Tangled fates

Елену переполняют непонятные чувства. Она еще никогда не занималась безудержным и спонтанным сексом, да еще с тем, с кем она не состоит в отношениях. Как бы ей стыдно не было позже, она не хочет прекращать. В крови бурлит адреналин, а близость с первородным сводит ее с ума. Она судорожно вздыхает, когда его ладони массируют ее полную грудь, когда она двигается на нем. - Ты восхитительна, Елена…- с восхищением произносит Клаус, коснувшись теплой ладонью ее лица, когда она наклонилась, оперившись руками о его грудь. Он большим пальцем проводит по ее нижней губе, и она вбирает его в рот, посасывая. Соблазнительное зрелище тут же подводит его к краю, и он молниеносно переворачивается вместе с ней на кровати, нависая сверху. Она блаженно стонет в его объятиях, пока он входит резкими и сильными толчками, тяжело дыша. Он изливается в нее глухим стоном, когда она снова достигает пика наслаждения. Она уткнулась лицом в его грудь, дрожа всем телом. Первородный нежно целует ее в шею перед тем, как лечь на свою половину кровати. Он смотрит на потрескавшийся потолок номера, переводя дыхание. Что сейчас произошло? Может долгое отсутствие секса на него повлияло, что он бездумно и добровольно бросился в омут страсти с двойником? Он знал, что ее внешняя оболочка может его привлечь, но сколько же в ней оказалось страсти. Довольно долго он практически не мог эмоционально наслаждаться близостью с женщинами, что сейчас его одолевают непонятные доселе чувства. Удовлетворяя потребности только физически, он не ожидал, что установит связь именно с ней. Сейчас он словно впервые увидел Елену. Они одновременно повернули голову в сторону и встретились взглядами. У нее нет сил сейчас даже прикрыть нагое тело простыней, как делала всегда до этого. Да она совершенно не узнает себя. Откуда появилась такая уверенность в постели? Она без стеснения заявляла свои желания, да еще, вдобавок говорила о них, когда как до сегодняшней ночи практически ничего не говорила во время секса. Они не знают сколько еще так лежат, пока она не чувствует необходимость пойти в уборную. - Ты куда? – спрашивает Клаус, когда она поднимается с постели. Ему не хочется, чтобы она уходила. - В туалет. Я все еще человек, – напоминает она, подняв брови. Он ухмыльнулся, присев на кровати. Елена запирается в ванной, пытаясь осмыслить, что все это значило. Она только что переспала с врагом без капли совести и не понимает, что ей сейчас нужно делать. Разум требует немедленно принять душ и просто лечь спать, чтобы не наделать больше глупостей. Что может теперь быть хуже всего, что она уже наделала? Ее сердце колотится от произошедшего. Она вкусила запретный плод удовольствий под названием Клаус, которого она ненавидела и презирала всем сердцем. Презирала ли? Она осуждала все, что он сделал в прошлом, но его малая доля откровенности все же проникла глубоко в ее душу, что она отдалась ему тут же после поцелуя. Смыв воду в унитазе, она подходит к раковине, вглядываясь в свое отражение в зеркале. Она не узнает себя. Ее румянец на щеках и глаза выдают полное удовлетворение происходящим. Пока осознание мелкими шажками подбирается к ее совести, она не может игнорировать бесстыдное ликование тем, что она сделала кое-что запретное. Ее тело до сих пор помнит его прикосновения, воспроизведя все в режиме повтора, что ее одолевает желание вернуться в его объятия. Она решает принять душ, игнорируя желание тела, которое имеет предпосылки привыкнуть к тому, кто остался за дверью. Клаус застегивает ремень брюк, слыша шум воды из ванной комнаты. Он пытается игнорировать инстинкты вломиться туда и взять ее еще раз. Первородный списывает свое желание повторить на долгое отсутствие секса и пробуждение его волчьей сущности. Он уверен, что эта хорошая девочка тут же пожалеет о содеянном или утром, если