Hello, Beneviento Residence?

Раздался четвёртый звонок за день. В этот раз, используя метод исключения, Бела догадывалась, что это не кто иной, как Альсина Димитреску, и решила сама подойти к телефону. — Донна Беневиенто, — донёсся уверенный голос из аппарата. Прежде она обращалась к ней, как к «Леди Беневиенто», но в последнее время всё изменилось. — Я предполагаю, Матерь Миранда уже дала тебе новое задание. — В настоящее время Донна не может подойти к телефону, поэтому говорит Бела, — отозвалась она с ухмылкой на губах. Было слышно, как её мать облегчённо выдохнула, возвращаясь к своему естественному образу. Неизвестно, почему Альсина соблюдала такую формальность в общении, ведь она была в курсе их отношений. — Милая, — ласково проговорила женщина. — У тебя всё в порядке? Надеюсь, ты весело проводишь время? — О, мама, было невероятно весело, — отвечала она, пока аккуратно убирала тёмные пряди волос с лица кукольницы. Устроившаяся между ног блондинки Донна смотрела на неё глазами полными любви и желания. — Мы с Донной пили чай и читали друг другу книги. — Как необычно, — подметила её мать. То, как дочь говорила об этом, явно указывало на другой род занятий. Девушка звучала уж очень взволновано и радостно, а зная её как никто другая, Альсина с лёгкостью могла усомниться в честности слов. — Какие книги вы сегодня прочитали? — «Гордость и предубеждение», «Джейн Эйр», «Алая буква», — перечисляла она всё, что только приходило в голову. Свободной рукой Бела ухватилась за растрёпанные волосы брюнетки, пока та касалась языком её клитора. — Ах, романтика, — прокомментировала Альсина. Она могла бы поклясться, что слышала на фоне какой-то звук, указывающий на присутствие ещё одного человека рядом. — Мне жаль вас прерывать, но я звоню, чтобы попросить Донну освободить тебя пораньше. Есть специальное задание для тебя и твоих сестёр, и мне бы хотелось, чтобы вы приступили к нему поскорее. Это важно для моей работы, а я, к сожалению, не имею в запасе слишком много времени. — Эх, — расстроилась Бела. Девушка знала, что Донна услышала всё, поскольку прекратила свои ласки, вместо этого поднимаясь почти на один уровень с блондинкой. Она мягко целовала грудь, оставляя влажные следы вокруг затвердевшего соска, прежде чем обхватила его губами. Боже, все её прикосновения были такими нежными, это заставляло сердце Белы замирать. — Тогда я скоро буду дома, мама. Бела наблюдала, как язык брюнетки двигался вокруг её соска, пока она не переходила на вторую грудь, чтобы уделить внимание и ей тоже. Девушка была полностью загипнотизирована видом перед ней. — Прости, дорогая, я постараюсь загладить свою вину, — обещала Альсина. — Пока-пока, малышка. Увидимся дома. — До скорой встречи, мама! — успела сказать Бела, прежде чем в трубке раздался щелчок. Убрав телефон, девушка посмотрела на Донну, которая продолжала осыпать её тело поцелуями. — Ты слышала? Мама хочет, чтобы я скорее вернулась домой. — Ммм, — без особых эмоций отозвалась кукольница, будто их время вместе не подходило к концу. Она посасывала небольшой участок на шее Белы, там, как она знала, девушка была особенно чувствительна. Наслаждаясь тем, как губы Донны касались её, девушка прикрыла глаза. Брюнетка не очень хороша в создании засосов, но была настроена решительно. Проблема заключалась в том, что она делала всё слишком слабо, из-за чего начала использовать зубы. — Тише, детка. Я научу тебя. Обхвати губами чуть больше кожи. Повторив сказанное, она прижалась губами к шее таким образом, чтобы между них находилось достаточное количество кожи. — А теперь начинай всасывать её в себя. Послушавшись, женщина пытаться сделать всё идеально. — Вот так, да... — похвалила Бела. — Ты можешь сделать это жёстче... Было приятно получать похвалу от любимой девушки. И она была довольна тем, что хорошо справляется. — Думаю, этого хватит, — проговорила девушка, ласково отстраняя Донну, давая возможность увидеть её работу. Глаз Донны загорелся от радости, когда она увидела красный след на шее Белы. Он был едва различимым, не таким, как получается у Белы, но это было от неё и его, по крайней мере, можно заметить. — Моя. — Всё твоё, — согласилась Бела, гладя Донну по волосам. — И не бойся использовать зубы. Я уже взрослая девочка и не стану плакать. — Ты смеёшься надо мной? — шутливо огрызнулась кукольница. Да, она не могла отрицать, что у неё каждый раз наворачивались слёзы, стоит только Беле чуть грубее укусить. — Не тебя ли мама называет «малышкой»? — Моя мать одна из четырёх лордов. — А с кем ты, по-твоему, занимаешься любовью при любом удобном случае? — Я укладываю в постель свою возлюбленную, госпожу Донну Беневиенто, — проворковала Бела. — Не так ли, "малышка"? — Может ты и выше, но у меня есть такая скрытая сила, которую даже ты ещё не видела, — игриво дразнила Донна. Женщина поцеловала Белу в губы, постепенно опускаясь всё ниже, целуя грудь и плоский живот, пока не оказалась между её раздвинутых ног. — Сила, которая может напугать. Бела зарычала, когда почувствовала тёплое дыхание на своей промежности. Она схватила Донну за волосы, пристально смотря на неё сверху вниз. — Так почему бы тебе не показать мне эту силу? У нас есть время до того, как я уйду. Девушка застонала, когда полные губы Донны обхватили её клитор, подключая следом и зубы, заставляя ноги Белы дрожать. Чёрт, это было слишком хорошо. Леди Димитреску не была дурой. Она знала, что её старшая дочь уехала к Донне из-за посылки, недавно приобретённой у Герцога. Бела могла попытаться скрыть это, но Альсина читала ту, как раскрытую книгу. Как детскую книгу. Вздохнув, женщина покачала головой с лёгкой усмешкой. Ох, Бела... Может она и не была такой садисткой, как Кассандра, и такой же дикой, как Даниэла, но она всё ещё оставалась довольно безрассудной. Альсина не знала, что именно было в посылке, но могла предположить, что это имеет отношение к тем "странным звукам", на которые пожаловался Хайзенберг. Да, он неохотно позвонил ей позже, поскольку его проект действительно нуждался в её помощи. И с тем, как Донна показалась больной, по словам Матери Миранды. Димитреску уверена, что и Моро сказал бы что-то подобное, спроси она у него. — Бела, ты шаловливый ребёнок, — засмеялась Альсина.