Kamemonogatari

Робкое февральское солнце едва лишь коснулось потемневшей от времени кровли, когда из дверей старого додзё выскользнула бесшумная тень, не скрипнув ни одной половицей. В предрассветном сумраке темно-синий спортивный костюм казался почти что черным, а легкие кеды бесшумно несли бегуна вперед. Покинув двор, он оказался на пустынной улочке. Соседние дома все еще спали, и только заспанный и угрюмый почтальон в форменной куртке разносил почту. Однако стоило ему увидеть утреннего бегуна, как он тут же учтиво кивнул и поздоровался: — Доброе утро, Леонардо-кун. — Доброе утро, — ответил Леонардо и побежал дальше. Расслабившееся за ночь тело постепенно просыпалось. Все еще по-зимнему холодный воздух обдувал лицо, а когда под подошвами захрустела прибрежная галька, носа коснулся соленый аромат моря. Леонардо поправил чуть замявшийся воротник и прибавил скорости. Где-то вдалеке пронзительно закричала чайка, а ласковый шепот волн был лучше любой музыки для тренировок. Лео давно научился концентрироваться на окружении, а посторонние звуки лишь отвлекали. Дыша размеренно и глубоко, он пробежал около трех километров, а потом остановился перевести дух. Спортивная кофта неприятно липла к спине, но резкий океанский бриз освежал лучше любого кондиционера. Лео прикрыл глаза, очищая разум от всех мыслей, но тут издалека послышался переливчатый звон судового колокола — пора было возвращаться.