не сегодня. Его мысли сейчас сосредоточены в совершенно ненужном ему направлении. Он прокручивает в голове каждое мгновение их близости, которое неведомым образом взбудоражило его. В мраморных стенах заточения раздаются вопли и возмущенные крики зрителей, которые пребывают в шоке от происходящего на огромном экране. Елена под впечатлением после запретного секса с первородным, приходит в себя, чтобы увидеть себя на экране по-прежнему в позе наездницы. Она краснеет еще больше, когда на экране показали, как она весьма эротично вбирает его палец в рот. Ее друзья раскрывают рты, в особенности, братья Сальваторе, не припоминая, чтобы она так возбуждающе себя вела в постели. Их непременно злит то, как она со страстью отдается врагу, да еще говорит во время секса, когда как всегда до этого молчала. Отвратительная зависть одолевает ими обоими, не заставшими ее такой с ними. Клаус на вампирской скорости переворачивает ее и фокус сосредотачивается на его спине, после на их переплетенных пальцах. Сцена переключается на Ребекку, которая пребывает в экстазе. Фокус на экране сосредотачивается на ее лице, а ее опущенный взгляд дает понять каким образом ублажает ее Деймон. Мэтт с Тайлером ненароком открывают рты, любуясь выражением ее лица, что тут же разозлило Кэролайн, которая громко возмутилась бесстыдством своего парня. Она замечает, что даже Стефан невольно залюбовался, не успев это скрыть. Братья Ребекки поморщились, отвернувшись от экрана, а она сама кричит на ведьму с требованием остановить это. Деймон вспоминает, что слишком увлекся своим планом, почти забыв о том, что внизу его ждет Сейдж. Сцена меняется на уединение Кола, который на вампирской скорости припечатал обнаженную девушку к стене. Затем на экране предстает обнаженный по пояс Клаус, зажигающий сигарету возле кровати. Его спортивное тело с очерченными кубиками и V-образная линия по бокам, выглядывающую из низко посаженных брюк привлекают внимание всего женского состава зрителей за экраном, за исключением его сестры. Елена поджимает губы, стараясь прогнать в голове новые воспоминания, заставляющие ее снова затрепетать при мысли о прикосновениях к его телу. Сейчас он кажется еще привлекательнее, чтоб ее! Он делает затяжку, прежде чем выпустить клубок дыма и направиться в сторону окна. - Уф, Никлаус, ты такой горячий, особенно когда расслаблен, – вздыхает Кетсия, лукаво двигая бровями. Клаус в недоумении уставился на ведьму, словно та лишилась рассудка, теперь окончательно. Кол издал смешок из-за ошарашенного лица брата, который пребывает в глубочайшем недоумении от этой женщины. – Не веришь? Девочки со мной согласятся, – указывает она на сидящих поодаль Кэролайн и Бонни. Все посмотрели на них и с удивлением подмечают, как они, подперев щеку рукой, расширенными глазами и приоткрывшим ртом уставились на обнаженного Клауса на экране. Они стыдливо опускают головы, когда заметили, что на них с недоумением посмотрели все сидящие. - Кэр! – завопил Тайлер в ярости, увидев ее заинтересованный взгляд. - Прекрати на него смотреть, черт побери! - Я на тату смотрела! – оправдывает блондинка, сильно смутившись и еще больше разозлив своего парня. Кол рассмеялся вместе с Ребеккой. - Хватит врать, Кэролайн, – закатывает глаза Кетсия, прекрасно зная о ее увлеченности первородным. – Ты же не раз представляла его без одежды, – ухмыляется она, заставив ее покраснеть и возжелать убить чертовую ведьму, вытащившие ее грязные и постыдные мысли наружу. Клаус пребывает в еще большем замешательстве и какой-то неловкости, узрев заинтересованные взгляды подруг Елены, особенно ведьмы Беннет. Что его больше раздражает, так это то, что Кетсия заставила его почувствовать себя каким-то объектом на смехотворной выставке. - Тебе же я нравился, – возмущенно вставляет вдруг Кол, обращаясь к Бонни, которая не знает