как скажешь, – буркнул он и скрылся за ближайшим углом, а следом за ним и его новый спутник. Я лишь пожала плечами и вернулась к цели всего этого сборища. Как я ранее упоминала: лошади схожи со своими хозяевами. Пока я стояла, мне в голову пришла мысль отдаться в руки судьбы и будь что будет... Нет, это не оправдание моей лени, это очень осознанное решение...а ещё я люблю кормить этих, прекрасных парнокопытных существ. Если исключить факт того, что за ними надо следить и убирать, то они вполне идеальны. В общем, ближе к сути. Я высыпала часть сахара себе на ладонь и протянула её к цели моего прибытия. Стоило мне это сделать, как сахар стремительно исчезал с моей руки во рту двух, весьма милых, особ. Я могла бы и дальше умиляться этому, но больше моё внимание привлекла гнедая. Ну, вот и чудно, одной проблемой меньше. Ближе к ужину я решила заглянуть в нашу комнату, в надежде не наткнуться на моих соседок. Я бы не сказала, что Криста и Имир мне не нравятся, тем более, если учесть тот факт, что мы знакомы чуть больше трёх лет, тут скорее причина в другом... – Ваша светлость, соизвольте пройти в комнату, а не загораживать проход низшим сословиям? – с ухмылкой проговорила Имир. – Я уж думала, что ты там с лошадьми сроднилась. – Уж лошади будут получше некоторых людей, – я мило, насколько можно, улыбнулась и пропустила Имир вперёд. – Хмф, ладно, иди пиши свои мемуары... – на этом и закончился наш разговор. Проводив её взглядом, я смогла спокойно выдохнуть и со спокойной душой заняться своими делами. Прикрыв дверь, я достала деревянную коробочку на замке, спрятанную под шкафом. Это можно назвать «тайником», так как именно в ней лежит два дневника и бумаги с моими записями. И, конечно же, что может быть лучше для хранения ключа, чем шея. Сейчас мне необходимо освежить в памяти образ доктора Йегера. Если мне не изменяет память, с ним я познакомилась в 7 лет. Тогда я, к сожалению, не вела записи, самые ранние дотируются 44 годом. «Есть ли шанс найти о нём упоминание?» – этот вопрос ставит меня в тупик, так как, если я не найду чего-то стоящего, придётся отправлять писать матушке. Устало выдохнув, я принялась искать хоть какие-то записи. Материала не так уж и много, не все сохранились и не все я забрала из дома, надеюсь, это будет так же быстро, как выглядит. – УРА! – воскликнула я спустя три часа поисков, вреда зрению и пропущенного ужина. Но от сего действия в меня прилетела подушка. – Эй... – Угомонись, ночная моль, отбой скоро, а ты тут разоралась. – Ночная моль? Это намёк на то, что я мозг ведаю или что? Я осуждающе посмотрела на Имир, но после осознала, что сейчас и правда достаточно поздно и надо быть тише. – Простите, – сказала я этой парочке и уткнулась в бумаги, пытаясь найти какие-то мелочи. – Ничего страшного, ты, видимо, очень рада находке, – как всегда мило сказала Криста. Я лишь кивнула головой и лишь больше прищурилась, чтобы разглядеть текст. На улице уже было достаточно темно, а из освещения была лишь тусклая свеча на столе. Я было хотела поднести листок к ней, но испугалась что переборщу, и он загорится. Гриша Йегер...доктор, причём достаточно квалифицированный, но где он получил эти знания? Я раздражено бросила эту бумажку поверх остальных и закрыла это всё на замок. Чёртов Йегер, нельзя было поинтересоваться у своего отца о его прошлом или обучение? Он, конечно, бы солгал, но даже во лжи есть доля правды, а так мне остаётся лишь догадываться о целях Гриши. Как же это усложняет мою работу... Снова было за полночь, а я обдумывала свою находку. Это была запись как раз таки октября 844 года. Тогда доктор Йегер навещал меня, чтобы проверить моё состояние после очередной болезни. К тому времени Микаса уже жила с Йегерами. Однако моё внимание привлекла небольшая деталь из этих записей. «13 октября 844 год Этот день был бы таким же, как и все остальные, если бы не визит доктора Йегера. Удивительно, как моя матушка доверяет ему, в то время как Ро всё время насторожена. Такое чувство, что она готова в любой момент убить его. Несмотря на это, она благодарна ему за то, что он делает. Он не только вылечил меня, а ещё он делится со мной последними новостями из мира за стенами поместья, конечно, под присмотром Ро. Она не даёт ему сказать лишнего. Сегодня, например, он рассказал, что недавно взял к себе девочку, которая потеряла родителей...прямо как я дедушку. Надеюсь, с ней теперь всё хорошо. Но кое-что меня смутило, возможно, доктор Йегер просто оговорился, но он сказал...что же он сказал... Он расспросил меня о Фриде и о семье Рейсс, но мама запретила мне о них рассказывать, поэтому я просто сказала, что Фрида хорошая... Не могу вспомнить, что он сказал. Что-то о стенах...забыла...» Склероз в 8 лет – это плохо. В принципе, большая часть текста мне понятна, меня смущает то, что я не написала. Ладно, подумаю об этом чуть позже. Я повернула голов в сторону Кристы, которая находилась в беззаботном сне. Иногда грустно знать больше остальных, не с кем поделиться. Следует поспать, а то снова болезненно бледной буду. «Действительно ли ты больше всего желаешь отомстить титанам, Эрен?» – кажется, сильно много вопросов и так мало ответ.