***

Легкий запах сухого дерева и лака окутывает фигуру в темно-зеленом тренировочном костюме. Босые ноги легко шелестят по гладким доскам тренировочного зала, а тяжелый деревянный меч со свистом рассекает воздух. Лео помнил, как несколько лет назад едва мог удержать взрослый бокэн в ладонях. Сейчас же пальцы плотно обхватывают рукоять, а деревянное лезвие кажется продолжением его руки. Выпад — подшаг, снова выпад — шаг влево, выпад — поворот. Ката — базовые упражнения, имитирующее схватку с невидимым соперником. Как правило, для их выполнения необходим спарринг-партнер, но по утрам Лео тренировался в одиночку — все, кто мог помочь ему в отработке ударов, досматривали последние сны перед подъемом. Пот стекал по шее, а влажная челка падала на глаза. Лео сдул с лица мешающую прядь и вновь занес меч, собираясь повторить все с самого начала, когда услышал шорох отворяемой двери. Первой его мыслью было обернуться и поприветствовать вошедшего, но, ощутив внимательный взгляд, он решил продолжить отработку ударов. Тяжелый меч вновь рассек воображаемого противника пополам. Блок, и вновь косой удар. Тело автоматически выполняло заученные движения, но Лео начал забывать о дыхании, и уже на третьем ударе оно сбилось — завершающий выпад получился слабее предыдущих. Руки мелко дрожали, когда Лео опустил бокэн и поклонился камидане — маленькому алтарю в центральной стене зала. Там же был начертан девиз школы Камэ-рю — «Моки но фубоку», что было названием одной старой буддийской притчи о слепой черепахе и дрейфующем бревне. Лео взглянул на витиеватые черные иероглифы, когда позади прошелестели старческие шаги. — Доброе утро, сенсей, — он переложил меч в левую руку и поклонился. — Доброе утро, Леонардо, — Сплинтер встал рядом с учеником. — Хорошая тренировка. — Это не так, сенсей, — Лео опустил голову, ощущая глухую досаду. — Я совсем забыл о дыхании. — Потому что думал о том, что я смотрю на тебя, — Сплинтер коснулся его плеча. — И потерял концентрацию. — Мне очень жаль. — Не принимай близко к сердцу, сын мой, — сенсей улыбнулся в усы. — Ошибки — наш лучший учитель. Лео подавленно кивнул, а Сплинтер заметил: — Кроме того, ты не использовал киай, который, в том числе, служит для правильного дыхания. — По утрам я тренируюсь в молчании, — Лео вернул меч на стойку для оружия и поклонился. — Не хочу тревожить остальных. — Судя по звукам из кухни, твои братья уже давно не спят, — проворчал Сплинтер, пряча ладони в рукавах своего кимоно. — И тебе тоже следует поторопиться, если не хочешь опоздать в школу. — Конечно, сенсей, — Лео отодвинул загородку. — С вашего разрешения. Он вновь поклонился и поспешил в душ. Десять минут на то, чтобы привести себя в порядок, и вот Лео уже был на пороге кухни, поспешно застегивая верхнюю пуговицу черного гакурана. Из-за двери доносились голоса, и стоило Лео отодвинуть её, как его почти оглушил звук из телевизора, усиленный веселым хохотом младшего брата Микеланджело. — Донни, ты видел, как Красный и Синий Динорейнджеры объединились и… пау! — Майки картинно сложил между собой два тоста, щедро смазанных джемом и маслом. — Да-да, Майки, — Донателло снисходительно улыбнулся. — У тебя джем на щеке, кстати. Привет, Лео. — Доброе утро, Лео-ни! — Майки приветственно взмахнул рукой. — Ты как раз вовремя, чтобы увидеть, как… — Сенсей же запретил смотреть телевизор во время еды, — Лео опустился на свое место за низеньким столиком. — Но его же здесь нет, — Микеланджело расплылся в проказливой улыбке и щелкнул пультом, прибавляя звук, потому что