Tangled fates

На экране Ребекка заходит в дом и сталкивается с вернувшимся Элайджей, который спрашивает, где Никлаус. Та отвечает, что уже звонила ему несколько раз по пути домой, но тот не соизволил взять трубку. Кол сообщает им, что он на пути в Мистик Фоллс и с пропавшим братом не говорил. Элайджа начинает беспокоиться за брата, из-за которого он вернулся в город. Далее, на экране братья Сальваторе обсуждают последний белый дуб, после посвящения Стефана в сработанный план Деймона по выявлению информации. - Осталось только поехать туда и все, Стеф. – подает ему бокал виски старший Сальваторе на экране. – Клаус исчезнет из нашей жизни навсегда. – ухмыляется он, чокаясь бокалами с братом. - Только Елена теперь против. – ухмыляется Кол в издевательском тоне, раздражая двух братьев своим комментарием. На экране под незнакомую всем музыку ночь Мистик Фоллс плавно переходит на тихую в Ловетсвилле. Немногие пьяные горожане прохаживаются по опустевшим улицам после карнавала. Показывается здание отеля, затем окно номера и сама тускло освещенная комната. Из-под тихих звуков мелодии слышатся судорожные вздохи Елены. - До сих пор?! – восклицает Ребекка в недоумении, услышав их. Елена опускает голову, прикрыв лицо руками. На этот раз фокус на экране не сосредоточен на них, но безусловно понятно по их тяжелому дыханию, что происходит в номере. Она ощущает, что в это время ее спина прижата к его сильной груди, а он, целуя ее шею, берет ее сбоку. Она стонет, когда он сжимает ее грудь, ускоряя толчки. Девушка стыдливо вспоминает, как она снова возбудилась из-за его дразнящих прикосновений по телу и горячих поцелуев. Остальные зрители взревели от бесконечной ночи этих двоих, а Кол снова прыснул от смеха. Деймон стукнулся лбом о поверхность стола от безысходности. Она добровольно дает волю гибриду воспользоваться ею по полной без передышки и сожаления. Он просто не узнает ее. - Ник, мы все закончили, только тебя ждем. – ухмыляется его младший брат, поймав возмущенный взгляд Никлауса за столом. - Ну, им понравилось, что вы так? – произносит Кетсия с довольной улыбкой, встав на защиту смутившейся парочки, которая уверяла раннее, что не собирается повторять. Они оба не понимают своих бесконечных порывов не отлипать друг от друга. На экране их прерывают непрекращающиеся звонки, и они устало вздыхают. - Кровавый черт. – выругался вслух Клаус, переводя дыхание. Он приподнимается, приняв сидящее положение, и теперь его видно в кадре. - Кто тебе звонит без конца? – слышится возмущенный голос Елены, недовольной тем, что их прервали. Боже, она сейчас рада, что у нее нет телефона, который тоже не умолкал бы из-за ее пропажи. - Сейчас, подожди. – просит он, потянувшись к оставленному телефону на прикроватной тумбочке. – Да. – раздраженно произносит он в трубку, проклиная сейчас своих родственников, которые не прекращают ему звонить всю ночь в неподходящее время. - Где ты? – спрашивает Элайджа на экране, а рядом с бокалом виски стоит Ребекка. - Я занят. – рявкает Клаус, стараясь дышать ровнее. Елена в это время тоже садится, прикрыв обнаженное тело простыней. Его сестра закатывает глаза за экраном, видя, чем он занят. - Чем? – требовательно спрашивает она на экране, потянувшись к телефону Элайджи. - Что-то случилось, раз вы не перестаете звонить? – закатывая глаза, задает он встречный вопрос. - Ты в порядке, Никлаус? – со скрываемым беспокойством спрашивает его старший брат. - Почему бы мне не быть в порядке? - Учитывая, что наша мать планирует нас убить с помощью Финна, это вполне уместный вопрос. – отвечает его старший брат. - Ты знаешь где они? – он на секунду заинтересовался в разговоре. - Нет. - Тогда зачем меня беспокоить? – вторит он раздраженно. - Тебя нет уже два дня. – констатирует факт Элайджа, гадая, чем его