куда себя деть. - Не нравишься! – вопит она что есть мочи, смутившись еще больше. Деймон на секунду подумал, что оглох от ее крика. - И тебе хватит врать, Бонни, – устало вздыхает Кетсия, заставив раскрасневшуюся девушку опустить голову и прикрыть лицо рукой после довольной ухмылки первородного, который буквально прижал ее своим придвинутым стулом. – Елена, тебе повезло, – ухмыляется ведьма, обращаясь к девушке, которая желает провалиться сквозь землю. – Ну как впечатления? Понравилось? – словно издеваясь, спрашивает она, не собираясь дать передышку ее совести от стыдливых подробностей той ночи. - Да, – бесстрастно отвечает Елена, взглянув на Клауса, который ожидает ее реакции в этой реальности, когда как в другой она находится в ванной. - Хочется повторить? - Нет. Это было ошибкой, – отвечает девушка, стараясь звучать как можно увереннее. Это должно было быть ошибкой, они слишком поторопились. Она еще не до конца осознала, что произошло между ними. Клаус не удивлен ее ответом и не подает виду, что это его задело. - Точно? – прищуривается Кетсия, с явным сомнением поглядывая на нее. – Никлаус, а ты? - Того же мнения. Переспать с двойником было всего лишь опрометчивым поступком, который я не раз совершал, – произносит он равнодушно. От него не прошла незаметно реакция Елены, в карих глазах которой проявилась боль. Ее худшие опасения в ванной комнате оправдались: она не больше, чем очередная копия его бывшей возлюбленной, с которой он поразвлекся от скуки. Она заморгала, да бы не пролить слезы, чувствуя себя униженной, как никогда. Ее со скрипом больно терзают мысли, что он даже представлял ту, вместо нее. Клаус почти жалеет о своих словах, увидев, как это задело его девочку, которая подбирается слишком близко к его черствой душе. Он уколол ее в ответ, только сделал ей больнее. Кетсия читает мысли двоих упрямцев, которые находятся в смятении в параллельной реальности тоже. - Ладно, посмотрим было ли это ошибкой или опрометчивым поступком, – произносит она, вздохнув и обращает внимание присутствующих на экран. Елена выходит из ванной в полотенце, намереваясь с равнодушием пожелать спокойной ночи и улечься спать, даже если она знает, что не сомкнет глаз этой ночью. Она находит его возле открытого окна, покуривающего сигарету. Мышцы его спины перекатываются, когда он подносит сигарету ко рту. Клаус поворачивается к ней, выпуская дым. Ей сейчас кажется, что он стал еще привлекательнее и сексуальнее. Может чертов оргазм ударил ей в голову, что она приросла к косяку двери ванной, любуясь чертами его лица и безупречным телом с татуировками. - Выходи. Я не кусаюсь, – ухмыляется он, приложив сигарету. Она слегка рассмеялась, закатывая глаза. Уж кому, но только не ему говорить об этом. Покрепче запахнув полотенце, девушка подходит ближе неторопливыми шагами. Ее сердце бешено колотится в груди от его проницательного взгляда голубых глаз, которые сейчас потемнели от тусклого освещения. Первородный окидывает ее оценивающим взглядом, отмечая про себя, что она стала еще красивее. Он видит, как вода, капающая с ее влажных волос, стекает вниз по ее коже на груди и скрывается за махровым полотенцем. - Что означают твои татуировки? – спрашивает Елена, облизав губы. Она чувствует себя сейчас, словно она только лишилась девственности, окунувшись в безумство с этим мужчиной, излучающим силу и превосходство. - Почему они должны что-то означать? – поднимает он брови и поворачивает голову в сторону, чтобы выдохнуть дыма в окно. - У каждой татуировки есть история. И почему ты решил сделать именно эти на всю свою вечную жизнь? – не отступает она, взяв в руки открытую бутылку пива. Бесспорно, ее заводят его метки, которые красиво украшают его тело. - Я их сделал недавно. После того, как обратился в волка, - Что и значит треугольник? Жертвоприношение? – она