начался опенинг новой серии его любимого телешоу — «Суперептирейнджеры». За тринадцать лет сменилось с десяток сезонов, но любовь Майки к этим супергероям в латексных цветастых костюмах была безграничной. — А где Раф? — спросил Леонардо, стараясь не обращать внимания на вопящий телевизор и подвывающего ему в тон Майки. — Ты же его знаешь, — Донателло отпил из своей кружки с кофе. — Опять низкое давление и… В этот миг дверь кухни резко отъехала в сторону, громко ударившись об косяк. На пороге вырос хмурый как туча Рафаэль. Волосы торчали во все стороны, а из-под черного пиджака виднелся край кричаще-алой футболки. — Доброе утро, — Лео пододвинул к себе чашку с мисо-супом. — Утра, Раф, — Донни отсалютовал ему кружкой, но он проигнорировал, тяжело протопав к своему месту. В этот миг Майки взял необычайно высокую ноту, так что все присутствующие зажали уши, а Рафаэль смерил младшего брата тяжелым взглядом и произнес: — Выруби эту херню. — Сам ты херня! — возмутился Майки. — Хочу и смотрю, ты мистер низкое кровяное давление! — Сейчас у тебя будет низкое давление, клоун, — рыкнул Раф. — Вырубай свое суперсентайское дерьмо или я… — Доброе утро, дети, — послышался негромкий старческий голос, и братья встрепенулись. — Доброе утро, сенсей! — Микеланджело, что я говорил о просмотре телевизора за едой? — Сплинтер занял свое место во главе стола. — Что смотреть можно только в гостиной, но… — Майки обиженно надулся. — Зачем нам тогда телевизор в кухне? — Иногда по нему идет прогноз погоды, — невозмутимо ответил Сплинтер. — Будь добр, выключи его сейчас. — Лаааадно, — Микеланджело со страдающим видом щелкнул пультом, и все вздохнули с облегчением. — Давайте же поедим, — Сплинтер хлопнул в ладоши. — Приятного аппетита. — Приятного аппетита! — хором ответили Лео и Дон, Раф лишь фыркнул что-то неопределенное, а Майки уставился в свою тарелку влажным взглядом, а после картинно шмыгнул носом. — Микеланджело, твой завтрак остынет, — заметил Лео. — Ну и что? — буркнул он. — Он и так уже остыл, пока я смотрел прошлую серию. — Вот видишь, — Сплинтер пригубил свой чай, — эти телешоу отвлекают тебя от самого важного приема пищи. — Он невкусный, потому что я не смотрю СРР! — Заткнись уже со своими тупыми рейнджерами, — Раф бросил на брата злой взгляд. — Это ты тупая Рафаэлка! — Майки сверкнул голубыми глазами. Секунда тишины, а после Раф схватил со стола ложку и швырнул в младшего. Но тот легко увернулся, так что столовый прибор просто пролетел мимо его головы и вонзился в стену. Голоса Леонардо и Сплинтера зазвучали в унисон: — Раф, перестань! — Рафаэль, Микеланджело, довольно! — Он первый начал! — Майки обвинительно ткнул пальцем в сторону Рафаэля, но тот лишь раздраженно цыкнул и встал из-за стола. — Рафаэль, твой завтрак… — Я не голоден, — отчеканил он и скрылся в коридоре. — Раф! — Лео тоже было подскочил на ноги, но Сплинтер осадил его: — Оставь, Леонардо. У твоего брата есть голова на плечах. «У такого-то сорвиголовы?» — хмыкнул про себя Лео, но тут в разговор опять вмешался Майки. — Да он просто псих! Что, если бы я не увернулся?! — Если бы ты не увернулся, Микеланджело, — Сплинтер прищурился, — я бы увеличил число твоих тренировок. Вместо чтения манги. После этих слов Майки притих, и остаток трапезы они провели в напряженном молчании. Донателло методично выбирал палочками рис, Сплинтер же медитативно потягивал чай. Майки без интереса ковырялся в остывшем завтраке, а Лео то и дело бросал взгляд на пустующее место напротив. И на почти нетронутую тарелку с хлопьями.