брат может быть так яро занят, что забыл о подстерегающей опасности их семье. - Я вернусь утром. – произносит Клаус и отключает звонок под ожидающим взглядом девушки. Его брат снова пытается ему позвонить, но телефон уже отключен. Первородный небрежно кидает гаджет на тумбочку и смотрит на девушку, которая снова ложится на спину. - Теперь двигайся. – произносит она приказным тоном, что он недоуменно уставился на нее, а его младший брат за экраном издал смешок. Клаус, прищурившись, вмиг переворачивает дерзкую девчонку на живот, заставив ее задохнуться от неожиданности и приподнимает ее бедра, чтобы она оперлась на колени. На экране показана ее обнаженная спина и руки, сжимающие подушку. Затем его опущенный взгляд на ее потрясающий вид, потом ее лицо с закрытыми глазами. Елена стыдливо вспоминает, как она не успела среагировать отрицанием, когда он входит в нее до упора, заставив ее вскрикнуть. Он быстро и резко двигается в ней, что она стонет, чувствуя, как тут же напрягается низ живота в предвкушении. Присутствующие в шоке наблюдают за откровенной сценой, в которой показаны только части их тел и лица, дающие понять в какой позе они это делают. Первородный прикладывает ладонь к ее спине, чтобы верхняя часть ее тела соприкасалась с простыней. Девушка стонет в подушку, сжимаясь вокруг него. Слышаться быстрые хлопки из-под музыки и Кетсия прибавляет громкости, чтобы их заглушить. - Хватит! Стооооп! – кричит Деймон после того, как не удержавшись, поднял голову и застыл в неверии. Она позволяет ему брать ее раком, как последнюю потаскуху, и даже наслаждается, не то, что возражает. Крики стали громче после того, как ракурс сместился на их лица. Клаус потянул за волосы, приподнимая ее голову, а потом он сжимает пальцы на горле, целуя ее в висок. Сцены быстро меняются под музыкой, заставляя Елену снова закрыть лицо руками от стыда. Вот она снова верхом, когда мелькнула ее спина, прикрытые волнистыми и высохшими волосами, затем они сидят на кровати, прижавшись друг к другу, после он припечатывает ее спиной на матрац, нависая сверху. Тем временем в зале стоит ор с возмущенными и изумленными криками. И тут, как только начинается спокойный бит фоновой музыки, они вместе откидываются спиной на кровать, пытаясь отдышаться. Клаус тянется к очередной сигарете и использует пустую бутылку пива в качестве пепельницы. - Почему ты все время куришь? – задает она вопрос, заметив, что стоит им закончить, как он сразу же ищет сигарету с зажигалкой. - После секса это особенно приятно. – выдыхает он терпкого дыма. - Согласен. – кивает Кол за экраном, а остальные некурящие друзья Елены задумчиво посмотрели на него. - Знаешь, что особенно приятно после секса? – спрашивает девушка, лежа на спине. - Что? - Пицца. – отвечает она, вынудив его усмехнуться. - Ты голодна? – спрашивает он, подняв брови. Она кивает, потянувшись к его телефону. - Интересно, в этой дыре есть круглосуточная доставка? Оказывается, есть, когда они попросили администратора по телефону заказать им пиццы в номер. Сцена переключается на пиццерию, где принимают их заказ. Елена в панике смотрит на Клауса за столом, который без слов понял, о чем она. Они оба помнят, что происходит в номере, пока готовят их заказ. Она тогда подходит к дивану, где уселся первородный с сигаретой. Клаус с восхищением наблюдает за ней, запоминая каждый изгиб уже знакомого тела, ее взгляд, полный желания, румянец на щеках, ее чувственные, опухшие от поцелуев губы. Он не сможет стереть ее с памяти, даже если захочет. Убрав назад спутанные волосы, она садится перед ним на колени, изумляя его своей непредсказуемостью. - Не люблю оставаться в долгу. – произносит она, когда он с искренним удивлением наблюдает, как она касается его естества. Она нервничает, но старается не подавать