настойчиво прогоняет мысли о своей участи и болезненные воспоминания. - Треугольник - мистический и древний символ. Им обозначали силу, могущество, поэтому его часто используют в обрядах, – его ответ ее успокаивает. - Ясно. Именно таким себя ты и видишь, – произносит она и он довольно ухмыльнулся. – А перо? – указывает она на интересную метку на его левом плече. - Перо означает перерождение, я стал самим собой, – поясняет он, имея ввиду свою гибридскую сущность. - Птицы – свободу, - Свободу от чего? От проклятия? - Не только, – он поджимает губы, глубоко вздохнув. – От всего, что связано с ним, – он замечает, как хмурятся ее брови в непонимающей мимике. – Мой брат никогда не говорил, как именно моя мать смогла наложить на меня проклятие? - Нет, – качает головой девушка, пристально вглядываясь в его погрустневшие глаза. - С помощью Майкла и Элайджи, – решает поделиться он многовековой болью предательства брата, который, казалось, всегда заботился о нем. Она расширяет глаза, услышав новые подробности о его запутанных братских узах с его старшим братом. - Чего? – вместе переспрашивают младшие сородичи Никлауса, который со злобой уставился на ведьму, предполагая худшее. Она щелчком пальцев выставляет на экране душераздирающую сцену предательства его матери и брата. Клаус кричит о помощи и зовет Элайджу, когда Майкл пригвоздил его к деревянным балкам. - Они помогали? – пораженно спрашивает Елена за кадром, когда Элайджа подошел после приказа Майкла помочь сдержать его. - Ты думаешь я просто стоял бы и смотрел, как моя мать насылает проклятие? – отвечает Клаус, когда его брат на экране держит его за руку, помогая связать его. - Они привязали меня и держали, пока мать читала заклинание, – говорит за кадром его голос. - Брат, прошу, не дай им сделать это со мной! – со слезами умоляет он на экране. – Пожалуйста, помоги мне…- Элайджа видит мольбу и искорку надежды в налитых страхом глазах брата, но он только с виной сморит на него, держа его за руку. - Что это, мать нашу, было?! – восклицает Ребекка, не сдержав слез. - Ты тоже не знала? – пораженно спрашивает рядом сидящий Кол, будучи уверенный в том, что эти трое, дав клятву, никогда ничего не скрывали друг от друга. - Нет. Почему ты ничего не сказал? – спрашивает сестра Никлауса, всегда до этого думая, что Элайджа до последнего не сдавался ради него. - А где мы были? – недоуменно интересуется Кол у сестры, так и не дождавшись ответа брата, который только со злобой взирает на ведьму. - Утоляли жажду, – закатывает глаза Кетсия, напоминая, что эти двое всегда были партнерами по приключениям и проказам. - Какого хрена ты говоришь это ей?! – ревностно возмущается младший брат Клауса, указывая на Елену. Девушка удивленно вскидывает взгляд на первородного, сидящего напротив и не может прогнать чувство некого удовлетворения, будто она теперь обладает чем-то сокровенным, которого нет у других. Почему же он охотно делится с ней о боли, причиненной братом, а не с остальными членами его семьи? Она на миг почувствовала себя особенной. - А не нам! – поддерживает Ребекка, злясь, что ее брат теперь больше доверяет двойнику, с которой всего лишь переспал, а не любящей его сестре. - А что бы изменилось? – задает риторический вопрос Клаус, откидываясь на спинку стула. Элайджа сейчас не может поднять глаз от стыда, чувствуя непосильную вину за свое участие в этом. - Мы имеем право знать, Ник! – восклицает Ребекка в негодовании от логики брата. - Теперь знаете, – произносит Кетсия, подняв брови. - Иронично, но именно он помог мне завершить обращение, – прикладывая сигарету к губам, произносит первородный на экране. – Пытался убить, но помог, – кивает он. - И ты простил его? – спрашивает девушка, обняв себя за плечи, когда он выкинул окурок в окно и забрал ее бутылку пива, чтобы сделать глоток. - Да, он