I am not my mother's shadow

Почему я вступила в разведкорпус? Довольно частый вопрос, на который я не могу дать сознательный ответ, так как сразу же стараюсь подобрать достойную причину. Ну не скажу же я: «Давайте признаем, что порой смерть с адекватными (и не очень) людьми лучше, чем жизнь в цирке?» Однако, именно такой ответ был бы для них самым понятным. Я бы хотела поделиться с вами одной вещью, которую мне поведала моя матушка, когда я была в кадетском училище. Если вы помните, то в тот раз она инсценировала моё похищение. Около двух лет назад: – Как тебе мой сюрприз? – беззаботно спросила моя небезызвестная родственница. –Почему ты хмуришься? Разве ты не скучала по своей любимой мамочке? – Прошу прощения за свою грубость, однако я не вижу повода для радости в данной ситуации, – услышав мой ответ, матушка разочаровано выдохнула. – Я всё жду того дня, когда ты вновь начнёшь радоваться мелочам, Элеонора, – она выдержала паузу, давая мне время ответить. К счастью или нет, но я решила промолчать. – Как я поняла, у нас сейчас не выйдет трогательной сцены воссоединения матери с дочерью, а ведь мы больше года не виделись. Тогда к сути моего приезда. – Так и знала, что она здесь не от ноющего по дочери сердца. – Моя матушка, а также твоя единственная бабушка, на подходе к лучшему миру. Как тебе известно, мы не та семья, в которой царит порядок. По моим соображениям твой неугомонный дядя намерен перенять власть в свои руки, а для этого мы должны преждевременно отправить его на тот свет. В связи с этим я намерена ограничить твои передвижения. – И именно поэтому мы сейчас в лесу, да? Я ведь правильно поняла твою логику? – Я лично приехала, чтобы ты сразу могла узнать всё для твоей дальнейшей работы. – Спасибо за заботу, я постараюсь не разочаровать вас. После всего, что вы сказали, осмелюсь предположить, что ваш супруг до сих пор является для нас большой проблемой? С моей стороны будет нагло говорить подобное, однако нам следует избавиться от всех помех. – Я правильно поняла, что ты считаешь за помеху ту девчонку Рейс? – я утвердительно кивнула. – Сейчас она является помехой и значительно замедляет нас. Если я не ошиблась, то без истории мы могли бы значительно быстрее занять место нынешнего короля. У нас достаточно средств для этого, а также вы завоевали любовь и доверие народа. Я не понимаю, зачем мы должны садить на трон эту простушку, когда без неё мы сможем быстрее и лучше развить наши земли. – Честно, я закипаю при мысли о том, что матушка до сих пор пресмыкается перед этими Рейсами. Сейчас в них нет ничего королевского, кроме крови. Да, раньше у них был титан прародитель, но по своей же неосторожности Род Рейс умудрился потерять его, так ещё и перед угрозой уничтожения нашего народа. Матушка положила руку мне на плечо. –Эла, последние 100 лет наша семья никогда не стремилась править целой страной. Ведь когда наши предки восстали против короля, весь наш род был на грани исчезновения, – на это я лишь закатила глаза, сколько раз я уже слышу эту «поучительную» историю. – Ты сейчас думаешь: «Богиня, как объяснить этой женщине, что сейчас как раз время перемен»? – Вы как нельзя точны в своих суждениях, – подтвердила я догадку своей матери. – Зная тебя, ты решишь взять всё в свои руки и действовать самостоятельно, поэтому, Карин Элеонора Роздзенст, если вы или твои подчинённые будете пойманы на попытке покушения на Хисторию Рейс, твой родной отец поплатится за это жизнью. – можно ли подавиться воздухом? Я отвечу можно. – Ты ведь с ним уже встречалась да? – Да, скажу честно, до того как я его увидела, я думала, что у вас нет вкуса на хороших мужчин, – если бы ей то же самое сказал кто-либо ещё, не было бы тому пощады. – Поэтому... я обещаю, что не трону девчонку Рейс, – матушка самодовольно усмехнулась, а вот мне было не до смеха. Когда дело касается убийств, можно спихнуть вину на другого и если меня подставят... Даже думать не хочется.  – Матушка, позвольте спросить: кто-либо из Королевского правительства решил избавиться от командора Эрвина? Если это так, то стоит ли мне вмешаться? – Твой отец не единожды путал карты некоторым высокопоставленным людям. На прошлом совете всплыл вопрос по устранения разведкорпуса. Я выступила против этого, как и в прошлые разы. Однако я не могу быть уверена, что Фортуна будет усмехаться мне и дальше. Рейсу сейчас нет до этого дела, потому я вправе определять судьбу твоего отца и разведки в целом. – Вы поговорите с финансистами? – Придётся, если твои расчёты были верны. Мы должны продержаться ещё максимум пять лет. Через два года ты окончишь училище и, как я поняла, уйдёшь в разведкорпус, –матушка сочувствующе посмотрела на меня. – Наверное, это лучший вариант, там есть люди, которые о тебе позаботятся. Наши дни. В общем, я отправилась в легион смертников, как его любил называть Жан, чтобы быть ближе к двум (на самом деле тут не только два) потенциальным трупам, а ещё Эрен, но он это другое дело. У меня было два года, чтобы обдумать весь план и теперь мне остаётся лишь надеяться, что всё пройдёт как я того желаю. Через неделю будет наша первая вылазка за стены, командующий уже раздал всем схемы с их местами в строю и, честно, я в восторге. На сколько же командор Эрвин гениален! Не удивительно, что он не нравится правительству. Схема проработана столь детально, что даже не верится. – Ты сейчас заплачешь от счастья, – усмехнулась Ханджи. – Тебе тоже грустно от того, что ты будешь так далеко от меня? – Скорее это будут слёзы радости, чем грусти. Вы должны были сразу понять, что я недостаточно опытна для того, чтобы быть с тобой в одном отряде. – Но достаточно умная, – повторялась Ханджи. – Какой толк от мозгов, если ты умрёшь в первые минуты? – Не говори так о себе. Я верю в то, что у тебя большой потенциал. – и чего это она начала? – Мой потенциал ушёл в навыки полезные для счетовода и мецената, – ну в этом есть доля правды. – Ладно, я вот что хотела спросить. Доктор Йегер, отец Эрена, долгое время был твоим лечащим врачом, так? У тебя осталась какая-либо информация о нём? – ох, как я не люблю эти вопросы. – Я вам передала часть записей, которые у меня оставались и сразу сказала, что от маленького ребёнка нельзя ждать многого, – Майор положила свою голову на рабочий стол. – От этих бумажек появилось ещё больше вопросов к Эрену и тебе, но он ничего не знает, а из тебя ничего не вытянуть. – в этот момент я прониклась пониманием к Ханджи и решила пойти на то, о чём я возможно пожалею в будущем. – Откровенно говоря, я не то что бы не хочу говорить, я бы с радостью, но положение легиона разведки и моё в целом довольно шаткое. Если я скажу лишнее, то  скорее всего вы окажитесь в опасности, – взгляд Ханджи говорил о том, что она понимает это, но в то же время любопытство. Надеюсь, она понимает намёки. – Ханджи, у стен есть глаза. – Правильно не глаза, а уши... – пробубнила майор. – Всё равно они живые, относительно. – я сейчас выгляжу как сумасшедшая, да? Надо  дать ей время переварить этот бред, поэтому я решила оставить её наедине. Помню, когда я впервые приехала к Ханджи, я слегка заблудилась среди этих коридоров. Самое время обдумать, что стоит делать с Хисторией, более известная как Криста. На данный момент я делю с ней комнату, ну и с Имир. Надо ли мне говорить, как меня напрягает имя Имир? Стоит мне о ней подумать, как моё лицо сразу же приобретает траурный вид. Имир, Рейсы, Стены, титаны...это место высасывает из меня жизненную энергию. У нас с дедушкой был прекрасный план по свержению застарелой власти, и я хочу исполнить его. Если бы он дожил до момента, когда прародителя потеряли, то сразу же воспользовался шансом. Возможно, у кого-то появиться вопрос: « Зачем всё это»? Ради будущего, конечно. В нашем жестоком мире, нет места фантазиям, мечтам и надеждам, однако именно мечтатели сдвинут человечество с мёртвой точки. Я это усвоила ещё от дедушки, он говорил: «Если бы не старые суждения правительства и алчность людей, мы давно избавились от наших проблем». Поэтому самое время включить лучшую внучку и заняться проблемами глобального масштаба. Мой план ещё не проработан до конца, так как больше половины зависит от действий командора Эрвина. Три года