виду, спрашивая, как ему больше нравится. После подаренного ей такого рода наслаждения, она хочет сделать приятно и ему. Он не сдерживает стон, когда она губами обхватывает его фаллос, а кончиком языка проводит по его головке. По его просьбе она старается вобрать его глубже, а руками слегка сжимает тестикулы. Он тяжело задышал, когда она послушно его ублажает и постанывает. Она никогда раньше этого не делала, да она много чего запрещала себе в постели, а сейчас ее совесть и скованность куда-то делись, пока она наслаждается его несдержанными стонами и вырывающимися из его уст ругательствами. - Елена… Елена… - он повторяет ее имя, закрыв глаза от удовольствия, и подносит сигарету ко рту. Она просто сводит его с ума. Позже он тушит сигарету и отодвигает ее голову, затем заставляет ее лечь на диван, устраиваясь между ее ног. Ее глаза увлажняются под действием нарастающей паники, что это увидят на огромном экране, пока там показана пиццерия. - Говори, что ты хочешь, только останови! – требует Клаус ледяным тоном, обращаясь к ведьме, которая только довольно ухмыльнулась. Он не может допустить, чтобы его девочку выставили, как приблудную девку на экране, даже если она остается для него непорочной. – Я сделаю все, что ты хочешь, только останови. – твердит он уверенным голосом, заставив остальных замолчать и изумленно уставиться на него. Елена пораженно взирает на первородного, который яро пытается защитить крупицу ее самоуважения перед остальными. Пока она пытается осмыслить услышанное, на экране подъезжает доставщик. Он по указаниям администратора, направляется наверх и останавливается возле закрытой двери. После стука никто не открывает. Парнишка снова стучит, не дождавшись ответа. - Они что заснули? – в недоумении спрашивает Ребекка. Затем на экране мелькает сцена, где Елена и Клаус, сидя на диване предаются страсти. Она двигается на нем, прижатая к его телу, обняв за шею. – О, черт! – поморщилась первородная под смешки Кола, а остальные снова закричали. Деймон снова прижался лбом к столу, не собираясь на это смотреть. Елена за столом вздыхает с облегчением, несмотря на прежнее раздражение из-за показа их ночи, посмотрев на Клауса, который тоже заметно расслабился. Их обоих все больше поражает их безудержная страсть на экране, словно они актеры, правдоподобно и профессионально исполняющие роли постоянных любовников в драме, да еще под подходящую музыку. Как бы не было отвратительно и скверно это признавать, с объективной точки зрения, эта ведьма весьма красиво показала их ночь на экране, комбинируя удачные ракурсы и не показывая интимных частей тела. Они решили бы, что они выглядят вместе вполне сносно, будь они одни. Но они раздражены и разозлены тем, что на этот раз это действительность, а не бурная фантазия, выставленная на экран. - Кто это, черт возьми?! – возмущается она, оторвавшись от его губ из-за стука. В зале послышались смешки из-за ее очередного негодования. - Твоя пицца. – отвечает Клаус, усмехнувшись ее раздражительности. Усадив недовольную девушку на диван, он встает и прикрывает простыней нижнюю часть тела. Затем открывает дверь и быстро забирает заказ, предварительно всучив парню в кепке сто долларов. - Исчезни. – велит он, не дожидаясь сдачи и хлопает перед его лицом дверью. Оставив коробку на кровати, он возвращается к девушке, вставшей с дивана и приподнимает ее за бедра. На экране снова обрезаются их тела, показав, верхние части тела, когда она обхватывает его шею руками. Смущенная девушка помнит, что он взял ее тогда на весу и, благо, это не показали на экране. Они не ограничились той ночью одним разом, не желая засыпать. Девушка тогда подметила накопившуюся опытом способность первородного долго оттягивать с разрядкой, что позволяло им использовать самые разные позы за один раз. Она