мой брат, в конце концов, – отвечает он, заставив брата удивленно поднять глаза и уставиться на экран. – Я отпустил, – указывает он на метку птиц у его груди. Елена задумчиво разглядывает его татуировку и протягивает руку к ней, кончиками тонких пальцев касаясь его гладкой кожи. Далее сцена меняется, где Деймон, закинув руки за голову, лежит на кровати рядом со спящей Ребеккой. Подходит Сейдж и касается ее белокурой головки, покоящуюся на подушке. Затем она с хитрой ухмылкой подзывает Деймона в душ. Далее они растворяются в поцелуе, когда Сейдж передает ему информацию о белом дубе. - Я уже говорил, что у тебя нет мозгов? – с сарказмом произносит Кол, не обращая внимание на разочарование и смущение сестры. - Заткнись или останешься без зубов, – процедила она с еле сдерживающим гневом, взирая на экран, где Деймон возвращается в постель, чтобы ее разбудить. Елена с возмущением посмотрела на него, когда тот, будто бы ничего не бывало, нежно целует ее в шею. Как он может быть таким бесчувственным? - Да ладно, Кол. Она не устояла перед привлекательным плохим мальчиком, как и ведьма перед тобой, – улыбается Кетсия и меняет сцену, где темноволосая девушка ластится к нему после впечатляющего секса. Он же равнодушно ухмыляется, просто удовлетворив накопившиеся физические потребности. На фоне заиграла новая песня. - Как твое имя еще раз? – спрашивает он на экране, тут же ее расстроив. Некоторые зрители издали смешки. Она обиженно поднимается с постели, а он незаметно для нее проверяет сообщение брата, который написал до этого ее имя, не имея возможности самому найти ведьму. – Да я пошутил! – подходит он к ней из-за спины. - Придурок, – буркнула Ребекка, закатывая глаза вместе с Еленой. Боже, она не может поверить, что ее связь с Клаусом не кажется такой аморальной и неправильной, по сравнению с другими парами. Они, в отличии от остальных, не переспали для определенной цели и, более-менее, знают друг друга. - Кол! – взревел Клаус, испепеляя взглядом младшего брата, которому ничего нельзя доверить. – Я тебе велел найти ее, чтобы она помогла отыскать Финна, а не для того, чтобы ее трахать! – указывает он на экран, где тот, совершенно не помнит о цели, усаживая отошедшую от обиды его знакомую на стол. Елена обращает внимание на симпатичную девушку с необычной и экзотической внешностью, гадая про себя, развлекался ли Клаус с ней также, учитывая очевидную легкомысленность той. И почему он так взбесился из-за того, что его брат переспал с ней? Она мысленно отругала себя за вольность своих неприятных мыслей на поводу странного ощущения. Ну не может же она его ревновать после одной ночи! - Почему ты на меня накинулся? – в свою очередь, возмущается младший Майклсон, не замечая, как Бонни недовольным и разочарованным взглядом смотрит на экран. Черт, неужели Кетсия права на счет нее и этого придурка, который не помнит имен тех, с которыми он с таким энтузиазмом кувыркается? А еще, к ее сожалению, она не может отвести глаз с его мускулистого тела. – Ты сам то чем занят? – спрашивает он у брата, который, вообще-то, подвис на двойнике, рассказывая ей все на свете, а не родному брату. - Я застрял в дыре, как ты видел! – злобно вторит Клаус и только сейчас замечает, как Елена не сводит с него странного взгляда. Он с недоумением прочел в ее карих глазах подозрение. - Что-то я не видел, чтоб ты жаловался, – закатывает глаза Кол на оправдание брата, показав на экран, где двойник ладонями с его широких плеч опускается к его груди и ниже к мышцам живота. Она ощущает гладкость его кожи под своими ладонями и поднимает на него лукавый взгляд. Он наблюдает за ее действиями, догадавшись чего она хочет. – И вообще, я, в отличии от вас двоих, не трахаю тех, кто пытается нас убить, – указывает он пальцем на Клауса и Ребекку, которые посмотрели друг на друга