Tangled fates

Кетсия, устало вздохнув, оглядывает шокированных зрителей. Некоторые из них до сих пор застыли с выпученными глазами, не ожидав такого поворота. Элайджа в ярости делает попытку накинуться на Клауса, но его останавливает ведьма, как и Ребекку, желающую напасть на Кола. Двое зачинщиков с удивлением смотрят на рядом сидящих обозленных сородичей, которые под действием магии не могут ничего поделать. На экране же Клаус вместе с Колом вытаскивают из-под старой мебели в холле уже заранее подготовленный гроб. За экраном они ловят яростные взгляды Ребекки и Елены. Элайджа сжимает кулаки, испепеляя взглядом брата, который снова его предал. Из воспоминаний пронзающая сердце боль не дает ему еще опомнится. Вдобавок, его пригвоздили к стулу, что его злит еще больше. Кетсия уже предвидела реакцию зрителей, но она с нетерпением хочет показать, что ожидает гибрида в новой реальности после применения его излюбленного метода контроля над сородичами.     —          Вы выжили из ума?! – вопит Ребекка во весь голос, кулачками ударив по столу. Ее порывы ударить Кола снова прекращает ведьма. – И куда вы его повезли?! – указывает она на экран, где двое засранцев загружают гроб с телом Элайджи в кабину грузовой машины, которая тут же исчезает в неизвестном направлении.  —          Это его идея, - вставляет Кол с равнодушием, кивнув в сторону Клауса. К неприятному удивлению Бонни, он не выдает абсолютно никаких признаков сожаления о своем аморальном поступке. Хоть она и понимает его желание отомстить брату, но тот просто не хотел его оставлять на растерзание Майклу.   —          Элайджа, надеюсь ты сохранишь свой дар самообладания, - невинным голоском произносит Кетсия, царапая тому нервы. Он в ярости из-за очередного предательства Клауса и беспокойства за Елену. Что его брат намерен теперь сделать? Не успевает он озвучить свои нелицеприятные высказывания в сторону братьев, как его опережает Елена. —          Как ты мог?! Ты ничего не видишь, кроме своего чертового города?! – вскипает она, вернув способность говорить. Она не может проконтролировать дрожь в голосе от горького разочарования. Ее ребенок должен жить и видеть, как его отец убивает своих сородичей кинжалами? О какой семье идет речь, если он только и делает, что разрушает ее? Она со злостью швыряет пустой стакан в его сторону, но он быстро реагирует, словив его налету. —          А что ты ожидала, когда решила жить с ним? – язвительным тоном интересуется Деймон с конца стола. Он нисколько не удивлен выходкам гибрида-фрика, который хранил все свое семейство в гробу, а она ведет себя так, будто бы не знала с кем прыгает в постель. Елена игнорирует комментария старшего Сальваторе, сгорая от стыда за свое безрассудство. Она бездумно решила остаться после слов Элайджи и его необходимой поддержки за прошедшие дни в чертовом городе. Он немедленно извинялся, если ему приходилось ее оставлять надолго, или присылал кого-нибудь, чтобы скрасить ее одиночество. А этот бездушный засранец отнял теперь ее единственную уверенность в завтрашнем дне.   —          Не надейся, что я спущу тебе это с рук, Никлаус, - произносит Элайджа ледяным тоном, прожигая брата холодным и разочарованным взглядом.  —          Я и не надеюсь, - вздыхает Клаус, выдержав его взгляд.  —          Я никогда тебе этого не прощу, - заявляет Елена с уверенностью. Он отнял ее надежду на светлое и безопасное будущее для ее ребенка.  —          Просить прощения я не стану, sweetheart, - холодно ухмыляется гибрид, вызвав ее очередное негодование.  —          У ребенка тоже не станешь, не так ли? – больно задевает за живое Ребекка. – Все, что Элайджа хотел это защитить его!  —          Я защищу его! Это мой ребенок! – вскипает Клаус, злясь, что защиту его ребенка доверяют его брату больше, а не ему. - У меня есть план, – наблюдает он за разочарованным и полным боли взглядом Елены. Его еще больше злит, что она готова расплакаться из-за его благородного брата.  —          План уничтожить семью своего сына?! – яростно выпаливает темноволосая девушка, удивляя его тем, что она впервые назвала ребенка его сыном. – Ты хочешь, чтобы он стал таким, как ты?!  —          А кем он станет по-твоему, Елена? – снова задает болезненный вопрос Деймон, воспользовавшись случаем поглумиться из-за горькой обиды ее отказом в пользу гибрида.  —          Закрой рот или я разорву твою глотку, - ледяным тоном дает предупреждение Клаус старшему Сальваторе.  —          Хотел бы я это увидеть, - парирует Деймон, закатывая глаза.  —          Деймон, не стоит, - просит его Стефан, с сожалением посмотрев на Елену. Он не злорадствует, в отличие от своего импульсивного и обидчивого брата. – Елена, если бы ты сказала мне или Бонни, мы бы вытащили тебя оттуда, - произносит он с легким упреком, взбесив Клауса еще больше.  —          И умерли бы сразу, - парирует гибрид со злобной ухмылкой.   —          Ты обещал их не трогать! – восклицает Елена с возмущением.  —          Неужели ты ему поверила? – недоумевает Мэтт, всерьез беспокоясь за ее здравый рассудок.  —          Почему ты нам не скажешь, мы бы что-нибудь придумали, - не отступает и Кэролайн. – Мы волнуемся за тебя! —          Чему здесь волноваться? Это его ребенок, - закатывает глаза Кол, расслабленно откинувшись на спинку стула. Он совершенно не понимает всех их запоздалых волнений только после клинка в сердце Элайджи.  —           Я был спокоен, зная, что Элайджа рядом с ней, но теперь Елена вынуждена остаться с вами обоими, - злясь, произносит Стефан, прямо смотря в равнодушные глаза Колу, который только и излучает угрозу. Он не на шутку обеспокоен за благополучие Елены, оставшуюся наедине с непредсказуемыми первородными. Но больше всего Сальваторе настораживает именно его присутствие. Этот первородный не упустит возможности насолить Клаусу в отместку, а также в будущем их реальности попытается убить Джереми. —          Как бы она уже провела с ним два дня в Ловеттсвилле и не случилось ничего… неприятного, - произносит Кол с ухмылкой, рассмешив Кетсию и разозлив братьев Сальваторе с чертовым напоминанием о той ночи, которую они пытаются стереть с памяти.  —          Как ты можешь спокойно шутить после предательства своего собственного брата? – с осуждением взирает на него Бонни, полностью поддерживая мнение Стефана. Элайджа внушает доверия, не то, что Клаус, которого заботит только власть и, тем более, не этот засранец, на уме которого одно веселье и кровопролитие. Взгляд Кола поледенел после несправедливого, по его мнению, осуждения. К его большому сожалению, он придает слишком весомое значение ее словам.  —          Мы смотрели на разные экраны? – задает он вопрос с сарказмом, не скрывая раздражения в голосе. – Он не раз помогал меня положить в гроб в угоду своим лицемерным принципам, - обнажает он свою правду, прямо посмотрев в ее изумрудные глаза. Мулатка замолкает после его слов и взгляда разочарования, словно она вонзила ему кинжал в сердце.  —          Это было ради твоего же блага, - с невозмутимым видом произносит Элайджа. Он не считает, что поступал неправильно.    —          Это было ради блага Клауса, а не моего! - вторит Кол, вскинув на него взгляд осуждения с примесями обиды и гнева. – Прекрати отнекиваться от своего лицемерия, - требует он. Двое его старших братьев объясняли свое поведение заботой, однако это было ничто иным, как изощренный контроль. Стоило ему надоесть им, как они тут же запирали его в гроб.     —          Можешь считать меня лицемером, но мы с тобой оба знаем, что именно твое безрассудство привело к такому исходу и не раз поставило под угрозу нашу семью - спокойным тоном дает объяснения Элайджа, разозлив младшего брата еще больше.  —          Знаешь что?! – с праведным гневом и негодованием обращается к брату Кол, подавшись вперед. - Прежде чем говорить о семье, вспомни, что ты первый сбежал от нее и не хотел возвращаться! – имеет ввиду он Мистик Фоллс. – Ты даже не собирался показывать свое лицо после смерти Финна, а вернулся для того, чтобы снова блеснуть хваленным благородством, - указывает он на изумленную Бонни. – И вытащил кинжалы из нас только для того, чтобы наказать Никлауса! Не более! – безжалостно выворачивает он на изнанку другую сторону медали благородства Элайджи, который поджимает губы, впившись в него невозмутимым взглядом.  В обычные дни Кол вряд ли бы стал подстегивать гнев старшего брата, не имея запасного плана отразить его атаку. Однако в чертовом зале откровений ему вдруг стало плевать, узрев, что к нему прониклась не только девчонка Клауса, но и ведьмочка, которая справа испепеляет его взглядом осуждения. Он знает истинную причину Клауса убрать Элайджу с поля зрения двойника.  —          Наказания не избежать ни тебе, ни Никлаусу, если что-нибудь случится с Еленой или ее ребенком, - дает предупреждение Элайджа, с трудом контролируя гнев на младших братьев.  —          Это моя забота, если ты еще не понял, - тем же тоном вторит Клаус, поймав его взгляд.  —          Твоя?! – задыхается от возмущения Ребекка. – Я ничего не видела, чтобы ты делал хоть что-то для своего ребенка, кроме того, что осушаешь бары с Марселем!  —          Я пытаюсь втереться к нему в доверие для того, чтобы получить обратно все, что он отобрал у нас! Наш город, наш дом! – вскипает Клаус, подавшись вперед.  —          Только это у тебя на уме? Этот дом ничто без семьи! – кричит Ребекка, подавшись вперед тоже.  —          Минуты назад ты отказалась от нее, теперь не лезь, - показывает пальцем на экран Клаус. – У меня есть план, как заполучить город, где родится и вырастит наш сын, - произнося это, он смотрит на негодующую Елену.  —          Ты думаешь, что после того, что ты сделал с Элайджей, я захочу его рожать там и растить с тобой?! – со злобой произносит она, подстегивая его гнев. Но он берет себя в руки, продолжая взирать на нее тяжелым взглядом, тем самым, вгоняя ее в замешательство. Какого черта он злится на нее? Будто бы это она усыпила его брата и отправила восвояси.  —          Выбора у тебя особо нет, дорогуша, - злобно ухмыляется Клаус, напрашиваясь на пощечину от возмущенной девушки.  —          Мы это еще посмотрим!  —          Посмотрим!  —          Посмотрим!  —          Посмотрим теперь продолжение, – прерывает их перебранку Кетсия, хлопнув по столу. – Я знаю, вам всем не терпится, - хитро улыбается она.    На экране Кол и Клаус после отправки грузовика, как ни в чем небывало, уходят осушить ближайший бар, возмутив девушек за экраном еще больше.    Елена просыпается к позднему утру от лучей слепящего солнца, пронизывающего сквозь огромное окно. Она устало бредет в ванную комнату, обдумывая что ей теперь делать в этом городе. Она планирует обсудить с Элайджей ее учебу в колледже после окончания школы этим летом. Она вряд ли будет присутствовать на собственном выпускном, так как срок ее беременности подойдет к концу лета. Также стоит посмотреть курсы для будущих матерей, так как ее планы в Мистик Фоллс пошли ко всем чертям. Вряд ли эти планы можно обсудить с Клаусом, который только и делал, что высмеивал свою сестру за желание прожить человеческую жизнь. Сама она за экраном обреченно закрывает глаза, вспоминая свои надежды, которые разбились еще вчера, пока она спала.   Переодевшись и накрасившись, она спускается вниз, чтобы обнаружить кровавую трапезу двух братьев. Элайджа за экраном обращает строгий взгляд на своих родственников, не беспокоящихся о комфорте девушки. Клаус разрезает запястье прислуги, наполняя бокал кровью, а Кол просто впился клыками в шею другой девушки. Запах крови ударил в нос девушки, и она сразу же теряет аппетит, почувствовав тошноту.  —          Не могли бы вы этого не делать передо мной? – спрашивает она, пытаясь оторвать взгляд от бедной девушки, лицо которой побледнело из-за Кола.  —          Кол, не будь животным, - просит Клаус, отпустив прислугу. Его брат нехотя отрывается от шеи девушки, облизав губы.  —          Кто бы говорил, - закатывает глаза Кол, взяв бокал виски. Девушка удалилась на кухню, а Елена продолжает стоять, не имея сил сдвинуться с места. – Ты предпочитаешь, чтобы мы голодали, darling?  —          Присаживайся, милая, - отодвигает ей стул Клаус.  —          Есть же пакеты с кровью, - произносит она с опаской поглядывая на кухню. Первородные прыснули от смеха.  —          Это не сравнимо со вкусом свежей теплой крови, - произносит Кол, посмеиваясь. Под его хитрым взглядом она чувствует напряжение. —          Согласен, - кивает Клаус. – Елена, садись позавтракай, - настойчива просит он ее сесть.  —          Я не голодна, - отказывается она, пытаясь контролировать рвотные позывы. Заметив ее бледное лицо, он поднимается, все же заставляя ее присесть. Ее смутил нисколько запах крови, сколько волнение за девушку.  —          Что с тобой? – берет он ее за руку. Она отчетливо видит его беспокойство, когда он предлагает ей стакан воды отодвинув подальше от нее свой бокал с кровью. Она выпивает стакан воды, заметив, что Кол без ухмылки уставился на нее, отложив выпивку тоже.  —          Я беременна, если ты не забыл, - произносит она с сарказмом, пока он велит прислуге открыть окно.  —          Тебе нужно поесть, - пододвигает он ей еду, не обращая внимания на ее отказы. Позже она чувствует себя лучше, когда она почувствовала прохладный воздух на щеках.   —          До этого вы не пили кровь за столом? – с интересом спрашивает Кол у брата.  —          Пили, только ей не было плохо из-за вида крови, - отвечает Клаус, не сводя глаз с девушки.  —          Вы ее не вылечите? – обеспокоенно спрашивает Елена, показав на девушку с окровавленной шеей, которая задирает шторы у окна. Ее вопрос смешит тысячелетних первородных. – Что смешного? – раздражается она из-за их ухмылок.  —          Она в порядке, sweetheart, побеспокойся лучше о себе, - его мягкий баритон наряду с поглаживаниями ее ладони ее почему-то настораживают.  —          Не о чем беспокоиться, - убирает она свою руку.  —          Я беспокоюсь, - и не думает отодвинуться от нее Клаус. Со дня ее приезда он так внаглую не вторгался в ее пространство, а теперь в упор не видит, что он ее, вообще-то, смущает.  —          Я могу поесть? – поднимает она брови, взяв вилку.  —          Ешь, - кивает он, продолжая откровенно ее разглядывать.  —          Пока ты будешь смотреть на меня так? – спрашивает она, продолжая с ним игру глаз. Голубые поглощают карие, смущая зрителей, с недоумением наблюдающих по ту сторону экрана.  —          Как? – слегка прищуривается Клаус, любуясь ее красивыми чертами. Ее ванильный запах в сочетании парфюмом уносит его назад в воспоминания об их приятном времени наедине. Она же подмечает, что он неплохо выглядит сегодня, в прочем, как и всегда. Ее волнение из-за него выдает учащенное сердцебиение, на радость первородному.  —          Мне погулять? – обращает на себя внимание парочки Кол, смутив Елену своим вопросом. Она отодвигает стул, так и не дождавшись действий Клауса. Он нехотя возвращается к своей выпивке, когда она приступила к еде.   —          Лучше? – спрашивает ее гибрид, до этого не сводя с нее глаз.  —          Мне нужны прогулки на свежем воздухе, - объясняет она свое состояние. – Я сижу взаперти уже несколько дней.  —          Без проблем, поедем посмотреть новую часть города? - удивляет ее Кол, выдавив из себя энтузиазм. По настоянию брата он должен пока следить за девушкой, пока Марсель удовлетворен тем, что избавился от одного первородного. —          И сегодня мы поужинаем где-нибудь вне Французского квартала, - напоминает Клаус, улыбнувшись, что ее настораживает еще больше. Она отодвигает тарелку, отложив приборы. Эти двое лыбящихся засранцев что-то задумали сделать, если еще не сделали.  —          Где Элайджа? – спрашивает она прямо, надеясь до этого, что он появится, однако их поведение выдает обратное.  —          Тебя не устраивает наше скромное общество? – поднимает брови Кол, хитро прищурив глаза. – Я обижен.  —          Где он? – по слогам повторяет она, зыркнув на Клауса. Она игнорирует его младшего брата. —          Элайджа уехал вчера ночью, - произносит Клаус, пригубив крови. Ее неиссякаемое желание быть рядом со старшим братом по-прежнему злит, но он не подает виду.  —          Куда уехал?  —          В увлекательное путешествие, - отвечает Кол, раздражая ее своей ухмылкой.  —          То есть в гроб? – в лоб задает она вопрос, поднявшись из-за стола.  —          Он согласился со мной, что твоя беременность может быть под угрозой, если он не исчезнет из города, так как Марсель продолжает нервничать из-за его сделки с ведьмами, - рассказывает Клаус половину правды.  —          Сделки сохранить жизнь твоему ребенку, которую заключал ты тоже? – складывает она руки у груди.  —          Не эту, - заговорщицки улыбается он, обнажая ямочки. – Он потребовал вернуть тело Джейн-Энн Деверо и спас Софи от его вампиров. Марсель не глуп и подозревает, что Элайджа защищает интересы ведьм. Что, впрочем, мой брат и не скрывал.  —          А то, что ты замешан он не подозревает? – скептически поднимает она брови.  —          Марсель считает меня другом, - с самодовольством произносит Клаус, раздражая девушку своим приподнятым настроением.  —          Сочувствую ему, - парирует она, рассмешив Кола.  —          Когда я верну город, да.  —          А если ему не понравится, что Кол здесь, ты тоже его заставишь исчезнуть? – в ней вскипает возмущением. Он, наверное, считает ее идиоткой, если уверен, что она купится на историю, где Элайджа без объяснений исчезает особенно после вчерашнего.  —          Он не знает, что мой младший брат приехал, - спокойно отвечает Клаус.  —          Это вопрос времени, - устало вздыхает она, посмотрев на Кола, задумчиво попивающего виски. – Разве ты не любитель привлекать излишнее внимание?  —          Ты достаточно наслышана обо мне, - самодовольно улыбается Кол.  —          Да, поэтому твой брат хранил тебя в гробу, не так ли? – холодно заявляет она, посмотрев на Клауса. Улыбка стирается с лица Кола после неприятного напоминания, что она замечает наряду с Клаусом.  —          Я это делал ради безопасности из-за отца, который охотился на нас, - произносит Клаус, с предупреждением посмотрев на нее. Кол с подозрением смотрит на брата, до этого задумываясь об его излюбленных методах тоже. Обида из-за кинжалов все еще свежа, и он еще не отпустил ситуацию с Марселем. —          Который охотился именно на тебя, - с упреком произносит она, расшатывая его нервы. —           Милая, если ты не в духе, можешь подняться к себе, - с тоном, не терпящим возражений, произносит гибрид, посмотрев на нее исподлобья.  —          Я тебе не милая, и я не подчиняюсь твоим приказам, - смело отвечает она, заинтересовывая Кола еще больше.  —          У тебя не совсем есть выбор, - заявляет он холодным тоном, окончательно разозлившись.  —          Это не тебе решать, - парирует она, выводя его из себя. – Что ты сделал с Элайджей?! А главное зачем? – ее голос дрогнул от невыносимого разочарования.  —          Ненавижу повторяться, sweetheart, - холодно ухмыляется он, поднявшись и подойдя к ней.  —          А я не прошу повторять свой бред, скажи правду, - требует она упрямо.  —          Я сказал, если тебя не устраивает, ты можешь посидеть у себя в комнате.  —          Еще раз, я не подчиняюсь твоим идиотским приказам, засранец! – повышает она голос, желая стереть вмиг ставшую ненавистную ей ухмылку с его лица. —          Следи за языком, маленький двойник, - прищуривает он глаза, нависая над ней, что ее друзья вместе с Элайджей напряглись за экраном. Первородный надеется, что она не наделает глупостей из-за него. Его братья не блещут самоконтролем и могут ей навредить.  —          Следи за тоном, большой злой волк, - парирует Елена, вызвав его негодование и смех Кола, до этого с интересом наблюдающего за их перепалкой.  —          Ты напрашиваешься на неприятности, - дает следующее предупреждение Клаус.  —          Я не напрашивалась, ты сам явился в мою жизнь. —          Так будь добра, и избавь себя от моего ужасного общества, - вздыхает он, нацепив маску равнодушия.  —          С удовольствием, - отвечает она тем же тоном. —          Как я понял, ужин отменяется, - снова занимает он свое место, наливая себе виски. Она не отвечает и со злостью поднимается к себе в комнату, чтобы успокоиться. Ответом на его вопрос об ужине последовал громкий хлопок дверью.  —          Вот это характер, - весело произносит Кол, посмотрев на Клауса, который залпом осушил свой бокал виски. – Одобряю, брат, - высоко поднимает он свой бокал перед тем, как пригубить его.  —          Отвали.    Елена пытается отдышаться, заперев дверь в свою комнату. Она звонит Элайдже, но долгие гудки сменяются голосом автоответчика. Ее подмывает позвонить Эбби или Бонни, но она себя останавливает. Клаус не станет церемониться, если приедут ее друзья. Обещание не трогать ее семью давал именно Элайджа, а не лживый засранец, который не раз пытался их убить. Неизвестно, что Марсель сотворит с ними вместе со своими вампирами, стоит Бонни приехать. У него есть некое оружие, способное предсказать кто использует магию. Она никогда себя не простит, если с ней или с кем-то из ее близких снова что-нибудь случится по ее вине.  Паника овладевает ее разумом после назойливого вопроса. Как она и ее ребенок выберутся живыми без Элайджи? Ведьмы в любое время решат надавить на Клауса, а того ничего не заботит, кроме власти. Елена кидает телефон на кровать, пытаясь взять себя в руки. Клаус точно нейтрализовал Элайджу, и она уверена, что не без помощи Кола. Она слышит уезжающую машину за окном. В надежде, что первородные покинули дом, девушка спускается вниз, и к своей досаде, обнаруживает Кола, впившегося клыками в запястье прислуги. Боже, этого первородного хоть что-то заботит, кроме крови? Она ненароком задается вопросом, как Бонни в трезвом уме решила заключить с ним сделку, так еще и танцевать с ним на вечеринке? Мысленно она напоминает себе, что сама не лучше, переспав с врагом номер один.  —          У тебя проблемы с жаждой? – спрашивает она, спустившись вниз. Тот отрывается от своего занятия, облизав губы. Мурашки прошлись по ее коже, когда она словила его цепкий взгляд налитых кровью глаз, обрамленных черными венами.  —          У тебя есть идеи чем еще заняться? – задает Кол встречный вопрос, вернув прежний облик. Он отпускает блондинку, проводив ее заинтересованным взглядом.  —          Нет, - качает она головой, поджав губы. Первородный вампирским слухом улавливает ее учащенное сердцебиение, а также второе, быстрее и ритмичнее. – Я думала ты тоже уехал.  —           Не совсем жалую Французский квартал, - отвечает он, внимательно оглядывая ее с ног до головы. —          А что тебе нравится? – удивляет она его своим любопытством.  —          Сан-Тропе.  —          Тогда почему ты все еще здесь?  —          Ты мне кажешься поинтереснее, - медленно поднимается он с дивана, нацепив ухмылку.  —          Все понятно, Клаус велел следить? – задает она риторический вопрос.  —          Я не подчиняюсь его приказам тоже, - отвечает Кол, подойдя к ней ближе. Она отходит на шаг назад, чувствуя себя неловко в его присутствии. Стефан, да и Деймон тоже напрягаются за экраном, не зная, что ожидать от него. Они мысленно посыпали голову Клауса крепкими выражениями за то, что тот оставил ее на попечение беспечному брату, которого даже он не мог контролировать.  —          Тогда почему ты не пойдешь куда-нибудь?  —          Надеешься от меня избавиться? – издает смешок первородный, смущая ее своим откровенным взглядом. Бонни вскидывает взгляд недовольства на сидящего возле нее первородного, которого она отшила в новой реальности. Тот, кажется, обиделся на отказ в приглашении в ее дом, когда как Элайджа приходил туда каждый день. Также в новых воспоминаниях она неимоверна зла на него из-за убийства Шейна.   —          Надеюсь провести день без садизма, - в ее голосе проскользнуло недовольство, что его забавляет.  —          Тогда пошли прокатимся, - предлагает он, изумляя ее своей настойчивостью.   —          Не хочу, - отвечает она, развернувшись, но он возникает перед ней.  —          А я хочу, - вторит он, понизив голос, что она слегка сглатывает от легкого испуга.  —          Тебе нечего больше делать? – вздергивает она подбородок, успокоившись и не дав ему запугать себя.  —          Как и тебе, - его губы изогнулись в улыбке.  —          Я прогуляюсь по дому, тебе будет неинтересно. —          Элайджи нет в доме, - произносит он, зная, что она попытается его найти.  —          Где он?  —          Зачем он тебе?  —          Мне нужно с ним поговорить.  —          О чем?  —          О том, что я буду говорить только с ним, - отвечает она, не скрывая раздражения его назойливостью.  —          Неужто об его пустых обещаниях? – изумляет Кол ее своей осведомленностью. – Мой брат безнадежен, - закатывает он глаза.  —          Не пустых, а тех, что ты и Клаус помешали выполнить, - твердит она. – Ладно Клаус, но ты? Ты же прекрасно знаешь что чувствует он, получив клинок в сердце от родного человека, - в нем же должно же что-то быть человеческое, кроме жажды крови.  —          Прекрасно знаю, - на его лице нет и намека на прежнее веселье. - Прежде чем читать мне мораль, потрудись узнать кто помогал Никлаусу закалывать меня, - ставит он ее в замешательство.  —          Элайджа? – моргает она несколько раз, переваривая услышанное. – Он не мог… Когда он приехал в Мистик Фоллс, он только хотел воссоединиться со всеми вами, - произносит она, словно себе, вызвав его холодную ухмылку. Эта невинная девочка совершенно не знает во что ввязалась. – Ты что-то сделал? – спрашивает она, вызвав его немедленное раздражение. —          Почему ты думаешь, что я должен что-то сделать? – его вопрос с нескрываемой агрессией заставляет ее умолкнуть. Елена понимает, что вскрыла старые раны малознакомого первородного, ведомая желанием узнать где Элайджа.  —          Не думаю, просто интересно.  —          Осторожней, чрезмерное любопытство может стоить платы, - подходит Кол к ней вплотную, но она не отшатывается в этот раз, что напрягает Клауса за экраном.   —          Чрезмерная угроза тоже, - отвечает она, подняв брови. – Мне нужно идти, - опускает она глаза пытаясь обойти его.  —          Его нет в доме, Елена, - смакует он ее имя британским акцентом. Однако не останавливает ее, когда она направилась в сторону лестницы.  —          Я это уже слышала, Кол, - бросает она, поднимаясь по ступенькам в свою комнату. Оказавшись в ванной комнате с телефоном, она включает воду в раковине. Она восстановила контакты со старого телефона, поэтому без труда находит номер Ребекки. Холодный и высокомерный тон первородной сменяется на возмущенный с крепкими выражениями после вести о пропаже Элайджи. Она бросает, что едет обратно перед тем, как отключиться. Елена вздыхает с облегчением, что той есть дело до брата и она не одна в этой ситуации. Также она решает пройтись по дому, пока первородная не приедет. Кол пугает ее внезапным появлением у прохода в ее комнату.