***

— Мы ушли, сенсей! — Леонардо поправил на шее синий шарф и поклонился. Донни и Майк сделали то же самое. — Берегите себя, сыновья, — ответил Сплинтер. — Полагаю, что Рафаэль уже ушел? Увидите его в школе, передайте, что я хотел бы с ним поговорить. — Конечно, сенсей, — Лео открыл парадную дверь и сбежал вниз по ступенькам. Донателло не отставал, но Майки плелся позади, продолжая ныть о том, что пропустил серию Суперептирейнджеров. — Там ведь должна была быть битва с Рептинагом, к которой они шли весь сезон! — Майки, успокойся, — Донателло вздохнул. — Наверняка в сети уже есть пиратские версии эфира. Я могу скачать тебе все вышедшие серии этого сезона. — Серьезно?! Дон, я тебя обожаю! — Майки, осторожнее, ребра мне еще нужны! Пока Донни пытался спастись от благодарственных объятий Майки, Лео направился к школе, не переставая думать об утренней ссоре. Нет, Рафаэль всегда был той еще головной болью, особенно с утра, но сегодня он просто превзошел сам себя. Что же случилось? Ломая голову над этой загадкой, Леонардо не заметил, как дошел до здания школы и слился с толпой подростков. Многие все еще носили зимние пальто и шапки, но ему с братьями хватало шарфов. Жизнь в старом доме на берегу закалила их тела, так что простуда была редким гостем. — Эй, Майки, — позвал Лео, когда они были у шкафчиков с обувью. — Увидишь Рафаэля, скажи ему, что… — Ты хотел бы с ним поговорить? — Майки рассмеялся. — Серьезно, Лео, ты говоришь как Сплинтер. — Так ты передашь? — нахмурился Леонардо. — Попытаюсь, — Микеланджело скорчил недовольное лицо. — Если он не выкинет меня из окна. — Не говори глупостей, Раф никогда так не… В этот миг коридоры наполнились мелодичным перезвоном, и ученики поспешили в свои классы. Лео и Дон были в первом, Майки и Раф в третьем, согласно результатам триместровых экзаменов — предпоследним этапом перед тем, как они покинут среднюю школу. До выпускных же оставалось меньше двух месяцев, о чем неустанно напоминали учителя. — Да, в Нагасаки выбор невелик, но я уверен, что многие из вас вполне могут попытать счастья в старших школах Токио, — произнес классный руководитель и как бы случайно взглянул в сторону Дона. Тот смущенно опустил взгляд, а Лео покачал головой. Учитель прав — Дон с его мозгами мог поступить не только в лучшую школу Токио, он бы и в Токийский университет прошел по общему конкурсу. Но Донателло был слишком привязан к своей семье и ни за что не согласился бы уехать в одиночку. Время до обеденного перерыва пролетело незаметно, и ученики класса 3-1 направились в соседний кабинет. — Хэй, парни! — Майки уже разложил перед собой купленную в буфете выпечку и напитки. — Налетайте! — И когда ты только успеваешь? — Донателло подсел к брату. — Это секретная техника передавалась в моем роду из поколения в поколения, — смешно пародируя старческий голос, прогнусавил Майки. — И ты, недостойный… — Майки, СРР уже не так важны? — Ты, о достойнейший! — Микеланджело, — перебил Лео. — Ты видел Рафа? — Видел, — Майки с хлопком открыл банку, — но он даже слушать не стал, ушел, как только прозвенел звонок. И на еду забил. — Понятно, — Леонардо взял со стола бутерброд с якисобой и банку с напитком. — Начинайте без меня, хорошо? Я отдам ему это и вернусь. — Осторожнее, Лео, он может сбросить тебя с крыши! — Майки, не болтай с набитым ртом. Оставив братьев обедать, Леонардо выскользнул из класса и направился к лестнице, ведущей на крышу. Рафаэль редко обедал в их компании, предпочитая проводить перерыв там. Конечно, это было нарушением школьных правил, но Лео закрывал на это глаза. Во-первых, Раф точно не попадется дежурному учителю — ниндзя он или кто, а во-вторых, после часа, проведенного на свежем воздухе вдали от гомонящей толпы, Рафаэль без происшествий заканчивал учебный день. Почти всегда. Хотя в начальной школе не было ни дня, чтобы он с кем-нибудь не подрался. Легко переступив через цепочку с табличкой «Не входить», Лео подкрался к тяжелой магнитной двери и навалился плечом, открыв её без единого скрипа. Снаружи гулял промозглый ветер, но Лео внимательно оглядел открытое пространство крыши и, подавив неприятный холодок, тенью скользнул к трансформатору, за которым совершенно точно прятался его брат. За годы обучения у Сплинтера все братья научились двигаться бесшумно. Сенсей говорил им вести себя как обычные подростки — шуметь, балагурить, топать и быть неловкими, чтобы не выдать свои способности. Однако, оставаясь наедине, Лео и все остальные бессознательно практиковали движения ниндзя. Поэтому он вынырнул из-за трансформатора, мгновенно заприметив красную футболку брата. Рафаэль стоял у ограждения и смотрел вниз. Левой рукой он придерживал перекинутый через плечо пиджак, а в пальцах правой тлела сигарета. — Раф? — Лео обескураженно замер, а Рафаэль дернулся. Зеленые глаза потемнели, и он выдохнул вместе с дымом: — Блять.