и, насупившись, отвели глаза. Кетсия, рассмеявшись из-за перебранок младших сородичей Элайджи, переключает сцену, где только он помнит об опасности, продолжая искать Эстер и Финна. Он звонит братьям и сестре, которые, разумеется, не поднимают трубку. - Эх, Элайджа – самый ответственный, – вздыхает ведьма, показав, причину игнорирования его звонков родственниками. На экране мелькают по очереди Кол, целующий шею новоиспеченной знакомой, Ребекка, потерянная в объятиях старшего Сальваторе, и Клаус, опустив взгляд на полотенце, дразнящей его девушки, резко притягивает ее за ягодицы. Его движения снова синхронизированы под быстрый бит припева на фоне. Стефан на секунду прикрыл глаза, сгорая от невыносимой ревности и злобы на обоих. Елена довольно улыбнулась его дерзкой и собственнической манере. Элайджа строгим и недовольным взглядом, оглядел братьев и сестру, которые не стали спорить с ведьмой. - Останови! – снова требует Стефан, когда Елена на экране не сводит глаз с губ первородного, который намеренно тянет с поцелуем. Он, опустив потемневший взгляд на ее губы, еле касается их своими и отодвигается обратно, сжимая ее ягодицы, скрытые под махровым полотенцем. Она первая прерывает их игру, впиваясь в его губы поцелуем, на радость первородному, который намеренно подразнивал ее также, как и она до этого. Клаус хитро улыбается, отвечая ей, когда она ладонями притягивает его лицо еще ближе. Они растворяются в откровенном и страстном поцелуе. Елена наслаждается, покусывая его пухлые мягкие губы, когда он посылает волну мурашек по ее телу, эротично и, весьма, грубо стискивая свои ладони. Черт возьми, она в восторге от всего, что он делает с ней сегодня. Сцена переключается на Стефана, который слышит, чем занят его брат наверху, затем на Бонни, разговаривающей с Дженной о Елене. Она сожалеет и просит ее тетю сказать ей, что она ее любит и скучает. Кэролайн приглашает Тайлера к себе домой, радуясь его возвращению. Сразу же после этого на экране Клаус стаскивает с Елены полотенце и сцена показана сбоку по их плечи. Первородный пристально осматривает безупречное тело обнаженной девушки, которая за эту ночь забыла, что такое стеснение перед ним. Он касается ее хрупкой шеи ладонью и опускается к ключицам, и ниже к ее красивой груди, которую невидно на экране. Кэролайн поджимает губы, силясь снова не возмутиться после его восхищенного и заинтересованного взгляда, блуждающего по телу ее подруги. Деймона снова застают врасплох новые воспоминания, когда он наблюдает, как двигается его спина на горячей блондинке в следующем кадре. Он не помнит, чтобы в этой реальности он так увлекался. - Хватит меня позорить! – кричит Ребекка и тут же закрыла рот ладонями от ощущений, что это с ней происходит наяву. Ее братья не смотрят, но от этого ей нелегче. Даже если они и слышали ее уединения с мужчинами за эти тысячу лет, сейчас она краснеет и смущается, как никогда в жизни. - Останови! – поддерживает ее Мэтт, злясь, что увидел, как Деймон берет ее в классической позе. Сцена меняется на Кола с ведьмой, которую он приподнимает за бедра, и тут же плавно переходит на Клауса, резко подхватывающего Елену также, когда она обхватывает его шею руками, углубляя поцелуй. - Стоп, останови! – кричит Клаус на этот раз, опередив Сальваторе, вспомнив, что он намерен сейчас делать. Благо сцена переключается снова на его сестру под ее вопль, и он снова отводит взгляд с экрана. Он помнит, как он уносит девушку на кровать, целуя ее шею, мнет ее грудь. Припадает губами к ее твердым соскам под ее блаженные стоны. Затем влажными поцелуями опускается к ее плоскому животу и ниже. Он целует внутреннюю сторону ее стройных бедер, замечая, как она нервничает, догадываясь, что он намерен сделать. Елена сильно прикусывает губу, ощущая, как его губы скользят по чувствительной коже ее бедер. Он тогда