не препятствовала его доминированию. На экране быстро мелькают сцены с ними с разных ракурсов и позиций, еще больше шокируя наблюдающих. - Что-то многовато для ошибки или для опрометчивого поступка. Не думаете? – ухмыляясь, с сарказмом издевается Кетсия, быстро щелкая пальцами под быструю музыку, меняя одну откровенную сцену на другую. Клаус молниеносно прижимает ее спиной к стене, затем она сидит на столе, после мелькает сцена, когда он прижимается к ее обнаженной горячей спине у окна. Девушка телом и раскрытыми ладонями упирается в стекло небольшого окна, когда он двигается сзади, покусывая ее плечо человеческими зубами. Уже глубокая ночь в спящем опустевшем городке, позволившая им остаться незамеченными. Холодное стекло и жар его тела создают необычный контраст, вместе с наслаждением, когда он двигается в ней, ладонями сжимая ее груди. Елена рукой притягивает его за затылок, ища его губы. - Ну, ни хрена себе! – эмоционально вопит Мэтт вместе с остальными, увидев окно, обрезанные по плечи их тела и страстное выражение их лиц сбоку. Бонни не проконтролировала свой изумленный вопль и стыдливо прикрыла ладонью рот под громкие возгласы Кола и Тайлера. Кэролайн от неожиданности давится кровью из стакана, когда подняла глаза на экран из любопытства, хоть она добрую половину пяти минут быстро сменяющихся сцен старалась не смотреть. Деймон поднимает голову и, выпучив глаза, застывает в шоке от их эксперимента на пару со всеми. Зрители на миг забывают возмутиться от увиденного, уставившись на экран. Даже благородный Элайджа забывает отвернуться, как успешно до этого делал. - Останови! Хватит! – кричат вместе Клаус и Елена, возмутившись тем, что остальные продолжают взирать на экран, не соизволив отвернуться. – Вы все немедленно отвернулись! – оглядывает Клаус яростным взглядом присутствующих, поднявшись со стула. - Будто бы ты не смотрел, когда я…- начинает было Кол, но его тут же перебивает не на шутку взбешенный брат. - Заткнись, Кол! Отвернись немедленно! – гневно восклицает Клаус, испепеляя его взглядом. Его брат, закатывая глаза, повернул голову в сторону Бонни, смутив ее своей ухмылкой. – Элайджа! – с возмущением обращается он к рядом сидящему брату, который тоже пораженно взирает на экран. Он, пойманный на подсматривании, тоже отводит глаза. - Елена! – вопит Деймон в гневе, встав со стула. – Что это, черт тебя дери?! – орет он, надрывая гланды, тыча пальцем в экран. Ее смелые эксперименты заставляют его пребывать в агонии ревности и злобы на обоих. На нее из-за ее поступков и глупости, а на Клауса из-за того, что тот бесцеремонно пользуется ее наивностью. – Ты внушил ей, ублюдок! – порывается он напасть на первородного, но остановлен невидимой силой. - Не приписывай мне свои пороки. – ледяным тоном вторит Клаус, напоминая ему грехи, о которых поведала ведьма. – Я не принуждал ее ни к чему, чего бы она не хотела. – уверенно тушит он искорку надежды обоих Сальваторе. - А ты заканчивай свои игры, ведьма! - обращается он к Кетсии злобным повышенным тоном, но она только улыбнулась. - Ты лжешь! – кричит Деймон вместе со Стефаном. - Елена, это правда? – спокойно интересуется ведьма, будто бы она не знает ответ, что злит двойника еще больше. - Он не принуждал меня ни к чему! – восклицает девушка в ярости. – А теперь выключи! – указывает она рукой на экран. - Как ты могла?! – кричит Стефан, взирая на нее с разочарованием. Она разбивает ему сердце с каждой минутой просмотров ее времени с первородным. - Выключи это! – не обращая внимания на обвинения, кричит Елена на ведьму. Отошедшие от шока остальные заморгали в неверии после уверенного и громкого заверения девушки. Снова последовали громкие комментария и гневные обвинения в сторону бесстыдников после того, как переключили сцену на душ. Их влажные