***

— Раф, — Лео все еще не мог поверить своим глазам. — Ты что? — А ты не видишь? — Рафаэль криво усмехнулся и стряхнул с сигареты пепел, словно это было обыденностью. Хотя, скорее всего, так это и было. — Беги, жалуйся старику, подлиза. Леонардо поморщился, а после прислонился к ограждению, метрах в трех от брата, чтобы не попасть под действие сигаретного дыма. На крыше повисла неловкая тишина. — И давно ты? — наконец-то произнес Лео, все еще сжимая в руке банку с газировкой. — Какая разница? — Рафаэль нервно затянулся. — И все же. — С осени, — глухо произнес он. — И зачем? — Лео взглянул на брата. — Крутым решил стать? — Нахрена мне это? Я и так крутой, — хмыкнул Раф и затушил сигарету об ограждение. — Просто так. — Просто так? — Лео сжал кулак, так что банка жалобно скрипнула. — Тринадцать лет тренировок и каков результат?! Отец столько вложил в нас, а ты! — О, началось, — Рафаэль хрипло хохотнул. — Нравоучения от сенсея Лео. — Раф, я серьезно! — Леонардо шагнул к нему. — Да ты по-другому и не умеешь! — огрызнулся Раф и тоже сократил расстояние. — Порядок, дисциплина, тренировки до разбитых костей. Мистер идеальность, хотя на деле гребаный неудачник! — И это мне говорит тот, кто в тихушку курит на крыше школы и болтается в самом низу таблицы успеваемости! Как ты собираешься школу заканчивать?! — Да мне насрать на это! — рявкнул Раф. — Какая блять разница, если мы застрянем в этом захолустье до конца жизни?! — Ты же знаешь, что это необходимо! За сенсеем все еще охотятся, поэтому… — Лео ощутил, что ему не хватает воздуха. Так всегда, когда он злился или волновался, легкие начинали работать как сгнившие меха. А сейчас это усугублялось высотой здания. — Так пусть сидит в своем старом додзё, мы-то здесь причем?! — Рафаэль сжал кулаки. — Мы не можем его бросить, — с трудом выдохнул Лео и поставил на пол чуть помятую банку. — Он наш отец. — Названый, — Раф в раздражении пнул напиток, и он, ударившись о бордюр, с шипением взорвался, забрызгав их газировкой. Вновь повисло тягостное молчание. Лео тяжело дышал, Раф хмурился и кусал губы. Наконец Леонардо произнес: — Рафаэль, ты ведь не серьезен сейчас. — Да ну, — Раф криво усмехнулся, — откуда тебе знать? — Потому что ты мой брат. Рафаэль цыкнул и направился к дверям: — Уйди с дороги. — Раф, — Лео положил ладонь ему на плечо. — Хватит уже, ну. Брось это. — Не указывай мне, права не имеешь. — Я старше. — Тоже мне аргумент, — Рафаэль попытался сбросить руку Лео, но тот не отпускал. А потом внезапно дернул брата на себя. — А еще я сильнее, — прошептал он на ухо Рафаэлю, и тот взвился как ужаленный. Миг спустя Лео уже отбросило назад, и если бы не постоянные тренировки, он бы точно сломал себе пару костей. Ловко сгруппировавшись, смягчил падение и через секунду вскочил на ноги. Рыча от ярости, Раф кинулся на брата, но тот поставил блок, а потом уклонился. Однако мощный удар в корпус не пропал в пустоту и заставил Лео упасть на одно колено и открыться. — Получай! — кулак Рафа устремился к его голове, но Лео внезапно перехватил его запястье, а потом швырнул через себя, не забыв врезать ногой в живот. Рафаэль коротко вдохнул, а потом понял, что летит. Тело двигалось на автомате, и Лео знал, что не перехвати он удар Рафа именно так, он легко мог сломать ему руку в блоке или проломить голову, реши Леонардо бездействовать. Однако еще до того, как Рафаэль вскрикнул, Лео понял свою ошибку. Крыша! В ушах застучало, горло перехватило от страха, и он кинулся к ограждению. — Раф! Люди снизу вовсю показывали пальцами, кто-то кричал, но Леонардо видел лишь наглую ухмылку брата, который висел на самом краю крыши, держась лишь одной рукой. — Ну что, доволен, гений? — Хватайся! — Лео протянул ему руку и помог взобраться обратно. Сердце все еще стучало как сумасшедшее и успокоилось, лишь когда брат оказался на твердой земле. — Ты не ранен? Я не знаю, как так… — Прекрати, а, меня и так тошнит от твоей заботы, братец, — буркнул Раф, а потом его зеленые глаза весело блеснули. — Но отплатить мне за эту попытку убийства ты должен. — И как же… — Лео осекся, уловив топот шагов на лестнице, но прежде, чем он успел спрятаться в тени трансформатора, Раф бросился на него, сбив с ног. — Придурок, я же сдохнуть мог! — заорал Рафаэль, но удары его были совсем детскими. — Эй, а ну-ка прекратите! — на крышу ворвались учителя.

***

Пятьдесят пять, пятьдесят шесть, пятьдесят… — Эй, Лео, ты там? — из-за двери послышался голос Донателло, и магия медитации прервалась. — Да, Дон, входи, — Леонардо открыл глаза и глубоко вдохнул, возвращаясь в реальность. — Я принес конспекты сегодняшних занятий, — Дон помахал файлом с распечатками. — На следующей неделе ваше наказание заканчивается? — Да, наконец-то, — Лео взял в руки конспект. — Спасибо, Донни. А Майки делает записи для Рафа? — Ну, он старается, — Донателло смущенно почесал щеку. — Правда, сомневаюсь, что Раф будет разбирать его почерк. — Придется, если он хочет сдать экзамены, — хмыкнул Лео и погрузился в чтение, но его мысли были далеки от геометрии. За драку на крыше их отстранили от занятий на две недели. Потом был тяжелый разговор со Сплинтером, причем в индивидуальном порядке. Лео сенсей высказал разочарование и наставил в будущем думать о безопасности своих братьев. А вот разговор с Рафом явно был более конструктивным, после чего тот заперся в своей комнате и почти не показывался. — Я тут подумал о том, что сказал нам сенсей пару дней назад, — произнес Донни, которому явно надоело отыгрывать мебель, пока старший брат ушел в свои мысли. — О переезде? — Да. Может быть, после разговора с Рафом, но Сплинтер объявил о своем намерении переехать в Токио, в додзё, которое ему передал какой-то старый друг. Однако это было связано с огромным риском, а также финансовыми затратами. — Сплинтер никогда не давил на нас в плане школьной учебы, так? — Донни сел напротив брата, скрестив ноги по-турецки. — Зато отыгрывался за это в додзё, — Лео улыбнулся. — И к чему это ты? — До выпускных осталось полтора месяца, и я-то не переживаю, — Донателло поправил на переносице очки. — Но вот вы… мягко говоря, не пройдете в нормальные школы Токио. Особенно Майки и Раф. — Значит, нужно готовиться? — Лео скрестил руки на груди. — Ага, — Донателло улыбнулся, показав щелку между зубами. — И очень серьезно. — А я по-другому и не умею. — Так я не про тебя, братец. Как нам заставить учиться этих двух бездельников? — Шантаж? — Лео представил себе выражение лица Рафа при слове «подготовка». — Скорее, подкуп, — Дон усмехнулся. — Майки я беру на себя, а ты поговори с Рафом. — Ладно, — Лео поднялся на ноги. — И что сказать?