не оставил и дюйма на ее дрожащем теле без поцелуя. Она уже изрядно тогда увлажнилась, но он широко разводит ее бедра, наклоняясь к ее центру. Не понимая почему она его не остановила, как всегда делала до этого с предыдущими партнерами, она только сжимает пальцами уголки подушек. Его губы нашли ее лоно, и она закрывает глаза от необычных и новых ощущений. Его язык ласкает ее клитор, палец проникает внутрь, надавливая на чувствительную точку. Она выгибает спину от блаженства и не хочет, чтобы он прекращал. Тем временем на экране после быстрого показа сцен других пар, предстает ее смущенное лицо в экстазе. Она прикрывает глаза рукой, лежа на подушке. - Клаус…- стонет она, прикусывая губы. Все застывают, неожиданно поняв, что он делает с ней. Кэролайн застывает в немом шоке, даже не представляя, что они так далеко зайдут, как и остальные присутствующие. Даже Деймон и Стефан, раскрыв рты наблюдают, как она стыдливо закрывает лицо и стонет, когда как упрямо всегда отказывалась от такой ласки. Немой шок в зале прерывает громкий присвист Кола брату, и начинается ор с новыми обвинениями и требованиями это прекратить. - О, Боже, – закрывает лицо руками девушка в зале, не понимая, как она зашла так далеко с ним. Вдруг стоящий шум неожиданно прекращается, когда на экране предстает Мэтт с ноутбуком на коленях, вооружившись лосьоном и бумажными салфетками под звуки видео непристойного содержания. Секундную тишину в зале тут же нарушил громкий издевательский смех зрителей. Мэтт с пунцовым лицо в панике смотрит на смеющихся присутствующих. Даже его друзья не сдержали смеха, стараясь не смотреть на него. Тайлер с Кэролайн прикрыли рот рукой, отворачиваясь. Даже Деймон не сдержался, несмотря на то, что он пребывал в злости на Елену на экране и неловкости из-за своих воспоминаний. Бонни, зажатая между двумя шутниками, не может сдержать смеха вовсе. - Друг, найди уже девушку, – советует Кол, посмеиваясь с остальными. - Хватит смеяться! – возмущается Мэтт, до смерти смутившись. – Будто вы так не делали! - Делали, только в тринадцать, – издевательски усмехнулся Деймон. Елена сейчас переживает момент кульминации, пока продолжаются шутки в сторону ее бедного друга, который, оказывается, частенько зависает на порно сайтах. Она в той комнате кричит от невероятного оргазма и молит первородного взять ее, желая немедленно ощутить его снова. Притянув его лицо для поцелуя, она торопливо расстегивает его брюки. - Я хочу тебя…- жарко произносит она в его губы. Ее никто так не доводил до точки кипения, что она не о чем другом больше не может думать. Клаус, пригвоздив ее запястья над головой одной рукой медленно, словно издеваясь, входит в нее, но не до конца. Она ругается вслух, извиваясь под ним, ненавидя сейчас его выдержку и медлительность. - Плохая девочка, – произносит он, покусывая кожу ее подбородка, когда она снова выругалась. - Прекрати дразнить, – просит она, задыхаясь от невыносимого желания. Она не знает сколько они целуются, пока он не входит до упора и поглощает ее стон наслаждения. Сцена с Мэттом меняется на одевающегося Кола, затем на Ребекку с Деймоном, затем останавливается на Тайлере и Кэролайн. Блондинка поправляет постель, готовясь ко сну, но он находит ее портрет на прикроватной тумбочке. - Это Клаус тебе нарисовал? – в недоумении спрашивает Тайлер, вызвав смех Кола и Ребекки, вместе с жуткой неловкостью Елены за экраном. Остальные удивленно уставились на экран. Клаус глубоко вздохнул, чувствуя, как его мозг разрывается на части от ярких воспоминаний, что он чувствовал в объятиях напротив сидящей девушки. Его посмеивающиеся родственники уже порядком его раздражают. - Это жутко... – произносит Тайлер на экране, когда как он сам стиснул зубы от злости в зале. - Да, Клаус бывает жутким, даже когда пытается казаться очаровательным, – подходит