тела сплетены, и они не могут прерваться ни на секунду. - Стооооп! – кричат Сальваторе, порываясь добраться до ведьмы, как и Клаус. - Сядьте. – спокойно просит Кетсия, заставив всех поднявшихся сесть обратно. Далее на экране он притягивает ее к себе, лежа на кровати. - Иди ко мне. – произносит он мягким голосом, укладывая ее головку у себя на груди. Они лежат под простынями в объятиях друг друга. – Ты же любишь объятия. – отвечает он на ее немой вопрос. - Ты вроде их не любишь. – произносит она, поймав его взгляд. - Решил сделать исключение. – вздыхает он, улыбнувшись. Она улыбается в ответ, чувствуя себя уютно и тепло в его собственнических объятиях. Елена за экраном вспоминает все то, что не показали на экране. Первородный пальцем аккуратно стирает соус с уголков ее губ, когда она ела пиццу на кровати, облаченная в его хенли. Помимо того, что она позже изъявила желание попробовать позу из Камасутры, в которой были необычные ощущения и первородный приятно удивился ее гибкости, они просто долго целовались. Она нежно целует его шею, ищет его губы… Его ладони гладят ее по спине, когда они сидят, обнявшись на диване. Он отвечает на ее ласку, покрывая ее шею и ключицы поцелуями, томно произносит ее имя. Они долго сидят или лежат в объятиях друг друга, не переставая целоваться, чувствуя, что их время вместе подходит к концу. Их языки сплетаются в неторопливом поцелуе. В последние разы ей уже кажется, что они занимаются любовью. На экране после объятий, первородный целует шею девушки, обернутой простыней, затем в последнем кадре они пристально и проникновенно смотрят друг на друга. Их тела обрезаны по плечи на экране, а их лица в нескольких сантиметрах. Она с трепетом вспоминает и видит на экране, как она любуется его чертами лица, запоминая этот момент. - Ты очень красивая. – тихо произносит он, вглядываясь в ее красивые глаза. Он на секунду желает, чтобы это длилось вечно. - Ты же не находил меня привлекательной. – ухмыляется девушка, напоминая их вчерашнюю ночь в номере. - Я соврал. – отвечает Клаус, любуясь ею. – Ты всегда была красивой. – с этими словами он снова, в который раз, впивается в ее губы. Кэролайн обреченно закрывает глаза, поняв только сейчас, что он всерьез проникся ее подругой. - Все, поплыл братец. – комментирует Кол с весельем, подливая масла в и так напряженную атмосферу, тем самым, разозлив взбешенного брата еще больше. Он то отчетливо видит, что вечное равнодушие Клауса стерлось за эту ночь. - Умолкни. – вторит Клаус, отрицая все, что он видел со стороны. - По уши! – добавляет младший Майклсон, намекая на то, что эта девчонка зацепила его теперь надежно. - Не неси чушь. – процедил он сквозь зубы, отворачиваясь от сцены с поцелуем. Елена непонимающе сначала посмотрела на его брата-комментатора, а потом на него. Их глаза встретились, но он тут же отвел взгляд. Его одолели пугающие его чувства из-за их изнеженностей, малую долю которых показала чертовая ведьма. Пока он пребывает в смятении за столом, на экране мелькает его пробуждение. Он просыпается и взглядом утыкается в затылок спящей девушки под простыней. Его рука все еще покоится на ее талии, когда они заснули, прижавшись друг к другу. Он убирает руку и поднимается с постели, взяв по пути в ванную свою одежду. В тесной, по его мнению, душевой кабине, он пытается рационально мыслить. Разумеется, он поступил опрометчиво, сдвинув с выбранного курса. Он переспал с девушкой, которая нужна для его цели и теперь не уверен, что с этим должен делать. Она точно пожалеет о содеянном и лучше всего, вернуться к заключенному соглашению о неразглашении о том, что было. Странно, что его заботит ее состояние сейчас, когда он должен отнестись с равнодушием после бурной ночи, которая ничего не должна значить. Позволил он Елене многое за