***

На двери в комнату Рафаэля, как обычно, висела кривоватая табличка с надписью «Не входить». Лео немного помедлил, а затем постучал. — Раф, это я. Ответа не последовало, и Леонардо толкнул дверь. Внутри пахло железом, пылью и потом. В отличие от его собственной комнаты, в которой было минимум вещей и максимум пространства, обитель Рафаэля напоминала тренажерный зал. Турник у стены, гири и стойка для штанг. Около нее и обнаружился хозяин комнаты. — Чего надо? — спросил он, вылезая из-под снаряда и обтираясь полотенцем. — Поговорить, — Лео прислонился к стене, чувствуя себя немного неуютно. — Надо же, спустя две недели созрел? — Рафаэль усмехнулся. — Хочешь извиниться за то, что чуть не убил меня? — Мне очень жаль, Раф, — Лео поджал губы. — Прости, что вел себя так высокомерно. — Ладно, — Рафаэль потянулся. — Это было даже круто. Совсем как в какой-нибудь сёнен-манге. — Это не шутки, Раф, — Леонардо покачал головой. — А что если бы ты… — Пф, это же я, — он хрипло рассмеялся. — Отряхнулся бы и пошел бить тебе морду дальше. И к тому же… Рафаэль отвел глаза. — Ты не сдал меня Сплинтеру. — Ты про сига… — Да, про них, — Раф раздраженно дернул плечом. — Я… постараюсь бросить. — Хорошо, — Лео выдохнул. — И еще кое-что. — Эй, а не многовато ли желаний, старший братец? — Рафаэль выгнул бровь. — Ну, это не столько просьба, сколько сделка, — Леонардо чуть улыбнулся. — Донни сказал, что нашел на распродаже остов от Ямахи 1988 года и его реально собрать за пару недель. Зеленые глаза Рафа вспыхнули от восторга, но он поспешил вернуть свою привычную угрюмость и пробормотал: — Ну, и что вы хотите за это?

***

В холодных предрассветных сумерках старый сад выглядел мрачным и неуютным, но Сплинтер все равно спустился к пруду, бесшумно ступая по жесткому песку. Темная вода была спокойной, словно зеркало, и сенсей взглянул на свое отражение. За столько лет его лицо покрылось сеткой морщин, а в волосах то там, то тут мелькали серебристые пряди. Сплинтер задумчиво погладил небольшую бородку и рассудил, что достаточно постарел для того, чтобы Саки его не узнал. Если судьба сведет их вновь. Но сам Хамато не желал встречи со старым врагом. Жажда мести и боль утраты давно покинули его, уступив место куда более важным чувствам. На востоке вспыхнул первый луч солнца и зажег в глубине пруда яркий блик. Сплинтер удовлетворенно кивнул и направился к дому. По привычке бесшумно прошел по коридору, а потом заглянул в гостиную, где свет горел с самого вечера. Микеланджело спал прямо на татами, развалившись словно морская звезда — плед бесформенной кучей лежал рядом. Донателло сидел за столом, подперев голову рукой, а очки давно съехали на самый кончик носа. На столе то там, то тут лежали пустые банки из-под энергетиков. Рафаэль спал, положив голову на тетрадь, и, судя по всему, на его щеке сама собой появится шпаргалка от чернил. Леонардо же мирно посапывал рядом, прислонившись к его плечу. Сплинтер улыбнулся и укрыл пледом Майки, снял очки с Дона, вытащил тетрадь из-под лица Рафа, а после, погасив свет, бесшумно покинул комнату.