к нему Кэролайн, скрестив руки. Она же за экраном обреченно прикрывает глаза. - Очаровательным? – переспрашивает ее парень, подняв брови. – У Клауса к тебе есть чувства? - Уже нет, – вставляет Кол, подмигнув брату перед тем, как меняется сцена, где Елена и Клаус в это время продолжают заниматься сексом. Фокус сосредоточен на их лицах, а девушка всем телом прижата к нему сверху, когда они теряются в страстном поцелуе. - Конечно же, нет, – возражает Кэролайн на экране. – Насколько я знаю, Клаус не способен на чувства, – усмехнулась она на вопрос парня. - Я серьезно. Что произошло между вами, когда меня не было? – допытывается Тайлер, прищурившись. - Ничего, Тайлер! – вскидывает руки блондинка. – Ничего. Абсолютно, – уверяет она его. - Тогда почему ты это хранишь? – указывает он сверток крафтовой бумаги. - Я не знаю! – отвечает Кэролайн, прямо смотря в его подозрительные глаза. Затем на экране Клаус, целуя Елену, переворачивает ее на кровати. Елена не знает куда деться после такого. Она понятия не имела о рисунке и, тем более, о том, что ее подруга бережно его хранит. Кетсия умело скомбинировала диалог ее друзей с ее скандальным сексом, выставив так, будто она, в прямом смысле, влезла в зарождающиеся отношения ее лучшей подруги с первородным. Боже, она в номере даже не задумывается о том, что он недавно был увлечен Кэролайн. Неловкость и стыд перед ее подругой съедает ее особенно после того, как она поняла сегодня, что у той есть чувства к нему, несмотря на ее уверения в обратном. - Тайлер! – зовет Кэролайн после того, как тот всучив ей рисунок, покидает ее дом. Она с грустью смотрит на свой портрет и сцена снова переключается на парочку, не замечающую ничего вокруг. Сама она пребывает в ярости за столом, наблюдая, за жаркими объятиями двоих, которые, словно изголодавшиеся, буквально пожирают друг друга. Она чувствует себя полной идиоткой. Эта стерва выставила ее круглой дурой перед всеми на огромном экране, показав ее фиаско с очередным парнем, который предпочитает снова Елену. - Прекрати, твою мать! – кричит блондинка, охваченная неконтролируемым гневом после усмешек младших первородных. - Стоп! – повышает голос Стефан, разозлившись еще больше. Пока кричат ее друзья, Елена вспоминает, как ей не было дела до Мистик Фоллс, совершенно забывшись вместе с ним. Она наблюдает за их вторым разом со стороны, отчетливо видя, как они поглощены друг другом. С такой страстью и отдачей заниматься сексом невозможно без чувств или сильного влечения. Да и слишком все это было эмоционально, чтобы сказать, что они просто перепихнулись от скуки, застряв в заднице мира. Ее ошибка, которой она наслаждается, заставляет засомневаться в правильности ее поспешного определения. Клаус с раздражением терпит, пока выставляют его интимную жизнь на всю стену. Очевидно всем, и теперь ему, что он опрометчиво высказался, назвав секс с двойником опрометчивым поступком. Да что тут скрывать теперь? Он наслаждается этой ночью, до этого не испытывая ничего подобного за века. Эмоционально он оставался холодным с женщинами во время близости, пока не появилась она. Все это видят. Она это видит. Эта девчонка сумела пробраться сквозь стену его многовекового равнодушия, отдаваясь ему без остатка. Сцена переключается на тот момент, когда Ребекка покидает особняк Сальваторе, сразу же показывают уход Кола, поцеловавший на прощание удовлетворенную ведьму. Он же глубоко вздыхает за столом, будто бы пробежал марафон в человеческом теле, чувствуя приятное послевкусие. Его сестра с пунцовым лицом вздыхает тоже. Элайджа замечает их странное состояние и обращает внимание на Никлауса, который расслабленно откидывается на спинку высокого стула. Стефан с недоумением замечает привычное довольное выражение лица своего брата, с которым он всегда провожает очередную любовницу до двери.