вчерашний день, как и она ему. Сейчас нужно сконцентрироваться на поисках брата и сломать связь с остальными, о чем он практически забыл вчера в ее объятиях. Как не скверно это признавать, но он по-настоящему наслаждался этой ночью вдали от проблем и их неприязни. Как бы он не хотел продлить их перемирие и продолжить довольствоваться влечением, придется вернуться туда, где она вспомнит, что он сделал и снова будет его ненавидеть. На экране после пробуждения Клауса сразу же показали Елену. Она распахивает большие глаза и приподнимается на постели, оглядывая знакомую уже комнату. Осознание произошедшего приходит к ней с ясностью ее сознания. Она переспала с врагом, который ее уже убил и попытался убить тех, кого она любит. И ей не было стыдно вчера, а сейчас она сгорает от смущения из-за воспоминаний бурной ночи, когда они заснули почти под утро, нежели от стыда, что переспала именно с ним. Ей вчера не хотелось, чтобы прекращалось их безумие. С грустью она понимает, что как только они вернуться в Мистик Фоллс, он снова нацепит маску отпетого засранца и даже не вспомнит о том, что произошло между ними. А ее точно будет пробирать стыд каждый раз, когда он снова начнет угрожать ей и ее близким. Ее тело до сих пор хранит его запах, а низ живота ноет от активных ночных упражнений. Она стыдливо вспоминает, как далеко они зашли, не видя грань совершенно. Обреченно закрыв глаза, она роняет лицо в ладони. - Ох…- вздыхает она и заиграла песня на фоне ее стыдливого пробуждения. – Я просто шлюха…- приглушенно бубнит она. Зал наполнился несдержанным смехом за экраном после ее комментария. - Не будь так строга к себе, sweetheart. – слышит она британский акцент и поднимает на него глаза. Он уже одет и прислонился к косяку двери ванной, скрестив руки у груди. Его довольная ухмылка заставляет ее вспомнить все, что они делали и каким образом. Как же его тон теперь отличается от того, с каким трепетом он повторял ее имя ночью. Стараясь не дать своей реакции на это завладеть ее разумом, она поднимается с кровати, обматывая простыню вокруг тела. - Не говори ничего. – требует она, тыкнув в его сторону указательным пальцем. Она настойчиво пытается не смотреть на него, игнорируя жаркие воспоминания, на которые тут же реагирует ее тело. - Признаться, я ожидал этой реакции еще вчера. – не убирая ухмылку с лица, не думает он молчать. - Она немного запоздала, когда я опьянела. – бурчит она, придерживая простыню у груди. Ее вид и выражение лица его умиляет. Он игнорирует порыв подойти к ней и попытаться снова ее соблазнить. - Из-за одной бутылки пива? – поднимает он брови, показав на пустую бутылку на тумбочке. Кол прыснул от смеха после его реплики, а она смутилась еще больше. - Из-за помутнения рассудка! – вторит она, раскрасневшись. – Это ничего не значит. – продолжает девушка, подбирая одежду, разбросанную по комнате, когда он с интересом наблюдает за ее действиями. - Да кто спорит. – произносит он, скрыв досадность тем, что он оказался прав на счет ее реакции, а она – его согласием. В глубине души ей хочется, чтобы он сказал что-то, помимо согласия. Она решает первой это сказать, нежели услышит от него очевидное. – Что ты делаешь? - Где мои…? Не важно. – тут же передумывает она закончить вопрос, ища глазами свое нижнее белье. - Под кроватью. – указывает он, поняв, что она ищет. - Клаус, отвернись. – требует она, не выдержав его пристального взгляда, когда она нашла свое скомканное кружевное белье. - Что-то осталось, чего я уже не видел? – закатывает он глаза, под смешки в зале, а веселая мелодия придает комичности нелепой ситуации. Она, поднявшись, поправляет простыню, скрывающую наготу ее тела. - Будешь вспоминать по памяти. – вторит она, вздернув подбородок. - Ты это больше не увидишь. – указывает она на себя, направляясь