я бездействовала. Мне предстояло наверстать упущенное время за два месяца. Параллельно с действиями суда, я пользовалась архивами, чтобы нарыть информацию о верхушках командования всех подразделений. Мне ещё  следовало ознакомиться с частью найденного материала и составить характеристики на отдельных людей. Ключевые фигуры пока что: командор Пиксис, командор Эрвин и главнокомандующий Заклай, с которым мне довелось встретиться на трибунале. Также нельзя упускать из виду Хисторию. А кого вообще можно упускать? Я не знаю, в какой момент кому-то захочется использовать меня в качестве подставки для ножей. Комната встретила меня тишиной, что знатно порадовало. Сегодня на меня нахлынули воспоминания. Хотелось просто запрятать их куда подальше, забыть о том, кем я являюсь и наконец, просто наслаждаться жизнью, как обычно это делают люди. К сожалению, мне сейчас такие блага недоступны. Опершись на прохладную стену, я села на пол, думая о том, что со мной произойдёт через неделю. Я обязана выжить любой ценой. – Карин, тебе плохо? – спросила стоящая надо мной Криста. –Нет, просто села отдохнуть. Давно ты здесь стоишь? – я мило улыбнулась ей. – Я только что зашла. Ты точно в порядке? – Криста заботливо приложила руку к моему лбу, но я поспешила убрать её. – Да, не переживай, – в подтверждение своих слов я намеривалась встать и спокойно пойти куда подальше, но что-то пошло не так и на секунду перед глазами резко потемнело. Пошатнувшись, я опёрлась на стену. – Не переживай! – поспешно воскликнула. – Такое бывает, это нормально для меня. – Давай всё же сходим к врачу, – настаивала Криста. – На всякий случай. Хотя ты же тоже немного разбираешься в болезнях... – последнюю фразу она сказала после того, как увидела мой слегка раздражённый взгляд. – Прости, что отвлекла, – Криста быстро собрала ванные принадлежности и скрылась из виду. «И зачем нужна была эта забота, если свои дела есть?» – подумала я, но вспомнила, что у меня есть человек, который ставит мои потребности выше своих, но ведь это её работа, да? Как же я скучаю по Ро. Мы с ней виделись сто лет назад(вообще около месяца, но кто считает?). Всё бы отдала за её яблочную шарлотку... – О Богиня, что ж ты мне жизнь так усложняешь, – пришлось приложить усилие, чтобы не заплакать от резкой волны отчаяния. Через неделю, меня ждала полная нервотряска, с высокой вероятностью моей гибели. Конечно, это был мой личный выбор, возможно более эмоциональный, чем здравомыслящий. Вместо себя я могла бы послать другого, более сильного солдата, который бы отчитывался мне об обстановке, но я решила сама вступить в легион смертников (прости, Жан, твои авторские права были грубо нарушены) отчасти из-за угроз матери. Мысль о том, что зная, кто мой родной отец и я не смогу так и не увидеться с ним, заставляло меня вздрагивать от ужаса. Не подумайте, что я чересчур сентиментальна мол: «Ох, как же так? – всхлипывала она, утыкаясь носом в подушку. – Моя мать готова убить отца, лишь ради получения полного контроля над моими действиями! Как я проживу без человека, которого практически не видела в своей жизни? – без одной минуты герцогиня заплакала пуще прежнего». Думаю, суть вам ясна. Нет смысла отдаваться страданиям и эмоциям, которые не считаются присущими человеку с клеймом лидера, ради того, с кем вы связаны лишь словом «отец». Да, если бы не он, то меня не было на свете. Однако большую часть знаний, воспитания и, хоть и ужасной, поддержки я получала от других людей. Как итог, ужасалась я вовсе не из-за факта нашей родственной связи. Командор Эрвин, на данном этапе становления нашего нового мира, является отнюдь не простой пешкой. Я почти уверенна, что и без нашего содействия, он способен на многое. То есть вы поняли, насколько выдающийся личностью он является?! Такой кровью и правдой стоит гордиться, если не большей, то в равной степени с герцогской. Что-то я сильно предалась раздумьям. Вот так оно бывает, задумаешься о прошлом и теряешь время для действий в настоящем. Сколько я смогла бы вздремнуть, не просиживай я штаны на холодном каменном полу. Надо исправлять ситуацию.