в сторону ванной. - Согласен. – кивает он, поймав ее взгляд, когда она проходит мимо. – Я это во век не забуду. – ухмыляется он, подняв брови, и получает возмущенный шлепок в грудь. Он рассмеялся ее реакции, как и его младший брат и сестра за экраном. Она пытается вернуть самообладание, собираясь закрыть за собой дверь, когда он отошел, что-то увидев на полу. – Елена. – зовет он ее, посмотрев на нее через плечо и она выглядывает из ванной. Первородный поднимает руку и в кадре теперь видна причина его довольной ухмылки. Двумя пальцами он держит ее синий бюстгальтер за лямку и протягивает его смущенной девушке. Его сородичи, да и некоторые ее друзья не сдержались от смеха. Она возмущенно выхватывает свое белье у ухмыляющегося первородного, скрываясь за дверью. - Который час? – спрашивает Елена, повесив свою одежду в ванной комнате. - Уже час тридцать. – отвечает он за дверью, проверив телефон. - Сколько?! – переспрашивает она, выпучив глаза. – Дженна меня прикончит. – вздыхает девушка, вспомнив, что перед тем, как вернуться в отель, она сообщила ей, что приедет утром. В душе она отчаянно пытается выкинуть непрошенные мысли о их ночи, что сложно, так как сознание подкидывает картинки о том, что они делали здесь под струями воды. Как она могла испытывать такое с тем, кого она должна ненавидеть, а не с любимым человеком? Она была максимально раскрепощенной и охотно соглашалась на запретные для нее удовольствия. Боже, она не может сосчитать сколько раз они это делали! Они заснули только под утро, позабыв о сне. Он подарил ей неведомое доселе наслаждение физически и эмоционально. Она ощущала себя живой, свободной, что совершенно не вяжется с логикой. Она ни с кем не состоит в официальных отношениях, что не улучшает запутанную ситуацию. Стефан на тропе мести и отверг ее после приема, а Деймона она обидела там же, и он тут же оказался в объятиях первородной. Но больно будет им обоим, стоит им узнать, в объятиях кого она забылась. Она сползает вниз по стеклу кабинки, теперь окончательно запутавшись в своих чувствах, и все из-за одного засранца, которого она словно впервые увидела вчера! Стараясь не заплакать после болезненного предчувствия, что она приедет обратно и столкнется с реальностью, где Клаус – злодей, а ее близкие снова будут в опасности из-за него, она заканчивает процедуры. Возле раковины ее раздражает ее румяное лицо, когда она чистит зубы. Вторая щетка рядом с открытым маленьким тюбиком зубной пасты подкидывают мысли о первородном, который уже успел умыться до нее. Мысли о том, как бы было, если бы они остались в этом месте и вместе проводили свое утро, как обычная пара, настойчиво всплывают перед глазами. Черт, она не может думать об этом! Всего одна ночь, а она уже представила их жизнь вместе, что совершенно невозможно в реальности! Отругав себя, она выходит из ванной, чтобы столкнуться с ним. Неловкость и напряжение повисли в воздухе, когда их глаза встретились. Они оба понимают, что даже если все останется в Ловетсвилле, они никогда не забудут эту ночь, как это отчетливо видно на экране. Их проникновенные взгляды заставляют ревнующих за экраном сжать кулаки от злости. Где это утверждение о том, что это ничего не значило? Почти одновременно они отводят глаза, собираясь в дорогу. У стойки администратора они оставляют ключи, где их замечает пожилая пара, разместившаяся этажом ниже. - Эй, молодежь! – окликает их мужчина пожилого возраста, сидя за столом со своей супругой. – Кровать то цела? – весело ухмыляется он под смущенным воплем его жены. - Эдгар! Как тебе не стыдно? – шикает на него пожилая леди в шляпе. Елена от яркого смущения и стыда открывает рот, не в силах произнести и слова. Клаус же рассмеялся, опираясь на стойку руками. Снова смешки в зале, что заставило девушку за столом смутиться еще больше, если это возможно. - Цела. – кивает Клаус с улыбкой и тут же получает тычок в бок от Елены. Администратор в неловкости поджимает губы, дав ей понять, что их ночные утехи не остались незамеченными в этом чертовом отеле с тонкими стенами. - Быстрее поехали отсюда. – просит девушка, торопливыми шагами направляясь к выходу. Они проезжают по знакомым улицам городка. Тишина в машине кажется непривычной, учитывая, что они буквально не умолкали вчера. Она поникла, когда они проезжают мимо церкви, невольно вспомнив их шутливый разговор о свадьбе. Даже если они и перешли сразу к медовому месяцу в отеле, она не может унять дрожь от болезненного осознания, что все останется позади. Клаус не проронил ни слова, предполагая, что ее поникшее состояние связано с ее сожалением о произошедшем. В глубине души он жалеет только потому, что его отношение к двойнику протерпели изменения за один чертов день, сбивая его с выбранного курса. Как он может забыть эти моменты с ней? Он позволил ей подобраться к нему слишком близко. Они приезжают к отремонтированному мосту, задержавший их здесь достаточно, чтобы они усложнили все, что их связывало. - Наконец-то. – произносит он на выдохе, беспрепятственно проезжая дорогу, проложенную вдоль моста через реку. Она же поджимает губы, чтобы не закричать: «Останови! Давай останемся здесь». Утреннее отрицание всего отступает, и сразу же приходит осознание, что она хочет остаться в Богом забытом месте, где они будут подальше от ненависти, смертей и боли. Только вдвоем. Ее паника чуть ли не выходит наружу, и она отворачивается к окну, лишь бы он не заметил. Для него это ничего не значило, и к ее огромному сожалению, она не разделяет его отношения к произошедшему. Последняя преграда остается позади на пути к дому, к их былой вражде. Позже к вечеру, увидев вывеску «Добро пожаловать в Мистик Фоллс», ее глаза чуть увлажняются от колющего чувства, что теперь точно все закончилось. - Никто не узнает. Даю слово. – нарушает он затянувшуюся тишину умеренным голосом, когда они уже продолжительное время сидят в машине, возле ее крыльца. Ее сейчас совершенно не заботит, узнают ли теперь об этом. - Я знаю. – отвечает она онемевшими губами. Как она теперь будет смотреть на него и не думать о том, чтобы вернуться обратно в задницу Вирджинии? - Мне было хорошо. – искренне произносит Клаус, взглянув на поникшую девушку. Он совершенно не знает, что делать, чтобы его девочка почувствовала себя лучше. С неимоверным усилием он скрывает раздражение и неприятное послевкусие, что она теперь жалеет, когда ночью отдалась ему без сожаления. - Мне тоже. – произносит она, встретившись с ним взглядами. Они не знают, сколько они продолжают немую игру глаз, пока она не выходит из его машины. Зайдя в дом, Елена закрывает за собой дверь, прислонившись спиной к ней. Ее встречает Дженна, спускаясь по лестнице. - Наконец, ты дома! Я так волновалась! – обнимает ее тетя, вздохнув с облегчением. – Ты в порядке? - В порядке. – слабо улыбается девушка, сомневаясь в этом. - Хорошо отдохнула? - Да. – отвечает она, пытаясь дышать ровнее. – Не против, если я поднимусь к себе? – тихо произносит она, обходя тетю. В своей комнате она откидывается на кровать, приложив ладонь ко лбу. Лучше бы он мучал ее два дня, чем открылся бы ей, подарил неописуемое наслаждение и заставил ее почувствовать себя такой живой! Лучше бы он обращался с ней, как с мешком крови, и она бы сейчас не желала вернуться обратно! Черт дери засранца, запутавшего ее чувства. Клаус с задумчивым видом заходит в свой особняк, где его ожидает младший брат. - Ты где был? – спрашивает Кол с бокалом виски у камина. - Не важно. – отвечает он и направляется в свою студию, чтобы собраться с мыслями. Черт дери двойника, взбудоражившего его мысли.